Да.

— Да или нет? — впервые это произносит Нил, и, когда Эндрю отвечает «да», снимает с себя футболку, обнажая шрамы. Подходит, берёт руку Эндрю в свою и внимательно смотрит, прежде чем схватить край повязки. Миньярд прожигает взглядом, но не останавливает, и Джостен аккуратно разматывает бинты. Сначала одну повязку, затем вторую — сворачивает обе и откладывает в сторону. Он не смотрит на шрамы Эндрю, он смотрит Эндрю в глаза. Кладёт его руку себе на грудь, раскрытой ладонью на сердце, и напоминает: — Я остановлюсь в любой момент. Эндрю молча смотрит и опускает взгляд на его ладонь, аккуратно, но уверенно накрывшую костяшки и заскользившую вниз, к запястью. Нил ведёт прямиком до локтя, дальше границы закрыты: Эндрю ясно даёт это понять, предупреждающе надавливая ему на грудь. Нил с едва слышным шелестом возвращается по проторенной тропе и в последний момент невзначай соскальзывает на внутреннюю сторону запястья. Напряжение резко возрастает: Нил гладит указательным пальцем один из рубцов и ощущает, как под ним натягивается сухожилие. Эндрю всё ещё остаётся на месте. Он наверняка замечает участившееся сердцебиение под своими пальцами, но в лице не меняется. Эндрю сосредоточен, как пантера перед прыжком, готовая наброситься, стоит хоть раз оступиться. Оступаться Нил не планирует, у него есть отличный путеводитель — остаётся идти по уже проложенным следам. Оставляя их, Эндрю не искал жалости. Он предъявлял, доказывал. И Нил догадывается, что и кому Эндрю пытался доказать. Отняв от себя его руку, Нил подходит ближе и, убедившись что Эндрю смотрит, подносит обнажённое запястье к своим губам. Запечатывает ими каждый шрам, каждый след, ведущий к ответу на вопрос: «Что нужно делать?» Когда Нил встречает губы Эндрю своими, он уже знает — нужно искать. Ещё тогда Эндрю удалось отвоевать собственное тело, и Нил готов искать, находить, собирать его по частям и сшивать до тех пор, пока оно снова не станет

целым.