☆Звездный путь☆

— Больно... — Ничего не больно, не придумывай — Таурус с довольным лицом намыливал голову красноволосого парня. Наконец он смог заставить Ари помыться, чему был несказанно рад. Условия в их новом доме были так себе, а потому тазик был пределом их мечтаний. Ариес сидел на полу, запрокинув голову, а Руся возвышался над ним, сидя на маленьком стульчике. Его сильные руки были все в пене, а рукава закатаны чуть ли не до подмышек. Руся бы и вовсе снял рубашку, если бы не сквозняк, гуляющий по просторным комнатам. — Тебе не холодно? — парень начал полоскать мыльные руки, отмечая, что вода уже успела слегка остыть — Я могу раздобыть еще горячей или ты можешь ее согреть? Ари передернуло, и Таурус это заметил. У него не всегда получалось выбирать выражения и не касаться тем, которые Ари сейчас не переносил. Ведь таких тем было на удивление много. Помимо упоминания сил, не только его, но и вообще любых (поэтому Руся при нем сейчас никого не лечил), еще нельзя было упоминать имена всех обитателей дома (кроме них самих), разумеется богов, все, что напоминает меч, включая ножи, ножницы и т.д., про что-то теплое тоже лучше не говорить, нельзя сильно лезть в душу, хвалить, лишний раз лучше не касаться и так до бесконечности. Иногда Таурусу казалось, что ему вообще проще было бы молчать. — Нормальная вода — сипло произнес Ари, поднимая голову. Ничего такого не сказал, но Таурус увидел, что лицо его приняло какой-то особо скорбный оттенок. — Тогда не куксись, если нормальная. Пожалуйста — Руся снова притянул его голову, чтобы смыть пену с волос. Красные пряди струились между пальцев, и Таурусу казалось, что они начинают немного светлеть. Он отметил это с облегчением, как будто это могло что-то изменить. Его лица коснулся ветерок, принесенный из города. — Я устал — Ари воспользовался моментом и встал. Они сидели в его комнате, а потому он сделал пару шагов до окна, плотно закрывая его, и затем к своей кровати. Вот и все приключение. Проглотив свое "Было бы от чего уставать", Таурус встряхнул руками, чтобы убрать с них остатки воды и тоже встал, разминая спину. Без воздуха ему тут же стало душно и хотелось поскорее уйти. Хотелось на улицу, дышать, жить... Он критически осмотрел комнату, подмечая, что по ней уже давно плачет уборка. — Сними рубашку, она мокрая — бросил Руся, уже собираясь уходить — Я принесу тебе новую. — Не надо — Ари мучительно хотелось, чтобы Таурус поскорее ушел. Чтобы не видел его... таким — Пожалуйста не надо. — Ты простынешь — устало сказал Руся, уже не в силах бороться с упрямством. — Нет. Я в норме. — Ты может и в норме, а я нет. Это мне придется тебя лечить и волноваться. Сними эту чертову рубашку ради меня — внутри Тауруса начинало расти раздражение. — Тебя никто не просит обо мне волноваться. Не выдержав, Таурус с силой швырнул тазик на пол. Он перевернулся и вода, остававшаяся внутри, стремительно разлилась по холодному камню. От неожиданности Ари вздрогнул и испуганно посмотрел на Тауруса. Он видел, как тот стиснул зубы и изо всех сил старается не сказать чего-нибудь лишнего. Его руки начали нервно сжимать одежду, а глазами он старался смотреть куда-то в другую сторону, как будто в углах комнаты было что-то крайне интересное... Например паутина. Очень даже интересно. Или пыль, не так интересно, но все же... — Русь... — от этого милого обращения по телу Тауруса побежали мурашки. — Я хотел помыть тут пол — через силу сказал он, поднимая пустой тазик — Я быстро. Развернувшись, Руся быстро зашагал из комнаты, цепляясь за ручку тазика, как за спасательный круг. Он помоет пол, и все будет хорошо. Сегодня ему снова надо по делам, а значит - можно будет отвлечься. На улице проще. Он надеется. Что будет проще... *** — Тук-тук... Таурус опустился на корточки в дверном проеме. Свет вычерчивал силуэт его фигуры, проникая внутрь затемненной комнаты, в которой всегда было душно и тихо. Ариес спал. Руся был в этом не уверен, потому что порой было сложно понять спит тот или нет, или просто лежит с закрытыми глазами, потому что, ну а что еще делать, правда? Таурус обхватил свои колени руками. День был настолько тяжелым, что он практически не чувствовал ног. Ему пришлось носиться по всем домам, всем садам и безопасным перелескам, чтобы отыскать травы, необходимые для поддержки группы. Хоть он и не сильно разбирался в растениях, он, все таки, не Вирджи, но так как девушки больше в их рядах не было, ему пришлось взять на себя нелегкую долю травника. Он понимал, что на подготовку уйдет еще как минимум дней 5, а то и больше, учитывая насколько редкими были некоторые растения и насколько мало Таурус в них всех разбирался. Его спасала только начитанность и некоторые советы от Вирджи, которые любезно передала ему Пиша. Но столько времени у них не было. Ему ясно дали понять, что Либра прилетит за травами послезавтра, а дальше их связи почти полностью оборвуться. Опять. Таурус тихо встал на корточки и подполз к низкой койке, на которой лежал Ари — Руся не хотел разбудить его, если тот спал. А потому, осторожно положил голову рядом, разглядывая красноватые руки лежащего рядом с ним парня. "Может у него жар?" Таурус набрался смелости и дотронулся до руки, ощущая горячие потоки энергии, проходящие под кожей. Он сразу отдернул пальцы, но затем снова коснулся горящей ладони. Ари сжал пальцы, и по телу Тауруса пробежала дрожь. Сначала его бросило в жар потом в холод, а потом он усмехнулся, удивляясь насколько сильно он себя довел, что уже такое малое проявление близости заставляет его пережить весь спектр эмоций. Он не решался убрать руку. Прошло несколько минут, а парень так и сидел, мощась от того, что затекли ноги. Но он не мог уйти. Не мог потерять это хоть и недолговечное чувство спокойствия и тепла. Еще немножко... Он посидит и уйдёт... Руся заерзал, чтобы сменить неудобную позу и коснулся затылком коленей Ари. Они тоже были теплые. Еще немножко... Таурус не заметил, как уснул. ... Удивительно, но в это утро Ариес встал с первыми лучами солнца. Ну точнее не встал, а медленно, неохотно открыл глаза. Солнца тоже было не видать. Да даже если бы оно и было, то плотные темные шторы не дали бы ему проникнуть в стены душной комнаты. Тишина была звенящей, даже жужжащей, отдавая в виски и холодком разливаясь по ослабшему мозгу. "Почему... почему я опять проснулся..." Ари не хотел. Просыпаться. Он хотел чтобы все это поскорее закончилось. И чтобы больше не было этих мыслей, разговоров, чувства вины. Нет. Ненависти. Страха? Он не знал уже от чего бежит. Слишком много грязи. Он чувствовал ее повсюду. Под ногами, на коже, внутри себя. Все было грязное, склизское, воспаленное. Казалось, что лишнее движение, слово или даже мысль порождает еще больше грязи, и скоро они все в ней утонут. Они? Нет конечно. Он. Только он. Это его грязь. Его проблемы с головой и его ответственность. Хотя нет, ответственность это слишком хорошее слово. Слишком чистое. Ариес медленно выпустил из себя воздух, мирясь с уже привычными мыслями, привычным ощущением того, что кто-то положил на него каменную плиту и привычным настроением. Пережить этот день. Ради него. Не думать о смерти... Надеяться, что только так он может искупить свою вину, не ищя для себя легкого пути, хорошего исхода... Ари снова выдохнул, пытаясь вместе с воздухом выпустить все эти мысли и снова стать сильным. Способным выйти из своей комнаты и... Если бы он мог, то давно бы уже сделал это. Только сейчас Ари заметил, что находится в комнате не один. Иногда рефлексия настолько его захватывала, что окружающее отходило на дальний план. Вот и сейчас он почти со страхом смотрел на то, что Таурус сидел на полу у его кровати, положив на нее растрепанную голову и мирно сопел. Его вид был был настолько благостный, что Ариесу стало плохо. Он быстро разжал пальцы и высвободил руку. Почему. Почему он тут? Разве Ари не достаточно холоден? Не достаточно отстранен? "Почему, Таурус... " Ари считал его таким огромным и важным, таким недосягаемо прекрасным, самым лучшим. И не потому что он идеальный, а потому что он просто такой. И этот огромный человек не должен спать у него в ногах. Нет. Ни в коем случае. Он не должен быть в грязи, которая его окружает. А ведь Ари так надеялся в какой-то день Таурус к нему не придёт. Что он устанет от его апатии и решит, что лучше проживёт эту жизнь без Ари. Тогда бы он был счастлив. Наверное они оба. Все, хватит! Ари понимал что несет полную чушь. В этот момент Руся медленно открыл глаза и отметил, что его сосед не спит, а смотрит то ли на него, то ли куда-то сквозь. — Доброе утро — тихо сказал Таурус. А Ари не смог ответить. И они замолчали. Парень все ждал, когда же Таурус встанет и пойдет по своим делам. Тогда может мысли не так сильно будут одолевать его разгоряченную голову. Он ни кому не будет должен. Но Таурус не уходил. Он лежал и смотрел прямо в красные, измученные беспокойным сном глаза. Долго смотрел и не отрывался. И если сначала Ари пытался прятать глаза, в надежде что это скоро кончится, то потом, один раз столкнувшись со спокойным взлядом, уже не смог оторваться. Ему даже показалось, что его загипнотизировали. В голове пронеслось осознание, что все это время он не смотрел на Тауруса так пристально. Да вообще старался не смотреть. Тем более когда он был так близко. Было видно как дрожат его ресницы и слегка щурятся еще не проснувшиеся глаза. — Ты ждешь когда я уйду? — тихо спросил Руся — Я еще посижу тут. Тебе повезло что я так устаю последние дни, что совершенно не могу на тебя злиться. Ари снова молчал. Ему казалось, что если он что-то скажет, станет гораздо хуже. — Можешь ничего не говорить -- Таурус запустил руку под одеяло, привстал и без разрешения лег рядом с Ари так, что их головы оказались совсем рядом. Руся смотрел наверх, на потолок, как будто каждый день они лежали так и смотрели вверх. Ничего там не было. Просто деревянные доски. Но Ари смотрел прямо, прямо в ухо, которое внезапно оказалось на уровне его глаз. Под одеялом было жарко. Настолько, что, казалось, тело начинает таять, а одежда вплавляться прямо в него. Дышать тоже было нечем, голова кружилась и глаза невольно закрывались, позволяя провалиться в тихое, застывшее небытие. ... Таурус наконец ощутил на своем лице лёгкий прохладный ветерок. Окно само немного приоткрылись, впуская внутрь воздух и лучи осеннего солнца легли на сонные лица. Хоть у них и не было времён года, но солнце было именно таким. Холодным, тихим, словно застывшим в ожидании чего-то. Занавеска легко развивалась на ветру, надуваясь и опускаясь с едва уловимым шорохом. Его заглушало только тихое сопение. Таурус глубоко вдохнул свежий воздух и, слегка улыбнувшись, провел по голове спящего парня. Тот лежал у Руси на плече, безмятежно, не обращая внимания ни на жару, ни на нежные прикосновения. Они застыли вдвоем в воздухе наступающего утра. Тишину прорезал оглушительный грохот. Ари, резко вскочив, стянул растерянного парня с кровати, за секунду до того, как на нее с треском повалилась деревянная балка. Хватая Русю за запястья и одежду, парень, поднял его с земли и, спотыкаясь, потащил вперёд. Дверь опасно покосилась, а за спиной снова раздался треск, и парни чуть ли не вылетели из комнаты, врезавшись в противоположную стену коридора. Не успев прийти в себя, Таурус почувствовал, как что-то с силой врезалось ему в бок, вышибая весь воздух из лёгких, а затем его куда-то повело, то ли назад, то ли вниз. Он чувствовал как шершавая стена скользит у него под рукой. Потом все снова начало дрожать, яркий свет рябил в глазах, парень старался сориентироваться, но все продолжало плыть. -- Ты как?! -- сквозь пелену раздался знакомый голос, на что Руся неопределенно кивнул. Наконец его глаза выхватили определенный объект, это был оконный проем, к которому его стремительно вели, обходя завалы обрушившихся стен. Тауруса снова дёрнули, а потом взяли в охапку, защищая его голову от внезапных разрушений. Ари старался бежать, но ноги проваливались между обломками и другими вещами, заметно замедляя шаг. Огненной волной он вышиб окно и толкнул Русю вперёд, надеясь, что эти драгоценные секунды не будут стоить ему сломанной шеи. Небо и земля смешались в одно, и теперь казалось, что трещал не только дом, но и все вокруг. Со всех сторон слышались крики, кто-то куда-то бежал, задевая Тауруса ногами. Он снова попытался встать, но перед его глазами возникла фигура Ариеса, который, оглядевшись, снова схватил его под локоть. Сомнений уже не было. Тряслась земля. Прямо у них под ногами.