Подрезать крылья

Её рука взмыла вверх, быстрая, как атакующая змея. Он-то это знал. Горлица едва успела испугаться, оказавшись у неё в ладонях. Но потом, когда стали расправлять её перья, птица наверстала упущенное. Она дрожала, дёргалась, выкручивала голову в разные стороны. Как много страха оказалось в таком маленьком тельце. Ему было неприятно лицезреть продолжительные страдания. Змеи не играют со своей едой.

***

Он вёл машину по центральному Лондону, когда «Королева Убийц» с упоением стала давать ему неожиданные и ненужные наставления. — Когда ты слышишь слово «ангел», что первое тебе приходит на ум? — спросила она. Азирафель — вот самый правдивый ответ. Но правда сейчас была опасна, как никогда, поэтому он выбрал второй, более безопасный вариант. — Невыносимый. Она рассмеялась. Её смех был похож на звон серебряного колокольчика. Забавно, что у всех них оставались частички того, чем они когда-то были. Следы прошлого проявляли себя в неожиданных местах. — Попытайся ещё раз, — настоятельно попросила она. — Думай, как человек. Они слышат слово «ангел». Что им приходит в голову? Кроули ненадолго задумался, хотя ему едва ли нужно было время. Ответ был очевиден. — Крылья. Она улыбнулась. Её клыки были очень длинными.

***

Она широко расправила крылья горлицы, словно фокусник, показывающий набор карт в руке перед началом трюка.

***

— Я не очень понял, зачем ты здесь, — сказал ей Кроули. — Если бы я просто мог убить его, то я бы… — Нет, нет, — оборвала его она. — Никаких убийств. Убей его, и оно быстро упорхнёт на Небеса, а потом снова спустится вниз в другой телесной оболочке. Тут не обойдёшься убийством. Убийство с ними не работает. Она подалась вперёд и улыбнулась, словно делясь секретом или какой-то шуткой только между ними. — Их нужно сломать.

***

Перегнуть палку было легко. Азирафель всегда говорил то «хитрый противник», то «коварный враг», и Кроули тоже стал так делать. Это было разумно. Преувеличение заслуг своего оппонента добавляло очков ему самому. Никуда не годилось, если бы его планы расстраивал посредственный соперник. Гораздо лучше, если они оба были устрашающими. Разве только… не слишком сильно. Потому что тогда кто-нибудь мог подумать, что ему нужна помощь. Он не ожидал, что Ад решит прислать ему подмогу. Но вот он стоял здесь — в Сноудонском Вольере — и ждал встречи со специальным агентом, который должен был прийти и помочь ему с его ангельской проблемой. Ангельская «проблема». Теперь ему нужно было понять, как решить проблему адского решения его проблемы. Кроули пришёл рано. Ему хотелось увидеть «помощника» до того, как тот заметил бы его. Он скармливал птицам кусочки хлеба и наблюдал за толпой, пытаясь разглядеть рога или лапки насекомых среди проходящей публики. Кроули, прищурившись, посмотрел на мужчину в мешковатом пальто, а потом увидел рядом с ним женщину. Она выглядела не слишком по-демонически: кудрявые светлые волосы, похожие на опушь одуванчика, и рост были её самыми бросающимися в глаза отличительными чертами. Но она смотрела вокруг, явно разыскивая кого-то, кого знала только по описанию. Изучив её на короткое время, Кроули понял, что у неё было что-то не так со ртом. Он помахал ей рукой со скамейки, на которой сидел. Никогда ещё он так не сожалел о своём решении.

***

— Любой низкоранговый демонёнок сможет оборвать крылья у херувима. Здесь же ты разбираешь их на составные части. Разрушаешь то, что их определяет. Сначала ты должен вызвать крылья в материальный план. Это довольно просто: целенаправленный удар по лопаткам. Я люблю использовать для этого огонь, но в крайнем случае подойдёт и тяжёлый предмет. Зажми пригоршню перьев в кулаке, а потом отсоедини кости, крепящиеся к спине. Это обезвреживает базовые защитные механизмы. Останавливает волну благодати. Всё сразу станет намного проще. Иначе ты обожжёшься, обрезая крылья. С каждым пером ты должен работать по отдельности. Нужно оборвать бородки, пока очин всё ещё находится в коже. Так оно почувствует потерю. Каждая пушинка — это частица божественной сущности, которую больно терять. Начинай с маховых перьев, а потом переходи к кроющим. Когда дойдёшь до кожи, будет немного кровить.

***

Она протянула Кроули то, что осталось от горлицы, чтобы он изучил её поближе. Скелетообразный силуэт бывших крыльев обрамляли сухожилия и вены, которые она каким-то образом тщательно вытянула наружу и снова обернула вокруг костей в насмешку над когда-то цельной жизнью. Кроули отстранённо заметил, что крови было не так уж и много. Она что-то сделала с артериями в крыльях. Веки горлицы затрепетали. Ужасающе. Невозможно. Невероятно. Она всё ещё была жива.

***

— Так что, — сказала она, откидываясь назад и продолжая улыбаться. Она, кажется, постоянно улыбалась. — Где твой ангел? — Мой ангел, — эхом повторил Кроули, пытаясь выгадать время для своего мозга, чтобы он смог оценить чудовищный масштаб этой катастрофы. Он позаботился о том, чтобы горлица была уж точно мертва. — Именно для этого я здесь, — сказала она и развела руками. — Всё, что тебе нужно сделать — это показать мне направление. С остальным я справлюсь. Так где оно? — Оно? — мозг Кроули споткнулся на этом странном местоимении, пока он пытался наскрести хоть какие-то идеи. — Это существо, — уточнила она. — Скажи мне, где ангел. — В Шотландии, — сказал Кроули. Это первое место, которое пришло ему на ум и не являлось книжным магазином в Лондоне. — Да? — удивлённо спросила она. — Судя по твоим заметкам, я думала, что оно именно здесь макает тебя в дерьмо. — Он работает удалённо, — ответил Кроули, и вторая ложь очень естественно легла на первую. — На дворе двадцать первый век, всё теперь компьютеризировано. — А, хорошо, — сказала она, без вопросов поверив ему. Всё-таки именно Кроули тысячелетиями жил на Земле. — Знаешь, где именно в Шотландии? Кроули покачал головой. — Без проблем. Я поищу там. Попытаюсь взять след. А ты просто отвлекай его и сообщи мне, если узнаешь его местонахождение. — Конечно, — отозвался Кроули и потёр лицо рукой. Она последний раз жизнерадостно улыбнулась ему во все свои клыки и исчезла. Кроули не знал, что ему делать с горлицей. Он должен был что-то предпринять, но так и не решился оживить её. Ему не хотелось знать, что бы сделал с ней пережитый опыт.