Сестра соблазна

Ответного sms я так и не дождался. Таска окутывала меня, поэтому я решился позвонить Тому. Последний разговор у нас не заладился. Я, можно, сказать – предал его. Но с другой стороны я защитил Деметрию. Гудки шли, но никто не поднимал трубку. В отчаянье я набрал Роберту. Ситуация повторилась. Еще больше расстроившись, я набрал Джеку. Ситуация повторилась. В полном нокдауне я еле решился взять трубку и набрать Тиля. Однако на втором же гудке я услышал его голос. - Алло… Хрипловатый, безнадежный голос Тиля. На заднем плане музыка. Я почему-то завис. - Кто это? Алло? Если честно, то я не очень близкий друг Тиля. - Это Бибер. Наконец-то, я что-то пробубнел. - Бибер? Тиль мне не рад. По голосу слышу. - Я пытался дозвониться до вас, но трубку никто не брал. И тут я начал нести полный бред. Мне, что так сильно не хватало общения? Я рассказал Тилю все, что со мной случилось. Почему я вдруг предпочел нашу компанию, компанию Деметрии. И почему я не хожу в школу (да, ее пришлось забросить), почему не звонил им до этого, почему стал таким, каким являюсь сейчас. Кажись, он ни черта не понял, но музыка на заднем плане приутихла. Он долго молчал, обдумывая мною сказанное, а потом выдал: - Ты выбрал другой путь, и мы тебя отпустили. Ты сам прекрасно знаешь, что сделал. Парни переживали. Тебя не было неделями, не отвечал на звонки. Том даже к тебе домой поехал, но наткнулся на супер-пупер вечеринку. Заметь, нас туда ты не пригласил. Он говорил много и долго. Я слушал, потому что он вспоминал все мои ляпы. А в конце, не попрощавшись, бросил трубку. Он только лишь томно вздохнул. Да и то, вдох был не совсем, как прощанье, а скорей всего: «как же хорошо, что я сказал это». Теперь я был один в квартире, окутанный тоской и одиночеством. Деметрии не было, Том, и другие ребята навряд ли появятся в моей жизни, Скутер показывается редко. Мама с Дэвидом. Папа… Скучно вспоминать мою жизнь, хоть и в воспоминаниях всплывали огромные концертные залы. Черт, нет. Сейчас не время. Больше года я скрываю эти чувства. Люди начали забывать меня. Я не должен вспоминать об этом. Н-и-к-о-г-д-а. Прошлое уже не вернуть. Я включил TV. Там шла какая-то программа про кумиров всех времен. Элвис Пресли. Beatles. Nirvana. Майкл Джексон. «Новая звезда, которая сделала невероятный рывок в своей карьере. Невероятно талантливый парень, который завоевал сердца миллионов…» Мне стало интересно, кто же это. Значит, у людей появился новый любимчик. После меня…. « Однако его карьера так же быстро угасла, как и возродилась. Чуть больше года Джастин Бибер покинул сцену, желая скрыться от мира шоу-бизнеса…» Черт бы побрал, это ебанное телевиденье! (Прошу прощения за бранные слова) Я кинул пульт об стену. Он разломался вдребезги. FUCK! Какого хера они не могут найти кого-нибудь другого, черт. Ненависть, ненависть, ненависть и еще раз ненависть кипела в моих жилах. Каждый звук отражался эхом. Даже мое дыхание раздражало меня. Недолго думая, я взял ключи от машины. Идея была не безопасная, но я ничего не мог с собой поделать. Это единственный способ отвлечься. На улицах Лос-Анджелеса стояла глубокая ночь. Я гнал по шоссе со скоростью 178 км/ч. Одно неправильное решение и я мог разбиться в дребезги. Люди, машины, дома, улицы, пейзажи, дороги оставались позади меня. Я гнался за смертью, ибо это было мое единственное утешение. Прошло больше года, а мое имя звучит почти что везде. Место, где всем на меня похеру – школа. Чувства, которые испытывают там люди ко мне – ненависть или страх. Я ведь ушел из этого гребанного мира музыки, но я все равно еще занимаю первые места в этих тупых чатах! Разве так сложно забыть одного долбаного человека? Я ничего не сделал хорошо. Ничего. Я только все портил. И вот, я ушел, но меня все равно хотят видеть на сцене. Народ – стадо баранов. Скорость в машине снижалась, что означала – я успокаиваюсь. Уже рассвело, некоторые гуляли с собаками. Я вспомнил про Деметрию. Не знаю, что делать дома, поэтому решил зайти к девочкам. Я стоял около двери больше десяти минут. Ни Деметрия, ни Эмили не отвечали на мои звонки. Не открывали двери. Никаких признаков жизни. Это девочки так шутят? В их доме ничего не походило на признаки живности. Соседи не открывали, когда я стучал. Я все звонил и звонил, но никто не брал трубку. Я просто сломал замок в двери. И вошел внутрь. - Деметрия? Тишина. Я прошел на кухню – никого. - Эмили? Я заглянул в уборную – никого. - Девочки? Я прошел в гостиную – пять девушек лежащие по разным углам комнаты. На одном из кресел, обдолбанная Деметрия. Я, смеясь, подошел к ней. - Насчет вечеринки ты мне не соврала? Просыпайся! Тишина. Я дотронулся до ее руки. Холодная, как лед. Сзади меня лежала Эмили. Она еле приоткрыла глаза, а затем сразу же закрыла их. Я завись. Ненадолго. -Деметрия! Проснись, черт! Вставай! Вставай! От паники у меня потекли слезы. Я начал ее трясти, пытаясь разбудить – не помогало. Вызвав скорую помощь, я не стал дожидаться, когда она приедет. Взяв, Деметрию, я выбежал из квартиры. -Заводись же! Ну же! Двигатель машины зажурчал и я помчался по дороге в больницу. 29.10.2014. 20:39 Я гнал по шоссе в больницу, нарушая все правила дорожного движения. К черту их! Краем глаза, поглядывая на Деметрию, я все сильнее давил на газ. Давай же, быстрей! По моим щекам текли слезы, но я ничего не чувствовал. Мое сердце замирало с каждой секунды. Я просто ничего не чувствовал, кроме страха…. - Деметрия, детка, держись! Я сжимал холодную руку, бесчувственно лежащего рядом со мной человека. Ее глаза медленно закрывались, она тяжело дышала, все ее тело билось в конвульсиях. - Держись! Не оставляй меня, милая! Я давил на газ, создавая бессчетное количество аварий. Я рыдал от боли, сжимая руку любимой. Чертовы! Чертовы! Чертовы! Чертовы наркотики! - Осталось совсем чуть-чуть! Дем, только не умирай! Припарковав гребанную машину, я взял девушку на руки и побежал в больницу. - Джастин… Мои уши уловили тонкое шипение. Деметрия всплаканными глазами смотрела на меня. Ее губы дрожали, цвет кожи бледнее мертвеца, огромные круги под глазами, тощие ручки, исхудалое тело… - Мне нужна помощь! – забежав в больницу, вскрикнул я. На меня набросилась мед. сестра. Она немедленно подозвала санитаров. - Быстро ее к доктору Саймону! Она, скорее всего под наркотиками. Деметрию уложили на кровать и покатили в какую-то сторону. Я помчался за ней, но меня догнала какая-то женщина и всунула несколько бумаг. Я растерянными глазами смотрел на нее. Серьезно? Только не сейчас, женщина! - Молодой человек, пока вы не заполните эти документы, мы не имеем право, прикасаться к ней! Раскидав эти чертовы бумаги на полу, я начал заполнять анкеты. Из глаз лились слезы, поэтому было трудно прочесть. В течение пяти минут я заполнил все бумаги и со страхом смотрел на мед. Сестру. - С ней все будет хорошо, - она положила свою руку мне на плечо. – Подождите лучше здесь. У вас есть родители? От этого вопроса я встал в ступор. Конечно, они есть, но хрен его знает, где! - У вас есть опекуны? – переспросила сестра. - Да.… Да, есть. Я… Они.. Я сообщил им о произошедшем. Они скоро приеду. - Отлично. Подождите здесь, - указав на синие диванчики, сказала она. Томно вздохнув, я направился к ним. Чертов день! Я набрал мамин номер. Было трудно сообщить ей, что случилось с нами. Но она выслушала меня и сказала, что они придут, как только смогут. Зажмурив глаза, я начал молиться о Деметрии. Не заметив, я провалился в забытье. - Что ты с ней сделал сукин сын!? – кричал на меня Дэвид. Ух, ты, предки, приехали! - Отвечай, мать твою! – прижимая меня к стенке, орал этот идиот. - Дэвид! Отпусти его! О, вот и мама! - Я убью тебя! – с этими словами Дэвид бросился на меня, но его схватили два охранника и оттащили от меня. Мама стояла в шоке. Она не знала к кому бежать: к хнычущему сыну или к разъяренному мужу. Видя, как охрана тащит Дэвида на выход, я плюхнулся на диван, стоящий рядом. - О, Джастин! – вскрикнула мама. - Что случилось? Почему ты ничего нам не сказал? Когда она начала употреблять наркотики? – сыпала вопросами она…. Я не мог ответить. Я ведь сам нихера не знал. Поэтому просто покачал головой. Или пожал плечами. Мне трудно вспоминать. Петти села рядом со мной, приобняв легонько. Не помогло. - Я могу увидеть ее? Мама покачала головой, в знак согласия. - Мы приехали первым же рейсом. Слава Богу, ибо мы справились за пять часов. В голосе мамы было восхищение. Если же они прилетели в Лос-Анджелес за пять часов, значит я спал здесь не меньше шести. Указав палату, где лежала Дем, я туда и направился.