I have a dream

      Она уже привыкла к вечному звону стекла и табачному дыму, облаком стелющемуся под потолками уютных баров. Очередной вечер в компании гитарных рифов, ищущих сальных мужских взглядов, алкоголя и музыки. Мэри всегда приезжала на саунд чек заранее, потому что любила держать ситуацию под контролем, избегая неприятных ситуаций с техникой и музыкантами.       Тонкие пальцы нежно обхватили прохладную микрофонную стойку. Она обернулась на группу, коротко кивнув в знак готовности, и из мониторов полился звук. Тот самый, который каждый раз заставлял сердце перегонять кровь с удвоенной силой. Жесткий ритм, который отбивал барабанщик словно повторял ее пульс, бас гитара, пронизывающая до кончиков пальцев, ласкающий слух скрип струн акустики и ее вокал — бархатный и стелющийся, уводящий далеко от негативных мыслей. Мэри, прикрыв глаза, самозабвенно пела о самых сильных чувствах, ранящих ее не первый раз, но она улыбалась, надеясь когда-то встретить того самого, чье сердце будет отбивать их общий ритм.       Темп композиции нарастал, переходя в надрывное крещендо, ее голос звучал уверенно и напористо, пока по телу пробегали приятные мурашки. Песня закончилась, а из зала, откуда-то из глубины, раздались отчетливые, нахальные аплодисменты. Мэри открыла глаза, будто вынырнув из своего маленького волшебного мира, повернув голову в сторону звука.       — Недурно, весьма, — наглый шелестящий голос разорвал тишину бара, а из темноты показался мужской силуэт. Не слишком крупный, но высокий и прекрасно сложенный.       — Спасибо за высокую оценку, вечером насладитесь в полной мере, — Мэри самодовольно хмыкнула в микрофон под одобряющие голоса команды.       Темная фигура подошла к сцене, оценивающе пройдясь по девушке проницательным взглядом карих, почти черных глаз. Даже осматривая снизу вверх, взгляд был надменным и властным, отчего по спине девушки прошелся неприятный холодок. Она с достоинством вскинула подбородок, разворачиваясь и уже было собираясь уйти со сцены, как голос окрикнул:       — Давай выпьем после выступления?       — Я не пью с незнакомцами, — небрежно кинув через плечо, Мэри не оборачиваясь ушла в сторону гримерных комнат.       — Это мы еще посмотрим, уверенная моя, — хищно улыбнувшись и облизнув губы, процедил парень еле слышно.

***

      Время близилось к восьми вечера, и бар стал заполняться посетителями. Шум голосов разрастался, словно снежный ком, смешиваясь со звоном стаканов, рюмок и фужеров. Привычный вечер пятницы, где многие оставляют свои печали на дне бокала, находят любовь или же пикантное приключение на ночь с продолжением и утренним кофе, кто-то же приходит снять, накопленный за рабочие будни стресс, оттанцовывая ступни до мозолей и ноющей боли.       Мэри нравилась эта атмосфера — хотя бы на несколько часов, но люди становились едины, охваченные эйфорийно-алкогольной дымкой, весело подпевая музыкантам и отбивая ритм любыми возможными способами. Она любила эту легкую нервозность, когда в животе селились мотыльки, а к щекам приливал румянец. Мечтательно глядя в собственное отражение в зеркале, висевшем в маленькой каморке, отведенной под гримерную, она глубоко вдохнула, выдохнула и, блистательно улыбнувшись отражению, вышла из комнатушки.       Группа уже была на взводе и ожидала своего выхода за кулисами — ребята всегда были заряжены и этот драйв, смешанный с мощной мужской энергетикой и творческим потоком, неминуемо передавался и ей.       — Ну что, размотаешь зал, красотка? — Стэн, барабанщик, стоял, оперевшись массивным накачанным плечом о стену, виртуозно прокручивая палочки между пальцев.       — Только, если ты задашь жару, здоровяк, — Мэри приятельски ткнула кулачком в стальную грудь этого Колосса и подмигнула.       Со сцены послышался приятный баритон ведущего, уже подготавливающего публику к выступлению музыкантов. В этот момент внутри будто что-то переворачивалось, перерождалось, все личное уходило куда-то в зыбучую пустоту, затягивая персональные раны, и выпускало на волю совершенно иного человека. Свободного, яркого, пышущего живой энергией, завораживающей зрителей. Новая Мэри, та, которая выходила вечерами под свет софитов блистала подобно бриллианту, приковывая взгляды.       Ее голос, чарующий и томный, обращал все внимание лишь к ней одной, и та магия, возникающая между зрителем и артистом, давала неимоверный запас мотивации двигаться дальше — к большим сценам, большему количеству зрителей, к серьезным площадкам и большим надеждам.       Три блока — длинною пятнадцать минут каждый — рождали и являли миру Новую Мэри.       — Встречайте, группа «D-stroy»! — захрипел динамик.       Зал радушно встречал аплодисментами и радостными выкриками из темноты душного зала, лиц было не разглядеть из-за бьющего в глаза яркого света. Девушка обхватила рукой микрофонную стойку, устойчиво и широко расставив ноги. Носком грубого ботинка отсчитала до трех, вторя ритму небольшим тамбурином, ударяя им о бедро.       Мягко поскрипывающая мелодия акустической гитары, подхватываемая ударными, а следом и бас-гитарой обволакивала помещение, наполняя его волшебством музыки. Голос Мэри лился, как сладкий кленовый сироп, дополняя и растворяясь в общем потоке звуков. Она закрывала глаза, вкладывая в каждую ноту и каждое слово всю себя без остатка, наслаждаясь временем, проведенным на сцене.       Отыграв часовой сет, группа, как и всегда, стала собирать инструменты и отправляться по домам — завтра новый клуб и новая энергия зала. Когда Мэри уже вышла на улицу и попрощалась с ребятами, кутаясь посильнее в кожаную косуху, то знакомый шелестящий голос окрикнул ее.       — Ты сказала, что не пьешь с незнакомцами. Как насчёт того, чтобы исправить этот досадный пробел? Я — Клифф. — Брюнет, сверкая практически чёрными глазами в темноте улицы, хищно ухмыльнулся, протягивая руку в знак приветствия.       — Настырный, значит? — девушка смерила назойливого парня усталым взглядом и покачала головой.       — Целеустремленный, — сладкая ухмылка, будто бы приклеенная к резким чертам лица выглядела больше пугающей, чем располагающей к знакомству.       Поразмыслив с минуту, Мэри оглянулась по сторонам, обнаружив, что стоит совершенно одна на парковке перед баром, а напротив — прилипчивый парень. Прикидывая потенциальный успех тактического отступления, она все же протянула руку в ответ.       — Мэри. — Ладонь парня оказалась теплой и жесткой, длинные пальцы, словно паучьи лапки, обхватили руку девушки, слегка сжав. — Полагаю, я — твоя цель сегодня? — тот в ответ довольно кивнул, убирая руку в карман джинс.       — Теперь выпьешь со мной?       — Теперь — это когда я знаю лишь твое имя?       — Не отвечай вопросом на вопрос, — он провел подушечкой большого пальца по нижней губе, ухмыльнувшись и взглянув исподлобья, наклонив голову вбок.       — Мордочка кота из «Шрэка» мне больше по душе, — Мэри искренне улыбнулась, глядя на то, как у парня действительно соблазнительно выходил этот кошмарно клишированный жест. — Но за старания, так уж и быть, выпью с тобой кофе.       — Не зря репетировал перед зеркалом, — Клифф на сей раз очаровательно улыбнулся, растягивая тонкие, графично очерченные губы. — Кофе, так кофе, только не вижу тут ни одной кофейни.       — А ее и нет, — Мэри кивнула головой в сторону кофейного автомата возле станции заправки, через дорогу.       — То есть это просто кофе — не свидание? — Клифф изобразил театральное страдание.       — Просто кофе. Насчет свидания решу в процессе, — Мэри улыбнулась, смирившись с тем, что тот не отстанет просто так, а на автозаправке хотя бы есть камеры наблюдения и какая-никакая охрана, на всякий случай.       Клифф галантно протянул руку, пропуская девушку вперед, но это выглядело довольно странно для парня, одетого в косуху, рваные потертые джинсы и с пирсингом на лице.       Современные рыцари выглядели нынче не так, как в сказках, и поджидали своих принцесс у служебных выходов баров, угощая двухдолларовым кофе из автомата. Пока Мэри витала в своих раздумьях, они уже были на месте, а воздух вокруг наполнялся ароматом молотых кофейных зёрен под тихое тарахтение аппарата.       Клифф все так же украдкой поглядывал на девушку, всматриваясь в черты лица — совершенно космического цвета глаза завораживали — первое, на что он обратил внимание, после чарующего вокала. Светлые, кристально чистые, с малахитовыми вкраплениями на радужке — в них можно было утонуть, когда она смотрела с вызовом и легким недоверием.       — Налюбовался? — Мэри отпила горячий напиток из одноразового бумажного стаканчика, поморщившись от кисловатого привкуса, и встретила изучающий взгляд парня.       — Еще нет. Думаю, растяну удовольствие и все же позову тебя на свидание, — Клифф достал из заднего кармана джинс мобильник, протягивая тот девушке. — И там будет не такой отвратительный кофе.       Мэри вопрошающе вскинула изящную бровь, всем видом сохраняя непреклонность и незаинтересованность в дальнейшем общении.       — Да брось, красотка, у нас гораздо больше общего, чем ты можешь подумать. Я тоже музыкант. Гитарист.       — О, ну это в корне все меняет, — с плохо скрываемой иронией произнесла девушка.       — Ты вынуждаешь меня идти на крайние меры и быть самым милым парнем на планете, — и он тотчас оказался внизу, припадая на одно колено, и развел руки в стороны, театрально задрав подбородок к небу. Мэри заливисто рассмеялась, покраснев от смущения, и закрыла лицо ладонями.       — Вставай!       — Нет, пока не скажешь свой номер!       — Скажу, поднимайся уже! На нас люди смотрят! — Ее забавлял подобный фарс. — Гитариста-клоуна в моей жизни еще не было. — Пальцы Мэри порхали по экрану телефона, записывая её номер.       — Ты не пожалеешь, красотка, — довольный собой, Клифф подмигнул девушке убирая телефон на место.       — Уже начала. А теперь, прошу меня простить, но я устала и еду домой, Клифф. — Она отсалютовала ему полупустым стаканчиком, посылая тот в ближайшую урну, и направилась в сторону автобусной остановки, оставляя Клифа наедине со своей ликующей улыбкой от уха до уха.

***

      Мэри разглядывала сменяющие друг друга цветные вспышки ночного города сквозь запотевающее окно автобуса, пока четкий ритм гитар и чуть хрипловатого мужского вокала били по мембранам наушников. В следующую минуту песня прервалась, а экран телефона загорелся синеватым свечением.       «Завтра зову тебя на вечеринку. Будет много музыкантов, соглашайся! Клифф».       Мэри давно жила в замкнутом круге: сначала это была отнимающая все силы учеба в колледже, потом заботы о маме, множество подработок, чтобы содержать семью и попытаться вырваться из своего маленького городка, переезд в Чикаго, снова череда разношерстных мест работы, чтобы хоть немного приблизиться к своей мечте: большой сцене и собственных песнях, которым будут подпевать сотни и тысячи людей.       Она забыла, когда в последний раз была на свиданиях, не говоря уж о влюбленности в кого-то. Конечно, Клифф пока мало подходил на роль идеального бойфренда, но его целеустремленности можно было позавидовать. Мэри быстро скопировала текст сообщения и перекинула в мессенджер.

Мэри: Девочки, общий сбор. Сегодня познакомилась с парнем. Зовет на свидание. По роду деятельности — гитарист, по поведению — циркач. Нужен совет. Лекси: Ой, Эм, ты так давно ни с кем не развлекалась, поэтому мой ответ — соглашайся. Лана: Тебя же не замуж зовут! считай, это такой шоппинг! Джинни: Лана, ты сравнила свидание с шопингом? Лана: По мне — это то же самое, что сходить за платьем. Ты можешь перемерить все, но покупать тебя их никто не заставляет. Джинни: Пфф, ты не исправима Торн… Эм, на самом деле, думаю, что стоит согласиться. Лекси: Принято единогласно! Крошка, готовься к свиданию. Мэри: Люблю вас, девчонки.

      Она быстро набрала сообщение Клиффу, согласившись на его приглашение. Закинув телефон в карман куртки, Мэри прислонилась лбом к прохладному стеклу и провожала уставшим взглядом мелькающие плеядой разноцветных вспышек улицы осеннего Чикаго.