А кого спасешь ты, и что для этого нужно?

Загадка Бальдоттер разрешилась для меня лекцией Илмы. Пока мы топали от подножия холма ко входу, она пояснила, что Бальдоттер – это название самого большого в столице магазина. Семья Риаш, оказывается, была владельцем половины технически сложных производств в стране и нуждалась, что естественно, в точках сбыта продукции от самых простых ювелирных украшений и детских игрушек, до оружия и двигателей повозок и бронепоездов. Столичный магазин одновременно являлся складом, биржей и развлекательным комплексом. В принципе, понятно. Хотя я решил, что нужно при знакомстве с людьми перестать быть скромным и прямо расспрашивать их об окружении и семейных и прочих связях, ссылаясь на свою плохую информированность и нежелание причинять неудобство по причине собственной неосведомлённости. Вот, кстати, случайная фраза о том, что я могу получить влияние на Высший совет через Милу Кнехт мне была непонятна, как и другие вещи, если рассматривать их внимательно. Внутреннее убранство магазина Бальдоттер тоже поражало воображение. Это было переплетение галерей, анфилад, пространств с разноуровневыми каскадами балконов, пандусов и подвешенных к массивным балкам перекрытий лавок-качелей. Маша молча провела нас через этот хаос цвета, звука и форм в просторный зал, заставленный стеллажами. – Экипировочный... – пояснила она. – Как договаривались. Мы действительно договаривались ещё в Треги. Люфтваффемейстер Соня собирала мою команду и давала подробные инструкции. Ей в своё время довелось командовать цепеллинами на крайнем севере, и, по её словам, конец лета в горах – крайне коварный период. Суточная температура может сильно колебаться, от этого выпадает обильная роса, часто идут дожди, случаются даже заморозки, а на высокогорье разреженный воздух снижает энергетические возможности организма. Поэтому нужно одеваться в лёгкую тёплую, непромокаемую одежду, иметь качественную специальную обувь, и вообще, снаряжение, отличное от равнинного и тем более от того, что используется на южном побережье. Не скажу, что Экипировочный центр был битком забит посетителями, но между стеллажами шастало достаточно много женщин, причём, примеряли они одежду прямо тут же, не стесняясь своей частичной наготы. Более того, появление трёх мужчин: Терьяна, Шонна и меня – вызвало смешки и падение на пол большого количества одежды. Признаться, меня это дезориентировало, я всё время отвлекался на колышущиеся рядом груди и аппетитные ягодицы и пропускал нужные надписи. Однако, каким-то чудом через некоторое время мне всё же удалось собрать нужные вещи. Я забился в относительно безопасный угол, где выбирали гидрокостюмы две степенные аристократки, и стал ждать остальных, раздумывая об особенностях местной демографии. Точных цифр я не знал, в учебниках их не было из-за того, что демография находилась здесь в ведении матримонии, но некоторые наблюдения позволяли сделать выводы, облегчавшие мне повседневную жизнь. Например, аристократок я научился распознавать очень точно – они вели себя подобно аристократкам в моём родном мире: уверенно, сдержанно и ровно. Скорее всего, это было связано с большим количеством мужчин. Во-первых, мужчины, защищённые потоками, жили дольше и качественнее, о чём я недавно узнал, а во-вторых, у аристократок всегда были возможности заключить временный моногамный контракт с любым мужчиной для рождения и воспитания детей. Низшие чины в армии и, подозреваю, обычные горожанки постоянно за мужчин конкурировали, поэтому откровенные предложения, выставление прелестей напоказ и прямые домогательства были у них обычным делом. Две дамы, отгородившие меня от более смешливых соратниц, были похожи, как близнецы. Одинаковые блондинки с красивыми спокойными лицами, они спокойно улыбнулись синхронными, коралловыми улыбками, когда я проходил мимо них. Правда, немного понаблюдав за ними, я решил, что одна из них явно любит покомандовать, потому что вторая, вежливо кивая, исполняла все её инструкции. Однако, когда аристократки стали примерять обтягивающие майки, обнажив аккуратные груди, я поменял решение, подумав, что это старшая и младшая сёстры с заметной разницей в возрасте. Дело в том, что грудь старшей была немного ассиметричной, как у рожавшей женщины. Заметив, что я наблюдаю за ними, женщины перекинулись парой фраз, и старшая, оставив только что снятую майку младшей, направилась ко мне. – Здравствуйте, – она кивнула мне снова, на этот раз глядя прямо в глаза. – Добрый день, – я выпрямился, отстранившись от стеллажа, к которому только что прислонился, и неожиданно понял, что оказался в ловушке. Рядом никого не было, меня зажала в тупике полуголая блондинка, явно знакомая с магией, а её напарница охраняла проход. С трудом сдержав эмоции, я вежливо спросил: – Чем могу служить? – Разрешите представиться, – она выставила немного вперёд плечо и протянула ко  мне руку, – Райх Шлиссель-Рутгоф. – Дитрих. Автоматически коснувшись её пальцев, как это было тут принято при знакомстве, я удивился, что ещё не испепелён. Райх милостиво улыбнулась. – Простите, Дитрих, мы с дочерью за вами наблюдали и не смогли определить ваш статус. "С дочерью?!" – я был близок к тому, чтобы запаниковать. Но взял себя в руки и спокойно ответил: – Я появленец. Служу в штабе Роттбан аналитиком. – Вот как, – она явно напряглась, – тогда мы слышали о вас. – "Ага, мои надежды остаться в тени не сбылись." – Могу я осведомиться, Вы в данный момент не связаны каким-нибудь матримониальными контрактом? Вопрос интересный. Мне самому хотелось бы знать на него ответ. Судя по тому, что мне дозволено знать, Рита ждёт от меня ребёнка, и скорее всего дочь. И я отлучён от госпожи Роттбан на не знаю сколько времени. А что имели ввиду четверо юных девушек: одна из которых дама, другая бастард, а две вообще целлемейстеры – когда рассказывали мне об очерёдности интимных отношений, я совсем не понимал. – Я не достаточно ещё разобрался в подробностях местных отношениий, так что не могу ответить ни утвердительно, ни отрицательно. На губах Райх появилась лукавая улыбка. Появилась и сразу пропала. – Разрешите, я представлю Вам мою дочь. Рейн, подойди пожалуйста. Дитрих, это Рейн, Рейн, это Дитрих. Дочь сделала книксен, сложив руки перед животом. – Очень приятно, – я коснулся её пальцев. – Я могу осведомиться, куда вы собираетесь отправиться? Здесь обычно экипируются для водного и горного туризма. – Да, я еду в Доломи на воды. – Прекрасно, мы будем там через неделю, – Райх оживилась. – Надеюсь, что вы нанесёте нам визит. На прямую агрессию это совсем не было похоже. Более того, Шлиссель-Рутгоф выглядели абсолютно не по-военному. – Почту за честь. Если неожиданно на меня не свалятся мои военные обязанности, – я оставил за собой право уклониться от встречи, но обижать дам не хотелось. Хотя гражданские, вроде, не могли быть дамами. Или могли? Выдающиеся заслуги ведь бывают и на мирных поприщах, например, в науке. – Как я могу вас там найти? – О, это просто. Гроссе Бальбург, резиденция Шлиссель-Рутгоф. Ещё бы это выговорить. Вежливо попрощавшись, я покинул дам, потому что заметил Гету, которая призывно махала руками. И мы вдвоём присоединились к процессии, которую молча возглавила Маша. Следующая наша цель была рядом – скромная дверь с надписью "Доломи-Мессер". Однако, за дверью скрывалось помещение, поражающее богатством. В нём гладким стеклом сверкали витрины, в которых были выставлены образцы явно дорогого и качественного оружия. Вежливая девушка в футляре зелёной с золотом униформы, увидев меня, принялась кланяться. – Дитрих, мы вас ждём. Риаш велела сообщить ей, когда вы придёте, – она сделала знак другой девушке, и та исчезла. – Пока выбирайте, что вам необходимо. Это предложение вызвало ажиотаж у моей команды, я же походил между витринами и решил, что мне из предложенного ассортимента ничего не нужно. Стрелок я так себе, то есть трофейные шестиствольные пистолеты мне подходили. Пулять в упор надёжнее и не так утомительно, как высиживать в гнезде для снайпера сутки без возможности сходить в туалет или поесть горячую пищу. Холодное оружие меня сначала заинтересовало, но в отделе были только ножики и стилеты, похожие больше на пилки для ногтей, и всё те же мачете, только более изощрённо выполненные – не такие грубые, как армейские. – Почему не взял ничего? – прямо мне в ухо пробасила Гета. Я повернулся. В одной руке у неё было короткоствольное ружьё с ажурным прикладом, а в другой браслет в виде змеи с закрытыми глазами и высунутым языком. – Мне ничего из этого не надо. – Ну, спроси у приказчицы, у них много вещей интересных по ящикам спрятано. Девушка в униформе, видимо, услышала наш разговор, она с лёгким поклоном подтвердила: – Если вы хотите нечто не совсем стандартное, могу предложить пройти в библиотеку, я постараюсь найти по вашему описанию в каталоге. – Ну, длинноклинковое оружие у вас есть? Меч или шпага? – Это как? – Как мачете, только более узкое и длинное лезвие с выраженным остриём для уколов. – Как штык? – уточнила Гета. – Остриё, как штык, но должна быть одна или две режущие кромки. – Странно. Не слышала о таком, – приказчица покачала головой. – Но всё равно, давайте спустимся в библиотеку. Гета махнула браслетом, мол, иди давай. Я последовал за девушкой в зелёно-золотом по металлической лестнице, напомнившей мне лестницы в ангаре с цепеллинами бухты Треги. Здесь вообще технические помещения и приспособления весьма рациональны и лишены украшательств, как будто единожды выбранное решение, доказавшее свою практичность, не подлежит пересмотру. Всё похоже везде и всегда, за исключением фасадов и... Короче всего, что выставлено напоказ. Форменные кители здесь украшены пуговицами с родовыми гербами, в личных кабинетах ажурное чугунное литьё с любимыми цветами, а шимаи торчат из специально прорезанных для них дырок и сверкают драгоценными гранями. Библиотека, судя по всему, приравнивалась к техническому помещению и отличалась от торгового зала с оружием. Ровные ряды одинаковых книг в серых переплётах на одинаковых стеллажах. Приказчица, ориентируясь по каким-то непонятным символам, быстро пошла по лабиринту библиотеки, а я отстал и попытался читать названия книг на корешках. "Конгруентность ситаклей в разнонаправленных потоках и гормональный дисбаланс". "Коммуникативные особенности низших духов". "Комиктерии и их нанизывательные особенности при построении геометрических лабрисс". Это, явно, магия на букву "К". Побродив по проходам, я обнаружил ещё несколько разделов – это были какие-то отрасли знаний, связанных с магией, возможно, с матримонией, но для меня названия звучали, как полная белиберда. – Дитрих, – позвала меня приказчица, – восьмая параллель, шестой проход, я, кажется, нашла.., – голос её звучал глухо, потому что она успела уйти в противоположный конец библиотеки, площадь которой, явно, была больше площади футбольного поля. – Понял, иду, – крикнул я. – Не шумите, – одёрнули меня из соседнего прохода. – Простите... Я попытался быстро и бесшумно проскочить мимо строгой женщины в бордовом мундире с белыми пуговицами, но она погрозила мне пальцем. – Шестой проход там, – и указала налево от себя. – А, спасибо. Боясь встретиться с ней взглядом, я стал смотреть на книгу, которую она держала в руке. "Порядок наследования и его влияние на статус старших бастардов. Решения Матерей Совета, принимавшиеся по спорным вопросам." Я свернул в указанный мне проход. – Сгруппируйся, Дитрих, – прошептала строгая женщина. Я дёрнулся от неожиданности и врезался плечом в ряд книг на букву "О", и тут же почувствовал, как пол уходит у меня из-под ног. Сжавшись, я выставил руки и достаточно жёстко приземлился на ладони и колени. Сверху на меня посыпались увесистые тома. Вокруг была темнота, и только сверху шелестели, закрываясь, лепестки диафрагмы. Кажется, я попал в ловушку.