Неспетые песни улетевших птиц

Саша, здравствуй! Сегодня мне стало легче. Я даже смогла сама сесть на кровати и порисовать, а потом и на гитаре сыграть! Только потом у меня руки дрожали, как не знаю что, но все же это лучше, чем ничего. Мне уже так осточертело просто лежать в кровати, ты не представляешь. Только лежишь-лежишь, почти не двигаешься, глотаешь бесконечные таблетки да чувствуешь, как по венам идут лекарства через капельницы. Иногда мне очень хочется встать и пройтись по палате, но не могу. Я знаю, что если я попытаюсь хотя бы приподняться, то очень быстро упаду на подушку. Да даже если я встану и пройду пару шагов, то кулем свалюсь на пол, может, еще и ударившись об кровать или тумбочку. Это очень неприятно и грустно, когда понимаешь, что ты можешь только ждать и надеяться, что скоро станет легче. Что боль уменьшится еще чуть-чуть, хотя бы капельку. Это невыносимо. Она пульсирует во мне, переливается, накатывает волнами. Иногда на океан боли приходит штиль, но таких моментов все меньше и меньше. И когда весь день проходит без этой боли, то уже можно считать, что он прошел не то, что хорошо, а замечательно! Так что я сегодня пролежала-просидела счастливая до безобразия. Но все же… Мне страшно. Мне страшно уходить. Я стала чаще думать о том, что будет дальше. Что будет через неделю. Две. Через месяц. Что дальше?.. Я стараюсь не думать о том, что случится, если я умру. Я не хочу заглядывать туда, за грань. Не хочу смотреть, что будет по ту сторону Яви и Пучай. Что меня может встретить на берегах Нави. Что будет на Кромке, когда она заставит меня забыть мою жизнь, чтобы моя душа смогла пройти в Навь. Но в то же время мне интересно, что будет там, за гранью. Парадокс, однако. А что представляешь ты? Как тебе кажется, что там? Расскажи, давай, не бойся. Я все пойму и приму. Ненадолго прощаюсь, Ира