Пощечины от дьявола // 快穿之打脸狂魔

Ван Шу хотел вцепиться в одежду своего отца, но няня Ван Ма с угрозой взглянула на него. Напуганный, он позволил Чжао Синь Фан поднять себя на руки. — Это твой любимый рис с креветками и сладким перцем, очень вкусный. Открой ротик, — мягко сказала Чжао Синь Фан, её голос был добрым и нежным. Если бы Юнь Шэн не знал её настоящего лица, то мог бы обмануться. Нин Си Нянь и Чжао Синь Фан впервые встретились в приюте. Она была волонтёром, каждые выходные помогая ухаживать за сиротами. Си Нянь видел, как она нежно, внимательно и терпеливо относилась к детям. Тогда же пришла мысль о женитьбе. Прямо сейчас он был доволен игрой Чжао Синь Фан, его мрачное лицо немного потеплело. Юнь Шэн ковырял свой рис, его глаза смотрели только в тарелку, больше он не поднимал взгляд. Ван Ма доела овощи и унесла посуду на кухню. Смеясь и вытирая руки, она сказала: — Мадам, я помогу покормить ребёнка. Вы сегодня выглядите уставшей. Лицо мальчика побледнело, но из-за присутствия Ван Ма он боялся возразить. В безмолвных слезах он просто прикусил язык, не осмеливаясь сопротивляться. — О, в чем дело? — обеспокоенно спросила Ван Ма, — у тебя только что было хорошее настроение, почему ты тут же начал плакать? В последнее время не говоришь, отказываешься от еды, плохо спишь и ни с того ни с сего начинаешь плакать… Это действительно так огорчает. Бедняжка, что происходит с тобой? — последнее она сказала в слезах, умудряясь выглядеть более жалкой, чем её жертва. Ван Шу испугался. Как маленькая мышка, он замер и съежился в её руках, боясь даже дышать. Юнь Шэну хватило дня, что бы увидеть, как сильно ребенок боится Ван Ма, но Си Нянь был слишком ослеплен. Ван Ма воспитывала его с детства, он любил её, как собственную мать, поэтому не замечал странностей. Прямо сейчас несколько слов женщины спровоцировали его гнев. Холодный острый взгляд вновь коснулся Юнь Шэна, но из-за ребёнка он неохотно сдержал свои эмоции. Он поднял сына, нежно утешая и уговаривая его. Напевал ему детские стишки, которые слышал от Ван Ма в детстве. Но когда Ван Шу их услышал, то не только не успокоился, но и вовсе начал биться в конвульсиях. В панике, Нин Си немедленно принес сына в свою комнату и быстро вызвал семейного врача. Ван Ма и Чжао Синь Фан последовали за ним. В мгновение ока в столовой оказался только Юнь Шэн. Он поставил тарелку, медленно вытер рот, вымыл руки и вернулся к себе. Комната была очень простой, книжный шкаф был забит книгами по живописи, а ящики в основном были заполнены красками и холстами самых лучших марок. Вэй Си Янь явно был безумным художником, в его жизни не было ничего, кроме живописи. Но Юнь Шэн был хакером, ему нужен был компьютер. Покопавшись в комнате, он наконец нашел под кроватью ноутбук, открыл его и подключился к сети. Свет отбрасывал легкую тень на изящное лицо мальчика. Он пристально смотрел на экран, тонкие пальцы двигались со скоростью, которую невооруженный глаз не мог отследить. Через несколько минут его прервал сильный стук в дверь. Юнь Шэн нахмурился из-за резкого громкого звука. — Вэй Си Янь, нам нужно поговорить, выходи! — крикнул Си Нянь, стуча в дверь. Внутри было тихо, мужчина рассерженно пнул дверь. К счастью, семья Нин была очень богатой, и дверь была из крепкой, прочной древесины. Если бы он привел еще двух сильных людей, то было бы возможно выбить ее, в одиночку же было невозможно проникнуть в комнату. Напряженные нервы Юнь Шэна расслабились, он облизнул губы, взял со стола чашку с остатками чая и резко швырнул её в дверь, выражая своё намерение не встречаться с главным героем. Вэй Си Янь боялся разговаривать с Нин Си Нянем, а Юнь Шэн просто не хотел. В своем сердце Си Нянь давно провозгласил Вэй Си Яня виновным. Даже если бы мужчина захотел выслушать объяснения, результат вряд ли поменялся бы. Си Нянь услышал громкий шум и увидел, как по ковру около двери разливается чай. Очевидно, человек внутри тоже был взволнован. Вспоминая о просьбе родителей не давить на сводного брата, мужчина устало расслабил галстук и ушел. У его сына было множество синяков. Он отправил фотографии своим родителям, находящимся на другой стороне океана, но они не поверили в вину юноши, только сказали, что Си Янь не мог причинить вред ребёнку. Даже чашку смог разбить в приступе сильных эмоций — разве это было отношение человека, который не причиняет вреда другим? Если не Вэй Си Янь бил малыша, то была ли это Синь Фан? Или Ван Ма? Одна была нежной и доброй женой, другая была ему как мать. Си Нянь не сомневался в этих двоих. Не говоря уже о том, что Ван Шу сказал, что его ударил дядя. Его сын был таким маленьким, как он мог лгать? Услышав отдаляющиеся шаги, Юнь Шэн нажал клавишу Enter, и небольшая программа была отправлена на компьютер Си Няня. Нин Си Нянь сидел у постели сына, глядя на малыша. Ребёнку ввели успокаивающее средство, но ему, похоже, снился тревожный сон. Сердце мужчины сжалось. Слова семейного врача снова и снова звучали в его голове: — Господин Нин, посмотрите на ситуацию, жестокое обращение с вашим сыном оставило психологическую травму. Вам нужно как можно скорее найти ему хорошего психиатра и держать его подальше от источника травм. Вдали от источника травм? Си Нянь задумался на мгновение, идя в свой кабинет. Чжао Синь Фан стояла в коридоре, освещенная нежным светом лампы. Увидев его, она виновато прошептала: — Мне очень жаль, милый. Это моя вина, я плохо заботилась о малыше. Хочешь, я брошу работу в приюте? Ван Ма следит за ребенком, но у неё есть и другие обязанности. Кроме того, я связалась с деканом факультета психологии Киотского университета, доктором Сунь Вэнь. Его исследования психологических проблем у детей не имеют себе равных. Это его визитная карточка, оставь её себе. Каждую среду я буду водить ребенка к нему. — Тебе не нужно бросать приют. Ты просто уезжаешь на выходные, это не занимает много времени. Я сказал родителям, чтобы они забрали Вэй Си Яня как можно скорее. Изначально я собирался связаться с доктором Сунь Вэнь, но ты оказалась на шаг быстрее меня. Доктор Сунь Вэнь действительно очень хорош. Синь Фан, тебе было тяжело, — Нин Си Нянь взглянул на визитную карточку. Чжао Синь Фан увидела, что мужчина выглядел очень усталым, открыла рот, но, в конце концов, ничего не сказала. Время, проведенное сводными братьями вместе, было недолгим, их родственные чувства были слабыми, но, если они сблизятся в будущем, Вэй Си Янь мог бы рассказать о том дне. Теперь не только её схемы работали, но и маленький ублюдок Нин Ван Шу превратился в идиота. Сердце Чжао Синь Фан наполнилось удовольствием. Она приятно улыбнулась, открывая дверь мужу, и быстро ушла. Си Нянь подошел к окну, по кабинету потянулся дым, оранжево-красный окурок быстро вспыхивал, мужчина был в тревожном настроении. Через полминуты он включил лампу и позвонил родителям. «Набранный вами номер не доступен…» «Набранный вами номер не доступен…» «Набранный вами номер…» После нескольких неудачных попыток он рассердился и бросил телефон на стол. Тот случайно задел мышь, активировав монитор компьютера. Выскочил яркий рекламный блок с очень привлекательным оранжевым шрифтом. Си Нянь был готов закрыть его, но замер, прочитав содержимое. «Вы беспокоитесь, что воры могут залезть в ваш дом? Что горничная украдет ваши вещи? Что няня может жестоко обращаться с вашим ребенком? Тайная камера в вашем доме решит все заботы! Установка в домашних условиях, удобная и практичная, по телефону…». Нин Си Нянь проигнорировал следующие слова, у него появилась идея, его глаза заблестели — поскольку родители не хотели верить его словам, он предоставит им доказательства. С ними, даже если Вэй Си Янь не захочет уходить, Си Нянь просто отдаст определенный приказ своим людям. Неблагодарный мальчишка заплатит большую цену. Он снова взял трубку и набрал номер Чжао. Чжао Цзюнь жил на западной стороне дома. Когда-то он был наемником, теперь же служил водителем и телохранителем Нин Си Няня. Он также часто выполнял тайные поручения своего босса. Так что, после звонка Чжао Цзюнь не стал выяснять причины приказа и принялся подготавливать комплект оборудования для наблюдения. На следующий день Си Нянь пошёл на работу. Чжао Цзюнь притворился, что чистит кондиционеры и установил камеры в каждом углу дома. Он не пропустил даже ванные комнаты, и, наконец, небольшое подслушивающее устройство, размером с рисовое зерно, было помещено в медальон Ван Шу. Наступили летние каникулы, поэтому у Юнь Шэна не было занятий. Встав и позавтракав, он заперся в студии. Сейчас он занимает место Вэй Си Яня, так что он поможет осуществить его мечту. Больше всего на свете парень хотел стать великим художником. Увидев в доме множество камер, незаметных для обывателя, Юнь Шэн почувствовал недовольство. Он протянул руку к холсту и снял с него белую ткань. Это был законченный пейзаж дома Нин, тихий и спокойный: яркий солнечный свет опускался на цветущие розы, теплые тона картины успокаивали взор. Честно говоря, достижения Вэй Си Яня в живописи были неплохими, но из-за его закрытого характера, страха выразить все свои переживания на холсте, ему не хватало глубины. Картины были очень красивыми и доставляли визуальное наслаждение, но не могли поколебать души людей. Юнь Шэн перевоплощался сотни тысяч раз, каждую жизнь играя злодея. Но нужно понимать, что если у злодея нет выдающихся способностей, то как он может соревноваться с главным героем? В каждом новом цикле он не только выполнял задания, но и не забывал изучать различные навыки. Он примерял на себя разные образы — генерала, императора, бессмертного небожителя, рыцаря, герцога, отца, волшебника — эти переживания причиняли ему бесконечную боль, но также приносили бесценное богатство. Он открыл для себя множество навыков, в том числе и владение изящными искусствами. Будь то китайская живопись, живопись маслом, рисунок черной тушью или акварелью, пока у него есть кисть, он может рисовать шедевры. В других мирах его достижения в живописи не имели себе равных, и в этом мире никто не сможет найти человека, сравнимого с ним. Так что о воплощении мечты Вэй Си Яня не стоило беспокоиться. Юнь Шэн медленно изучал работы Вэй Си Яня, пытаясь понять его стиль рисования. В комнате было тихо, только ветерок развевал шторы. В это время в комнату вошла маленькая фигурка. Она стояла в дверном проеме, и, казалось, была очарована красивым пейзажем на холсте. Шаг за шагом ребенок осторожно подбирался ближе. Юнь Шэн понял стиль Вэй Си Яня, он повернулся, чтобы взять кисть и палитру, но встретился взглядом с Ван Шу. Обоим стало неловко. Удивившись вниманию друг друга, они обменялись пустыми взглядами: «Ты смотришь на меня, я смотрю на тебя». Спустя некоторое время Юнь Шэн медленно-медленно протянул руку и взял палитру с подставки рядом с Ван Шу. Малыш собирался было отступить, но обнаружил, что чужая цель — не прикоснуться к нему. Он остановился и внимательно посмотрел на дядю опасливо-любопытным взглядом. Юнь Шэн проигнорировал это, разбавляя краски, и с видимой небрежностью размазал их по холсту. Дядя и племянник стояли близко друг к другу, серьезно сосредоточившись на картине. Два одинаково невозмутимых лица. Сцена выглядела немного забавно, но казалась такой теплой и милой.