Если бы мы могли все изменить

Я сидела на подоконнике и вглядывалась в ночную темноту, которая окутала двор. Девушки спали, кто-то на кроватях, кто-то прямо на полу, постелив под себя старый матрас. Никогда не понимала, как им не надоедает таскать на себе эту тяжесть. Война тихо посапывала, из-за таблеток ее вырубало почти моментально, и мне приходилось долго сидеть в одиночестве. Спать не хотелось, поэтому какая-то нелегкая вытащила меня в коридор. Вернее, вытащилась я сама, но в голову эта мысль пришла будто бы от кого-то другого. В коридорах темно так, что не видно ни зги. Приходится поминать всех нелицеприятными словами и доставать зажигалку. Единственный источник света в царстве кромешной тьмы. Под ноги приходится постоянно смотреть, потому что риск наступить на кого-нибудь – крайне велик. Девушки уже не придают значения этой глупости - где спать. Где упал – там и кровать. Огонь из зажигалки гаснет не вовремя, и я чуть ли не кубарем скатываюсь с лестницы. От шока и от боли молчу, вслушиваясь в полуночную тишину. Заодно хочу узнать, не разбудила ли кого. Дом не откликается, но создается ощущение, что Он готовит мне подарок. Сюрприз находится за первым же поворотом. Подарок высокий и уж очень смахивает на юношу. Я понимаю, что попала туда, куда никто из девушек не ходит. Но еще секунда, и фигура растворяется, как будто не было ее. Делать нечего. Дом живет по определенным правилам, и нарушать их как-то неправильно. Даже если ты учитель. Учитель, которого приняли за воспитанника и закинули в общую спальню. Меня пробирает хохот, после чего я не могу долго успокоиться. Даже когда дохожу до спальни, ложусь на кровать и закрываю глаза.

***

Утром меня будит Рыжая, тормошит несколько минут. Я с трудом открываю глаза и с удивлением смотрю на нее. Она улыбается и показывает пальцем в сторону окна. На улице снег. Я заворожено смотрю на улицу и понимаю, что хочу выйти во двор. Рыжая меня окликает, напоминает, что пора на уроки. Там скучно. Особенно мне. Хотя другие девушки занимаются всем, чем только могут и никогда не попадаются. Мне даже завидно, потому что учителя ко мне всегда цепляются и придираются. Наверное, просто не любят, когда воспитанники вставляют свое слово в учебный процесс. Но учиться там невозможно, лекция превращается в нечто занудное, когда даже трещина на потолке становится интересной. - Ты опять отвлеклась! – противный визг учителя по физике отгоняет приятную дрему и выкидывает в реальность, - Марш из класса! Встаю и выхожу. Под хихиканье Габи, которая затыкается сразу же, как только наши глаза встречаются. Она меня поняла и прекрасно осознает, что ее ждет вечером. Я хищно улыбаюсь, празднуя свою маленькую победу. В коридорах пусто. Все домовцы сейчас сидят над книгами и пытаются грызть графит знаний. Судя по воплям учителей, процесс идет не совсем в нужную сторону. Я улыбаюсь. Не тех людей наняли, чтобы заботиться о том, какими эти дети выйдут отсюда. Но меня это не должно волновать. - Что Вы тут делаете? – я вздрагиваю и резко поворачиваюсь. На меня смотрит юноша, чьи глаза похожи на птичьи. На пальцах неимоверное количество перстней, в руках – трость. Я понимаю, что зашла на второй этаж. Наверное, тело по привычке пошло к тому месту, где ночью закончилась прогулка. - Вам повезло, в Доме новый закон, который разрешает девушкам приходить в гости к нам, и наоборот, - незнакомец расценивает мое молчание по-своему, поэтому отводит меня немного в сторону, - У Вас могли быть большие неприятности. Я даже не знаю, что сказать. Неприятности я не любила, зато они любили меня. Просто обожали, как обожают свое дитя. Тем временем собеседник меня чему-то учил. Вернее, учить уже перестал и смотрел на меня. И даже не мигал. - Феникс, - не задумываясь, выпалила я, - А Вас? Раз уж пошла такая пьянка, то надо бы узнать. Война вряд ли бы одобрила мое поведение, да и скорее всего вообще утащила бы меня от этого незнакомца. - Стервятник. Вожак Третьей. Я замираю, даже стараюсь не дышать. Попала, так попала. Рыжая когда-то проводила со мной разъяснительную беседу после серии моих вопросов «Где? Что? Почему? Зачем? Как? Куда?». Даже рассказала про иерархию в стаях у парней. Я мысленно и в очень некультурной форме «поблагодарю» всех богов удачи, которых знаю, потому что надо было мне, в первый день же наткнуться на вожака. Просто чудо из чудес. Лучше я бы наткнулась на кого-нибудь из Крыс. - Очень приятно, - я лепечу и отвожу глаза. Играю ва-банк, лучше притворюсь стеснительной и робкой, чем буду таращиться во все глаза. Про него мне рассказывала та же Рыжая, почему-то называя его монстром Дома. На монстра как раз он похож не был. По крайней мере, они не бывают вежливыми. Стервятник пытается улыбнуться, но на губах лишь жалкое подобие усмешки. Я выдаю слова благодарности и поворачиваюсь в другую сторону, чтобы быстрее уйти, потому что в коридоре появляется еще один человек. Я замечаю лишь его рыжую шевелюру, но не могу услышать что он говорит вожаку Третьей. Зато могу понять интонацию, из-за которой меня бросает в дрожь и появляется желание отпустить ему на голову что-нибудь тяжелое. И желательно несколько раз.

***

- Ну, в общем-то, и все, - я потерла глаза и поправила глаз. В последнее время он никак не вставал на место, наверное, стоило бы заказать новый. Но для этого надо идти в Могильник, а Пауки уже на меня зуб точат и хотят положить на обследование после того случая. Рыжая говорила что-то о Прыгунах и Ходоках, но я не уловила суть. Надо бы спросить ее еще раз. Меня трясет за плечи Война и чуть ли не орет в ухо: - Как? Как ты могла спуститься на второй этаж и заговорить с вожаком! С вожаком, твою мать. Мне не хочется даже ничего объяснять. Хочется спать и узнать, что задали по физике, хотя я прекрасно понимаю, что не буду делать уроки. До сих пор я их не делала, потому что не видела смысла решать заново все то, что уже прошла. С занятий возвращается Рыжая, видимо, кто-то ее задержал в коридоре. Я сразу же возвращаюсь в реальность и начинаю все осознавать. - Рыжая, а кто из парней обладает такой же шевелюрой, как у тебя? – я прищуриваюсь, чтобы видеть скажет ли она мне правду или нет. Ответ не слышу, потому что на меня запрыгивает Война и начинает колошматить подушкой. Видимо, она расстроена, что мне повезло с приключением, пока она пыталась понять термоядерный синтез. Я смеюсь и пытаюсь увернуться от нового удара. Не получается. Поэтому искусственный глаз катится по полу. Подруга замирает. Но замирает не только она. Замирают все, кто только был в комнате. Я соскакиваю с кровати и поворачиваюсь спиной к дверям, чтобы видеть всю спальню. Двери за моей спиной начинают скрипеть, видимо, у нас гости. Война сдавленно смеется, икает и падает лицом на подушку. Слышится приглушенный хохот. Остальные молчат и смотрят под ноги, чтобы случайно на этот самый глаз не наступить. Но мне явно не до них, поэтому вместо приветствия я выдаю фразу, от которой к нам точно никто никогда не придет: - Стоять и не двигаться! Я уронила свой глаз! Позади меня кто-то усмехается. - Желаю удачи в поисках. Я поворачиваюсь и вижу того самого, который подошел к Стервятнику после моего позорного бегства.