Глава 32.
9 ноября 2025 г., 15:57
Гарри наслаждался чаем с Хагридом; ему не хватало разговоров с полувеликаном. В данный момент он надеялся, что Хагрид объяснит, о чем они говорили за ужином. Он знал из первых рук, как Хагрид не умеет держать язык за зубами, ведь именно благодаря ему они узнали, как пройти мимо Флаффи в первый год.
— Хагрид, что имел в виду профессор Снейп, когда сказал, что ему нужно поговорить с профессором Люпином о его зелье? Он болен? — с любопытством спросил Гарри.
Хагрид удивленно посмотрел на него, не зная, как ответить на этот вопрос. Он занялся чайными принадлежностями, пытаясь найти ответ на вопрос Гарри.
— Ну, Гарри, профессор Люпин немного болен, но он такой с самого детства, — осторожно ответил Хагрид.
— Что ты имеешь в виду? Ты хочешь сказать, что у него магловская болезнь, такая как рак? — спросил Гарри, еще больше запутавшись.
— Э-э, Гарри, я не знаю, что это такое, — сказал Хагрид, пожимая своими массивными плечами.
Гарри покачал головой, этот разговор ни к чему не приводил, только еще больше запутывал его.
— Почему он должен принимать зелье? — наконец спросил Гарри.
— Потому что ему нужно контролировать себя во время полнолуния, — ответил Хагрид, наполняя чашку чаем.
— Полнолуние? А какое оно имеет отношение к делу? — спросил Гарри, вопросительно подняв бровь.
— Ах, я не должен был этого говорить, а ты не должен задавать мне вопросы об этом, — сказал Хагрид, выглядя теперь немного обеспокоенным.
Гарри понял, что лучше промолчать, зная, что Хагрид проговорился о чем-то важном; ему просто нужно было немного подумать, чтобы понять, о чем идет речь.
— Хагрид, сколько лет Фангу? — спросил Гарри, желая, чтобы добрый великан забыл о том, о чем они говорили, ведь нехорошо, если кто-то подумает, что Гарри замышляет что-то недоброе. Как и любой ребенок, он просто ненавидел, когда его оставляли в неведении. Он без особого интереса слушал, как Хагрид объяснял возраст Фанга, пока полувеликан не удивил его своим вопросом.
— Так как Северус к тебе относится? — спросил он, откусывая кусок своего каменного пирога.
— Очень хорошо, теперь я ему нравлюсь, — сказал Гарри, и на его лице расцвела широкая улыбка.
— Я знаю, Гарри, ты ему нравился и раньше, просто он не мог этого показать, — сказал Хагрид с пониманием.
Гарри кивнул, что понял, и в основном это было так. Как Снейп сказал ему всего несколько недель назад, ситуация была сложной, но это не меняло его отношений к Гарри. Гарри взял чашку и залпом выпил слишком сладкий чай; это было не то, что пил Снейп. Хотя он позволял Гарри есть сладкое, когда они выходили из дома, он был приверженцем здорового образа жизни, когда они были дома, и Гарри наслаждался сладкими лакомствами.
Северус постучал в дверь хижины Хагрида и был вознагражден объятиями гиперактивного ребенка. Он вздохнул, но знал, что не стоило удивляться, ведь Хагрид был известен своим сладким чаем и печеньем.
— Спасибо, что присмотрел за ним, Хагрид, — сказал Северус.
— Не за что, Северус, — ответил тот, помахав Гарри на прощание.
Когда они возвращались в свои апартаменты, Гарри вцепился в руку Снейпа — это стало для него привычкой, и ему нравилось чувство безопасности. Это было для него в новинку, но он все равно был рад этому.
— Гарри, завтра ты снова будешь пить чай с профессором Люпином, — тихо сказал Северус.
— Что? — Гарри не мог поверить своим ушам.
— Точно то, что я сказал, дитя, — мягко ответил он.
— Но вы же знаете, что произошло, я не хочу его видеть, — Гарри уже отрицательно покачал головой.
— Я понимаю, Гарри, и он чувствует себя ужасно. Не думаешь ли ты, что он заслуживает шанс извиниться?
Гарри хотел упрямиться и сказать «нет», но он не знал, насколько терпелив и милосерден Снейп в данный момент, и он действительно не хотел испытывать его.
— Хорошо, — ответил он, тяжело вздохнув, ведь у него не было выбора.
— Молодец, о чем вы с Хагридом разговаривали? — спросил Северус, открывая дверь в их комнаты.
— Ни о чем, только о вас и Фанге, — осторожно ответил Гарри.
Северус кивнул, прежде чем направиться в свою лабораторию зелий, но остановился, заметив, что Гарри все еще стоит посреди комнаты.
— Почему бы тебе не принять душ и не приготовиться ко сну? — сказал он.
— Сейчас только 8:00, а ты сказал, что я ложусь спать в 9:30, — громко заявил Гарри, немного разозлившись.
— Да, поэтому я и сказал «готовься», а не «ложись спать», — спокойно ответил Северус, а затем тихонько хмыкнул.
— О, — сказал Гарри, покраснев и почувствовав себя немного глупо из-за своего взрыва эмоций.
— Да, о, я буду в своей лаборатории, если я тебе понадоблюсь, — сказал он, проходя в дверь.
Гарри быстро принял душ, переоделся в пижаму и пошел в гостиную. Он взял с полки книгу, все еще не зная, что ему делать. Он собирался почитать, но не мог выбросить из головы слова, сказанные за ужином. Что Хагрид имел в виду, говоря о полной луне? Он хотел сказать, что профессор Люпин был оборотнем или что-то в этом роде? Гарри покачал головой, это были всего лишь сказки, и все знали, что оборотни, вампиры и русалки не существуют, верно?
Он вздохнул, он думал то же самое о ведьмах и волшебниках, если он существовал, то, возможно, эти сверхъестественные существа тоже существовали. Он пожал плечами; оставалось только одно — спросить. Он покачал головой: а что, если они не знают, и Снейп посмотрит на него, как на сумасшедшего? Он мог себе представить, как это будет неловко, но сейчас он был искренне заинтригован. Когда Снейп наконец вошел в гостиную, Гарри ходил по комнате, пытаясь собраться с мыслями. Он снова пожалел, что Гермионы здесь нет. Если профессор Люпин был оборотнем или чем-то в этом роде, то зачем, черт возьми, ему нужно было пить зелье?
— А вампиры, оборотни и русалки существуют на самом деле? — спросил Гарри, остановившись и ожидая ответа.
— Да, Гарри, они существуют, они тоже сверхъестественные существа, как и мы, — осторожно ответил Северус, гадая, к чему ведет этот разговор.
— А профессор Люпин — оборотень? — прямо спросил Гарри, не зная, как оберегаться.
