Подрезать крылья

Кроули тяжело опирался на ангела, пока они спускались по лестнице, потому что иначе бы он рухнул. — Что сейчас произошло? — прошептал он. — Тебе угрожало Зло, а я тебя спас, — объяснил ему Азирафель. — Точно. Кроули решил, что это было вполне справедливое описание событий. Он вдруг почувствовал непреодолимое желание донести до Азирафеля всю серьёзность только что произошедшей с ними ситуации. — Она, на самом деле, не… такая… милая и… с чаем, — бессвязно начал он. — Она… — Я не идиот, мой дорогой, — мягко сказал Азирафель с чувством такого безграничного понимания, которое Кроули никогда ещё не слышал в его словах. — Хорошо, — отозвался Кроули, опустив плечи — не удручённо, а скорее расслабленно. Он был рад, что они пришли к согласию. Они вышли на улицу. Прямо за углом их ждала «Бентли». Азирафель совсем не удивился, заметив её, вопреки тому, что последний раз видел машину припаркованной у своего магазина. Очевидно она почувствовала, что нужна своему хозяину. Как только они подошли, дверца со щелчком открылась, и машина слегка опустила свою раму на систему подвески, чтобы помочь Азирафелю устроить Кроули на пассажирском сиденьи. Демон не стал возражать такому положению вещей, и это было тревожным показателем состояния его ран. Азирафель сел за руль и немного помедлил. — Э-э. Назад в мой магазин, пожалуйста? «Бентли» услужливо завела двигатель, включила первую передачу и стала двигаться по лондонским улицам. Азирафель довольно кивнул и сложил руки на коленях. — Ангел? Азирафель посмотрел на Кроули. — Да? — То, что она… там говорила. О нас, э-э, как о паре. Азирафель снова помедлил и немного по-другому сложил руки на коленях. — Да? — сказал он. — Ты очень, э-э, здорово притворился, что мы… Кроули начал жестикулировать, как он иногда делал при разговоре, но это потревожило его лопатки, отчего они отозвались болью, и он перестал. —… ей были, — неловко закончил он. — Ну, — сказал Азирафель, смотря вниз на свои сложенные руки. — Мне же нужно было спасти тебя. — Да. Точно. Это. Отлично сработано, — кивнул Кроули и тут же пожалел об этом. Ему следовало перестать двигаться. И перестать говорить. «Бентли» проехала два квартала, и Кроули снова завёл разговор. — Когда она сказала, что ты в её логове, я, э-э… — Да? Азирафель бросил на него взгляд. В глазах ангела промелькнуло какое-то оживление и любопытство (нетерпение?) отчего слова (признание?) Кроули застряли у него во рту. Застенчивость была не самой подходящей для него эмоцией — у неё в принципе было очень мало практики, чтобы пытаться подойти ему. — Я был, знаешь… вне себя. Встревожен. — А. Да. Азирафель поправил бабочку, хотя она совсем в этом не нуждалась. — Я тоже за тебя тревожился. Это была очень тревожная ситуация. Было похоже, что они участвовали в соревновании по преуменьшению. — Да, — сказал Кроули. — Хорошо, что мы её обманули, — радостно произнёс Азирафель. — Точно, — сказал Кроули. — Одурачили её.