4. Anamnesis Morbi

Я освободилась ближе к четырем и поехала сразу обратно на дачу. Добралась по платке за час с небольшим и, оттащив контейнеры в пристройку за домом, закрыла ту на ключ. Обе Ксюхи были в доме и самозабвенно играли в стрелялку. — Привет, — поздоровалась Дёмина. — Привет, мам! — мелкая не отвлеклась от перестрелки, но успела бросить на меня мимолетный взгляд. — А Саша не с тобой? — Она на работе. — я улыбнулась и села между ними на диван. — Сказала, что приедет, как освободится. Вы ели? — Ага, шашлык вчерашний погрели и салат сделали, — отчиталась Дёмина. — И еще спагетти с каким-то соусом! — кивнула мелкая. — Ксю! Справа! — Вижу! Началась пальба, а я, встав пошла на кухню есть то, что осталось после них. Погрела себе шашлыка пару кусков и под салат помидоры-огурцы съела. Теперь можно и отдохнуть. Пошла наверх и, набрав в комнате мертвого Косточки джакузи, с удовольствием разлеглась в ней, врубив гидромассаж. Итак, у меня пятьдесят три змеи и одна Тамара. Возможно, с парой. Думаю, я сделаю проще: один из контейнеров вывалю на месте встречи, а в засаде сяду с другим. В ванную постучались, и я удивленно посмотрела на дверь. Мелкая обычно заходит без стука. Значит, это Дёмина. Какого чёрта ей надо? Хочет поговорить? Если Саша права, то она переживает, что вынудила спать меня с Громовой. — Да? — Это я. — раздалось за дверью. Я усмехнулась. Раньше ее было не выгнать из ванной, а теперь она не может зайти. — Я поняла, что ты. — не могу не поиздеваться над ней. Так, как когда-то… — Я хочу поговорить. — Ну, заходи, поговорим, — вздыхаю. Она заходит и подходит, садясь на край ванны. — Крутая штука, не знала, что тут такая есть. — смотрит на пенные пузырьки. — Хочешь — залезай, — ухмыляюсь. Раньше она заходила в ванную и приставала, порываясь забраться ко мне, и я ее выставляла. Она переводит взгляд на меня и расплывается в улыбке. — Я хотела поговорить вообще-то. — Можешь лежать и говорить. — улыбаюсь в ответ. — Черт! Ты демон искушения! — она стягивает с себя рубашку и джинсы, раздеваясь. — Ах, ну да, соблазнила бедного героя горячей водой с пузырьками! — фыркаю, запуская в нее пеной. Когда-то я прогоняла ее из ванной, бросаясь пеной… — Гидромассажем! — расплылась в улыбке она и забралась ко мне в ванну, садясь напротив и откидываясь на бортик. — Блин, кайф. Но всё меняется, даже несмотря на то, что ты была со мной этой ночью. — Ага, — я прикрыла глаза. — Где мелкая? — Рыскает в твоем телефоне, собирает заказ суши для Саши. — улыбка. Кстати… я хотела поговорить с тобой о ней. Громова была права? — М? — Ник, я… — вздох. — Ты нам обеим нравишься… черт! Я хочу тебя… и Саша тоже… просто ты сказала… я не хочу в общем, чтобы ты спала с Сашей только из-за меня! Я посмотрела на нее. Она до сих пор не может нормально говорить, когда нервничает. Некоторые вещи не меняются. — Не переживай, я хочу ее. — я усмехнулась, смотря на нее. Она смотрела на меня пристально, как тогда, когда я держала ее за шарф, поцеловав впервые. Она вздохнула. — Правда? — Да. — киваю ей. — Она мне нравится. — Ты влюблена в нее? Идиотка. — Нет. — смотрю на нее с мягкой улыбкой. — Просто хочу. Потому что нравится. Она красивая, умная и достаточно сексуальная… для меня. Ее темная сторона мне нравится. — Это значит, ты не против спать с нами? — с улыбкой. Это же просто секс. — Не против. — вздыхаю. — Мне нравится секс с вами. Меньше слов — больше действий. Ты не спросила самое важное: люблю ли я тебя, дура… Она двинулась ко мне и, оказавшись достаточно близко, провела под водой руками по моим ногам, раздвигая их, и, склонилась ко мне, целуя в губы. Я обняла ее за талию, притягивая к себе и разворачивая спиной. Она подчиняется, не отрывая взгляда и не разрывая медленного поцелуя. Облокачиваясь о меня спиной, она садится у меня между ног, и я ласкаю руками ее грудь и живот. Раздвигаю ее ноги, проводя по ним под водой и добираюсь до лобка. Дразня, глажу ей низ живота и внутреннюю часть бедер, ловя губами ее тяжелое, рваное дыхание во время поцелуев. Одной рукой ласкаю ее груди с твердыми от возбуждения сосками, а другой плавно двигаюсь ниже лобка, касаясь клитора. Ловлю губами ее первый рваный стон и бесстыдно глажу ее внизу, между складочек и входа во влагалище. Она сжимает руками мои бедра, гладит их, царапает, пока я по очереди играюсь с ее сосками, поддерживая их в твердом состоянии. Мягко массирую клитор, чувствуя, что там достаточно все скользко. Очередной ее стон, и я медленно вхожу в нее, максимально заполняя. Она смотрит на меня потерянным взглядом и я, улыбаясь, целую ее приоткрытые губы, начиная двигаться в ней. Я наслаждаюсь этим временем, пока владею ею, и наслаждаюсь видом ее полной покорности мне и моим прикосновениям. Провожу свободной рукой от ее груди вниз, по животу и, касаясь набухшего клитора, вынуждаю ее снова и снова стонать, и выгибаться от удовольствия. Саша мне так легко не подчинится. Она мне вообще не подчинится… Дёмина сильнее вцепилась в мои бедра, дрожа от возбуждения, и я дала ей разрядку всего лишь в несколько движений. Я все еще помню твое тело. Она лежала в моих объятиях, пытаясь восстановить дыхание, и я, положив голову ей на плечо, ткнулась губами ей в шею. — Ты долго мучила меня, — смешок. — Тебе понравилось? — улыбаюсь ей в шею. — Да. Мы лежим расслабленные, как лежали множество раз в моей квартире, на моей кровати. Я чувствую то же самое, что чувствовала тогда… близость. Отголоски того, что было когда-то. — Раньше это было только в кровати, — усмехнулась она. — Все меняется. Я тоже. — целую ее в шею. — У тебя кто-то был? Словно мы только что встретились после долгой разлуки и между нами нет Громовой. — Я покупала секс. Это надежнее всего. — обнимаю ее крепче, прежде чем отпустить. Отпустить навсегда. — Согласна. — она вздохнула и, поднявшись, вышла из ванны, смотря на меня. — Ты выходишь? — Ага. — встаю и тоже выбираюсь. Она протягивает мне полотенце, и я, улыбнувшись, забираю его. Прошлого не вернуть, даже пытаясь его воссоздать. Наверное, я только недавно осознала это и приняла полностью. Зато у меня есть настоящее и будущее. Может, я влюблюсь еще раз и не так безнадежно? Но сейчас я отпустила тебя. Мне нужен был этот раз, когда ты только моя, чтобы попрощаться с тем, что съедало меня десять лет изнутри. Просто возможность, просто предположение: что было бы, будь я с тобой? Вытерлась, оделась в старые вещи. Проверила наличие ключа в кармане и успокоилась. Змеи под замком. — Купила все, что надо? — Дёмина вышла из ванной. — Да. Я подготовилась. — Тебе помочь как-то? — она вытирала волосы, и я удивленно посмотрела на нее. — В убийстве? — Ну да, — она усмехнулась. — А как же добро и т.д.? — фыркаю наиграно возмущенно. Что это с моим героем? Сломался? — Не драматизируй, Ник, ты с самого начала знала, что я — весьма вредный персонаж, который охотно творит полную дичь. — она скептично смотрит на меня. — Но ты назвалась героем, так что соответствуй, — я пожала плечами и пошла к выходу из комнаты. — Я на твоей стороне, если что, злючка, — сказала она мне в спину, и я улыбнулась, спускаясь вниз. Мелкая играла в «ассасина», в этот момент протыкая кого-то, и я вздохнула. Блин, там же ограничения по возрасту! — Убиваешь? — прохожу мимо нее на кухню. — Ой… — она посмотрела на меня и снова на плазму. — Прости, мам. Я знаю, что я обещала не играть в игры, где 16+, но я столько слышала про… Прости? — Прощаю. Ксюша сказала, что ты заказывала суши? — открываю холодильник и, взяв одну из двух тарелок со спагетти, ставлю ее в микроволновку. — Да, я и нам заказала «Филадельфию»! И для Саши роллы с крабом! И для Ксю с угрем! А еще заказала для Саши рамен! Любовь… ну хотя бы я теперь могу понять мелкую: Громова действительно привлекательна. Делаю себе чай. Надо было купить кофе сюда, хотя бы растворимый! Сверху спустилась Дёмина и, упав на диван рядом с мелкой, покачала головой с улыбкой: — Ай-яй-яй, как ты можешь играть в такие игры? Куда смотрит твоя мама? — Пф! — мелкая фыркнула недовольно и выключила игру. — Ладно! Давай сыграем в гонки? — Ммм, ну давай, — Дёмина села на диван, взяв джойстик, а я, достав спагетти, покосилась на часы. Еще мало времени, но ближе к двенадцати надо выйти и посмотреть наличие полиции за забором. Сев за стол, я неторопливо начала есть, пытаясь прикинуть все варианты и все итоги. К психиатру завтра надо сходить все же. Будет не слишком правдоподобно, если я проигнорирую его. Надо действовать так, будто я не в курсе, что Тамара помрет. Надо еще исключить ее крики о помощи. Вряд ли эта тварь пойдет сюда с телефоном — его полиция наверняка отслеживает, а вот у возможной охраны он будет. Звонок в скорую тоже надо исключить. Значит, придется к ним подбираться, пока они будут отвлечены змеями. Хорошо, что я купила резиновые сапоги, чтобы потом собрать змей. Доев, помыла тарелку и села на диван рядом с мелкой, наблюдая за гонками, а мыслями прикидывая завтрашний день. Мелкую в школу, я в больницу и на кафедру, потом психиатр. Еще полиция должна позвонить, когда найдут тело Тамары. Официально, пока Косточка в розыске, он наследник Тамары, но за неимением его, всем придется управлять мне. Очередной геморрой. Дёмина и Саша уедут в отпуск и мне светит еще заниматься делами отделения и брать дежурства. Надо найти левых дежурантов на ночи и согласовать их с Веринской, которая полностью взяла власть в больнице. Найти замену без вести пропавшему Коле еще надо… Солнце окончательно скрылось за забором, и я включила свет в зале. Дёмина с мелкой перешли на «Диабло-3» и я, взяв джойстик, присоединилась к ним в игре. Мысли блуждали теперь возле Громовой и ее знакомства с Зеленовой. То, что последняя попыталась откупиться и от меня, было забавным. Девчонка явно из той категории, что и Косточка: золотой и бриллиантовой молодежи, о которых практически никто ничего не знает, вплоть до того момента, пока какой-нибудь незадачливый журналист-правдоруб не начнет выкапывать кладбище скелетов очередной семейки. Странно, что у попугая есть время бегать за Громовой на первом-то курсе. Помню, как я была загружена на первом курсе. Интересно, как та блондиночка отреагировала на то, что теперь она староста? Учитывая, что она не стала мне звонить и бегать за мной — она куда адекватнее попугайчика. Впрочем, я бы разочаровалась в ней, если бы было иначе. Я улыбнулась. В дверь калитки позвонили, и мелкая тут же бросила джойстик, покосилась на звонящий телефон: — Мам! Надо две тысячи! Я молча протянула ей деньги и взяла трубку с неизвестным номером. — Здравствуйте, это «Якитория», доставка. Вы за…- начал говорить молодой мужской голос, и я его перебила. — Да, вам сейчас откроют. Повесила трубку и посмотрела на время, считая, сколько мелкая ждала заказ. Выходило, что два часа почти. Потрясающая оперативность. — Не спи, Ник, армия тьмы наступает! — ухмыльнулась рядом Дёмина и я снова переагрила всех монстров на себя. Мелкая зашла в дом, поставила пакет на стол и снова плюхнулась рядом со мной. Добив босса этого подземелья, мы перешли к распаковке пакета с роллами и попробовали друг у друга по роллу. Все равно мне больше всего нравится «Филадельфия». Может, потому что это были мои первые роллы, которые я пробовала в жизни? Или потому что Дёмина их тогда заказала? Или потому что помнила вкус поцелуя с сыром Филадельфия? Не знаю. Да и плевать уже. Через час, когда стало совсем темно, снова раздался звонок в калитку и мелкая радостно побежала открывать своей первой любви. Та вошла и, улыбнувшись нам с Дёминой, сразу пошла в сторону «кровавой» ванной вместе с мелкой: — Зеленова опять устроила мне вынос мозга! Дёмина широко улыбнулась, поставив заказанный для нее рамен в микроволновку. Шум воды заглушил слова Громовой, но и так было понятно, что она возмущена. Я сидела на диване, отбиваясь от орд мертвяков в одно лицо, пока все были заняты явлением Саши. — И что она говорила в этот раз? — насмешливо поинтересовалась Дёмина, садясь рядом со мной на диван и начиная играть за своего Варвара. — Что станет хирургом и будет работать со мной. — смешок. — Это будет худшим кошмаром для меня. Она подошла сзади к нашему дивану и, обняв Дёмину, поцеловала в шею, после чего неожиданно привлекла меня к себе и тоже поцеловала в шею. Хах, шведская семейка? Надолго ли? И не встанет ли ревность между нами троими? Я ведь трахаюсь с обеими… — Ей еще шесть лет как минимум до этого. — насмешливо заметила Дёмина. — О, она уже доказала один раз, что время для нее ничто. — фыркнула раздраженно Громова и пошла за стол. — Спасибо за ужин. — Я заказала тебе роллы и рамен! — мелкая сидела рядом с ней за столом, не сводя с нее глаз. — Спасибо, Ксюш, — Саша улыбнулась ей и начала есть, ну, а мы продолжили играть в «Диабло». — Тебя это точно не напрягает? — тихо спросила меня Дёмина. — Точно. А тебя? — я усмехнулась и посмотрела на нее. Она улыбнулась. — Меня — нет. Что ж, посмотрим, к чему это все нас всех приведет. Мелкая присоединилась к нам, а Саша свалила наверх. — Пойду… я, в общем, — Дёмина встала и тоже ушла наверх, а мы с мелкой остались играть. — Мам? — мелкая сосредоточенно убивала демонов массовыми заклинаниями. — М? — я едва успевала брать врагов на себя. — Почему Саша поцеловала тебя? Заметила, значит. И задалась вопросом. И как мне ответить?! — Потому что я ей нравлюсь. — вздыхаю. Вот обязательно надо было целовать меня при мелкой? -Хммм… — протянула Ксюха задумчиво. — То есть, ей нравишься и ты и Ксю? Черт. Как объяснить ей, что это все по-разному? Да и надо ли? Сколько я могу вот так разрушать свои чувства этим сексом? Пока от любви ничего не останется… — Да. — киваю. — Понятно… а тебе она нравится? — и взгляд на меня. — Да. — снова киваю. Но не так. Мелкая накрыла демонов массовым заклинанием, и мы прошли к боссу, которого просто вынесли, закидав заклинаниями. Часы показали девять, и я покосилась на Ксюху: — Время, Ксюш. — Давай еще одно подземелье? Ну пожалуйста! — умоляющий взгляд. — Нет, тебе завтра в школу и проснемся мы рано, чтобы выехать отсюда в Москву. Так что все, пошли, — я проводила ее до комнаты, уложила, что заняло практически час и, убедившись, что она отрубилась, спустилась вниз и вышла из дома. Дорога по темноте до дыры в заборе заняла полчаса, и я остановилась возле нее, прислушиваясь. Тишина. Из других домов отдаленно доносились смех, музыка и запах жареного мяса. На приличном отдалении от забора стояли «замки», огороженные, как и мой собственный, трехметровым забором. Идеальное место. Я, прикрыв глаза, глубоко вздохнула. Это просто разведка на местности. Надо понять, как все это будет выглядеть ночью и знает ли полиция про место встречи Тамары и ее блудного сына. Я осторожно выскользнула в дыру в заборе и осторожно пошла к перелеску. Я была в темных вещах, поэтому вряд ли в этой осенней тьме меня можно было заметить. Глаза к темноте привыкли и другой свет мне был не нужен. Я прошлась по перелеску до дороги, которая вела к шлагбауму и, заметив темный джип на обочине дороги метрах в ста от шлагбаума, затаилась в деревьях. Вряд ли полиция с группой захвата будут в таких дорогих машинах разъезжать, а вот Тамара могла бы. Я осторожно двинулась к перелеску обратно. Дошла до поляны, прикинула еще раз варианты, обходя ее по периметру, и двинулась обратно к дыре в заборе. Домой добралась ближе к двенадцати и тут же, открыв пристройку, достала свои контейнеры со змейками. Не хотелось бы встретиться с Тамарой, так что надо поспешить. Прибавив шаг, снова дошла до дыры и, оставив один из них за забором в густой пожухлой траве, другой понесла к поляне. У самого выхода на поляну вывалила содержимое контейнера на тропинке и чуть присыпала желто-зелеными опавшими листьями змеиный клубок. Вернулась к забору и, спрятавшись, стала ждать. Предвкушение. Ожидание. Я ощущаю себя хищником. Я в напряжении, но не от страха, а для преследования. Мое дыхание спокойно, и я сама тоже спокойна и собрана. Я проиграла сотни вариантов событий, что должны сейчас произойти, и готова ко всем. Послышались шаги, и я заметила две тени, идущие по тропинке. Как я и думала: Тамара всегда ходит с парой. Поэтому Косточка так мать и называл: она всегда брала с собой охранника. Ну, практически всегда. Они прошли чуть дальше, и я осторожно вылезла, подхватив контейнер из травы. Я следовала за ними и меня от них скрывали густые кусты малинника. Я выбрала отличное место. Малинник закончился, и я шла за ними от березы к березе. — Блять! — громко рявкнул мужской голос. — Твою мать! Сука…сука… Тень мужика истерически прыгала и материлась, а тень чуть меньше шарахнулась от него по тропинке назад, ко мне. Пока мужик светил фонариком себе под ноги, ругаясь благим матом, я выскочила из-за березы и, зажав рот Тамаре, уволокла к контейнеру, оставленному мной у березы. Тамара пыталась прокусить перчатку, трепыхаясь, но у нее ничего не выходило. Она мычала и дергалась, а я свободной рукой расстегнула контейнер и засунула туда руку. Нужна толстая часть… Ухватив за голову змею я вытащила ее и поднесла ее, извивающуюся, к шее женщины. Никогда прежде я не была так близко к ядовитой змее. Тамара заорала так, что я поняла: укус есть. Откинув змею подальше, я засунула руку в контейнер и снова начала шарить. Минута, и я достала следующую змею. Сделав Тамаре подножку, я вынудила ее упасть и направила ей голову змеи в ногу, в область лодыжки. Нелепый несчастный случай: одна змея укусила в ногу, женщина запаниковала, побежала, упала и нарвалась еще на одну, которая укусила в шею. Идеально. Тамара кричала, но быстрый отек гортани не позволял ее крику отвлекать граждан от развлекательных выходных мероприятий. Я откинула змею подальше и вывалила из контейнера остальных пресмыкающихся возле Тамары. — Ах ты ж сука… — услышала я и обернувшись, встретилась с дулом пистолета охранника. — Так это ты все это сделала?! Тварь! Он стоял с телефоном в руке и, очевидно, успел вызвать скорую, пока я разбиралась с Тамарой. Его укусили? Похоже. Надо валить. Я перехватила его руку с пистолетом, уводя ее в сторону. Выстрел. Он ударил меня в живот другой рукой, в которой был телефон, и я, согнувшись от боли, все же успела схватить его за запястье и потянуть на себя. Едва успев сделать шаг в сторону, чтобы охранник полетел мимо меня прямо в змеиный клубок у тела Тамары. Он заорал. Крик, полный ужаса и боли. Я успела спрятаться за березу, когда прозвучали выстрелы. Полиция спишет это на то, что мужик так пытался привлечь внимание или убить змей. Патроны кончились и появились щелчки. Я подхватила контейнер и рванула к дыре. Там взяла еще один пустой контейнер, кинула в него перчатки и пошла по темным подворотням, стараясь избегать освещённых мест. Те люди, которые слышали крик и выстрелы, начали выходить из домов, кучкуясь семьями и спрашивая у соседей, что случилось. На доставщика с контейнерами никто из них внимания не обращал. Сюда постоянно что-то заказывают, раз доставщика с «Якитории» даже пустили сюда с проходной. Я вернулась в дом и, бросив пустые контейнеры в пристройку, закрыла ее и двинулась в сам дом. Дёмина и Громова сидели на лестнице, ведущей наверх и, увидев меня, как мне показалось, облегчённо вздохнули. — В тебя стреляли? — Дёмина прожгла меня взглядом, вставая и направляясь ко мне. Саша тоже встала и подошла. — Да, но не попали. — я усмехнулась и, сняв резиновые сапоги, положила их в заранее приготовленный пакет. — Она мертва? — Саша деловито расстегнула на мне толстовку, пока Ксюха присела и, закатав мне штанины, осматривала мне ноги на наличие укусов. — На все сто процентов, — я довольно оскалилась, позволяя ей снять с меня толстовку. — На ногах все чисто, — вздохнула с облегчением Дёмина и, встав, обняла меня. Громова же деловито подняла мою футболку и провела пальцами по ребрам и по животу. — Тут кровоподтек. Тебя ударили? — она деловито обошла меня по кругу, задрав футболку, пока Дёмина рассматривала результат стычки с охранником. — Все нормально. Мне хотелось отстраниться от этой странной заботы, а с другой стороны стоять так дальше, чувствуя нежные прикосновения. — Выглядит не страшно. — кивнула Дёмина — Больше ничего нет. — заключила Громова и, взяв меня и Дёмину за руки, потянула наверх. — Идемте спать. Я насмешливо посмотрела на Дёмину, улыбнувшуюся мне. Что-то мне подсказывает, что спать мы сейчас не будем. Войдя в их комнату, Дёмина закрыла ее на замок и, встав позади, стянула с меня футболку, пока я делала то же самое с черной майкой Саши. Она расстегивала мои штаны, смотря на меня так, словно я ее собственность, и это вызывало у меня усмешку. Это просто секс… Мы уже это проходили. Дёмина целовала мою шею, расстегивая бюстгальтер и снимая его. Громова спустила с меня штаны вместе трусами, и я, переступив через них, провела пальцами по ее волосам, притягивая ее голову к своим раздвинутым ногам. Мы посмотрели друг на друга, и она улыбнувшись, встала. Непокорная. Она целовала мою грудь, глядя мне в глаза с улыбкой. Я провела по ее волосам и повернула голову к Дёминой, привлекая ее голову к себе и целуя ее. Может, это не так уж и ненормальны эти отношения? Всегда буду удовлетворена… Громова прошлась кончиком языка от моей груди к шее и Дёмина, оторвавшись от моих губ, перешла на ее губы, а я начала целовать ее шею, снимая с нее бюстгальтер и расстёгивая ее джинсы. Мне нравится, как она пахнет. *** Проснулась в этот раз от поцелуев в шею. Открыв глаза, увидела светловолосую голову Громовой у своей шеи и губы Дёминой на моей груди. Она улыбнулась, заметив, что я проснулась: — О, проснулась. Я вздохнула и потерла глаза. — Сколько времени? — Пять, — проинформировала меня Ксюха и зажала сосок между губами. — И ты хочешь. Я почувствовала между ног руки их обеих и ухмыльнулась. Контролировать их обеих просто невозможно. Особенно Громову. — Хочу, — глупо отрицать очевидное. Дёмина двинулась вниз, а Саша оторвавшись от моих губ, посмотрела мне в глаза и поцеловала. Мне хотелось сломать ее, подчинить себе, заставить, но чем сильнее мне хотелось подавить ее, тем нежнее я была с ней. Необъяснимо и непонятно. Просто…секс. Губы и язык Дёминой ласкают меня внизу вместе с пальцами Громовой и это даже трудно подогнать под определение «группового секса», хотя это по факту он и есть. Настолько все чувствуется органичным и правильным. Нет стеснения, скованности, стыда. Я отдаюсь им как последняя нимфоманка и они жадно берут все, что я могу дать. Их руки, губы, языки повсюду на моем теле, бесстыдно его изучают, трогают, ласкают, и я позволяю им это. Прижимаю к себе голову Дёминой, широко раздвинув ноги и смотрю в глаза Громовой, чувствуя ее пальцы на своем клиторе. Она проводит языком по моим губам, пока я, затаив дыхание, ожидаю взрыва. Она ловит мой стон губами и нежно целует мне шею. Погладив по волосам Дёмину, я, едва касаясь, провела кончиками пальцев по спине Саши, восстанавливая свое дыхание после оргазма. Демина поднялась ко мне и поцеловала Сашу. Смотреть, как Громова слизывает с ее губ мою смазку было… необычно. И это возбуждает. Чертов секс. — Пора выдвигаться, — вздыхаю, успокоившись, и встаю с кровати. Наши вещи опять раскиданы по всей комнате. Подбираю свои, одеваюсь и смотрю, как они, лежа в кровати, целуются. Между ними есть близость. Открываю тихо дверь и тихо выскальзываю в свою комнату, где быстро принимаю душ и переодеваюсь в строгую юбку, блузку и пальто. Достаю чёрные туфли и обуваюсь. Косметика, быстрый макияж и я, спустившись, подхватываю пакет с сапогами и иду в пристройку, откуда беру контейнеры и запихиваю их в багажник, где валяется парик. Складываю сапоги и парик в контейнер. Избавлюсь от всего по дороге: недалеко от той же заправки есть помойка. Камер, вроде, там нет. Возвращаюсь в дом и достаю из холодильника вчерашние недоеденные роллы. Делаю чай на четверых и иду будить дочь. Завтрак напоминает семейный куда больше, чем все завтраки, которые у меня были прежде. Долго это продлится? Или все закончится совсем, когда они уедут? Или же, когда они вернутся, все станет так же, как сейчас? Мы убираем за собой мусор и уезжаем. Недалеко от заправки выкидываю мусор и контейнеры из-под змей. — Мам, а что это за штуки были? Видела в окно контейнеры? — Мусор с пристройки. Старье какое-то от Кости. — отмахиваюсь я, садясь за руль. Как бы не жестоко это было, она попытается избавиться от всех воспоминаний, связанных с ним. И забудет про контейнеры. Заправляю машину, и мы едем на платку. До Москвы доезжаем за час с лишним и завозим Дёмину с Громовой домой, после чего едем к себе. Начинаются пробки и я, поняв, что не успею к 8 в больницу, звоню Макарову и предупреждаю его. Главное, мелкой в школу к девяти, она-то точно успеет. Дома она берет рюкзак с учебниками, и мы выдвигаемся в школу, благо она недалеко. Высаживаю ее и еду на работу.