Мечты "сбываются"

*** Бельфегор неспешной уверенной походкой приблизился к собирающимся группам и, отыскав в толпе две нужные выделяющиеся фигуры, просунулся к ним. — Ушли? — тихо спросил Мустанг. — Успешно "сбежали". — Уверены, что мы их потом найдем? — Скуало недоверчиво изогнул бровь. — Мало ли, чего они снова вытворят. — С такими охранниками как Минк и Энзо они точно будут в порядке, — позитивно отозвался Каваллоне, в чём принц его поддержал: — Тем более, братец послал за ними своих летучих крыс. В случае чего, по ним и найдём. Получив одобрительную ухмылку от капитана Варии, Бельфегор преспокойно направился к своему классу, который по плану должен был выйти первым. Но наткнулся на группу Расиэля и на него самого соответственно. — Разве на тебя не повесили класс твоего босса? — Дети — проблема директора, — отстранённо кинул Расиэль, — У меня своих дел хватает. — Замышлять антисоюзные перевороты к примеру? — язвительно прошипел вариец, обличая самонадеянную идею брата своими словами. — Что за глупости, Бел. Только что придумал? — любезно улыбнулся тот, обращая взор сверлящих глаз на собеседника. Расиэль прекрасно обозначил для брата свои мысли и семейные приоритеты, потому обвинения со стороны младшего принца звучали лишь как отголоски простоты его мышления и недогадливости. — Как там наш лягушонок? Вернул ему кольцо? — Пусть пока вашим пользуется. Лишним не будет, — отмахнулся Бельфегор и фыркнул. — Зато можешь порадоваться, он только о тебе и думает. Старший близнец специфически засмеялся: — Хочешь, подтолкну его на размышления о тебе? — Мне это ни к чему. Это тебе не хватает проблематичных отношений. — С тобой более чем достаточно, братец, — миловидно откликнулся Ураган Мельфиоре и положил руку брату на плечо. Бельфегор её тут же брезгливо сбросил: — И как я мог забыть. Оба самодовольно оскалились, как тигры после очередного сражения. Осталось совсем немного потерпеть компанию друг друга, правда, это “совсем немного” полностью зависело от двоих учеников и их успешного нахождения "сокровища". *** — Это чё такое? — задал нескромный вопрос Фран, наконец дождавшись запыхавшегося друга из кафе. Только вот, он был не один. На его макушке красовалась маленькая зелёная черепашка с крайне немилой морщинистой мордочкой и шершавым панцирем с замысловатыми узорами. Её когтистые лапы вплелись в волосы шатена, будто она приготовилась к поездке на вагонетке на смертельных горках. — Это Энзо. Дино-сан одолжил её мне для моральной поддержки, — Тсуна взял животное в руку и погладил, на что Айроне скривился. — Он постоянно сидел на учительском столе, не замечал? — Нет, — отрешённо ответил он и отвернулся. — И чем ЭТО тебе понравилось? Она ведь даже не пушистая, чего там гладить-то. — Зато она не кусается и не царапается, в отличие от твоих любимых хорьков или летучих мышей, — передразнил его Савада, поежившись при упоминании последних. В портфеле он отыскал карту и, аккуратно развернув, пробежался взглядом, после чего начал намечать дорогу вслух. — Нам нужно обойти один из холмов, как пошли остальные классы, а потом спуститься по лестнице и дойти до моста... Тут Фран неожиданно выхватил свиток из его рук. Продолжая обижаться на предательство их неоговоренной компании "Любителей пушистиков", он решил проложить свой собственный маршрут. Самый быстрый и короткий. — Сократим здесь, чтобы нас точно не заметили. А там разберёмся. — Ладно... — утомлённо вздохнул шатен. Идти вглубь леса без каких-либо тропинок и указателей было не самой лучшей идеей, но спорить он смысла не видел. Времени, пока не заметят их пропажу, было не очень много, а сколько идти и искать — непонятно. Прошагав несколько метров лесной пустоши, они настигли внушительно рельефного спуска, порождающего большие сомнения. Тсуна осмотрелся на наличие схода поудобнее, но краем глаза завидел друга, который на серьёзе намерился спускаться по крутому сходу, и схватил его за руку, потянув обратно. Однако, намеренье Франа было не сломить. Уверенный рывок, страх, сковавший лёгкие — и вот они кубарем летят вниз, зацепляя по дороге всевозможные камни, песок и кусты. После громогласного буха в траву и листья, оба по инерции разлетелись в разные стороны. Савада зажмурился и еле поднялся, потирая спину, а затем рука лихорадочно нащупала наличие черепашки на голове. Та, словно ожидая нелёгких приключений, крепко закрепилась в волосах, поэтому ничего особенного не ощутила. У них с Дино и не такие приключения бывали. Сам представитель "гениальных" идей сидел неподалеку на попе так, будто всего-навсего присел отдохнуть после утомлённого пути. Ему не составило труда бодро встать, отряхнуться и снова быть готовым покорять вершины. Точнее низины. Минк, вовремя отпрыгнувший на дерево во время падения юношей, незамедлительно вернулся обратно на теплое место на плечах. — Все в сборе, потопали. Дальше ты командуй, так уж и быть. Фран протянул сердитому шатену карту обратно. Тому понадобилось несколько минут, чтобы понять, в каком месте они в итоге очутились. Но когда он наконец сориентировался, то поразился. Они действительно сократили большую часть пути. По сути им осталось лишь дойти до висячего моста над низменностью, в которой они находились, перейти реку и вуаля! Они на месте. Прогулочным шагом, преодолевая все неровности, юноши шли немного поодаль друг от друга, и каждый думал о своём. Фран по-творчески наслаждался местной фауной, спокойствием, свежим воздухом и не без любопытства наблюдал за своим волшебным спутником. Хорёк, как истинный охотник, сначала фыркал на птичек, прицеливая и намечая жертву, потом ловко соскакивал на нужную ветку и затаивался. Из-за белой чёлки показывались два маленьких тёмных глазика, от которых не ускользало ни одной движение, потому как только крылатая зверюшка теряла его из виду и на миг отворачивалась в сторону, Минк бросался на неё, зажимая всеми лапами. Какое-то время он самодовольно наблюдал как птичка выбивается из последних сил, теряет надежду на спасение и... затем гордо отпускал жертву, возвращаясь на плечи юноши с гордым шишиканьем. Помилование после долгих страданий его цели для него было развлечением похлеще скучного убийства. — “Весь Бел-сенпай в одной зарисовке” — хмыкнул Фран. Бельфегор-то такой и есть. Играется с ним, мучает, издевается. И на первый взгляд кажется, что предельно понятно, куда ведут их отношения, но вместо этого, кроме как “поиграть и отпустить” ничего не происходит, а принц словно только этим и питает свою самооценку. Тсунаёши в это же время попусту не бездумствовал. С умным видом он бубнил что-то себе под нос и невзначай начал рассуждать вслух: — Получается, что мы вообще знаем? В школе сейчас три мафиозные семьи: Каваллоне, Вария и Мельфиоре. — Вообще четыре, но известны три, да, — поддакивал ему Фран. — Они пользуются системой пламени, колец и коробочек. — С животными, ага. — В каждой семье... — Савада на секунду замялся, — определенное количество людей с кольцами? — он обернулся за ответом к другу, который в задумчивости пинал камушки. — По нашим подсчётам примерно пять: Ураган, Туман, Солнце, плюс голубое и твоё оранжевое. С каждым шагом они приближались друг к другу всё плотнее и в какой-то момент сравнялись. Для прохода вперед пришлось придержать огромную ветку от ветвистого дерева, загораживающую импровизированный путь, и таких веток, которые сдавливали со всех сторон, становилось только больше. Идти не по главной тропинке Тсуна продолжал считать большой ошибкой, но возвращаться было поздно. А впереди, тем временем, среди раскидистых пышных деревьев, кустов и высокой травы наблюдалось всё меньше просветов для прохода. Лишь два холма по сторонам направляли, а мост, как маяк, указывал на относительную их близость к нужному месту. — Я что-то не пойму, — начал шатен в обеспокоенной форме, продолжая ломиться через ветки. — Тебя вербуют Вария и Мельфиоре, потому что ты воспитанник Мукуро, так? Он же имеет высокий статус в их сфере, как я понимаю? — Он высококлассный иллюзионист, — надменно отозвался Фран, — А я его лучший ученик и преемник. Осталось только с кольцом разобраться и стану таким же, а может даже лучше. — Очень рад за твое будущее, — засмеялся Савада. В душе он искренне радовался вдохновленности друга и готовности к сражениям, но в то же время поражался его самоуверенности и нередкой беспечности. Будь-то попытка похищения, стрельба странными пулями или в целом дела мафии — он будто не замечет никаких опасностей для жизни и угроз, которые обычного человека давно бы ввели в ужас. Или притворяется, что не замечает? Безусловно, если так посмотреть, вмешательство мафии в школьную жизнь воздействовало на Франа с лучшей стороны. Если брать в расчет повышение его заинтересованности к жизни вокруг и необъятную храбрость даже в самых опасных ситуациях. Только теперь Тсуна, как последнее проявление адекватности в их паре, невольно почувствовал себя обязанным присматривать за ним. Хотя бы присматривать. Разве что... будет ли в этом смысл? Савада себя-то защитить не может, как он сможет защитить друга, который без разбору влезает в неприятности с головой?.. Да и было бы проще, если бы его не преследовали собственные неприятности. — Хорошо, что хотя бы с тобой нам понятно. Но до меня всё ещё не доходит, кому и зачем я-то сдался, — задумчиво произнёс он. — Тоже раздумывал над этим вопросом. Твои сожители совсем ничего не рассказывают? — Совсем. Отнекиваются только. Что за приемом пищи, что за мелкими вечерними прогулками или посиделками, что в школе — мужчины ни слова не проронят о мафии, а для разговоров по телефону уходят за километр. Ясное дело, дома при маме нельзя. Но в остальное время что им мешает объясниться? — Всё потому, что ты не делаешь, что они говорят. — Так они и хотят от меня непонятно что! — возмутился шатен. — Да и как я могу стараться не пойми ради чего? Фран резко приблизился к другу и с хитрым выражением лица положил голову ему на плечо: — Тебе просто нужно сделать как я. — Позвать того, кого можно разговорить на свидание, а с тем, кто пугает — постоянно "нечаянно" пересекаться и приставать? — остро подметил Тсунаеши, сам от себя не ожидая. Айроне аж осекся. — Умные мысли преследовали его, но он был быстрее, — недовольно цитировал он и шмыгнул вперёд. — Нет, ну а как? Что ты имел в виду? Подожди, — Тсуна нагнал надувшегося друга и извиняюще тыкнул его локтем. — Прости, но ситуации правда схожие. — До ужаса схожие, — согласился тот и всё же объяснился. — Я имел в виду, что тебе нужно попробовать пойти у них на поводу и вызнать информацию наводящими вопросами, как будто по теме тренировок или что там они от тебя просят. — Это как-то... Слишком заморочено для меня. Меня расколят на первом же таком вопросе. — Думать полезно. Попробуй на досуге. Тсунаёши закатил глаза, но совсем не обиделся. Франу было физически необходимо отыграться и отвоевать свое звание шутника-язвителя. Тем более, стало намного удобнее, когда Айроне шёл впереди и прочищал дорогу от веток, притаптывая и кусты с травой, которые скрывали камни, из-за чего Тсуна постоянно спотыкался. Как вдруг Фран резко остановился. — Ты чего? — Слышишь воду? Река недалеко, — проговорил Айроне и ускоренно направился к водному источнику, стремительно пробираясь через ветки. Шатен полез за ним, но с такой скорость движения с меньшим успехом успевал прикрываться от гущи палок, а потому на выходе к реке руки, лицо и все открытые участки кожи ныли и пощипывали от мелких царапин и ссадин. Зато каков прогресс! Ключевые моменты на их верном пути — река и мост — наконец сошлись в одном взоре. Тсунаёши смерил друга укоризненным взглядом, заметив на другом берегу менее заросшую тропинку, свободно идущую вдоль бурной речки и уходящую в густой лес, но без большого количества веток. Та самая, безопасная дорога. — Мало ли, на том пути свои неудобства, — пожал плечами Фран, предвидев недовольную реплику друга. Они дошли довольно быстро, а та дорожка хоть и выглядела безопаснее, вполне могла замедлить их поход раза в два, на что у них времени совершенно не было. Савада вновь собрался с силами. — Наверняка где-то там есть переход, — он прошёлся по берегу в одну сторону, потом в другую, вглядываясь вдаль, но внезапно помрачнел. Видишь цель, не видишь препятствий — это сказано точно про Айроне, который даже не пытался найти путь легче и попросту начал перепрыгивать с камня на камень прямиком через бурлящий поток. Тсуна напрягся всем телом и первое время боялся даже дышать. Несколько раз Фран оступался на скользкой поверхности, замирал на одной на ноге, пытаясь балансировать, а на середине пути река бушующим потоком ударилась об острый камень и забрызгала юношу с ног до головы. И даже это не сбило его. Быстро наладив равновесие, он продолжил путь. После нескольких маневренных движений, он победно приземлился на землю другого берега и махнул другу, приглашая к себе: — Зачем мост? Так тоже неплохо, — крикнул он и, не дожидаясь, поспешил по тропинке вглубь леса. — Мне бы твою ловкость, — пробурчал Тсуна, но след друга уже простыл. Абсолютно не желая промокать, он по полминуты перетаптывался на каждом камне, медитативно налаживал равновесие после каждого прыжка, уступал перед собой дорогу особо бурным волнам и успокаивал учащенное дыхание, что помогало кое-как справиться с основной частью пути. Впрочем, в конце ему всё же не повезло. Поскользнувшись, с гулким коротким криком он грохнулся вперед и, слава небесам, долетел до берега. Неприятный осадок от всех неудач на пути начал гложить сильнее, а их приключение уже казалось нелепостью. Снова его отправили непонятно куда и зачем, и от этого Тсуна видел одни убытки. В очередной раз угрюмо отряхнувшись, он последовал по тропинке и вскоре настиг зеленоволосую макушку. Она угнездилась у крупного булыжника и крутилась около него, рассматривая со всех сторон. — Я нашел, но ничего не понятно, — Фран привстал и со смешком оглядел растрепанного друга. — Как видишь, я выжил, — с каплей раздраженности отреагировал тот, прекрасно представляя свой внешний вид. — Это радует, уже начинаешь самостояльничать. А черепашка твоя где? — А... — шатен в панике ощупал свою копну. Сердце пропустило два удара, когда ничего кроме веток и мокрых листьев, там не оказалось. — Будем надеется, что она свалилась в радиусе реки. Я поищу, а ты тут попробуй разобраться, — Фран хлопнул друга по плечу и направился обратно к воде, оставляя замершего Тсунаёши на месте. — Только не у реки... В его голове зависла фраза директора, произнесенная с пугающей серьёзностью: "Ни в коем случае не давай ей дотрагиваться до воды. А то может случиться... Ужасное бедствие." — Фран, подожди... Фран?! Последний крик обернувшегося шатена поглотил оглушающий звук — речная вода, казавшаяся до этого в небольшом количестве, поднялась из берегов и как покрывалом укутала лес. Громоздкие деревья под тяжестью потока накрывали друг друга одно за другим, приминая под себя всё живое в радиусе, в каких-то местах достигающем километра. Савада испуганно грохнулся на траву, не смея оторвать взгляд от возникшего перед глазами чудовища. Огромная, высотой не меньше трехэтажного дома, зелёная черепаха нависла над лесным массивом, разинув беззубый рот с ужасающим воплем монстра. Она гребла когтистыми сморщенными лапищами и грозно рычала, пытаясь откусить висячий меж холмами деревянный мост. Сверху послышались крики и возня — их одноклассники и обычный люди, пришедшие на экскурсию, разбежались в разные концы моста и в шоке наблюдали за действиями разъярённого чудовища. Как только Тсуна понял, что черепаха отвлеклась на людей наверху, шоковое состояние ушло на второй план, а вперёд вышел новый сковавший страх. Деревья вокруг полегли на землю... — "Неужели Фран оказался под ними?" — осознание удушающей волной застелило мысли. Да, он не хочет связываться с преступностью. Да, он боится всего, что связано с этими непонятными опасными людьми. Но единственный, кому он может доверять здесь, уже какой раз страдает от его трусости и невнимательности, а теперь, возможно, навсегда погребен в этом лесу... Тсуна знал, что он слабый и бесполезный. Ему часто твердили это в школе и будто бы намертво вбили в голову. С этим он давно смирился и принял эту особенность в себе. Однако, досада застряла комком в горле. Именно сейчас, когда его никчемность начала влиять не на оценки и опоздания на уроки, а на жизнь окружающих, близких ему людей. Пока гигантский зверь медлительно пытался развернуться и пробирался через поваленные собою деревья, Тсунаеши панически осматривался вокруг, глазами надеясь зацепить хоть что-то, похожее на копну его друга. Зеленые цвета рябили в глазах. Каждый кустик оказывался потенциальным бездыханным телом, а палка — тянущейся за помощью рукой друга. Казалось, еще чуть-чуть, и он в этой болотной палитре сойдет с ума. Но внезапно послышался приглушенный голос и пыхтения. — Фран? Фран, ты в порядке? — подбежав к куче деревьев практически у подножья чудовища, шатен заметил хорька, а потом и извивающиеся руки с недовольным лицом друга, — Ты жив... — Конечно, больше никаких потерей сознания и смертей. А то самое интересное пропускаю, — пробурчал юноша. Тсуна, не сдерживая счастливой улыбки и слёз, начал откапывать его со всех сторон. На этих выходных он похоронил Франа уже два раза, и то ли еще будет. — Меня придавило, не старайся. — Сильно больно?.. — Савада отодвинул мешающую листву, мелкие брёвнышки и деревьица как смог, после чего обессиленно упал на землю. Стволы деревьев, которые зажимали Франа, были в два, а то и в три раза шире его обхвата, так что надежды на их поднятие можно было не строить. — Пока не особо, — поморщившись, Айроне приподнялся на руках, чуть меняя позу. Легче не стало. Вся его нижняя часть была плотно придавлена к земле, а из-за влажной осенней погоды, ноги начинали подмерзать. Хорошо, что ощущалась прослойка между несколькими навалившимися деревьями и их крупной листвой, поэтому фактически зажат был лишь таз. — Даже если ноги отвалятся, сенсей рассказывал, что иллюзией он восстанавливал даже отсутствие органов. И человек спокойно функционировал. Тсуна по-детски улыбнулся и вытер капельки слёз с щёк. Раз Фран шутит, значит пока всё в порядке. — Что вообще произошло с этой черепахой? — Видимо она растет от соприкосновения с водой или впитывает её. Непонятно... — поёжился шатен своим мыслям и всхлипнул. — Прости, я снова всё испортил. За нами наверняка уже кого-то отправили, да? — Скорее всего. Поэтому не теряй время. Возьми моё кольцо и открывай сокровище. На удивлённый взгляд друга, Фран разжал руку и протянул кольцо-пустышку: — Я тут подумал. Это кольцо ведь не принадлежит к какому-либо виду пламени, может и ты его сможешь зажечь. А там это, похоже, и нужно. Минк тут же ободрительно зафыркал. В несколько скоков он подлетел к, на первый взгляд, куче листьев, но покрутив пушистым хвостиком вокруг, расчистил крупный гранёный булыжник. На камне обособлялось очертание руки, на среднем пальце которого отмечалась дополнительная выемка для надетого кольца. — Может, всё-таки подождём помощь? — крикнул Савада, неуверенно надевая кольцо. — Давай уже. Или я умру скорее от интриги, чем от переохлаждения, — ответно крикнул юноша, изо всех сил приподнимаясь на руках и следя за происходящим в нескольких метров от него. — Просто зажги, как пистолет тогда, и вставь. — Понял я, понял. Савада нахмурился и посмотрел на кольцо. Минк то и дело нетерпеливо прыгал по булыжнику, будто в него вселился интерес Франа. Юноша сосредоточился. В тот раз, держа пистолет, он почувствовал разгорающийся огонек внутри себя и направил поток в руки. С кольцом оказалось ещё проще и направлять ничего не пришлось — стоило лишь подумать, как в одно мгновение небольшая искра внутри зажгла плотное пышное пламя на пальце. Тсунаёши аж вздрогнул, не ожидая такой яркой отдачи. С пистолетом затрат силы, времени и концентрации понадобилось в разы больше. Недолго думая и не сходя от нетерпения, он приложил руку к выемке. Секунда и раздался щелчок. Хорёк, до этого вертевшийся на верхушке, спрыгнул вниз позади камня и довольно зашишикал находке. — Ну что там? Комментируй хоть как-нибудь, — крикнул Айроне, когда заприметил удивлённый взгляд друга, вытаскивающего нечто прямоугольное. — Коробка какая-то, не знаю, как назвать правильнее. Он поднёс к Франу чёрную шкатулку с золотой окантовкой и с кивка последнего, осторожно приоткрыл крышку. Юноши одновременно изумлённо охнули. Перед ними предстали семь колец с разноцветными камнями, аккуратно расставленные в круг в бархатной подложке. На самом крупном кольце с оранжевым камнем была выгравирована надпись. — "Вонгола"... Всё же это и есть четвертая семья, — убедился Айроне. — Если кольца здесь, получается эта семья без них? Как это возможно? — Может прозвучать глупо, но что если она только формируется? — увидев недопонимание друга, он пояснил. — Знаешь, как возрождение давно распавшейся семьи. Сам посмотри, — Фран тыкнул на чёрную глянцевую поверхность шкатулки, которая стала тусклой из-за внушительного слоя пыли и паутины. — По внешнему виду она тут не меньше года явно лежит. — Похоже на то. Вне всякой смелости, Тсуну застал интуитивный порыв. Пока Фран пытался понять, какие из цветов им не знакомы и рассматривал гравировки остальных колец, шатен взял оранжевое кольцо с середины и задумчиво покрутил в руке. — Интересно, зачем Дино-сан послал за этим меня... — О, раз это кольцо выделяется и оно твоего оранжевого цвета, значит ты будешь главным боссом. — Чего?! Нет уж, — Савада оглядел кольцо с долей отторжения. — Оно мне тем более большое... — убеждённо закивал он. Правда, как только он примерил его на средний палец, село оно как влитое. Тсуна неутешительно нахмурился ещё сильнее. Ему обычным-то обладателем кольца трудно себя представить, а здесь целым боссом. Боссом мафии. Чушь ведь! Он осторожно снял украшение и положил обратно к остальным. Франа же в это время накрыл свой поток мыслей. Невписывающиеся до этого факты с последней его, казалось, шуточной репликой сложились в конкретную логичную картинку. — Напомни-ка, зачем Бьякуран позвал тебя в первые дни после информатики? — Охх, ну ты и вспомнил, — ради очередных теорий друга, пришлось хорошенько напрячь мозг. Тот диалог из-за всех событий показался ему таким давнишним, хотя на деле прошло всего пару дней. — Дословно не вспомню, но он точно говорил, что представлял меня не таким миловидным что ли, и что надеется на взаимопонимание... А что? Фран на минуту замолчал и поморщился, то ли проверяя отёкшие ноги на подвижность, то ли сопоставляя события. — Давай представим, что ты... будущая важная особа для Вонголы, — на абсолютно незаманчивое предложение Тсунаеши поежился, но со скрежетом кивнул. — Тогда сходится две вещи. Первая — логично, что босс одной из семей хотел бы наладить отношения с другим? Что доказывает та странная встреча с Бьякураном. Савада снова нехотя кивнул. — Второе, — на этот раз юноша ненадолго затих, поскольку стало страшновато за реакцию друга. — Также, логичным является суждение, что один босс мафии захочет... устранить... другого, так? — Нет, нет, стой! С чего ты это взял? — совсем распаниковался шатен и схватился за голову. — Однажды я слышал разговор Занзаса и Бьякурана. Они говорили об устранении босса Вонголы и захвате его места, хоть они тоже являются боссами, — скривился юноша от тавтологии, но по-другому объяснить бы не удалось. Сейчас больше чем за путаницу в словах он волновался за состояние Тсуны. Смотря на потерянность и отрицание, сменяющиеся на его лице, он двадцать раз пожалел, что начал развивать эту тему вслух, тем более когда она связана с покушением на собеседника. — О боже... — только и смог высказать Тсунаёши. — Понимаешь теперь к чему я веду? Только никому не говори, это пока лишь теории, — Айроне очень хотел поддержать его в момент осознания смертельной опасности, однако мог лишь дрыгать руками, чтобы как-то отвлечь испуганного. Но и это ему не удалось. В какой-то момент, Фран неестественно напрягся и уткнулся головой в траву. — Что случилось? — резко переключился Савада, пододвигаясь ближе к другу. — Как-то... совсем пережало... Только сейчас стало заметно, что поверхностное дыхание Айроне усилилось, а цвет кожи начал отдавать синюшным оттенком. Сердце Тсуны снова пропустило пару ударов. Он был слишком беспечен. Нужно было сразу бежать за помощью, а не слушать упрашивания друга разобраться с сокровищем и тем более его сумасшедшие теории. — Я сейчас, подожди! — Да куда я денусь... — с трудом проговорил тот. Кто ж знал, что переохлаждение или что похуже, настигнет его настолько быстро. Сопротивляемость его организма за эти два дня понизилась вдвое, что совершенно не радовало. Савада, чуть не споткнувшись, тут же сорвался с места. Куда идти? Как пройти быстрее? Кого позвать? Где искать помощь? Как объясняться? А что если его не послушают, а просто начнут ругать за то, то они сбежали без спроса? Не найдя ответы на задаваемые вопросы, он остолбенел на месте. Его тело начало жутко дрожать. Он снова ничего не может. Не может элементарно понять, что делать, не может позвать на помощь, когда друг умирает, не может успокоиться и взять себя в руки. Что он за человек такой? Никчёмный и глупый идиот! Тсуна снова схватился за голову и зажмурился. Привести себя в чувства и сбросить паническое наваждение никак не получилось, паника бесщадно поглощала его, брала вверх над телом и сознанием. Отрезвиться ему помог выстрел. Не успел звук рассеяться в воздухе, как его голову пронзила пуля, ударной волной откидывая его тело в сторону. Мозг обдало ярким зарядом, черепная коробка заполнилась пламенем, а тело предсмертно вздрогнуло. — Только этого не хватало... — пробурчал Фран, жмурясь и утыкаясь глубже в траву. Но ожидаемой вспышки не произошло. Вместо этого шатен спокойно поднялся с земли. Янтарные глаза сдержанно осмотрелись вокруг, потом оглядели самого себя. Тело больше не дрожало, а наполнилось решимостью. Панические мысли сгорели до тла, освобождая места для покоя и трезвой расчётливости. Прислушиваясь к новым ощущениям, Тсунаёши ощутил на лбу тепло, плотное и интенсивное пламя, совершенно не пугающее, а успокаивающее и мягкое. — Я не умер? — Сам удивлён, — с подозрением произнес Айроне и сощурился. Казалось, пока он отвернулся, друга заменили совершенно другим человеком. Абсолютно невозмутимый вид, хладнокровное выражение лица, да даже его стойка стала несравненно увереннее и мужественнее. — Попробуй что-нибудь сделать. Ты меня пугаешь пока так спокойно стоишь. Тсуна очнулся и вспомнил изначальную цель. Первая мысль, что возникла в голове — попробовать пламенем аккуратно спалить деревья, прижимающие Франа, однако страх чрезмерного усиления огня и его бесконтрольности всё же засел внутри. Внутри себя он чувствовал невероятный кипящий сгусток, в любой момент готовый ворваться в реальность при несмелом использовании, поэтому идею с поджогом пришлось отмести. Так и весь лес случайно спалить не трудно. — А если... — ощущая насыщенный прилив сил, застилающий каждую клетку тела приятным теплом, Тсуна попробовал приподнять одно из деревьев, явно не ожидая, что ствол в несколько раз больше него станет легче раз в пятнадцать. Фран безмолвно следил за действиями друга. Он периодически округлял глаза, когда тот без трудностей раскидывал навалившиеся на него деревья в разные стороны, а в конце не мог и слова высказать, когда ему сдержанно подали руку. — Встать сможешь? — ровным голосом, немного ниже обычного тона, проговорил шатен с каплей беспокойности. Айроне успел несколько раз позавидовать его возникшему самообладанию, но встать так и не смог. Кровь стремительно полилась по суженым от холода венам, из-за чего каждая попытка двинуться приносила болезненный дискомфорт и "шум" в конечностях. — Ого, что это у нас здесь? Недалеко от юношей внезапно оказался Бельфегор, угрожающе нависнув над шкатулкой. Тсуна тотчас дёрнулся в его сторону, но тот с неуловимой грацией схватил коробочку и отпрыгнул назад. — Прошу, отдайте, — с той же несвойственной ему решимостью в голосе произнес Савада. — Кто не успел, тот опоздал. Бел с широченной улыбкой вскинул руку со шкатулкой в сторону, где на мгновении материлизовался Мармон. Он забрал “сокровище”, после чего тут же бесследно исчез. Кровь Тсунаёши закипела, а кулаки неосознанно сжались. Казалось ещё миг и он наброситься на Бельфегора... И никто бы не знал, чем могло закончиться это противостояние, если бы время пули не истекло. Пламя скоропостижно затухло: вернулся растерянный вид и беспомощный взгляд. Юноша упал на колени и сжался. Все мышцы горели от перенапряжения, содрогались как сдёрнутые струны. В горле затаилась удушающая досада. Вариец шипяще рассмеялся. — Бел-сенпай, Ваша крыша от Вас совсем съехала? Зачем Варии кольца Вонголы? — возмущённо спросил Фран. Он как маленький мишка перевалился на спину и поочередно разминал отекшие конечности, поднимая каждую по отдельности. — Меньше знаешь, крепче спишь, — отмахнулся принц. Быстро потеряв интерес к Саваде, он подошёл к развалившемуся иллюзионисту. — А-а-а, мне так холодно и больно. Кажется, умираю, — театрально выпалил Айроне и потянулся руками к принцу. Краем глаза он наблюдал за другом, но тот так удручённо и стоял на коленях, упираясь руками в листья. Лишь услышав подозрительный шорох из уцелевшего леса и знакомые охи-ахи из кустов, он немного ожил и поднял глаза, а когда запыхавшийся Дино вышел ему на встречу, то чуть ли вообще не расплакался. — Как прошёл поход? — позитивный настрой директора сменился слегка беспокойным, — Ты чего? Всё хорошо, — по-доброму протянул он и пригладил растрепанные волосы шатена. Сегодня Савада постарался на славу. Заслужил отдых и безусловную похвалу, раз пережил пулю Реборна и добыл кольца Вонголы. Но Тсуне этого было не осознать. Он был расстроен до глубины души и обессиленно уткнулся в плечо учителя. — Я вам что, мешок с картошкой? — возмутился Фран, когда Бел по-собственнически закинул его на плечо. Айроне пару раз стукнул химика по спине, но это не помешало нести бунтующую тушку в обратную сторону вдоль реки. — Сорок килограмм как с куста. — Ну началось... — закатил он глаза, не прекращая ёрзать на месте. Всё-таки в плане ношения на руках поза "принцессы" была гораздо приемлемее, чем мягким местом вверх, вдобавок с напоминаниями о прибавленной массе. Бельфегор наверняка надолго запомнит число, высветившееся на весах в тот день в его номере. ***