Как же приятно любить тебя в дождь

Прошла почти что неделя с того момента, как у дяди Коли был суд. Я не хотела на нём присутствовать, но судья сказал, что нужно, так как я тоже имею отношение к этому делу и нахожусь под его опекой. Ему дали восемь лет. Я не знаю, почему именно восемь, потому что не разбираюсь в их этих законах. Я рада, что он все-таки сейчас не совсем в тюрьме, а в колонии-поселении. Там все-таки как-то помягче, я по телевизору видела. Они там работают хотя бы, хоть как-то на людей похожи. Я до сих пор не могу поверить в то, что это случилось. Меня перевели из моей школы в десятый интернат, и мне до сих пор кажется, что это все сон. Просыпаясь утром, я оглядываюсь в поисках стен родного дома, но вместо этого большая просторная комната, где спят девочки, а вместо родной постели казенное белье. Я долго думала над тем, что произошло в моей жизни, и все-таки попыталась найти во всем плюсы. Если бы не произошла эта драка, если бы не умер тот мужик, которого огрел дядя Коля, то кто бы знал, как сложилась наша с ним жизнь дальше. Может быть, он так бы и продолжил пить и спился бы совсем. Там он хотя бы будет работать. Нет, конечно, в том, что мой родной человек сидит в тюрьме, нет ничего хорошего, я просто утешаю себя, чтобы не было так больно. Через восемь лет он вернется и все у нас будет хорошо. Нет, я все-таки поступлю в университет. Здесь не так плохо как я думала. Да, теперь у меня совсем другая жизнь, я ещё не привыкла, но я просто думала, что будет хуже. Девчонки здесь не плохие. Я представляла всех "интернатовских" какими-то грубыми, резкими. Нет, вполне хорошие девчонки. Но я скучаю все-таки очень. По школе, по одноклассникам, по прошлой жизни и по Наталье Александровне, конечно. Я, наверное, еще не осознала, что наши пути навсегда разошлись. Я еще не знаю, куда определяют после интерната, то ли квартиры дают, то ли ещё как. Надо будет спросить у девчонок. Больше всего из всех я подружилась с Аленой и Кристиной. Они тоже сироты. Надо же, уже без пяти семь. Через пять минут подъем. Тяжело жить по распорядку, как в больнице, но я привыкну, да. Потом завтрак и уроки. Здесь почти все учителя хорошие. Как только я появилась, они сразу начали доброжелательно ко мне относиться, но ни одна из этих милых учительниц не похожа на Наталью Александровну, ни внешне, ни внутренне. Наверное, это потому, что Наталья Александровна она особенная, волшебная. Таких как она больше нет, и я убеждаюсь в этом снова и снова. Уже октябрь. До Нового года осталось не так уж и много, и я уже знаю какое желание, я загадаю под бой курантов. Интересно, а как здесь празднуют Новый год? Всё. Ровно семь утра. Начинается ещё один день новой жизни.