It's Frowned Upon

Блейн сидел и смотрел на то, как Голуб… как Курт почти выбегает из класса. Блейн был полностью ошарашен. Почему Курт ушел? У них был совершенно нормальный разговор, как вдруг Курт просто упорхнул, и Блейн, мягко говоря, пребывал в замешательстве. И вдруг он вспомнил, почему мальчик убежал. Он знал его, причем знал не просто как своего ученика, но и как кого-то еще. — Курт, Курт, Курт… — размышлял он вслух. — Я должен его откуда-то знать, но он ведь так молод для меня. Откуда я его знаю? Хорошо, я должен решить этот вопрос. Мне двадцать четыре, а он старшеклассник, значит, ему около… хм… семнадцати, восемнадцати лет? Я пытаюсь, но не могу вспомнить, когда мы познакомились, должно быть, мы знали друг друга, когда я был ребенком, — рассуждал Блейн наедине с самим собой в пустом классе. Каждый проходящий мимо кабинета слышал, как он разговаривает, и решил, что новенький совсем рехнулся. — Ну, это точно должно быть после того, как мне исполнилось девять лет, потому что именно тогда я и переехал сюда. Так что, когда мне было десять лет, Курту было примерно три или четыре года? Но он был слишком маленьким! Подожди. Так, держи себя в руках, — сказал Блейн, как вдруг мысль пронзила его голову. — Нет, этого не может быть! Это не может быть Курт! Какова вообще вероятность того, что человек может иметь то же имя и быть настолько же младше его? — продолжал Блейн, хотя сам уже начинал смеяться. — Нет, этого действительно просто не может быть! — повторял он снова и снова. Мысль о маленьком играющем Курте не покидала голову Блейна весь остаток дня, пока он не собрался и, наконец, не отправился домой. Он остался допоздна, чтобы заполнить некоторые документы для школы, что, конечно же, увеличило его рабочий день в разы. Наконец, после короткой тихой поездки на машине, Блейн с трудом доплелся до своего дома и поднялся в квартиру. Квартира 247. Она была сравнительно небольшой, но, тем не менее, в ней было много дополнительных комнат, несмотря на то, что Блейн жил один. В квартире было две спальни и одна ванная комната. Он оформил ее в очень сдержанном стиле. Гостиная была в спокойной кремовой и бежевой гамме, кухня же принимала черно-белый облик. Его спальня была выкрашена в разные оттенки коричневого цвета с бирюзовой отделкой, что на первый взгляд пришлось не совсем по душе Блейну, но некоторое время спустя он понял, что все вместе выглядит вполне приятно. Дополнительная спальня была оформлена в изысканном сером и серебристом цвете, а ванная комната выглядела безупречно белой. Он был очень доволен своей квартирой, пусть она была и не велика… Все же это был его дом. Блейн прошел в гостиную и открыл шкаф, в котором хранил все старые вещи. Он вытащил гигантскую картонную коробку, наполненную фотографиями и фотоальбомами. Андерсон быстро пробежался глазами, пока не увидел то, что искал. — Ах, — произнес он. — Вот ты где, — он достал фотоальбом, на котором было написано: « Блейн — 14 лет». Ох, слава богу, что его мама была суперорганизованной женщиной. Блейн, улыбаясь, пролистал страницы, наполненные воспоминаниями, пока не добрался до того фото, что пытался отыскать. Он вытащил и поднес фотографию поближе, решительно взявшись изучать ее. Андерсон увидел совсем еще юного себя, который смеялся с маленьким мальчиком, сидящим на его спине. С мальчиком, который действительно был очень похож на Курта. У него были каштановые волосы, чуть светлее, чем сейчас, но с возрастом волосы темнеют. Однако то, что оставалось неизменным, были его глаза. Глаза, которые словно бесконечный водоворот, что затягивает тебя в свои глубины, как только решишься взглянуть в них. Его глаза — это синева, которую Блейн не встречал больше нигде, кроме этих самых глаз. Его кожа была все такой же бледной, а тело Курта оставалось по-прежнему тощим и слегка долговязым. «Хотя он, безусловно, изменился», — подумал Блейн, после чего резко встряхнул головой, словно стараясь прогнать неуместные мысли. «Он твой ученик, Блейн! Что ты, черт возьми, делаешь?!» Блейн прекрасно понимал, что не должен замечать все эти изменения в Курте, но он ничего не мог с собой поделать. Это было похоже на то, как если бы перед вами подвесили огромный кусок шоколадного торта сразу после того, как вы только что сели на диету. Вам так трудно сказать «нет»! А если, так или иначе, вы находите в себе силы отказаться от него, с того самого момента, все, о чем вы сможете думать, так это: «Интересно, а каков он был на вкус?», «Скорее всего, он настолько шоколадный, что меня бы стошнило», «Держу пари, они использовали настоящее какао для приготовления этого торта!» и так далее и тому подобное. Был только один способ выяснить, является ли Курт тем самым маленьким мальчиком или же нет. Стоило просто подойти и спросить об этом самого Курта. Хотя если вспоминать то, как вчера он буквально вылетел из класса, Курт точно не кричал «СПРОСИ МЕНЯ!». Блейн вздохнул. Он был на восемьдесят процентов уверен, что на фотографии именно Курт. Так же, он был на девяносто процентов уверен в том, что если он спросит завтра об этом самого Курта, тот не станет ему лгать. И, в конце концов, он на сто процентов был уверен в том, что те чувства, которые Курт вызывает в нем, были абсолютно неправильными и неуместными. Но, несмотря на это, Блейн на сто десять процентов был уверен в том, что ему абсолютно плевать на это. Блейн принял душ и собирался лечь спать, даже не удосужившись высушиться или хотя бы одеться, поэтому мокрым он проскользнул под одеяло и тяжело вздохнул. Чувство, что эта ночь окажется беспокойной, никак не покидало его.

***

Блейн вошел в класс и увидел сидящего там Курта. Было еще слишком рано, поэтому в школе находилось всего несколько человек. Андерсон любил приезжать пораньше, чтобы привести себя в порядок, выпить чашку горячего кофе и подготовиться к рабочему дню. — Курт, — потрясенно выдохнул Блейн. Он опустил свою сумку на стол и прислонился к нему бедром. — Почему ты так рано? — спросил Блейн, нарочно опустив свой взгляд на наручные часы, чтобы лишний раз подчеркнуть свое удивление. Курт выдохнул. — Я хотел извиниться за вчерашнее. Я просто сбежал, словно… В общем, это было неправильно, — объяснил Курт, на что Блейн медленно кивнул. — Да, насчет этого… Я хотел бы спросить тебя, — сказал Блейн, увидев, как Курт замер и его глаза широко распахнулись в ужасе. — Нет, нет, не волнуйся, я просто… Я просто пытался выяснить, откуда я могу знать тебя, и ты… — Но ведь Вы преподаете у меня английский язык и психологию, мистер Андерсон, поэтому-то мы и знакомы, — не позволив договорить учителю, ответил Курт. Блейн рассмеялся. — Нет, нет, помимо этого, я имею в виду… Ну хорошо, возможно, это будет звучать немного странно, если это все же не ты, но… Я был твоим няней? — спросил Блейн. Дыхание Курта тут же сбилось с привычного ритма. — Мне почти восемнадцать лет, я, можно сказать, совершеннолетний, мистер Андерсон. Мне не нужна няня, — Курт издал нервный смешок, но Блейну это не показалось смешным, напротив, он был настроен довольно серьезно. — Я имею в виду то время, когда мы были младше. «Определенно младше, чем сейчас», — добавил Блейн про себя. Курт был не просто младше, он был совсем ребенком. Ему ведь еще и восемнадцати не исполнилось! У Блейна просто не должно быть этих мыслей, ведь это было не просто неправильно, но еще и незаконно! — Отлично! — Прокричал Курт и глубоко вздохнул. — Да, ты доволен? Да, ты был моим няней! — признался Курт и обреченно выдохнул, опуская голову на руки и закрывая лицо ладонями. Блейн увидел, как тело Курта начало сотрясаться рыданиями. — Тише, тише, Курт, все в порядке, не плачь. Я никому не скажу об этом, в любом случае, это ничего не изменит, все будет по-прежнему, — сбивчиво проговорил Блейн, приближаясь к Курту и наклоняясь, чтобы можно было заглянуть ему в глаза. Курт поднял голову, его мокрые от слез щеки подтвердили мысль Блейна о том, что Курт действительно плакал. Блейн протянул руку и большим пальцем стер вновь собирающиеся слезы в уголках глаз Курта. — Все в порядке, — прошептал он. Блейн увидел, как мальчик сглотнул, и только тогда заметил, как невероятно близко они находились друг к другу. Их лица были буквально в двух сантиметрах друг от друга, и Блейн заметил, как Курт поднял на него глаза, а после опустил их на его губы, затем снова приковывая встречаясь ним взглядом. Блейн выдохнул, задрожав, и отпрянул назад. Это было уже слишком. — Все в порядке, — повторил Блейн, на этот раз голос его звучал грубо и отстраненно, нежели минуту назад. Курт был удивлен и оскорблен этой переменой в голосе преподавателя, поэтому, прокашлявшись, он встал, оказавшись немного выше самого Блейна. — Нет, не в порядке, Блейн, — ответил Курт. — Мистер Андерсон, Курт, ты помнишь? Я все-таки твой преподаватель, — напомнил ему Блейн. — Ох, точно, — его голос был пропитан сарказмом. — Как же я мог забыть, правда? Поверь, ты не крутишься постоянно в моих мыслях, потому что мы ведь и встретились-то всего несколько дней назад. И нет, я не пытаюсь подавить свои чувства, которые начал испытывать к тебе еще тогда, когда был совсем ребенком, и испытываю даже сейчас! И я не наблюдаю за тобой, каждый раз, глядя на твое лицо, запоминая в голове твой образ, чтобы вечером я смог дрочить на тебя! Нет, все это не так! — воскликнул Курт, пока Блейн пытался перевести дыхание. Слишком много информации для него. Блейн не смог больше сдерживать себя. Он наклонился и заключил лицо Курта в свои ладони, сокращая расстояние между ними и соединяя их губы. Курт, не ожидав такого, глубоко втянул воздух. Этот поцелуй был жарким и безумно страстным, но таким сладким. Язык Курта прошелся по нижней губе Блейна, и тот приоткрыл рот, позволяя Курту скользнуть глубже. Их языки боролись за первенство, сталкиваясь и изучая друг друга. Блейн почувствовал, как Курт запустил пальцы в его волосы, ногтями царапая кожу головы, и громко простонал в губы Курта, чувствуя его улыбку. Пальцами Курт начал спускаться к рубашке Андерсона. «Слава богу, я не надел сегодня галстук-бабочку», — подумал Блейн. Проворные пальцы Курта быстро расправились с каждой пуговицей, раскрывая полы рубашки и открывая вид на грудь Андерсона. Курт провел пальцами одной руки вниз, отмечая каждый выступ на животе Блейна, второй рукой проводя по волосам на его груди. Сейчас этот глубокий, почти грудной стон, принадлежал самому Курту. Губы Блейна спускались вниз по шее Курта, нежно посасывая и прикусывая каждый миллиметр кожи, что он мог достать. Блейн провел горячим и влажным языком ниже, переключая свое внимания на ключицы. Курт ахнул, когда Андерсон нашел чувствительное место и начал его посасывать. Вздохи, что издавал Курт, полностью отключали разум Андерсона. — Блейн, Блейн, Блейн! — непрерывно стонал Курт.

***

— Блейн! — услышал он и почувствовал громкий хлопок над своей головой. Андерсон сел и попытался сосредоточить свой взгляд хоть на чем-нибудь. Это была Эми, его лучший друг и сосед по совместительству. Когда-то давно он дал ей второй ключ от квартиры, чтобы она могла поливать его растения во время работы или в любых других чрезвычайных ситуациях. С тех пор она почти всегда находилась в его квартире. Ее действительно стало очень много. — Блейн, ты, что, собираешься опоздать на работу, идиот?! Почему у тебя такие влажные простыни? — спросила Эми. Блейн тяжело вздохнул, понимая, что это оказалось лишь сном. Все, что произошло с Куртом, все это просто сон. — Убирайся, зачем ты разбудила меня? — пожаловался Блейн, натягивая одеяло на голову. — Потому что ты опаздываешь! Вставай, вставай, прогоняй свое сонное наваждение! — сказала она, отобрав одеяло и намереваясь отлупить им Блейна. — Боже мой! — закричала Эми, прикрывая глаза руками. Блейн вспомнил, что сегодня лег спать абсолютно голым и, ну… давайте просто скажем, что это было утро. Он выхватил одеяло из рук Эми и снова накинул его на себя. — Или я должна была сказать "сонное возбуждение",— пошутила Эми. — Просто выйди из комнаты! Я скоро буду, — простонал Блейн. Девушка только засмеялась, в то время как Блейн почувствовал, что его лицо запылало. — Боже, — проговорил он, вспоминая события своего сна, — я так влип! «Я не могу встретиться с ним снова», — подумал Блейн. «О боже, кажется, у меня есть чувства к своему ученику».