4. Anamnesis Morbi

— Мам, тетя Катя не вернётся? — мелкая отрывается от поглощения сока и смотрит на меня. — Не думаю. Ей очень не нравится Саша. — Жаль. — хмурится. — Они мне обе нравятся. — А кто больше? — влезает Дёмина, с ногами забравшись на скамейку и сев в позе лотоса. — Саша. — не задумываясь, выдает мелкая. И почему же ты выбрала ее? Гордеева покрасивее будет и уж точно сексуальнее. Хотя, если притащить ту блондинку из универа… — Правильно, — кивает Дёмина. — Королева круче ведьмы. Что? — А тетя Катя ведьма?! — изумляется мелкая. Боже, Дёмина, заткнись… — В какой-то мере… — кивает Дёмина. — Ты же тоже почувствовала на себе ее магию очарования? И видела, как она вокруг всех очаровывала? Мелкая задумчиво кивнула, отпивая сок. — Она злая или добрая ведьма? — смотрит на Дёмину в предвкушении хорошей такой лапши на свои детские уши. И Дёмина ее не подводит: — В зависимости от людей, с которыми она встречается. С плохими ведет себя как злая ведьма, а с хорошими как добрая. — А почему тогда ей не понравилась Саша? — допытывалась мелкая, и я тоже заинтересовано посмотрела на сказочницу, которой явно надо писать книжки или сценарии к героическому фэнтези. — Потому что, мелкая, королевы вне рамок понятий добра и зла! — заявляет Дёмина и подливает себе и мне вина. Все. Бутылка закончилась. Мы с ней ее уговорили на пару. — То есть вне рамок? — силится понять мелкая. — Это значит, что она не добрая и не злая… Я перебиваю Дёмину: — Или же наоборот: она может быть и доброй, и злой. Какой захочет. — Как вариант, — кивает Дёмина. — А кто ты, мам? О, это трудный вопрос. Убийца? Я с улыбкой посмотрела на Дёмину. Ну, не разочаруй мою дочь. — Сара Керриган, полагаю. — задумчиво протянула Дёмина. Чтоб я знала кто это, блять! — А кто она? — моя дочь тоже, видимо, не доросла до тех знаний, которыми блещет Дёмина. — Вообще… Королева Клинков. — запнулась Дёмина, и я почувствовала явный подвох в этом эпическом для себя описании. — Поиграй в Старкрафт. Она там главный перс. Она тебе понравится. — Это близзард? — уточняет мелкая. — Ага. Платная игра, но крутая. — со знанием дела кивнула Дёмина и, подсев к мелкой, достала телефон. — Ща покажу тебе видосик про нее крутой. Где-то тут в плейлисте был… Заиграла «Evanescence» в телефоне, и я с подозрением покосилась в их сторону. — Ого… — прокомментировала потрясенно мелкая. — Она точно за добро? У меня ощущение, что то, что показывает Дёмина мелкой — мне не понравится. — Ты что, она офигенная! Смотри, смотри там перерождение будет… — с энтузиазмом сказала она. — Вау, это ангел? — довольно спрашивает мелкая. — Поиграешь — узнаешь, хе, — Дёмина выключила телефон и убрала, а дочь смотрела на меня оценивающе. Блять, я теперь хочу знать, кто такая Сара Керриган! — Пойду еще вина принесу. — встаю и иду в дом. Достав бутылку, открываю и залезаю в википедию. Я ее убью… Выключив телефон, я усмехнулась. Вот же сучка. Подхватив бутылку, иду к беседке, прожигая Дёмину взглядом. Та ухмыляется: — Понравилось? Убила бы. — Мам, королева клинков крутая! И главное тоже королева, как Саша! — мнение дочери сглаживает тот факт, что эта овца сделала из меня королеву — насекомое. Чтоб ее… Вздыхаю и ставлю бутылку на стол. — А вот и я, — в беседку входит Громова с шампурами и достаточно умело начинает с них стаскивать на тарелки ароматное мясо. — А кто тогда ты и я? — мелкая не успокаивается. — О, я герой, а ты пока еще просто принцесса. Может, потом тоже станешь героем… — ухмыляется Дёмина. Громова закатывает глаза, и я ее хорошо понимаю. Иногда с Дёминой невозможно нормально говорить из-за ее неуемной фантазии. Пока они рассматривают в телефоне Ксюхи героев и принцесс, Громова садится рядом, и наливает себе вина. Я пробую шашлык. Хорошее мясо вчера с мелкой взяли. — Ты же не злишься на меня за то, что я сказала? — вдруг спрашивает Громова, цепляя на вилку кусок шашлыка и обильно макая его в кроваво-красный кетчуп. Что я принадлежу тебе? Нет. — Не злюсь. — я усмехнулась и снова откусила шашлык. — Почему? Я удивленно посмотрела на нее, жуя сочное мясо. Почему? Потому, что это полный бред. Потому, что это неправда. Потому что… Я тебе не принадлежу. — Потому что это не так. — я отпила вина и улыбнулась. — Обычно, люди злятся, когда им присваивают ложный ярлык, — задумчиво смотрит на меня и жует. — Ты что, хочешь, чтобы я злилась на тебя? — я подцепила еще один кусок мяса и, макнув в кетчуп, усмехнулась. — О, нет. Меньше всего мне хочется этого, — широко улыбается и выпивает вино. — Мне просто интересно. Впрочем, забей. — Не знаю, я не вижу смысла обижаться на это. — я пожала плечами. — Это не задело меня… Мне даже понравилось… -…К тому же ты была права, все оказалось сложнее, чем просто секс. — Она хотела встречаться? — кивнула Громова. — Она назвала это «отношениями». — поясняю я, задумчиво рассматривая кусок шашлыка на вилке. Хорошо пропеклось. У Громовой определенный опыт в этом есть. Часто жарит шашлык? — А ты? Я перевела взгляд на нее. Я? — Мне это не нужно. У меня есть моя семья. Бросаю взгляд на мелкую, разговаривающую с Дёминой. — Ника, у тебя есть секс? — тихо спросила она у самого моего уха. Внутри опять все нахрен перевернулось и мне стоило огромного труда остаться при этом спокойной. Как хорошо, что я хожу на эти чертовы курсы! Какое ей вообще дело? Зачем она спрашивает? Почему она так близко? — С чего вдруг такие вопросы? Продолжаю смотреть на мелкую и Дёмину, которые, весело смеясь, обсуждают, кто круче: Наташа Романоф или капитан Америка. — Мне интересно. — улыбка в голосе. Пытаюсь успокоиться внутренне. — На данный момент вы с Дёминой меня его лишили, — вздыхаю и вместе с тем перевожу дыхание. Вроде, стало легче. — О, поверь, мне ни капли не жаль, — смешок. — Она бы тебе сделала больно. А ты прям знаток человеческой психологии? — Откуда такие прогнозы? Отодвинься! Черт! — Ну-у, она бы заставила тебя поверить, что вы вместе, а когда ты начала бы на нее рассчитывать, она бы тебя продинамила. — Громова отодвинулась и снова села нормально, цепляя шашлык и запивая его вином. И как всегда, в самую точку. Она и дружить-то не смогла, в конечном итоге. Теперь придется полагаться на отбитую на всю голову соседку, пока вы две недели будете шариться по югам. — А ты хорошо разбираешься в людях, — я задумчиво покрутила ножку бокала с вином. Странная реакция на нее. Она задевает меня? — Ага, есть такое дело. — легко соглашается и подливает вина себе, мне и Дёминой, а мелкой наливает сок. — Я в туалет. Она встала и ушла, а я посмотрев ей вслед, снова перевела взгляд на Дёмину и мелкую. Наконец-то они добрались до дедпула и железного человека, которых я хотя бы смотрела и примерно догадываюсь о смысле их разговора. — Ник! У тебя тут какая-то Тамара звонит! — крикнула в окно Громова и исчезла. Что этой твари нужно? Хмурясь, ловлю взгляд Дёминой и иду в дом. Громова стоит возле дивана в зале и роется в своей сумке, а потом тащится с прокладкой в туалет. На столе же около пакета с алкоголем оставленный мной телефон разрывается от звонка Тамары. — Да? — Я уладила вопрос с твоим обвинением в педофилии Кости. — сухо сообщила она мне. — И готовься встретиться с психиатром, Ника. Такие обвинения в сторону моего сына тебе могут дорого обойтись. Например, лишением родительских прав. Ты… Я убью тебя. Смотрю в одну точку, выслушивая ее. Значит, показания профессора о том, что у моей дочери птср, замяли? Значит, она хочет опеку? Думаешь, если возьмешь девчонку себе, Косточка прибежит на сладенькое? Сука. Мразь. Тварь. Уничтожу. — В понедельник жди вызова к психиатру и повестку от меня в суд за клевету. — отключается. Убью. Завтра воскресение. Убью ее завтра. Как? Плевать как… Нет, не плевать. Нужен план. Нужно успокоиться. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Еще раз. — С тобой все в порядке? — рядом встает Громова. Нет! — Нет. — сжимаю телефон в руке и смотрю на него. Словно это он во всем виноват. — Что случилось? — мягко, тихо, успокаивающе и совсем рядом. — Эта тварь хочет получить опеку над мелкой… Убью, суку… Разделаю живой. По губам скользит оскал. Сидит в своем сраном замке в Италии и нервы треплет. Как до нее добраться там? Ощущаю руки на своей талии и тело Громовой сзади, прижимающееся к моему. — Успокойся, Ника. Мы на твоей стороне и ты знаешь об этом… — она крепче обнимает меня, и я выдыхаю. — Расскажи, что она сказала? Это мое дело! Мне нужна их помощь. — Что она замяла дело с педофилией Косточки и обвинения мои сняты. А в моей вменяемости будет разбираться в понедельник психиатр. Но там все проплачено, как всегда — она намекнула, что меня ждет повестка в суд за клевету в адрес Косточки. Признают виновной — потом суд на опеку мелкой будет… — я нахмурилась. — У меня мало времени, а эта падла в Италии живет. Если уеду — пробьют документы и увидят. Вопрос: как ее убить и не… — Я могла бы спросить тебя, хочешь ли ты, чтобы я убила ее для тебя, но не буду. — тихий смешок. Ее губы почти касаются моей шеи и это даже возбуждает. — Я дам тебе подсказку: вымани ее Косточкой. Он же в розыске? Так? Значит, на встречу она поедет одна и с деньгами, которые он якобы попросит. Она будет полностью беззащитна. А ты выставишь все так, будто ее убил он и взял деньги… или как захочешь. Легкий поцелуй в шею, и она, отпустив меня, идет к заднему выходу. Хорошая идея. Вопрос: чем ее выманить? Нужен либо звонок, либо письмо. Думаю, Костик боялся бы прослушки. Все же 30 трупов — это серьезно: могут и прослушивать телефоны близких. Письмо на электронную почту подойдет. Интересно, а полиция читает письма? Я покрутила телефон в руке и расплылась в улыбке. Без разницы. Можно же сделать несчастный случай. Выхожу из дома и иду к беседке. Сажусь и улыбаюсь мелкой и Дёминой. Громова стоит у мангала и как ни в чем не бывало жарит очередные четыре шампура мяса. А ты права… Дёмина. Она у тебя потрясающая. Отправлю Тамаре письмо с левого аккаунта, который сделаю через vpn и напишу ей через vpn. Напишу ей так, как он обычно ее зовет. Положив подбородок на ладонь, смотрю на мелкую с улыбкой. Тебя никто не заберёт у меня. Итак, где назначить место встречи? И как подготовить несчастный случай? Случаи бывают разными. Я с улыбкой посмотрела на Громову. Мне нужен интернет. Скачав vpn, я сделала левый почтовый ящик и зарегистрировалась через него на авито. Представилась Лизой и договорилась завтра утром встретиться и забрать трех гадюк по тысяче за штуку. Потом перешерстила все частные шарашки и заранее договорилась о приобретении около тридцати особей. Думаю, этой суке хватит. Потом вышла из аккаунтов и создала еще один. И снова регистрация на авито, но под именем Коля; это я договорилась о съёме старого дома (с баней) в глубоком клинском районе, зато у речки и на отшибе. Договорилась на три дня. И должна была отдать 15 тысяч. Завтра после обеда проверну это дело. -Что делаешь? — Громова пришла с порцией шашлыка и, заглянув в мой телефон, пока я списывалась с хозяином дома на завтра, улыбнулась и принялась снимать с шампуров мясо. — Как ты относишься к змеям? — спокойно спрашиваю у нее, не поднимая на нее взгляд. — Лояльно. Киваю. Значит, вы на моей стороне? Значит, поможете. Мне надо быть одновременно почти в нескольких местах. Пообщаюсь с ними вечером и дам наличку на парики, которые наденут, когда будут покупать змей. Мало ли. Вдруг следствие сочтет несчастный случай не несчастным. Исключу даже возможность заподозрить меня. Самый больной вопрос с домом. Там меня могут опознать. Так что стоит несчастный случай сделать еще несчастнее. В жопу тот дом… и аккаунт с Колей. Я попрошу о встрече с мамашей тут, в пролеске только чуть дальше. И перед нужным временем ночью выпущу змей. А алиби… я же буду на шашлыках, с друзьями и дочерью. Может, Косточка захотел дочку увидеть и приперся. Это уж пусть полиция думает, как и почему он тут делает. Единственный сложный вопрос с утилизацией змей, после трагедии. Могут пострадать другие люди. Я отпила вина и, подцепив шашлык вилкой, макнула в кетчуп. — Мам? — М? — отвлекаюсь на мелкую. — Давай заведем собаку? — и смотрит на меня честными, невинными глазами. Я перевела взгляд на Дёмину. Догадываюсь, чья это идея. С другой стороны, она не будет так сильно бояться оставаться одна. Но это палка о двух концах: она будет бояться за собаку, пока та будет щенком и гулять с собакой надо будет. Это очень много времени. -Если будешь гулять с ней сама — то пожалуйста. — пожимаю плечами. — Только заранее предупреждаю: это не игрушка. То есть все 10-15 лет собака на тебе будет. Гулять и заботиться ты будешь сама о ней. Ну и я, конечно, но я тебе об этом не скажу. Принимай ответственность за чужую жизнь в полном объёме. — 10 лет? — изумляется мелкая. — Каждый день? — Ага. — киваю, попивая вино. -Встаешь утром и идешь гулять. После школы тоже и вечером тоже. Каждый день. Даже по выходным. Мелкая вопросительно посмотрела на Дёмину, и та развела руками: — Ничем не могу помочь. Твоя собака — твои обязанности. Мелкая задумчиво начала вертеть стакан со своим апельсиновым соком, и я улыбнулась. Решай. А мне надо пройтись и прикинуть место встречи Тамары с несчастным случаем. — Я прогуляюсь, — встаю и выбираюсь из-за Громовой. — А можно с тобой? — вскакивает мелкая, выбираясь ко мне. Знает, что не откажу. — Конечно. — беру ее за руку, улыбаясь, и мы идем к дому. — Только ключи возьмем. Дёмина и Громова остались в беседке и думаю, они найдут, чем заняться без нас. Мы прогулялись по дачному поселку и, выйдя за его пределы, пошли в обход, как уже ходила я. Тропинка была довольно широкой: хватало места идти вдвоем. По бокам от тропинки были кусты малины, а чуть поодаль кусты заканчивались и начинались редкие березы с высокой травой, но все равно с хорошо протоптанной тропинкой к дыре в заборе. Не одна я ходила этой дорогой, и кто-то ходит до сих пор. Этот кто-то и пострадает от змей. Если только ночью не оградить дыру с надписью: «Осторожно! Змеи!». Так хотя бы предупрежу. А то, что будет это уже на страх и риск самого человека. Нет, это будет слишком странно. Предупреждение и в этот же день смерть какой-то женщины. Еще начнут искать, кто надпись сделал. Здесь. Я остановилась чуть дальше дыры в заборе на ровной поляне без тропинок. Надо прикинуть еще раз все варианты. Итак. Вариант первый: она приходит одна с деньгами. Я буду у забора и увижу, если за ней кто-то пойдет. Потом выйду, пойду за ней, толкаю и высыпаю на нее змей. Хэппи Энд. Вариант второй: она с телохранителем. Тут труднее. Надо и его вырубить и ее. Полагаю, в этом случае надо просто спрятаться и кидать в них змей. Надо купить перчатки в спец магазине потолще. Полагаю, лучше всего будут какие-нибудь краги. Ночь и летающие змеи… одна хотя бы должна попасть в цель. Дальше вариант третий: полиция следит за Тамарой. Этот вариант будет самым плохим. И вряд ли денежная Тамара позволит, чтобы ее почту читали. Ей пишут же и всякие другие… личности, которых обычным полицаям читать нельзя априори. Итак, имеем следующее: 60%, что Тамара будет с охраной. 30%, что без охраны и 10%, что с полицией. Из них 8%, что будет охрана и полиция и 2%, что с полицией и без охраны. Но это уж совсем дурой надо быть. А Тамара далеко не дура, раз жива пока что и вполне себе здорова. Греет душу, что после ее смерти дом у озера в Италии будет моим, фазенда в Алуште тоже, квартира в Питере, обе дачи, квартира моя в Москве и бизнес семейный тоже. Дальней родне ничего не светит, потому что прямая наследница всего этого Ксюха. Нельзя пускать слюни заранее… Вздыхаю. Главное, убрать угрозу для дочери. — Ну что, пошли обратно? — спрашиваю у притихшей дочери. Кивает. Это она из-за мыслей о собаке так трясется? — Почему ты так хочешь собаку? — Чтобы дядя Сережа перестал за мной ходить. — кривится. У меня тоже бритоголовый телохранитель дочери положительных чувств не вызывал: он больше походил на убийцу, чем на охранника. Как хорошо, что он у нас только по будням. — Понимаешь, Ксюш, любое живое существо — это ответственность. Когда я решила родить тебя, я тоже взяла ответственность за тебя на себя. Заботиться о тебе каждый день. -глажу ее по волосам. — Нельзя в один прекрасный момент избавиться от собаки и сказать, мол, надоела. Это такое же живое существо, как и человек, разве что менее разумное. — А у тебя была собака? — с любопытством. — Нет. Я думала только о собственном выживании в стае. Я была сама как брошенное животное. — Я боюсь, что не справлюсь. — вздыхает. — Когда будешь уверена в себе — тогда заведем собаку. — я усмехнулась. — Хорошо? Кивает. Ну хотя бы с этим разобрались. У меня полтора суток, чтобы организовать все. Тамаре напишу утром, чтобы успела прилететь из Италии и доехать сюда. Вечером еще прогуляюсь тут, проверю все на наличие полиции. Мы идем, обходим забор и оказываемся на проходной со стороны дороги и входим внутрь под камерами на проходной. Петляем дворами и доходим до дома минут за двадцать. Заходим внутрь и мелкая бежит к беседке и возвращается ко мне: — Их нет. Логично. — Пойдем домой, — улыбаюсь. — Найдутся.