Alius

Сон девушки прервался раздражающим звуком будильника. Та быстро подскочила с кровати и направилась в ванную. Николь просто ужаснулась от своего отражения в зеркале, а в особенности от вида волос. Чёрные кудряшки сбились в одну кучи и никак не хотели распутываться. Но благо на помощь пришла Гермиона. Грейнджер распутала волосы и соорудила из них более-менее приемлемого вида низкий хвост. По дороге на завтрак их задержала Макгонагалл. — Мисс Грейнджер, мисс Грин-де-Вальд, прошу вас задержаться и получить своё расписание, — женщина всунула им в руки этот несчастный листочек. — Спасибо, профессор Макгонагалл, — ответили девушки в унисон. За завтраком Николь съела пару блинчиков с шоколадом. Всё-таки без еды не обходиться не одно её утро. — Как ты можешь есть то, что было приготовлено рабским трудом? — спросила у неё Гермиона. — Это их обязанность Гермиона. Так было на протяжении веков и так будет оставаться всё время, — сказала девушка, откусывая очередной кусок блинчика. — Ужас! Голоса сотни учеников, разбавили шуршания крыльев. И среди большого количества сов, Грин-де-Вальд разглядела своего ворона. Морс приземлился рядом с девушкой и просунул ей письмо от Сириуса. Николь решила прочитать его чуть позже, в дали от любопытных глаз. Но письмо, как и ворон, были замечены зелёными глазами. Гарри всегда ждал письма от Сириуса, но теперь он будет отправлять их своей племяннице. — Думаю, нам пора на травологию, — произнесла Гермиона и поднялась вместе с ребятами. Первый урок прошёл не заметно для Николь. Как и второй, не считая ссоры с Малфоем. — Фу, кто вообще допустил это к изучению? — скривился парень, оглядывая существ, походящих на уродливых, лишенных панциря омаров, омерзительно-бледных и скользких на вид, ноги их торчали из самых странных мест, а где голова, вообще было невозможно разобрать. В корзинах их было примерно по сотне, каждый дюймов шести в длину. — Вот узнает об этом мой отец… — Все похрен, — сухо изрекла Грин-де-Вальд. — Нет, не всем, — блондин настаивал на том, что его слова хоть кого-то заинтересуют, кроме Паркинсон и пары девиц из Пуффендуя. — Всем, — ответила Николь. — А, ну ты конечно можешь уйти из школы, чтобы не видеть этих соплохвостов и… Она не успела закончить свои советы. — И не видеть кучу грязнокровок, — вынес свой вердикт Драко. — Тебе серьезно нравиться тереться возле них? Насколько мне известно, ты ещё с этой Грейнджер в одной комнате живешь. Грязью не пахнет? — Драко, не нужно ругаться с племянницей одного из главных мракоборцев и внучкой одного из сильнейших тёмных магов в истории, — сказал Блейз за спиной у него. — И ты же не хочешь проблем с Крисом, — добавил он едва слышно, но Николь услышала. — Не мешай! Ну, так что, Грин-де-Вальд, какого-это… Хруст. Малфой наклонился в бок от боли. Из носа полилась кровь ручьем. — Николь! — ахнула Гермиона. — Тебя же могут отчислить! Рон и Гарри оттащили Николь оттуда. — Суперский удар, — заметил Рон. — Заслужил. — Николь! — воскликнула Гермиона. Хагрид повел Малфоя в больничное крыло, за ними уплелась Паркинсон. А оставшиеся ученики оглядывали Грин-де-Вальд с ног до головы. Некоторые со страхом и неприязнью, а гриффиндорцы с уважением и почтением. — Гермиона, это не нормально! Он ведёт себя отвратительно, вылезает из шеи вон чтобы сказать всем что он чистокровный волшебник. Да ещё не абы кто, а сам Малфой. Слишком высокого мнения о себе! Кучу ругани было в тот же день. И самый сок — это гневная записка от Сириуса. «Здравствуй! За сегодня это второе письмо. Мне было неприятно получить письмо от Макгонагалл о том, что ты учинила драку. Да ещё и на уроке. Николь, опомнись! Это только второй день, а ты уже подралась. Это конечно хорошо, что ты умеешь постоять за себя и своих друзей, но не таким способом! Надеюсь ты исправишься. С любовью, Сириус!»

***

Следующий день начался достаточно обычно, но конечно без удивленных взглядов Гермионы. — Ты серьёзно собираешься одеть это? — спросила у Николь подруга, косясь на то, что достала из шкафа первая. В руках Грин-де-Вальд оказался ярко-бордовая блузка с кружевами. — Да! — не задумываясь, она скрылась в ванной. Свободные чёрные брюки подчёркивали тонкую талию девушки, а бордовая помада гармонично сочеталась с блузкой. На ногах были обычные ботинки, которые были такими привычными. В гостиной факультета девушки встретили Рона и Гарри. — Вау! — синхронно сказали парни, оглядывая Николь. — Подберите слюнки, мальчики! — ответила та. Они отправились в Большой Зал. Грин-де-Вальд замечала на себе оценивающие взгляды парней и завистливые девушек. Их она пропускала мимо, кроме одного. Кристофер чуть не подавился кофе смотря на девушку. «Давай, ле Фей, это твой шанс!», — парень встал со своего места и отправился прочь из Большого Зала, показывая жестом Грин-де-Вальд пойти за ним. Девушка это заметила. — Герми, я сейчас вернусь, — она последовала за ним. Крис скрылся в коморке для швабр, туда же зашла Николь. — Привет. Отлично выглядишь, — сказал он, расплываясь в улыбке. — Привет, спасибо. — Слушай, у нас мало времени, но я должен тебе кое-что сказать. — Что? — У моей мамы в следующую пятницу день рождение, и ты приглашена на праздник… Он не успел договорить. — Серьёзно?! — удивилась Николь. — Да, — он с нежностью смотрел на её радостные глаза. — И кстати, готовься к самым охеренным выходным в твоей жизни. — В каком смысле? — спросила она с ещё большим удивлением — В пятницу мы отправимся в Испанию, там у моей семьи есть поместье на берегу моря, — её глаза загорелись ещё больше, а он не мог нарадоваться её реакцией. — В Испанию? — Ты что там не разу не была? — Была, мы с Сириусом как-то ездили туда. — Понравилось? — спросил Крис. — Ты ещё спрашиваешь?! — Тише! Вдруг нас кто-то услышит, будет не очень если кто-то узнает, что главный красавчик и староста Слизерина сидит в коморке для швабр с гриффиндоркой, — он самовлюблённо улыбнулся и провёл рукой по волосам. — Ты хотел сказать, что главный красавчик и староста Слизерина сидит в коморке для швабр с главной красоткой факультета Гриффиндор и всей школы, — Николь повторила его жест. — Да, — он рассмеялся. — Насколько я знаю в подземельях холодно, а ты лишь в одной блузке, — он оглядел её с ног до головы. — Чёрт, — тихо выругалась девушка. — Не переживай, — он снял с себя мантию, оставшись в одной рубашке, и накинул её на плечи девушки. — Спасибо, Кристофер, — сказала она и улыбнулась. Он хотел сказать ещё что-то, но не успел. На всю школу прозвенел звонок. — Блять! — выругались они одновременно. — Снейп, — сказала девушка, поднимая сумку. — Макгонагалл, — он взял свою сумку, и они пошли на свои уроки. Николь почти бежала по подземельям, и наконец она оказалась возле нужно кабинета. Тихо постучав, она вошла. — Профессор, простите пожалуйста за опоздание! Я немного заблудилась, — произнесла девушка, делая глаза милее. — Проходите. И попрошу больше не опаздывать, — сухо ответил он, оглядев её. Николь быстро вошла в кабинет и заняла свою место, ловя косые взгляды однокурсников. — Мисс Грин-де-Вальд, не знал, что вы теперь ученица моего факультета, — тихие смешки прошли по всему кабинету. — Это не моя мантия, а моего друга, — ответила она. — Надеюсь, что мозги ваши, а не ваших друзей. — Не сомневайтесь. — Да?! — он вопросительно поднял брови. — Тогда скажите мне, мисс Грин-де-Вальд, какие ингредиенты используются в приготовлении Волчьего противоядия? «6 курс? Он серьёзно?», — прокрутилось в её голове. — Лунный камень, водоросли, собранные в полнолуние, настой аконита и корень валерианы, — чётко произнесла Николь. — Что такое беозар? — задал он ещё один вопрос. — Беозар — это камень, который можно найти в желудке козы. — Хм… Не плохо, — удивился он. Хотя бы одна ученица, которой он не будет дотягивать оценки. Такая же, как и её мать. — И последний вопрос. Как лучше всего получить сок из Дремоносных Бобов? «Точно не резать их!», — тут же подумала про себя девушка. Профессор тут же ухмыльнулся. Это насторожило Николь, мало ли какой магией пользуется зельевар. — Нужно раздавить их, сэр. — Плюс пять балов Гриффиндору, — на удивление самому себе ответил он. Он всё ещё видел в ней свою подругу. Те же кудряшки, те же родинки на правой щеке, та же улыбка, даже некоторые фразы говорила, как она. Эта была маленькая копия Селены, только с более воинственным и вспыльчивым характером.

***

Четверг. Обычный учебный день, не считая урока с Грюмом. Все четверокурсники, кроме Николь ходили в предвкушении. Это был… Она уже сама сбилась со счета. Алостор всегда говорил, что Николь станет отличным мракоборцем, да, и сама девушка как-то не была против. Ученики торопливо расселись прямо перед преподавательским столом, достали свои экземпляры учебников «Темные Искусства. Руководство по самозащите» и стали ждать в непривычной тишине. Вскоре из коридора донеслись клацающие шаги Грюма, и он вошел в класс. — Можете убрать их, — хрипло прорычал он, косясь на учебники. — Эти книги. Они вам не понадобятся. Все спрятали учебники обратно в сумки. Большинство из ребят волновались. Грюм вытащил классный журнал, тряхнул длинной пегой гривой, убирая волосы с покореженного и усеянного шрамами лица и стал называть имена, причем его обычный глаз не отрывался от списка, в то время как магический вращался по сторонам, устремляясь на студента, когда он или она отзывались. — Грин-де-Вальд, — громко произнес он, останавливая свой взгляд на девушке. «Он никогда… Никогда не называл меня по фамилии, и сейчас бы не стал. Что же с ним», — подумала про себя девушка. Николь знала, что Алостор обожал её имя и всегда называл её по имени. — Хорошо, — сказал он, когда последний заявил о своем присутствии. — Профессор Люпин написал мне об вашем классе. Похоже, вы достаточно основательно овладели противодействием Темным Созданиям — прошли боггартов, Красных Колпаков, болотных фонарников, гриндилоу ползучих водяных и оборотней — я правильно понял? Класс согласно зашумел. Хотела бы Николь учиться у Люпина вместе со всеми, а не одна. Хотя, когда они одни то съедают весь шоколад. — Но вы отстали — и очень отстали — в отношении заклятий. Поэтому я здесь для того, чтобы подтянуть вас в области того, что сами волшебники могут причинить друг другу. У меня есть год, чтобы научить вас, как разбираться с Темными… — А вы не останетесь? — вырвалось у Рона. Магический глаз Грюма повернулся и уставился на Уизли. Тому стало здорово не по себе, но почти в тот же момент Грюм улыбнулся — в первый раз за все время, что они его видели. — Ты будешь сын Артура Уизли, да? — сказал Грюм. — Твой отец пару дней назад выручил меня из очень плотного капкана… Да, я пробуду здесь ровно год… окажу любезность Дамблдору… Один год, — и назад, в мою тихую обитель. Он засмеялся горьким смехом, с силой сомкнув свои шишковатые руки.  — Итак, прямо к делу. Заклятия. Они бывают разной силы и формы. Согласно рекомендациям Министерства магии, мне следует обучить вас некоторым антизаклятиям и на этом остановиться. Я не должен показывать вам, каковы из себя запрещенные Темные заклятия, пока вы не перейдете на шестой курс — вас считают недостаточно взрослыми, чтобы до этого времени иметь дело с такими вещами. Но профессор Дамблдор придерживается более высокого мнения о вашей выдержке, он считает, что вы справитесь, а я скажу так чем раньше вы будете знать противника, тем лучше. Как можно защитить себя от того, чего никогда в жизни не видел? Волшебник, который собирается применить к вам запрещенное заклятие, не станет делиться своими планами, он не будет действовать открыто, на ваших глазах, вежливо и тактично. Вы должны быть готовы заранее. Вы должны быть бдительны и наблюдательны. «Здесь что-то не так…», — это всё было очень подозрительным для Николь. — Итак… Кто-нибудь из вас знает, какие заклятия наиболее тяжело караются волшебным законодательством? Неуверенно поднялись несколько рук, в том числе Николь, Рона и Гермионы. Грюм кивнул Рону, хотя его магический глаз был по-прежнему устремлен на Лаванду. —Ну, — робко начал Рон. — Отец говорил мне об одном… оно называется Империус… или как-то так? —О да, — с чувством произнес Грюм. — Твой отец должен его знать. Заклинание Империус доставило Министерству неприятностей в свое время. Грюм взял одного паука из банки и посадил себе на ладонь так, чтобы всем было видно, затем направил на него волшебную палочку и негромко сказал: — Империо! Паук спрыгнул с ладони и завис на тонкой шелковой нити, раскачиваясь взад и вперед словно на трапеции. Он напряженно вытянул ноги и сделал нечто вроде заднего сальто, затем перекусил нить и приземлился на стол, где принялся беспорядочно кувыркаться. Грюм шевельнул палочкой, и паук, встав на две задние ноги, вне всяких сомнений, отбил чечетку. Все засмеялись. Все кроме Грюма. — Думаете, это смешно, да? — прорычал он. — А понравится вам, если я-то же самое проделаю с вами? Смех мгновенно умолк. «Если мои догадки правдивы, то мне никто не поверит…».  — Полная управляемость, — тихо заметил Грюм, когда паук сжался в комок и стал перекатываться по столу. — Я могу заставить его выскочить из окна, утопиться, запрыгнуть в горло кому-нибудь из вас… Были времена, когда множество колдуний и волшебников были управляемы при помощи заклятия Империус, — продолжал Грюм, и Николь понял, что он говорит о тех днях, когда Волан-де-Морт орудовал в полную силу. — Вот была забота у Министерства — попробуй-ка разобраться, кто действует по принуждению, а кто по своей доброй воле. Заклятие Империус можно побороть, и я научу вас как, но это требует настоящей твердости характера и далеко не всякому под силу. Если возможно, лучше под него не попадать. ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ! — рявкнул он, и все подскочили. Грюм подобрал кувыркающегося паука и водворил обратно в банку. — Кто еще знает что-нибудь? Другие запрещенные заклятия? В воздух взвилась рука Гермионы и еще, к удивлению, Невилла. Невилл, похоже, и сам был потрясен своей смелостью. —Да? — сказал Грюм, и его магический глаз, провернувшись, уставился на него. —Есть такое… заклятие Круциатус, — произнес Невилл тихо, но отчетливо. Грюм чрезвычайно пристально смотрел на Невилла, на сей раз уже обоими глазами. — Тебя зовут Долгопупс? — спросил он, и его магический глаз вновь скользнул вниз, пробегая список в журнале. Невилл боязливо кивнул, но Грюм воздержался от дальнейших расспросов. Повернувшись к классу, он вынул из банки следующего паука и посадил его на кафедру, где тот оцепенело замер, слишком напуганный, чтобы двигаться. — Заклятие Круциатус, — заговорил Грюм. — Надо бы чуть побольше, чтобы вы уловили суть. Он нацелил палочку на паука и скомандовал: — Энгоргио! Паук вырос — теперь он был больше тарантула. Рон, махнув рукой на геройство, отъехал на своем стуле как можно дальше от учительского стола. Грюм снова поднял палочку и шепнул: — Круцио. В ту же секунду ноги паука прижались к туловищу, он перевернулся на спину и начал ужасно дергаться, качаясь из стороны в сторону. От него, разумеется, не доносилось ни звука, но Николь знала — будь у паука голос, он визжал бы изо всех сил. Грюм не убирал палочки, и паук затрясся и задергался еще неистовей. — Прекратите, немедленно! — воскликнула Николь. — Тебе же нравиться смотреть на то, как кто-то делает грязную работу за тебя. «Это не Алостор Грюм», — теперь Николь убедилась в этом окончательно. — Что с вами?! — сквозь кучу не понимания, произнесла она. Лишь на секунду задумавшись, она схватила свою сумку и ушла по дальше от Грюма, или того, кто притворялся им. Сейчас лучшим вариантом будет остаться наедине с собой. Место она выбрала подходящее — небольшая поляна возле озера. Солнечные лучи окутывали землю, нежно играя с травинками. Водная гладь была необычно спокойной, а на небе не было не тучки впервые за несколько дней. Найдя место под дубом, Николь достала книгу. Никак не хватало сил начать читать её. «Тайны Тёмной Магии» — книга, написанная её единственным живым родственником по отцовской линии. Первая страница гласила о происхождении Геллерта Грин-де-Вальд. Николь даже не подозревала, что имеет немецкие корни. Оказалось, что в наследство девушке досталось пару поместий по всей Европе и огромный особняк, или даже замок в Шварцвальде. Но её чтение длилось не долго. Её прервал хруст ветки позади, и юноша, который хотел её напугать. — Сюрприз не получился, — разочарованно выдохнул Кристофер. Николь лишь издала короткий смешок. — Почему ты не на уроке? — задала вопрос девушка, закрывая книгу. — К тебе тот же вопрос, — он приземлился рядом. — Я просто хотела побыть наедине и… — И тут появился я? — Именно. — Что читаешь? — спросил он, забирая книгу из её рук и проходясь глазами по строчкам. — Кристофер, отдай сейчас же, — потребовала девушка. — Ох, чёрт… Николь… Не знал, что ты таким увлекаешься, — Крис отсел подальше, вчитываясь в строчки. — Жизнь бывает суровой, — девушка выхватила книгу из рук парня и спрятала её в сумку. — Осторожнее с этим, и когда дочитаешь отдашь её мне! — Ещё чего! — Ну, не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, — он подвинулся поближе и заключив в объятия начал щекотать. — Кристофер, пожалуйста не надо! — она кое-как вырвалась и стала убегать от него, но парень не хотел отступать. Они бегали по всей поляне минут пять, пока Кристофер не завалил девушку в траву, прижав её к земле своим телом. Лучики солнца играли с её волосами, нежно проскальзывая сквозь кудри. Солнечный свет падал в глаза, делая один глаз красивого карего оттенка, а другой насыщенно голубым. Он старался запомнить каждую родинку на её правой щеке, каждое созвездие, что они образовывали. Тёмно-бардовая помада предавала этому всему ещё лучший вид. Её волосы пахли вишней и шоколадом. Это был тот запах, который он запомнит навсегда. Николь не могла насладиться ароматом чёрного кофе и капельки цитрусов. Теперь она всегда будет вдыхать этот аромат при встрече с ним, стараясь никогда не выбивать его из памяти. Кристофер стал приближаться к её лицу, смотря то ей в глаза, то на губы. Щелчок камеры прервал их. — Колин! — выругалась Николь, сталкивая с себя Криса. — Зачем ты подкрадываешься?! — Вы так мило лежали и получался отличный кадр, — парнишка лишь пожал плечами. — Я отдам тебе колдографии вечером. Он убежал. — Мелкий засранец, — Кристофер вздохну. — Это ты засранец, — произнесла Николь, вороша волосы парня. — Мне кстати пора, сегодня наша очередь патрулировать коридоры, — сказал Крис и ушёл куда-то внутрь школы. Николь отправилась следом.

***

Двое мужчин наблюдали из окна за бегающими подростками. — Профессор, вы и правда хотите этой участи для неё, — спросил Северус Снейп. — Увы, Северус, такова её судьба… Это пророчество было сделано ещё во времена Древней Греции, — сказал старик, отходя от окна. — Но ведь можно же обойти его? — с надеждой в глазах спросил зельевар. — Боюсь, что нет… Это было точное предсказание. — Но почему вы так уверенны? — Потому что тот шар с пророчеством храниться где-то на самых первых рядах в Отделе тайн, и оно там настолько давно, что никто даже не знает кому оно принадлежит. — Альбус… — Она должна верить, что всё хорошо…