your shirt

Стоя за плитой, Джемин внимательно слушает, как старший собирается на работу. Они живут вместе уже долго, но теперь это совсем иное, потому что, во-первых, они вместе, а во-вторых, живут в квартире. Готовить завтраки для старшего по утрам - становится традицией, и Нана не против, но есть один нюанс, который его достаточно долго беспокоит. Парень слышит, как старший шумно со вздохом заходит на кухню и усаживается за стол. Так же тяжко вздохнув, Джемин начинает: - Хён! Поможешь мне с поиском работы? - Зачем тебе работа? - голос Джехёна весьма низкий, что говорит о его недовольстве, но Нана не собирается отступать. - Я хочу помогать тебе с оплатой квартиры, - всё легко и просто. Он перекладывает завтрак в тарелки и поворачивается к Хёну. - Знаешь, лучшая работа, которую я могу для тебя найти - это готовить мне завтраки по утрам и встречать с ужином по вечерам. Хотя я бы ещё ввел форму, - наконец улыбается он, аккуратно притягивая к себе Джемина. - А то теперь я тебя совсем редко вижу в своих рубашках. - Всё потому, что ты уходишь раньше меня, - пожимает он плечами и легонько целует в уголок губ. - Но не переводи тему разговора. - Боже, ну и зачем тебе это? Ты ещё успеешь наработаться, Нана. Джехён хмурится, сжимая руки на талии младшего, но всё ещё держит себя в руках. - Хей! Джехён! - а вот Нана совсем не собирается отступать. - Не беси меня! Ты что мой папочка?! - парень делает многозначительную паузу и отходит от старшего. - Если ты мне не поможешь, то я сам разберусь! Но взгляд старшего уже где-то не здесь. Он сглатывает, кивая на рассуждения Наны, а потом приступает к еде. Только от зоркого взгляда На Джемина не укрываются покрасневшие уши. 'Значит, всё-таки папочка?' *** У Джемина в голове план, но осуществлять его он не торопиться, пока не найдёт подходящую работу. Ведь Джехён ему и в самом деле отказался помогать, а самостоятельно выполнить эту миссию оказалось не так просто. Но этим утром всё иначе, хотя он всё также готовит завтрак и слушает утренние бурчания старшего. - Завтрак готов, - улыбается Нана, выставляя тарелки на стол. - Ты сегодня какой-то слишком позитивный, - усмехается Джехён, приобнимая парня со спины. - Что-то случилось? - Просто очень хороший сон приснился, - пожимает младший плечами, разворачиваясь в объятьях. - Надеюсь, ты сегодня не будешь задерживаться на работе? - Постараюсь прийти как обычно, - наконец улыбается сонный Джехён, утыкаясь носом в изгиб шеи. - Будешь ждать меня? - Конечно, буду, - и Нана не упускает шанса прошептать в самое ухо. - Так же сильно, как малыш ждёт своего папочку. Хватка на талии крепчает, и Джемин очень надеется, что ему не мерещится это во второй раз. Старший отстраняется и усаживается за стол, благодарит за еду и вроде бы всё, как обычно, но уши всё ещё красные. *** - Ну, стажировка начнётся со следующей недели, так что будем с нетерпением вас ждать, На Джемин, - улыбается женщина средних лет. Джемин кланяется в ответ и уходит с приподнятым настроением. По дороге домой он крутит в руках телефон, всё не решаясь сообщить Хёну о удачном завершении его поисков. Ведь можно и вечером... Но тут телефон гудит в его руках, а на экране высвечивается их совместная с Джехёном фотография. - Алло! - улыбается Джемин, словно видит его перед глазами. - Алло, Нана? - услышав утвердительно "ммм" в ответ, Джехён продолжает: - Я сегодня приеду домой раньше, так что не готовь ужин. Можем заказать что-нибудь или сходить в ресторан. - Звучит интересно, - улыбается парень, бредя по улице прогулочным шагом. - Но что за повод? - А он нужен? - Нет, - смеётся Нана, с осознанием того, что всё-таки повод есть. - Только давай никуда не пойдём? Просто приготовим ужин вместе. - Звучит прекрасно. - Тогда до вечера? - Уже жду не дождусь. *** Джемин ждёт Джехёна дома как самый послушный ребёнок. Пожалуй, лишь одно его значительно отличает от сравнения выше - предвкушение о романтическом вечере и, вероятно, хорошем сексе. По крайней мере, Нана правда на это надеется, когда надевает одну из любимых рубашек Хёна, которая достаточно длинная, чтобы прикрыть оголенные бедра. Чон приходит с кипой пакетов, заполненных всякими разными ингредиентами, с широкой улыбкой на лице и с неловким: 'Не знал, что будем готовить, вот и взял всего помаленьку'. Джемин лишь послушно помогает старшему отнести все на кухню, весело подшучивает над неловкостью всей ситуации, а потом просто обескураживает Джехёна своими словами. - Ну, Нана очень постарается порадовать папочку вкусным и сытным ужином. И если тот лишь глупо смеётся над очередной фразочкой от студента, то Джемин знает, что это только начала его провокаций. Они включают на фоне какой-то фильм, активно обсуждают действия героев и с увлечением занимаются готовкой, постоянно сталкиваясь, обнимая и обмениваясь лёгкими поцелуями. Когда еда готова, они вместе накрывают на стол, но к удивлению старшего, Джемин ставит лишь одну тарелку, а на вопросительный взгляд, лишь ухмыляться и беспардонно усаживается на колени. - Малыш Нана хочет, чтобы папочка его покормил, - он забавно выпячивает губу и смотрит на озадаченный взгляд напротив. Таких игр у них ещё не было. Но Джехёну нравится то, на что намекает его парень уже некоторое время. Очень нравится. он тяжело сглатывает и кивает, поудобнее усаживая младшего на коленях и поворачивая экран ноутбука так, чтобы каждому было видно. Хотя Джехён уже не уверен в том, что сам будет смотреть фильм, когда на его коленях такие аппетитные и любимые бёдра, а огромная рубашка периодически скатывается с худого плеча, и это так и манит. Осталось жалких полчаса до окончания происходящего на экране, но Джемин уже был в нетерпение, тесно прижимаясь, намеренно медленно и немного неловко кушая с рук старшего. Когда капелька соуса падает на оголенный участок кожи Хёна, Нана наигранно ойкает и проводит пальцем по тяжело вздымающейся груди, а затем показательно облизывает длинные пальцы. - Прости, папочка, я сегодня такой неуклюжий, - обжигает дыханием в самое ухо, которое с каждым мгновением становится всё краснее. И тут Джехён не выдерживает, и с тяжелым вдохом наконец-то принимает эти правила игры, отвечая: - Ничего страшного, малыш, - на его лице ухмылка, и Джемину это так невероятно сильно нравится, - но мне кажется, там ещё осталось немного соуса.... Поможешь папочке убрать? Восторг в глазах На Джемина так и искрится, что Джехён не может выдержать эту пытку. Он так мило и хитро улыбается, когда кивает, и в этот момент каждый осознает, что на этом их ужин закончился. Джемин медленно наклоняется и проводит по тяжело вздымающейся груди языком: - Здесь? - он смотрит снизу вверх, и когда видит, как старший запрокидывает голову, вновь припадает, но уже губами. - Да, малыш, верно, - выдыхает Чон, сжимая в руках чужое бедро. Джемин ведёт носом по шее, лишь касаясь губами кожи, он оставляет легкий поцелуй за ухом, кусает мочку уха, а затем шепчет: - Папочка... возьмешь меня прямо здесь? И Джехён стонет. От этого низкого голоса, от тесноты в штанах, от холодной руки, что нежно водит по кубикам пресса, вызывая мурашки по коже. От этого чёртового На Джемина, что тесно прижимается к его губам в это самое мгновение, забирая последний воздух из легких. Парень перекидывает ногу, слегка отстраняясь, снимает со старшего футболку и все ещё холодными ладонями проводит по груди, задевая чувствительные соски. Их глаза встречаются, и Джехён благодарит вселенную за то, что они вместе, потому что черти, что плещутся в глазах напротив, сводят с ума. И Джехён с радостью отдается в их плен. Они целуются так долго, кусаясь, играясь языками, не способные разорвать этот миг. Руки сжимают чужие бедра, а из горла срывается рык, когда младший начинает двигаться, потираясь о его возбуждение, скрытое за грубой тканью. Джехён ведет руками выше, сжимая в руках тонкую талию, а губами спускается к длинной шее, и кусает за кадык, когда Джемин запрокидывает голову, со стоном принимая ласки. Такие хриплые стоны, только у его малыша. Именно такие, что он невольно прижимается сильнее, кусает за шею, а затем втягивает тонкую кожу, оставляя засосы и синяки. Словно одержимый, он ловит каждый вдох и оставляет свои следы на чужом теле, мечтая насытиться, хотя это, кажется, невозможно. Но продолжать в том же духе ему не позволяет Джемин, хватая за волосы на затылке и с силой оттягивая от себя. Джехён смотрит на свою работу и довольно хмыкает, замечая, как красные и синие следы рисунками остаются на теле, как эту картину дополняет слегка спавшая рубашка, оголяющая все ещё нетронутый вставший сосок. Джехён бы вечность разглядывал эту красоту, но встретившись с чужим взглядом, голова вновь идёт кругом. Его опухшие и покрасневшие губы нежно касаются губ, подбородка, а затем опускаются ниже и ниже, постепенно он слазит со старшего и опускается перед ним на колени. Нана ухмыляется, игриво расстёгивая ширинку, поглядывая на Джехёна снизу вверх. Через мгновение брюки уже ненужной кучей лежат в стороне, а Джемин вновь приземляется на колени, у раздвинутых ног и целует головку вставшего члена, вновь обращаясь к старшему: - Папочка хочет, чтобы я ему помог? Воздух выходит из легких, когда На не дождавшись ответа, припадает губами к члену, слегка посасывая. Не сдерживаясь, Джехён путается длинными пальцами в жестких волосах и на выдохе рычит: - Сильнее, чем малыш может себе представить! И Нане этого достаточно. Он принимает столько, сколько может, втягивая щеки, слышит размеренный и ласкающий слух стон и вновь двигается, расслабляя горло. Так жарко, страстно, и Джехён правда чувствует себя попавшим в сети демона. Темп из размеренного начинает увеличиваться, и Джехён чувствует, как держать себя в руках все сложнее, сжимая чужие волосы в руках. Иногда он не сдерживается, толкаясь навстречу, но не хочется заканчивать так быстро. Тянет Джемина за волосы затягивая в поцелуй, снимает с него боксеры, и вновь усаживает на колени. Идти за смазкой и презервативами так не хочется, потому что не хочется отрываться друг от друга, но поглаживая сжавшееся колечко мышц, Джехён лишь стонет, желая своего малыша так сильно. А Джемин с пониманием притягивает к себе ладонь старшего и облизывает пальцы, обильно покрывая слюной. - Малыш готовился, - шепчет он на ухо, целуя чувствительную мочку, - но папочка может сам проверить. Джехён вводит сперва один палец, потом второй, припадая губами к уже истерзанной коже на шее и ключицах. А Джемин прогибается в спине, тихо постанывая, от каждого движения пальцев внутри него. Джехён немного разводит ягодицы и вводит третий палец, аккуратно разводя пальцы, заставляя младшего сжиматься и расслабляться, прижиматься к Хёну всё теснее. В глазах искорки, а с губ срывается очередной хриплый стон, когда Джехён давит на простату, одновременно с этим кусая сосок. Смешенные чувства охватывают Джемина и он лишь скулит: - Прошу, папочка, возьми меня! И это сводит с ума. Но Чон все ещё держит себя в руках. - Нам нужен презерватив, - рычит он, чувствуя, как Джемин прижимается своим возбуждением к его. В тоже мгновением, Нана отстраняется, вновь ухмыляясь: - Если папочка позволит встать, то малыш принесёт. Он словно торнадо уносится в другую комнату, а когда возвращается, протягивает заветный квадратик старшему и разворачивается к нему спиной, усаживаясь на колени уже иначе. Джехён помогает младшему, когда тот запрокинув голову и прижавшись спиной к его груди, насаживается. Нана закидывает руку назад, хватая старшего за затылок и стонет в самые губы, продолжая двигаться и сводить с ума. И Хён следует за таким диким младшим, сжимает его бедра, двигаясь навстречу, слушая размеренный скрип стула и приглушенные от мокрого поцелуя стоны. Они занимаются любовью не в первый раз, и точно не в последний, но Джехён находит Джемина слишком изобретательным и внимательным. Ведь именно он заметил, как любит Джехён его худое тело в огромных рубашках, потому не балует так часто, как во время жизни в общаге. Ведь именно он внимательно слушает всё, о чём они говорят, и замечает такие мелочи, как любовь Джехёна к странным ролям. Эту смущает каждый раз, уши стыдливо краснеют, но Джемин замечает и это. Их секс всегда разнообразный и захватывающих дух, и Нана не боится открывать новые грани, искать то, что приведет их к ещё большему наслаждению. И даже сейчас, двигаясь на Джехёне, он просит старшего прикоснуться к нему, а потом кладёт свою руку сверху. Дыхания уже не хватает, и они оба подходят к финалу. Сперва кончает Джемин, с громким стоном сжимая старшего внутри, но даже так, он всё равно продолжает двигаться, пока не чувствует легкую дрожь под собой и сильный укус за плечо, сопровождаемый диким рыком. Они сидят ещё некоторое время, прижимаясь друг к другу и восстанавливая дыхание. - Ты сумасшедший, - смеется Джехён, утыкаясь носом за ухом, слизывая стекающую капельку пота. - А ты дикий, - смеется в ответ Джемин, наконец приподнимаясь и усаживаясь как раньше, боком, обхватывая руками старшего за шею. - Отличное сочетание, не думаешь? - Рядом с тобой думать редко получается. - Зато честно, - смеется Нана, оставляя нежный поцелуй на опухших губах. Придя в себя, они убирают весь беспорядок, что развели, выключают давно забытый ноутбук и убирают со стола. Вечер вновь приобретает легкие игривые нотки, и Нана вспоминает, что хотел поговорить со старшим. - Кстати, - Джехён ловит каждое его слово и внимательно впивается взглядом, так как слышит, что тон немного поменялся, - повод для таких посиделок у нас всё-таки сегодня был, - он ждёт вопроса, но дожидается лишь требовательного кивка, без слов утверждающего, чтобы Нана все рассказал. И тот послушно продолжает: - Я нашел подработку, которая не будет мешать учёбе и позволит мне немного помогать тебе с оплатой счетов и квартиры. В его глазах опасение, так как такие разговоры не раз приводили к перепалкам, но вопреки всему он лишь слышит вздох, а потом: - Мой малыш слишком взрослый, чтобы его как-то контролировать, - словно говорит сам себе, но потом на лице мелькает улыбка и Джемин понимает, что всё в порядке. - Ну, папочка! - Запрещенный приём, - резко подходит к нему Джехён, притягивая к себе за талию. - Но я правда рад за тебя. Они целуются нежно и лениво, растягивая время, а после Хён добавляет, заставляя Джемина засмеяться: - Хотя если не заладится, и ты уволишься, я тоже буду рад.