The Outsider

Фемслэш
NC-17
Закончен
18
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Мини, 19 страниц, 4 части
Описание:
Обычная школа в Штатах начала нулевых. Витани - подросток из неблагополучной семьи, Нала - её учительница литературы. Однажды Витани спасает свою преподавательницу от двух негодяев, и между ними завязываются весьма неординарные для учителя и ученика отношения.
Примечания автора:
Легко читается как ориджинал
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
18 Нравится 4 Отзывы 1 В сборник Скачать

Dead as Dead Can Be

Настройки текста
      Качающаяся от сквозняка лампочка тусклыми лучами освещала пару книжек на партах, страницы которых шелестели под холодным утренним ветром. Четыре стены, а между ними всё тот же сброд орущих и возмущающихся одноклассничков.       Витани флегматично смотрела в одну далёкую точку на стене, чтобы не замечать всей этой суматохи вокруг. Кажется, раньше там висел чей-то портрет, а теперь красовалась лишь обшарпанная краска и кривой гвоздь где-то сверху.       «И это лишь первый урок. Я не выживу», — подумала она про себя, поверхностно выдохнув и приложив пальцы к пульсирующим от усталости вискам.       Через пару минут в кабинет вошла мисс Ландер, учитель литературы, которую все поголовно между собой называли просто по имени — Нала. Жена мэра города, по совместительству мать самой популярной девчонки в школе — что вообще её заставляло читать одни и те же лекции тупым, как пробки, нам? Вообще, она неплохо сохранилась для своих лет. Всегда заурядные, но хорошо подобранные деловые костюмы, причёски там всякие — это явно был не стиль Витани, но её одежда хотя бы не вызывала такого отвращения, как гламурные вещички её же дочурки.       И снова поэзия 18-го века, снова символы и бессмысленные разъяснения всех этих метафор. Весь этот час Витани просто переводила взгляд с торчащего гвоздя на стене на идиотскую стрижку одноклассника, сидящего впереди, периодически останавливаясь на декольте мисс Налы, когда та отвлекалась на что-то. Наконец, в коридоре раздался долгожданный звонок, и все тут же ринулись вон из класса, впопыхах бросая учебники в сумки. Витани флегматично покачала головой, выжидая, когда все выйдут и она сможет в тишине и спокойствии упаковать свои пожитки в рюкзак.       Когда девушка уже дотронулась до дверной ручки и потянула её вниз, позади раздался голос учителя:       — Витани?       Словно с каким-то немым вопросом в голосе окликнула её мисс Нала, и стоящая у двери тут же развернулась, слишком резко и недоверчиво глянув на неё.       — Твоё сочинение с прошлой недели, — сказала тихо женщина за столом, даже не отрываясь от проверки работ. Она постучала пальцами по краю тумбочки, где лежал листок.       Витани, бесшумно ступая по старому деревянному полу, подошла к ней и стянула листок с края.       «Четыре с минусом… что ж, неплохо», — подумала она про себя, в глубине души, всё же, чувствуя некую досаду, ведь тема этого сочинения ей действительно показалась забавной и заставила её убить более часа свободного времени на написание работы.       — Мне понравился твой слог написания, сами мысли, — Нала наконец-то оторвалась от проверки тестов, повернувшись к ученице, — но грамматика сильно хромает. Может, стоит взять ещё пару часов по языку?       Витани, в это время уткнувшаяся в помятый тетрадный листок со своей писаниной, изо всех сил пыталась избежать зрительного контакта с собеседницей.       — Так как-нибудь проживу, — съязвила она, засунув сочинение в рюкзак и направляясь в сторону двери.       — Жаль. Ведь экзамен буду принимать я, это могло бы сыграть тебе на руку, — Нала ухмыльнулась, вновь возвращаясь к проверке других работ.       Витани остановилась, оборачиваясь к ней. Она с недовольством и без какой-либо заинтересованности посмотрела на учительницу, и та, видимо, уловила эти эмоции во взгляде.       — Ладно, дело твоё, — сказала Нала снисходительно.       — А что вам с того, если у меня будет хорошая оценка? — поинтересовалась Витани, вновь обернувшись к мисс Нале.       — Мне — премия, а тебя директор погладит по головке, — проговорила учительница, всё также не поднимая взгляда. — Всего одного человека в твоём классе не хватает, чтобы процентная статистика успеваемости улучшилась вдвое по сравнению с прошлым годом. Думаешь, ты сможешь мне помочь?       — Мне и даром не нужна его похвала, — прищурилась Витани.       — Отличная оценка пойдёт в аттестат, — привела ещё один аргумент Нала, отложив в сторону ручку.       — Почему именно я? В классе полно ботанов, действительно готовых всё это делать ради пятёрки по языку, — фыркнула ученица, перекидывая рюкзак через плечо и вновь поворачиваясь к выходу.       — Потому что я знаю о твоей ситуации в семье, Витани, — Нала, наконец, оставила в покое тетрадки на столе и повернулась к ученице.       Та в ответ сжала зубы и даже оскалилась. Сейчас в голове Витани проносились сотни — нет — тысячи всех возможных ругательств, но остатки здравого смысла в подкорках всё же убедили её остановиться на нейтральном «Идите к чёрту». Она хлопнула дверью и пулей вылетела из злополучного кабинета.

***

      Витани никогда не считала себя сентиментальным человеком, но по иронии судьбы получалось так, что плакала она довольно часто. Она заперлась в одной из кабинок туалета, еле сдерживаясь от соплепускания. Всё пошло наперекосяк после смерти её старшего брата. Мало было того, что на ней и так была репутация дочери безжалостного криминального авторитета и маразматички с проблемами контроля гнева, так ещё и братец скончался от передоза в пятидесяти метрах от полицейского участка. Витани ненавидела, когда кто-либо ей вообще напоминал, что у неё есть семья. Такая семья. В частности, если напоминали те, кому не должно быть никакого дела до её родственных связей.       Где-то в глубине души Витани понимала, что мисс Нала хотела лишь подбодрить её и хоть чем-то помочь, но она не могла допустить, чтобы совершенно чужой человек так бесцеремонно копался в её личных делах. Девушка открыла дверь и подошла, сгорбившись, словно выбравшийся из логова зверёныш, к заляпанному зеркалу на стене. Кое-как пригладила взъерошенную чёлку и вышла в коридор, слившись с толпой таких же учеников, словно ничего и не произошло.

***

      Витани ловила себя на мысли, что она старалась как можно дольше избегать возвращения домой. А если и приходила ночевать, то совершенно бесшумно прокрадывалась через комнату матери и второго своего брата, которому посчастливилось обзавестись большИм количеством приятелей, у которых он обычно и оставался. И просто падала на свою жёсткую, пыльную кровать и мгновенно засыпала, не желая видеть это место ни секундой дольше.       Сейчас же она тащилась по узким улочкам после тренировки, бессмысленно смотря на синее небо и кирпичные домики по сторонам. Спорт помогал ей бороться со всем тем дерьмом, что творилось в её жизни; высвобождать агрессию ни на себе и ни на других невинных жертвах, а на оппонентах, которые тоже были не прочь покататься по земле и поразбивать носы друг другу. К тому же, после тренировки можно было бесплатно поужинать, что сильно играло Витани на руку.       Моменты, когда дыхание сбивалось настолько, что перед глазами мелькали чёрные точки, когда резкие удары по никчёмной телесной оболочке сбивали с ног — всё это стало единственной отрадой её существования. Она не до конца понимала, нравилось ли ей получать физическую боль или это желание искалечить себя и оппонента было лишь вымещением ненависти, копившейся уже более трёх месяцев в сломанном сердце. В любом случае, тренировки помогали держаться хоть в каком-то тонусе.       Девушка шагала по обочине, максимально стараясь оставаться в тени — привычка выработалась с детства, ведь надо было уметь прошмыгнуть через комнату родителей, когда те ругались или просто были не в духе. Она прислушивалась к еле заметным уху звукам, доносившимся из домиков справа от неё — звон гремящих тарелок сливался с шумом работающих кабельных каналов и голосами детей и их родителей. Иногда Витани представляла, какой бы была её жизнь, родись она в такой вот «нормальной» семье.       Вдруг из гаража неподалёку вышло двое чересчур громких парней, алкогольный запах изо рта которых можно было почувствовать даже за квартал. Витани лишь сильнее слилась с темнотой, будучи уверенной, что двое её не заметят. Так и случилось — горланя какие-то понятные лишь им шуточки, они прошли вперёд, двигаясь поразительно быстро для их-то состояния.       Пришельцы заставили Витани отвлечься от наблюдения за причудливыми кирпичными домиками — она внимательно осмотрелась, ища, нет ли поблизости развилки, куда можно свернуть. Но вместо такого нужного в данный момент закоулка она заметила впереди ещё один силуэт — и совершенно впала в ступор, осознав, что сегодня уже видела тень в такой же юбке-карандаше и с такой же кучей тяжёлых пакетов.       Волосы до плеч, собранные в слабую французскую косу, синий плащик и лакированные ботинки на крохотном каблуке. Она узнала свою учительницу по быстрому, летящему, но всё ещё грациозному шагу, по светлым волосам, отдельные пряди которых развивались по ветру, как было и в кабинете сегодня утром.       В одном из пакетов, которые несла мисс Нала, возможно, лежал и её, Витани, собственный листок с тестом… А двое приятелей всё шли вперёд, прямо за этой тенью. Витани машинально пригнулась и ускорилась, украдкой проползая между кустов и мусорных баков поодаль всё тех же домиков. Она вынула из кармана рюкзака кастет, сжала его в потной ладони, попутно понимая, что сегодня, видимо, настанет тот самый момент, когда она сможет проявить свои бойцовские навыки на практике.       Витани явно не стремилась приукрасить себя в собственных глазах этим «доблестным» поступком — нет, она лишь хотела понять, хватит ли ей мужества разбить чью-нибудь гнусную рожу в кровь на самом деле, без чуткого наблюдения тренера и нарочного смягчения ударов. Возможно, она также и хотела доказать себе, что ещё не пала так низко, как члены её семьи — что она ещё способна прийти на помощь слабому без ожидания поощрения или награды.       Двое максимально приблизились к объекту охраны Витани, казалось, они даже начали обгонять съёжившуюся от страха мисс Налу. Но совсем скоро опасения подтвердились — один из парней остановился и громко свистнул, подходя к женщине и протягивая лапы к сумке на её плече. Витани сидела в засаде буквально в нескольких шагах от них, переминая в руке серебристый метал: сжимала его всё сильнее и сильнее, пока твёрдые прорези кастета не оставили белые следы на липких от пота пальцах.       — Оставьте меня! — крикнула Нала с той дрожью и паникой в голосе, которая бывает лишь в двух случаях — когда кто-то находится на волоске от гибели, или когда кто-то готовится совершить нечто необдуманное и резкое. Если бы Витани попыталась закричать что-то перед своим прыжком веры, её голос звучал бы идентично.       Но она беззвучно, всё ещё сливаясь с чернейшей из теней, выскочила из-за кустов, ударив одного из пьяниц, схватившего бедную учительницу за плечо, прямо по пальцам. Тот взвыл от боли и отшатнулся назад, шипя и сжимая ушибленные пальцы здоровой рукой. Пока был шанс, Витани замахнулась и ударила второго противника в грудь тяжёлой подошвой своих ботинок; тот закряхтел, но успел схватить её за ногу и оттолкнуть на землю. Девушка быстро вскочила, отпрянула назад и покосилась на оппонентов, медленно передвигаясь по кругу в полуприсяде, как её и учили. Мисс Нала ошарашено смотрела на происходящую баталию, прижавшись к бетонной стене и закрыв лицо руками.       Неповоротливость соперников и их хоть и не полная, но дезориентация в пространстве, играли на руку Витани. Улучив момент, она атаковала уже подбитого пьянчугу, ударив кастетом по щеке (или носу, в темноте было сложно разобрать). Тот взвыл, словно раненый осёл, и повалился на землю, стуча ногами по сырой почве. Его приятель кинулся на Витани с такими же дикими воплями, но та вовремя отпрянула от него, и пьяное тело повалилось на газон за её спиной.       Нала смотрела на запачканное, покрытое испариной и мелкими красными каплями лицо своей спасительницы. Витани тяжело дышала и нервно глядела то на одного, то на другого идиота, корчащихся в позе эмбриона в паре метров от неё. Лицо подростка было частично скрыто за лихорадочно разбросанной по лбу и щекам чёлкой, а также тенью от натянутого капюшона, но Нале удалось как-то отметить во всем этом балагане горящие то ли от адреналина, то ли уже от отрады победы, глаза. Обычно Витани не отличалась многословием, потому её лицо всегда казалось флегматично-апатичным, но сейчас же там эмоции сменялась со скоростью света.       Упавший вторым по счёту парень начал снова подавать признаки жизни — он резко встал с земли, но сила притяжения тотчас потянула его обратно. Нала и Витани обе вздрогнули, а по коже второй даже прокатилась волна холодных мурашек; Витани схватила учительницу за рукав и потащила в сторону проходной улицы, которая располагалась параллельно этой.       Уже через пару минут они стояли на асфальте, под светом фонарей и рядом с потоком машин. Они безмолвно, в оцепенении глядели друг на друга; теперь уже по шее Налы катились ледяные капли пота, а с пальцев Витани капала на землю чёрная кровь.       — Ви… — проронила было Нала, как подросток тут же сорвался с места и бросился прочь.       Учительница так и стояла под жёлтым светом фонарей, провожая взглядом скрывающийся вдали силуэт.        Витани же без оглядки мчалась в сторону своего дома, пребывая в таком шоковом состоянии, что даже не замечала, как сильно повредила правую руку. К счастью, нигде в доме по её прибытии даже не горел свет — девушка быстро пробралась в свою комнату, рухнув на кровать. Она с усилием стянула с пальцев кастет, впервые сегодня использованный по назначению — раньше он лишь пылился в кармане рюкзака. Её голова рухнула на жёсткую подушку со счастливым осознанием того, что сегодняшнее происшествие — хороший предлог пропустить завтра занятия.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты