Нити времени

— Почему именно это кладбище? Я же в курсе, что твои родственнички раскиданы по всему миру. Здесь… Не особо безопасно. «Для тебя», — мысленно добавил. — Ты бы ещё спросил, почему не кладбище, где нет трупов! — Ответила девчонка, упрямо продвигаясь сквозь заросли. — Только не говори, что ты собралась кого-то поднимать?! — Зашипел парень и резче, чем хотел, схватил свою спутницу за руку. Какой бы трепет он не ощущал рядом с ней, но иногда она просто выводила его из себя. Они пришли на место сильного столпотворения нечистого, а потому встретить можно было что и кого угодно. Девушка так красноречиво посмотрела на его руку, что тот сразу ее отпустил и даже отступил. Не ответила. Грег заметил, что они остановились у старой заросшей калитки — забытому входу с северной стороны, в то время как центральные ворота (как и охранник, который неизменно там крутился) находились южнее. Нилсин вытащила из своего черного, как и все, во что она была одета, рюкзачка горстку конфет и мелочи, часть которых вручила Грегу. Парень уставился на свою руку, вопросительно выгнув бровь. — Профан, — закатила глаза та. Это бы бесило, не будь так мило. — Так как сейчас ночь, а точнее, — посмотрела на часы, — половина двенадцатого, то без подкупа на кладбище лучше не соваться. Да и без защитных амулетов тоже. Вот только амулетов у них не было. Хотя Грегору они и без надобности, а вот его спутнице не помешали бы. Зато был пытливый интерес студентов, которые хотели узнать что-то новое: Син хотела узнать историю своей семьи и происхождения, а Грег… Он ещё сам толком не разобрался, был ли для него интереснее их совместный проект или сама напарница. Девушка развернулась к нему спиной, оставила содержимое маленьких ладошек по обе стороны от калитки и, видимо решив не тратить свою странную, еще до конца неизученную магию, на уборку лишних зарослей, начала карабкаться по изгороди вверх. Делала она это так стремительно, что Грегор не успел насладиться видом и еле успел перехватить ее поперек талии и спустить обратно. — Маленькая зубастая фея забыла попросить о помощи, — прошептал ей на ухо, усмехаясь от ее дрожи, смущения и уже чуть запоздавший злости. Силой мысли он заставил заросли расползтись в стороны, но нарочито медленно… Для показушности и для радости собственной «темной» стороны, которая упивалась трепыханиями мелкой в его руках. Грег боялся даже задумываться о том, почему ему это нравится. — Отпусти! — Стой смирно, мешаешь! Давай ещё пусть на твои крики трупаки встанут раньше положенного. Вот это веселуха будет, да, зубастая фея? Девушка вздрогнула и так сильно скрипнула зубами, что даже глухой бы услышал. Грегор усмехнулся. Зубастой он окрестил ее после того, как она его укусила. Феей — примерно в тот же момент, когда от испуга (а точнее от вида его черной крови) девушка взлетела к потолку их академии. Хотя само прозвище ему не особо нравилось. Кусака из нее была на «ура» — даже на его полудемонском теле укус проходил около недели. Хотя Грегор подозревал, что не все так просто с самой девчонкой. Она за первый год обучения в их закрытой академии для неформалов, изгоев и страшилищ мира сего так и не смогла понять свою сущность. А их тандем для курсовой работы — он был уверен — не забудут долго. Ведь даже началось все с драки и укусов. И, признаться, парень давно не испытывал таких интереснейших эмоций! Их якобы вынужденный союз был хоть и практически невозможным, но донельзя удачным: менталиста, который мог силой мысли заставить материю двигаться, но был слабоват в теории, приставили к зубриле, которая никак не могла разобраться в своей природе и то и дело что-то взрывала, взращивала (не только растения, но и клыки), поднимала в воздух или отправляла через неведомый портал в неведомое место. Мда… Грег обошел девушку (чуть усмехнувшись, когда та громко выдохнула), кинул подношения по обе стороны от входа в кладбище, открыл калитку и жестом пригласил: — Прошу, миледи, — он, как галантный кавалер, взял ее под руку, когда та оказалась рядом. — Надеюсь, вам по вкусу полусгнившие пальчики недавно зарытых трупов. — Хм, — девушка приложила свой пальчик к губам, пытаясь не смеяться, а голос сделать таким же учтивым. — А на десерт что? — Отличный вопрос! В качестве нежнейшего десерта в меню сегодня личинки и черви. — Ее смеющиеся глаза подсказывали, что он на верном пути. — Слишком жирно, — сморщила носик та. — Если дама пожелает, кавалер лично поймает летучую мишь и приготовит маринованные тонкие крылышки с хрустящими хрящевыми перегородками, которые приятно удивят ее слух при жевании. — Фу-у! — Но Нил была не из робкого десятка, а «противные разговоры» лишь обогащали ее странную фантазию. — А вместо вина черная кровь? Грег чуть было сам громко не рассмеялся, вовремя вспомнив, что они на кладбище, а его напарница его тащит к могиле, «житель» которой мог иметь такую же дикую магию, как у нее. — Миледи не хочет черной крови? Предлагает свою? Нил фыркнула. — Сегодня она мне ещё понадобится. Разве кровь нужна в простеньким ритуале? Ну вот, как бы они себя не обманывали, но оба понимали, что на дело они шли серьезное. Ну или почти серьезное. Вызвать духа — дело на два счелчка для каждого существа с определенным типом магии. Но вот вызвать духа для Нилсин… Это могло обернуться чем угодно. — Ты так и не рассказала мне, что хочешь делать. И что от меня требуется. — От тебя? — Она дернула плечем. — Ты будешь записывать все, что видишь на… Да хоть куда-то. Ровно в полночь мне надо вызвать дух своего предка и спросить, чего именно намешано в моей крови, что я сейчас нахожусь в таком затруднительном положении… И заодно это будет дополнением к нашему проекту. К слову, доклад (а по факту самая настоящая грандиозная работа, на исполнение которой им выделили чуть больше месяца) они готовили про магические привязки умертвий, бестелесных существ — а если не по протоколу, то обычных духов, — демонов низшего порядка и живых. В связи с выше изложенным, магическая привязка живых делилась на тех, кто сознательно выстаивал эмоциональные связи и тех, кто делал это насильственно. Последнее было строго запрещено законом и каралось в лучшем случае смертью. — Ты собираешься его к себе привязать?! Предка как какого-то демоненка?! — Да, а потом отвязать. Ещё не хватало, чтобы за мной привидение бродило. Грегор хмыкнул. — Он будет не очень доволен. — И это мягко сказано. — А ты мне для чего? Они прошли самую мрачную и закинутую часть кладбища примерно за десять минут, а как только вышли к более «новым» памятникам, примерный возраст которых составлял три-четыре столетия, Нил остановилась. Девушка порылась в своей сумке, которая Грегу все больше и больше напоминала бездну, вытащила фонарик и начала осматривать величественные фигуры как мраморных ангелов, так и обычных могильных плит. Ранее она продвигалась только под светом луны, а для не человека из их компании так вообще было видно как днём. — А точное место захоронения узнать раньше ты не думала?! — Тогда меня прервали, — не поворачивая головы, ответила. — Тем более, я чувствую, что искаемое близко. Девушка быстро шагала от одного памятника к другому и все больше раздражалась, когда надпись оказывалась не та. Однокурсник прислонился к дереву и наблюдал. Вместо бесполезных метаний он предпочел молча стоять на страже, вслушивался в шелест деревьев, звуки птиц и животных, про себя радуясь, что ничего подозрительного не заметил. На удивление, Син справилась быстро. — Значит, ты можешь чувствовать близость предков? — Грег подошёл, посмотрел на потресканное от времени величие какой-то святой, заметил, что на могильной плите остались лишь часть даты и фамилии, причем последняя явно не сходилась с фамилией однокурсницы, а возраст могилы (или склепа) составлял примерно четыреста лет. На могильном камне, на самом его крае, к которому парень хотел прислониться, остались следы от когтей какого-то животного. «Или не животного», — хмыкнул про себя, поняв, что вмятины расположены так, будто кто-то хотел выбраться наружу. А может и выбрался. На всякий случай отошел. — На счёт предков не знаю, — ответила девушка, выкладывая на склеп пять свечей, баночку с солью, какие-то травы, спички и нож. Ну хоть не поднимать четырехсот летний скелет собралась — уже хорошо. — Искаемое — да. Хотя да, родителей я ощущала по-особенному. — Ты ищейка? — Иногда, — призналась она, опуская взгляд. Нилсин стояла прямо напротив Грега, а потому тот без смущения рассматривал ее реакцию. — Это открылось недавно, и я не до конца понимаю, как это действует… Но я точно знаю, что это не так, как в обычных искателей. И Грег, — она серьезно заглянула ему в глаза, — я не хочу, чтобы об этом узнали в академии. — А как же перспективы и почет? — У меня и без этого достаточно перспектив даже на данный момент, а вот быть политической пешкой я не хочу. Парень кивнул. Если в их академии и был кто-то, кто не стремился к власти, то это явно была Нил — потому что у нее была иная цель. Ну и Грег — потому что он и так это все имел, но об этом знали лишь немногие. Впрочем, кого только не было в их академии. Напарники молча начали заниматься подготовкой к полуночи. Оставалось около пяти минут, девушка начала заметно нервничать, то и дело проверяя, ровно ли выстроена пентаграмма из свеч и нет ли пробелов в круге соли. Когда оставалась минута, она зажгла и тут же затушила пучок трав, отчего те начали дымить и приготовилась читать заклинание. — Ты бы ещё шаманов позвала, — насмешливо вставил Грегор. Он облокотился на подставку для фигуры святой и своим лицом выражал полнейшее спокойствие наряду со скептицизмом. — Ты что, никогда духов не вызывал? — Нет, — протянул слова, — не вызывал. Мне это без надобности. Действительно, зачем ему вызывать духов какими-то ритуалами, если те — часть его будущих подданных. Но парень все ещё надеялся, что этого не будет. — Ты вообще из этого мира? Тот пожал плечами. — Частично. — Он проигнорировал ее удивлений взгляд. — Пора начинать ночь поэзии, зубастая шаманка. — Врежу, — беззлобно ответила и начала читать что-то себе под нос. Грегор планировал ещё немного послушать ее бормотания, а потом притянуть нужного ей духа. В самом деле, он не особо верил, что она сможет вызвать хоть кого-то. Но он здорово дрогнул, когда воздух вокруг Нил заискрился, а сама она начала едва светиться. В воздухе на секунду показались нити материи, но настолько яркие, что даже недочеловек со своей демонской кровью такими их никогда не видел. Он вообще не был уверен в том, что видел такие нити раньше. Грег никогда не слышал, чтобы в ритуальчиках уровня первоклашек происходило нечто подобное. — Нилсин? — Осторожно позвал он. — Син! — Уже громче, когда девушка не откликнулась. А потом она и вовсе начала таять на глазах. Не в переносном смысле, а что ни есть в прямом. Грегор успел схватить ее за руку до того, как она полностью растворилась. Вот только вместо того, чтобы вернуть ее в мир живых, ведь до этого он предполагал, что духи каким-то образом затаскивал ее к себе, он начал таять вместе с ней. А потом все резко прекратилось. Нил открыла глаза, но те были полностью белыми, без радужки и зрачков. И хоть Грегору было не привыкать к таким аномалиям, он все равно нахмурился. К счастью, белизна быстро сменилась ее привычными медовыми глазами. Правда перед этим радужки почернели, но ведь важен результат, да? — Что произошло? У меня получилось? Девушка проморгалась и посмотрела на его руки, клещами вцепившиеся в ее. Только в этот раз парень не спешил отступать. — Не уверен. Он, наконец, оторвал свой взор от нее и осмотрелся. Была такая же лунная ночь, только они стояли среди нескошенного пшеничного поля. Погода оказалась на удивление теплой как для ночи позднего октября. Нежный ветерок затронул их телесные оболочки: черные, как ночь, волосы Нилсин даже попали ей в рот, а вот белые средней длины пряди Грега наоборот отбросило назад. — Похоже, я снова открыла портал, — вздохнула девчонка, опустив голову. — Но! — Она снова посмотрела на напарника и даже выставила вперёд палец, чуть не попав ему в нос. — Я впервые перенеслась сама… Ух, и даже прихватила тебя. Успех? Успех ведь? Тот еле сдержал улыбку и чуть покачал головой. — Учитывая, что ты читала какое-то заклятие по призыву духа, а в итоге перенесла нас один Упаут* знает куда, то нет, не успех. — Почему Упаут? — Потому что он один наверняка знает, где находятся души, хоть и его интересуют только те, которые попадают к нему на Дуату. — И какую мифологию ты затронешь в следующий раз? За полтора месяца их более близкого взаимодействия (проектные работы раздавали в середине сентября их второго года обучения) Син уже наверняка привыкла, что ее напарник любил вспоминать разных богов, демонов, сущностей и Бездна знает еще кого. — Никакую. Стану скучным, как ты, начну зубрить всякую чепуху, которую нам выдают за правду и начну взращивать мимозу на подоконнике. Грегор усмехнулся, поскольку напарница начала багроветь от злости. Не только багроветь, но и очень мило сопеть. Один взгляд из-под ресниц чего только стоял! Как дитё. Хотя по сравнению с ним действительно ведь ребенок. — Я не скучная! — Докажи, — он даже нагнулся, чтобы получше рассмотреть ее реакцию. Грег и представить не мог, что унылый проект с тихой девчонкой сможет принести ему забаву хотя бы в таком виде. Хотя почему же не мог? Мог. Нилсин вдруг выпрямилась, перестала зло сопеть и прищурилась. После этого нагнула голову набок, обдумывая что-то. — А что ты про мимозу говорил? — Что стану взращивать, — улыбнулся. — Как ты. — Спорим, что она у тебя завянет спустя первую же неделю? Грег чуть нахмурился. И зачем ему мимоза? — А если нет? — Хм… Тогда я согласна целую неделю соглашаться с тем, что ты прав. — Какие громкие заявления, зубастик, — поднял уголок рта. — Но я и так знаю, что я прав. Спорим на желание. — Нет. — Давай. — Нет. — Боишься? — Он прищурился. — Если ты не заметил, мой мозг все ещё в черепушке. — Боишься, — утвердительно кивнул. — Впрочем, чего я ещё мог ожидать от девчонки, которая и фаэра** поймать не смогла? Нил вспыхнула снова. Он намеренно надавил на ее больное место. Но хватит ей уже прятать голову в песок. Не там она обучается, чтобы так делать. — Я хотела выиграть ядовитую лозу, которая служит у тебя охраной, но хорошо… Я согласна на желание, но с одним условием. Нил так вызывающе на него посмотрела, что парень почувствовал неладное. — Говори. — Если я выиграю, то помимо желания я хочу, чтобы ты помог мне в выведении новых подвидов. — Зачем? — Бизнес. — На растениях? Серьезно? — Принимаешь или пасуешь? — Проигнорировала его выпад девчонка. — Принимаю. Только объясни хоть, зачем? Девушка дернула плечами. А так грозно выглядела! Эх. — Я веду наблюдения над ней… И хоть она меня бесит, но как средство эксперимента вполне адекватное. Почти. — Заучка. Девушка кинула на него лукавый взгляд и отвернулась. А все ли так просто с ее мимозой? Напарники выбрали наугад в какую сторону идти. Грег решил не рисковать перемещаться порталом, а осмотреться: во-первых, он немного иначе начал чувствовать материю (она казалась не поддатливой, как всегда, а напряжённой до предела, как будто все нити были натянуты), а во-вторых, ему даже было немного интересно, куда перенесла их его маленькая напарница. Когда они вышли к тому, что считали хоть каким-то поселением, то сначала подумали, что у них общие на двоих галлюцинации. На улицах не было никаких фонарей, некоторые дома вообще казались будками из дерева (хоть, чем дальше спутники направлялись вглубь деревни, тем усовершенствованеее выглядели постройки), дорога была смесью вытоптаной мокрой грязи в перемешку с отходами животных, но «апогеем» стала дамочка, которая непонятно откуда появилась, но вполне целенаправленно бежала на две темные фигуры, закутанные в плащи — то есть на них с Нилсин. Тучная дама, раз уж даже мысленно язык повернулся ее назвать дамой, была облачена в серое платье в пол, а также в коричневый жакет с острыми плечами и подобием корсета. Вполне возможно, что корсет был развязан или порват, ибо содержимое так и норовило вывалиться наружу, и речь шла не только о груди, но и об остальных жировых залежах. Лицо ее было с множеством морщин, жмяканное, а глаза полные ужаса. Когда женщина пробежала мимо, Грег понял и причину ее движения: за ней бежала группа мужчин с вилами, палками и факелами, арбалетами и даже мечами. Они выкрикивали на староанглийском что-то вроде: «Ведьма!» и «Шлюха!», «На костер ее» и все в таком духе. Грег внимательно огляделся, обращая внимание на любое отсутствие чего-то, что есть в современном мире: электропроводки, автомобилей и нормальных дорог… Если бы они оказались в Африке, он бы не подумал то, что подумал. Парень понял раньше, что оказался в прошлом, чем Нилсин. В отличии от большинства магов и нелюдей, Грег знал, что перемещения во времени возможны. Но не знал, что сам когда-нибудь с таким столкнется. Он понял это потому, что очень хорошо знал звучание разных языков в разные эпохи и мог определить почти любую речь: будь то общение простого крестьянина с шестнадцатого века или аристократа из девятнадцатого. И одежда. И оружие. Он слишком хорошо был образован, слишком близко общался с душами и слишком часто держал в руках любые виды холодного оружия, чтобы не понять: они точно в прошлом. Даже колебания воздуха были совсем другими. Грегор понял, что материя попросту сопротивлялась их нахождению там, где они не должны быть. Она будто шептала ему: «Вы чужие». — Пора выбираться отсюда, маленькая шаманка. — Он повернулся к Нилсин, схватил ее за локоть и потащил в пространство между домами — хоть какое-то прикрытие в лунную ночь. — Ты понял, где мы?! — Не до конца… Не могу понять, какой стороной древнеанглийский ужился с инквизицией. Если, конечно, тот дым не от костра для ведьмы. Или это уже среднеанглийский? Прости, я не гений. Но все же если это средне… Шестнадцатый век. Англия. Ну или Шотландия. Или ещё какая-то страна, историю которой я знаю хуже. — Ты серьезно? — Я похож на шута?! Возвращай нас обратно, девочка! У меня нет ни малейшего желания связываться с ложей Высших в этом веке. — Ложа Высших? — Нилсин распахнула глаза. — Но это же сказки! Быстро ориентируется. Наверное. — Какие уж сказки, — хмыкнул Грег. — В двадцать первом веке она называется «союзом Нелюдей». И если там они упертые бараны, тем не менее на которых можно хоть как-то повлиять, то в шестнадцатом… Они управляют инквизицией. Да и не только. Они управляют почти всем миром. Нил поморщилась, схватилась за голову и присела на корточки, упёршись спиной о дом. — Очень плохая шутка, Грегор. Очень. — Зубастая, — парень выдохнул сквозь зубы, — мои слова больше похожи на правду, чем ещё какие-нибудь выдумки. Девчонка вздрогнула и, видимо, начала соображать. Хреновым было и то, что они не могли позволить себе с кем-нибудь пересекаться. Если они действительно в прошлом, то любое действие могло привести к непозволительным изменениям в том времени, из которого они перенеслись. Парень надеялся, что одногруппница это тоже понимала. Она несколько минут так и просидела, а Грег вытащил сигарету и закурил. — Я видел другие нити материи мира, когда ты читала заклинание. Попробуй сделать то же самое. — Я… — Девушка поняла голову. — У меня есть подозрения, что мой талант ищейки вмешался. То есть, сейчас я чувствую, что искаемое близко. — Хочешь сказать, твоя сила вместо того, чтобы вызвать духа, привела тебя к его физическому телу в прошлом? Судя по взгляду Нил до нее только дошло то, что предположил однокурсник. — А что, если так? Может, если нам удастся найти моего предка (если он, конечно, здесь), то потом мы без проблем вернёмся обратно? Нил стремительно встала и собралась выйти из их небольшого убежища, но Грегор ее остановил. — Мы не можем кого-то искать! Мы не можем ни с кем разговаривать, попадаться кому-либо на глаза и вообще хоть что-нибудь здесь делать. Само полотно этого времени против того, чтобы мы здесь были. Понимаешь, Нилсин? Так что ты сейчас перенастраиваешь свой внутренний компас или что там у тебя, возвращаешь обратно, и ночь мы проводим, отмокая в ванной. — Вместе?! — Ты меня вообще слушала? — Да! — Рявкнула та. Грег снова заметил вокруг нее мерцание, но не успел ничего сделать, как заметил мужской силуэт, который направлялся к ним. На мужчине тоже был плащ с капюшоном, и демонское зрение уловило такие же защитные плетения, как на их с Нил академической форме. Но такие плетения начали использовать только в двадцатом веке… — Что за?.. — Доброй ночи, Нильсен, — поклонился мужчина. — Доброй ночи, Грегори, — кивнул. Парень нахмурился. События набирали обороты. Грег нащупал рукоять мачете за спиной. Не то, чтобы он очень любил мачете, но собираясь на кладбище старался подбирать то, чем смогла бы пользоваться и напарница. — Стой, Грег. — Остановила его ладошкой Нил. — Кажется… Кажется, это и есть искомое. — Рад, что вы меня почти узнали, дорогая родственница, — улыбнулся незнакомец и снял капюшон. — Я пришел, чтобы ответить на ваши вопросы.