Красная нить судьбы

На него обрушилось изобилие запахов, звуков – и все они были незнакомы, именно это чувство заставило сознание очнуться, пробуждая мысли и само-осознание из глубин подлинного дна темноты подсознания. Чанта открыл глаза и сначала не понял, как он оказался за пределами привычных стен Базы и отчего мир кажется таким большим. Первой осознанной мыслью было: «Почему я лежу?» Однако как только он зашевелился, и как он думал, встал на ноги – ничего не изменилось. Трава высилась над ним гигантским препятствием, закрывая обзор и сбивая с толку, мысли из-за этого разбегались. Он не понимал, что происходит. В какой-то момент догадался посмотреть себе на руки и завизжал совершенно неприглядно – ибо привычной белизны тонких пальцев не было, как и самих рук, локтей, запястья – ничего. А было вместо них пушистая розовая шерстка на коротких, но сильных лапках с узнаваемой формой когтей. Бросив взгляд чуть ниже, на него накатывает прилив безудержного страха, там не его до мельчайшей неровности знакомый обтянутой человеческой кожей живот, там пушистое нечто… «Не может быть!» Панические мысли отчаянного предположения, метафорично били по эмоциям ничуть не хуже реального кулака в какой-нибудь случайной драке. Чанта открыл рот и не услышал хорошо знакомую земную речь, из его во всех отношениях нечеловеческой глотки вырвался совершенно чуждый его уху звук. – Э-эгГу-у. «Я стал Тэнгу», – подумал юноша через приличное количество времени, когда посредством чужеродной звериной речи избавился от приличного количества отрицательных эмоций, накопленных из-за стрессовой ситуации. Стало чуть полегче, но не намного. Тревоге вторило его маленькое сердечко, бьющееся в стремительном ритме где-то совершенно не в привычном месте, отдаваясь куда-то в нижнею часть брюшной полости. Тот самый зверек, на которого он подошел полюбоваться в кабинете Зоолога. Он что-то сделал своими золотыми лучами из глаз и Чанта по какой-то совершенно неизвестной причине сам стал этим зверьком. Хотя Чанта все еще считал, что человек, выбравший для захарийского кролика такое название – явно просчитался. Тэнгу вообще-то существо из японских поверий и представляет собой, насколько хватало познаний в данной области Шинджу-младшего: мужчину с красным лицом и длинным носом, не упоминая неизменные крылья за спиной. Так почему же было выбрано именно такой термин для обозначения этого существа? Впрочем, Чанта недолго предавался недовольному размышлению, так как это действо в логическом смысле было бессмысленно, как и стандартное для такого случая «Почему?». Сколько дорам, да аниме он пересмотрел на тематику попаданца, и все кричали перво-наперво это: «Почему?», да «За что?» или «Что я такого совершил?» и т.д. Когда надо выбросить всю эту дурь из башки и подумать, что делать дальше? Или лучше сказать, а что собственно Чанта в своем нынешнем облике вообще может сделать? Ситуация однозначно шла по нетипичному для повествования сценарию. И Чанта понятия не имел – что он может сделать, чтобы выпутаться из передряги. Это не какая-то игра или литературная книга, куда герой попадет из реального мира, разбираться с вымышленными проблемами – и читатель или геймер в зависимости от источника, как показала клишированная практика, обязательно справится с любыми препятствиями и будет все у него хорошо. Вот только затруднительное положение, в котором оказался молодой искатель, случилось в реальности и может нести за собой довольно таки трагичный итог. А уверенность, что Чанта вообще вернется в свое тело и продолжит шагать по пути к своей мечте – с каждой минутой становилась все призрачней. Хоть он и гнал угнетающие мысли всеми возможными способами, какие только знал, переводя внимание на окружающее пространство. Справиться с самим собой было трудно, как и с приливом накатывающих пессимистичных измышлений. Вспышка света эффектно заставила изменить направление мысли, а также пронзительный вопль, в котором искренно звучала реакция на боль. И это был человеческий крик, не подумав о последствиях – Чанта кинулся на звук, стремительно перебирая лапками, а ушастой головой проталкивая тело между колючей высокой захарийской растительностью. Лапы слушались, и что было поразительно – так это необъяснимая с научной точки зрения способность Чанты управлять телом иноземного зверька так, будто бы оно принадлежало ему с рождения. Отсутствовала ожидаемая неуклюжесть, конечности выполняли ровно те движения, которые хотел Чанта. Все это мозг зафиксировал лишь краем сознания, когда добравшись до места, тэнгу вывалился из травы, став свидетелем развернувшейся сцены. Люпис, подрагивая конечностями, с закатанными глазами только что получил приличную дозу оглушающего луча из дула пистолетного фазера, намертво сцепил челюсть в смертельном укусе, прокусывая надплечье упавшего на землю молодого мужчины, чья шея и большая часть формы уже была окрашена кровавыми разводами. Рядом с ним суетился, похоже, его товарищ, который по-всему и был тем, кто выстрелил в известного хищника, – напоминающего демоническое чудовище из историй Говарда Лавкафта, – так как фазер в его руках говорил сам за себя; что-то в их форме было не совсем привычно для глаза Чанты, однако внимание ускользнуло к другому событию. Парень склонился над раненым и попытался разжать челюсть, однако сколько бы он не пытался – у него ничего не получалась, хоть пот и градом стекал по лицу, а выражение было поистине неописуемым, что-то вроде смеси ужаса и отчаянья. Неловкие действия сказывались на истекающем кровью напарнике пробирающими стонами, сливающимися с губ и угадываясь в кривом росчерке лицевой мимики. Эму явно было больно, но он терпел, хоть и бывали моменты накала болевого порога, когда сами собой по мимо воле хозяина слетали жалобные звуки. – Мне придется сломать ему челюсть, – помучившись некоторое количество времени, пришел к выводу тот, чьи пальцы и сами ладони уже были в красных подтеках. – …н-не-е-сме-ей, – с трудом смог выговорить его напарник, который находился в весьма скверном положении, валяясь в горизонтальной позе, на спине, запрокинув голову, а зубы зверя впивались глубоко, ясно выказывая на то, что Люпис не смотря на свое недвижимое тело, так просто не отпустит свою жертву. – Пож-жа-алуйста, Рэнди, Алья-янс… – Черт бы его побрал и дебилов с Янсенна, – далее прибавив еще несколько цветастых нецензурных фраз, – Серафины держат Федерацию за яйца из-за парочки пустоголовых идиотов, а нам расплачиваться. Ну как же так, Юи? – Мы-ы не можем по-оз-зволить себе опроме-етчи-ивые поступки, – напомнил ему Юи, с усилием сглатывая слюну. – Я в порядке… – Да ты разумом повредился, такое нести… – Не-ет, я чувствую руку и немного шевелю пальцами – су-ух-хожилия не пострада-али, я можно, ска-а-з-зать легко отделался, – по губам скользнула безрадостная улыбка. – Придется вызвать медика, – вздохнул Рэнди, отпуская голову Люписа и вытирая руки о листву ближайшего кустарника. – Мне не хватит знаний, чтобы разжать челюсть без травм для него, а ты не позволишь её сломать. Юи удовлетворенно кивнул и прикрыл глаза, вслушиваясь, как товарищ связывается с базой через ручной дотопад и докладывается, прося о помощи. Если бы история представляла собой аниме, то лицо Чанты уже давно бы было украшено темными линиями, а сам бы он весь покрылся потом, так как перебравшись к парочке товарищей ближе, а также полностью услышав весь разговор целиком – осознал: неудачные обстоятельства, которые по независящем от него причинам, оказались еще хуже, чем полагал юноша изначально. Вблизи униформа Юи явственно выделялась красными пятнами, привлекая внимание к себе – и вскоре Чанта уже дрожал от ужасного понимания – верхняя куртка парня, он уже видел её раньше, на уроках истории освоения человечеством космоса. Эта была униформа старого образца, которая давно уже была не входу и значительно отличалась от того же облачения, которое использовалось сотрудниками дальнего космоса сейчас. Далее их перебранка и упоминание Янсенна… Неужели Чанта не только оказался привязан к телу иноземного зверька, но и очутился в прошлом, один лишь будда знает, сколько лет назад? Чанте захотелось непривлекательно побиться своей пушистой головой об землю и зачитать всем известную христианскую молитву. Хоть азиат далеко и не был верующим, – однако сейчас он был готов вознести молитвы любым Богам; если хоть кто-нибудь из них сможет помочь ему выбраться из совершенно немыслимого для человеческого разума неприглядного положения. От автора: я увлеклась(нет, она меня полностью захватила) игрой Genshin Impact, ничего не могу поделать, писать фф почти не хочется. Надеюсь игра рано или поздно мне надоест своим однообразием и я смогу продолжить свою историю, поэтому не знаю, как и когда будут выходить главы...