Пощечины от дьявола // 快穿之打脸狂魔

Сюэ Жуй действительно не понимал, где Хуан И взял такое обаяние, чтобы Сюэ Ян потерял рассудок. Как долго они знают друг друга? Сколько раз они встречались? Какого черта они женятся? Глядя на покрытую засосами грудь Сюэ Яна, он открыл рот, но не смог сказать ни слова. Когда Сюэ Ян узнал, что Хуан И был мужчиной? Что он собирался делать с семьей Сюэ? Он не собирается мстить за Хуан И? Нет, нет, семья Сюэ еще ничего не сделала с Хуан И, и не сделает в будущем. Плюс, если Сюэ Ян хотел, чтобы клан быстро принял Хуан И, семья Сюэ была бы полезна. Сюэ Жуй подумал об этом, а затем, наконец, выдохнул. — Я не согласен, — голос Сюэ Цзы Сюаня дрожал. Он, казалось, пытался подавить сильную боль. — Кем ты себя считаешь, чтобы возражать? Кем он является для твоей семьи? Не надо говорить мне чушь насчет того, что он твой приемный брат. Я точно знаю, почему ты забрал его к себе домой. Интересно, что Хуан И скажет тебе, если я скажу ему правду, — Сюэ Ян неторопливо выпустил кольцо дыма. — Нет, не надо ему ничего говорить, — цвет лица Сюэ Цзы Сюаня ухудшился. Сюэ Ян, очевидно, обнаружил его слабость. Его самым большим опасением было то, что однажды Цзин Йи узнает правду о том, почему он привез его. Он возненавидит его, отвергнет и никогда больше не захочет его видеть. Сюэ Ян усмехнулся, но не ответил. Сюэ Жуй мягко сказал: — Ян Е, можешь не сомневаться. Мы обещаем, что в будущем мы будем лучше относиться к Цзин Йи. Мы найдем другое сердце для Цзин И и притворимся, что всего этого никогда не было. Члены клана должны знать, что у него есть прошлое, поэтому мы возьмем его обратно и проведем все процедуры по усыновлению, тогда они не будут так сильно возражать против брака. Разве ты так не думаешь? Сюэ Ян некоторое время смотрел на Сюэ Жуя, ожидая, пока другой мужчина покроется холодным потом, прежде чем затушить сигару и сказать: — Я пришлю Хуан И завтра. Сюэ Жуй, вы должны как можно скорее собрать документы для настоящей личности Хуан И. Я хочу, чтобы он жил на свету, а не как донор сердца. Выживет твоя дочь или умрет, это не имеет никакого отношения к Хуан И. Ты понял? — Я понял, понял, — Сюэ Жуй энергично кивнул, покрывшись холодным потом. Сюэ Ян взглянул на настенные часы и нетерпеливо махнул рукой: — Уходите. Когда двое людей ушли, он поднялся на лифте в спальню и выключил будильник. Если он позволит ему зазвонить, мальчик выпрыгнет из постели, как пружина, и будет босиком бегать по дому в поисках его. Он слишком неуверен в себе. — Они ушли? — сонном голосом спросил Чжоу Юнь Шэн, почувствовав, как кровать рядом с ним прогнулась. — Ушли. Зачем тебе нужно возвращаться в дом Сюэ? Что ты планируешь? — Сюэ Ян обнял его, уткнувшись носом в шею. Чжоу Юнь Шэн вздрогнул, словно от удара током, и обвил ногами талию мужчины, прижимаясь носом к спине, после чего сказал: — Я возвращаюсь, чтобы свести счеты. Ты действительно думаешь, что я отпущу их так легко? Прибежать обратно, чтобы стать их дойной коровой после того, как они обращались со мной как со скотом? В их мечтах! Я хочу, чтобы их семья развалилась. — Как безжалостно, — Сюэ Ян усмехнулся и скользнул руками ниже. Чтобы излить свой гнев, Сюэ Жуй давил на газ. Если бы он знал, что Сюэ Ян увлекается мужчинами и не имеет проблем с этим местом, он бы не послал к нему Хуан И. Это оказалось провалом. Теперь он потерял сердце для своей дочери, и ему также нужно было найти способ дать Хуан И собственную личность, что, безусловно, вызовет много неприятностей. Хуан И больше не был безымянным мальчиком! Напротив, он был слишком знаменит, почти все в мире знали о нем. Было бы терпимо, если бы Сюэ Жую просто пришлось позволить ему играть на пианино, но он должен был получить его удостоверение личности и официально признать его, что немедленно вызвало бы большую волну в семье Сюэ. Сюэ Жуй стиснул зубы и какое-то время обдумывал варианты, затем его искаженное выражение лица неожиданно начало расслабляться. Хуан И был более талантливым, чем его дочь. Теперь он был пианистом мирового уровня, на продвижении которого сосредоточилась вся страна. И если бы он смог подняться выше (как отец Хуан И), чем этот вспыльчивый Сюэ Ян, его жизнь стала бы куда стабильней. С другой стороны, если мальчик умрет, у него останется бездарная дочь, и если будет раскрыт секрет замены в конкурсе, он не только потеряет всю прибыль, но и должен будет найти способы навести порядок. Хуан И был настолько знаменит, что огромное количество людей наблюдали за ним из темноты. Навести порядок после его смерти было бы очень сложно, и если правда о его смерти однажды раскроется, с семьей Сюэ будет покончено. Чем больше Сюэ Жуй рассуждал, тем больше он осознавал преимущества сохранения жизни Хуан И. Если бы он был жив, он мог бы победить Сюэ Яна, стабилизировать свое положение в клане, а также потянуть за ниточки мальчика из-за кулис, чтобы навести мосты для семьи Сюэ, борясь за славу и интересы. Было просто сотни преимуществ без каких-либо недостатков. Но если он умрет, это вызовет всевозможные проблемы, и все проблемы были вне его способностей. Семья Сюэ неизбежно понесет большой урон, и кто знает, может, его даже посадят. Сюэ Жуй постучал по рулю, наконец, приняв решение. Что касается пересадки сердца его дочери, пока они могли только продолжать поиски. Было бы идеально, если бы они смогли найти для нее другое сердце, но если они не смогут, это не конец света. Они растили её шестнадцать лет, удовлетворяя все её желания и потребности, никогда не обращались с ней плохо. Откровенно говоря, Сюэ Жуй был беспринципным и бессердечным бизнесменом. Он очень хорошо оценивал ситуацию и подмечал плюсы и минусы. До тех пор, пока это не мешало его интересам, он мог быть добросердечным и нежным человеком. Но когда это входило в противоречие с его интересами, он был более безжалостным, чем Сюэ Ян, даже не желая заботиться о своей собственной семье. Он даже не обращал внимания на явно обеспокоенное и ошеломленное состояние сына. Он просто быстро доехал домой и позвал Сюэ Ли Дани в свой кабинет, чтобы обсудить произошедшее. Сюэ Ли Дани, естественно, очень не хотела отказываться от возможности спасти жизнь своей дочери, что привело к большой ссоре. Однако она была вынуждена пойти на компромисс под давлением реальности. Сюэ Ян уже знал все их планы, и если они действительно что-то сделают с Хуан И, он непременно заберет все их сердца в кратчайшие сроки. У Сюэ Яна была дюжина братьев. За исключением девятерых, которые никогда не доставляли ему неприятностей в прошлом, все остальные были либо мертвы, либо недееспособны, либо пропали без вести, но никто не мог выяснить причины, стоящие за этим. Однако весь клан бездоказательно знал, что Сюэ Ян был единственным, кто мог сделать это так чисто. Сюэ Ли Дани вышла из кабинета, чтобы попросить сына помочь убедить Сюэ Жуя, но не ожидала, что он в изумлении будет сидеть на своей кровати. Как только она закончила жаловаться на свои обиды, он медленно спросил: — Мама, ты хочешь спасти Цзин И? Хорошо, я отдам тебе свое сердце. Мое сердце ушло вместе с Цзин Йи. Он встал и пошел на кухню, ища нож для очистки овощей, чтобы воткнуть себе в грудь. Если бы Сюэ Ли Дани не остановила его вовремя, он действительно пронзил бы себе сердце. Сюэ Ли Дани была в ужасе. Она не осмелилась снова упоминать ему о пересадке сердца. Она осторожно уговорила его вернуться в комнату, чтобы он заснул, но Сюэ Цзы Сюань не мог заснуть. Он просто смотрел в потолок всю ночь, на следующий день его глаза были кроваво-красными. На следующее утро Сюэ Цзин И заметила ненормальное отношение своей семьи. Её мать с особенным усердием ухаживала за ней, но отец был очень небрежным, а брат наотрез отказался смотреть на нее и ушел, как только услышал, что она спускается. Она чувствовала себя очень огорченной, её недавно спокойное сердце снова сжалось от боли. К счастью, её внимание было отвлечено, когда Сюэ Ли Дани сказала, что собирается отвезти её на медицинский осмотр. Результаты медосмотра были очень оптимистичными: показатели были лучше, чем когда-либо прежде, почти приближаясь к нормам здорового человека. — Могу я сейчас пойти на операцию? — взволнованно спросила Сюэ Цзин И. Сюэ Ли Дани заранее позвонила доктору Чжану и сказал ему заново начать поиски донора сердца. Пусть это и было сделано для спасения чьей-то жизни, также это было связано с лишением жизни другого человека без уважительной на то причины. Несмотря на то, что семья Сюэ платила ему значительные деньги, сердце доктора Чжана все еще несло тяжелое бремя. Теперь ему не нужно было кого-то убивать, но он все равно получил деньги, поэтому, естественно, был очень доволен. Однако перед Сюэ Цзин И он сделал вид, будто беспомощно произносит: — Мне очень жаль, мисс Сюэ, сердце, которое я нашел для вас, уже отдано кому-то другому. Вам нужно подождать еще немного. Мы сообщим вам, как только найдем для вас подходящего донора. — Как это возможно? — резко крикнула Сюэ Цзин И. Хуан И все еще жив и здоров, как доктор может говорить, что его сердце было отдано кому-то другому? — Для таких пациентов, как вы, которым требуется пересадка, наша больница присваивает определенный статус. Пациенты, которые находятся в критическом состоянии, получают более высокий рейтинг, поэтому они получат донора раньше вас. Такая система есть в каждой больнице, другого выхода у нас нет, — объяснил доктор Чжан, осторожно наблюдая за выражением лица Сюэ Ли Дани. Увидев её мрачный, но не сердитый взгляд, он сразу же успокоился. — Нет, вы мне врете! Мама, разве ты не говорила, что мне сделают операцию через два месяца? — Сюэ Цзин И с тревогой потянула Сюэ Ли Дани за рукава. — Цзин И, пожалуйста, послушай меня внимательно. Твой тип крови очень редкий, и не так легко найти соответствующее сердце. Мы можем только вернуться домой и терпеливо ждать. Где-нибудь определенно есть подходящее сердце для тебя, — Сюэ Ли Дани быстро обняла её, утешая. Но Сюэ Цзин И, оттолкнув её, огрызнулась: — Разве сердце Хуан И не самое подходящее? Или зачем еще вам приводить его домой? В чем смысл всего этого? Вы не хотите меня спасать? Доктор Чжан, как и Сюэ Ли Дани, был ошеломлен. Они никогда не ожидали, что она так ясно осознает ситуацию. Однако все это время она притворялась, что ничего не знает. Она даже относилась к Хуан И как к своему драгоценному брату, всегда нежно разговаривая с ним. Сюэ Ли Дани было трудно принять дочь с таким холодным сердцем. Она была творческим человеком, и хотя сама она была жестокой и эгоистичной, она всегда отстаивала правду, добро и красоту. В тот день, когда она удочерила Сюэ Цзин И, она решила вырастить её в самую элегантную, добрую и безупречную леди в мире. Люди были такими странными, когда не могли сделать что-либо сами. Они хотели, чтобы их дети сделали это за них. Она не хотела, чтобы её дочь была заражена даже малейшей грязью, поэтому она все скрывала от нее и поселила её в башне из слоновой кости. Но теперь она внезапно обнаружила, что её дочь не такая элегантная и добросердечная, как она думала. На самом деле она уже давно была запятнана грязью. Неудивительно, что она настояла на том, чтобы Хуан И заменил её на конкурсе. Неудивительно, что игра на пианино была полна злобы, ведь она знала все и её желание получить сердце Хуан И было сильнее всего. Пока она дружелюбно улыбалась Хуан И, мысленно ей не терпелось выпотрошить его, забрать его все еще бьющееся, залитое кровью сердце. Не вините Сюэ Ли Дани за то, что она описала это так ужасно. Нынешнее выражение лица Сюэ Цзин И было полно жестокости, черты её лица исказились от ненависти, придавая ей вид злого духа. Раньше Сюэ Ли Дани волновалась, что её дочь будет сопротивляться использованию сердца своего брата, но теперь оказалось, что у нее не было никаких сожалений. Напротив, она желала этого. Они всегда считали её хрупкой стеклянной куклой, которая нуждалась в защите, но на самом деле она была в десять тысяч раз более жестокой, чем они. Это осознание мгновенно развеяло жалость Сюэ Ли Дани к Сюэ Цзин И, превратившись в леденящее кровь предчувствие. Сюэ Цзин И знала, что Хуан И был её последним оставшимся кровным родственником, и с тех пор, как он пришел в их дом, он всегда обращался с ней хорошо, тщательно заботясь о ней. Когда она была прикована к постели, Хуан И проводил всю ночь у её постели, иногда отказываясь от еды, чтобы остаться с ней. Когда Сюэ Ли Дани узнала об этом, она почувствовала себя несколько тронутой. В то время она подумала, что у них хорошие и близкие отношения. Ей придется придумать хорошее объяснение после операции, чтобы сообщить своей дочери, что Хуан И сейчас в лучшем мире, поэтому ей не нужно было беспокоиться. Теперь казалось, что все её опасения были бесполезной шуткой. Как девушка не могла волноваться? Она явно не хотела, чтобы Хуан И прожил слишком долго. С тех пор как Хуан И вернулся из Вены, она неоднократно призывала их как можно скорее назначить операцию. Сюэ Ли Дани в то время не считала это странным, но теперь, зная, что её якобы невинная и добросердечная дочь просто притворяется, ей это показалось пугающим. Она перекрыла рот дочери и поспешила из больницы. Затолкав её на переднее пассажирское сиденье, она закрыла дверь и спросила: — Ты все знаешь? — Я хочу сердце Хуан И! Мама, мне нужно его сердце! — повторила Сюэ Цзин И, прижав руки к груди. Сюэ Ли Дани была напугана. Этот злой человек, определенно не был её милой, добросердечной, духовно богатой дочерью. Она безжалостно дала ей пощечину и сказала: — Ты никогда не будешь упоминать о том, чтобы забрать сердце Хуан И. Мы не можем прикоснуться к нему! — сделав глубокий вдох, она все же решилась спросить, — Он же твой брат. Как ты можешь так поступать? — Могу и поступаю! Разве вы не привели его сюда, чтобы спасти меня? Он всего лишь вместилище моего сердца, не более, — Сюэ Цзин И прикрыла ушибленную щеку и нервно усмехнулась. Сюэ Ли Дани рухнула на руль. Ей хотелось плакать, но она не могла. Она знала, что они уничтожили свою дочь. Даже если девушка получит сердце Хуан И, её душа будет поглощена демонами, неся грех убийства своего кровного брата. Она никогда не будет играть трогательную музыку, она никогда не будет жить нормальной жизнью. Жестокие решения станут её первой реакцией, и в будущем она будет делать только все более экстремальные поступки. Сюэ Ли Дани хотела, чтобы её дочь вела беззаботную жизнь, чтобы она навсегда сохранила свою чистоту и доброту, но теперь все развалилось. Она посмотрела в затуманенные глаза дочери и медленно произнесла: — Твой отец официально усыновит Хуан И. С этого момента он твоя семья, а не вместилище сердца. Мы поможем тебе найти другое сердце, но ты должна отказаться от мыслей о его сердце. Если ты не послушаешься, я отправлю тебя в Швейцарию на восстановление, так что тебе лучше изменить свое поведение, — она не могла жалеть эту жуткую версию своей дочери, какое бы жалкое выражение лица та не делала. Ей нужно было время, чтобы приспособиться к огромным переменам. Глаза Сюэ Цзин И расширились. Она заявила, что закричит и поднимет шум, но Сюэ Ли Дани игнорировала её всю дорогу домой. Сюэ Ян отправил Чжоу Юнь Шэна обратно в дом Сюэ после обеда. Сюэ Жуй был очень гостеприимен к нему, готов согласиться на любое из его условий, чтобы убедить его выступить в Конгресс-холле. Чжоу Юнь Шэн дал ему неопределенный ответ, затем вернулся в свою комнату и тут же включил компьютер, чтобы просмотреть видеозаписи наблюдения за последние несколько дней. Ничего необычного не произошло, даже Сюэ Цзы Сюань оправдал его ожидания. Так же, как он поступил с ним в прошлой жизни, он чуть не сломал пальцы Сюэ Цзин И. Увидев эту сцену, Чжоу Юнь Шэн улыбнулся и рухнул на свою кровать. Его ненависть, наконец, немного ослабла. Не каждый мог так болезненно ударить Сюэ Цзин И. Только Сюэ Цзы Сюань мог причинить ей наибольшую боль, так что прямо сейчас она определенно должна быть на грани безумия. Сюэ Цзин И действительно сходила с ума. Она спряталась у лестницы, чтобы подслушать разговор между её отцом и Хуан И. Ей удалось услышать подтверждения слов её матери: они действительно собирались официально усыновить Хуан И. С другой стороны, они решили отказаться от нее, позволив её жизни идти своим чередом. Она в трансе вернулась в свою спальню, но обнаружила, прислонившегося к двери Хуан И Сюэ Цзы Сюаня. Его лицо было невыразительным, и две линии слез катились по его лицу. Услышав шаги, он обернулся, но увидел её, и в его темных глазах проросло отвращение. — Брат, — она была убита горем и протянула руку, чтобы коснуться его, но он ушел, вернувшись на третий этаж, не оглядываясь на нее. Сюэ Цзин И зарылась в одеяло и долго плакала. Потом она, казалось, что-то придумала и включила компьютер, чтобы связаться с недавним другом по переписке в сети. — Как мне получить чье-то сердце? — она набрала этот вопрос с мрачным выражением лица. Вскоре компьютер Чжоу Юнь Шэна запищал, получив это сообщение. Он ухмыльнулся, ответив: — Убейте этого кого-то. Убить его? Это замечательный выход! Когда он умрет, все вернется на круги своя. Сюэ Цзин И нервно щелкнула мышью, через некоторое время она закрыла окно чата и открыла поисковик. Чжоу Юнь Шэн взглянул на просматриваемые ею веб-страницы, которые отображались на его экране, уже понимая, что планирует Сюэ Цзин И. Она собиралась оглушить его, а затем лично вырезать его сердце. Поэтому она искала информацию об анестезии, а также заказывала морозильную камеру, скальпель и другое медицинское оборудование. Даже скачала видео с инструкциями об операции. — Я действительно не недооценивал тебя, Сюэ Цзин И, — удовлетворенно пробормотал Чжоу Юнь Шэн. Сюэ Цзин И была его тщательно выращиваемым, крайне ядовитым цветком. Когда она полностью расцветет, она утащит всех людей вокруг себя в бездну. Её действия были настолько сильными, что он возлагал большие надежды на финал поставленного им спектакля. Полмесяца спустя Сюэ Жуй и Сюэ Ли Дани вместе посетили коктейльную вечеринку, а Сюэ Цзы Сюань преподавал в университете, оставив дома только Сюэ Цзин И и Хуан И. Сюэ Цзин И лично заварила чай с молоком и принесла его Чжоу Юнь Шэну, уговаривая выпить его. После того, как он потерял сознание, дворецкий помог отнести его в подземный гараж. В гараже уже было все новейшее медицинское оборудование, и инструменты, которые она купила онлайн, были лишними. — Мисс, позвольте мне, — увидев дрожащие руки Сюэ Цзин И, дворецкий вызвался резать. Супруги Сюэ всегда были заняты работой, можно сказать, что он лично воспитывал Сюэ Цзин И. Он любил её больше, чем кто-либо другой. Как он мог смотреть, как она умирает? Когда они вырежут сердце Хуан И, ситуация станет необратимой. Когда пара Сюэ вернется, они уже ничему не смогут помешать. Смогут ли они отправить свою дочь в тюрьму? Они не смогут перенести такого скандала, поэтому обязательно попытаются скрыть это. Тогда сердце легко достанется ей, как и должно. Сюэ Цзин И махнула рукой: — Нет, я не боюсь. Я просто слишком взволнована. Она сделала несколько глубоких вдохов, затем поднесла скальпель к груди мальчика. Лезвие было очень острым, от легкого прикосновения пролилась струйка крови. Под резким светом лампы все происходящее выглядело очень жутко. Большое количество крови потекло из небольшой ранки, заставив Сюэ Цзин И отскочить назад. Она стиснула зубы и снова подняла скальпель, но была ошеломлена, увидев, как мальчик внезапно проснулся, с силой отталкивая её. — Что делаешь? — спросил он, сжимая свою грудь. Поскольку он был под наркотиками, он затрясся, как будто мог упасть в обморок в любой момент. Сюэ Цзин И заметила его слабые движения, поэтому не боялась его побега. Она указала на ноутбук на операционном столе и сказала: — Я вырезаю твое сердце. Компьютер воспроизводил видеоинструкцию об операции по удалению сердца. Решимость Сюэ Цзин И была очень удивительной. Несмотря на то, что ей требовалась помощь врача, она была полна решимости сделать это сама. Ей нужно было убить его до того, как вернутся её родители и старший брат, но она также не могла позволить его сердцу перестать биться. К счастью, её дом был очень хорошо оборудован. В нем даже был контейнер для сохранения сердца, избавивший её от многих проблем. — Почему? — Чжоу Юнь Шэн изо всех сил пытался спрыгнуть с операционного стола, случайно опрокинув хирургические инструменты, размещенные на подносе. Скальпели, хирургические зажимы и другие инструменты теперь были разбросаны по всему полу. — Поскольку я страдаю врожденным пороком сердца, только твое сердце может спасти меня. Ты действительно думал, что мы привезли тебя из деревни, чтобы усыновить? И не мечтай об этом. Фу Бо, помоги мне удержать его. Дворецкий кивнул и подошел, чтобы прижать мальчика к операционному столу, но неожиданно мальчик достал спрятанный скальпель*. Он безжалостно вонзил ему в живот и даже несколько раз толкнул внутрь. Закричав от боли, дворецкий упал на землю, а Чжоу Юнь Шэн, пошатываясь, побежал к двери. Он уже отправил текстовое сообщение Сюэ Цзы Сюаню с помощью мобильного телефона Фу Бо, заманивая его обратно. Он должен был вернуться к этому моменту. Конечно же, прежде чем он добрался до двери, Сюэ Цзы Сюань распахнул её ногой и ворвался внутрь, встретив залитого кровью мальчика, одетого только в джинсы. Лицо мальчика исказилось от ужаса, и, когда Сюэ Цзы Сюань увидел сестру, размахивающую скальпелем, чтобы напасть на мальчика, не задумываясь, немедленно заслонил его собой. Он отчаянно схватил прямо за лезвие и спросил сквозь стиснутые зубы: — Да что ты вообще делаешь? — Делаю то, что вы хотели сделать раньше — забираю его сердце. Брат, разве ты не вернул его, чтобы спасти меня? Ты забыл? — глаза Сюэ Цзин И были безумными. Пальцы Сюэ Цзы Сюаня пульсировали от пронзительной боли, но он знал, что не может отпустить лезвие. Он оглянулся и крикнул: — Беги, Цзин Йи! Чжоу Юнь Шэн посмотрел на него сложными глазами, после чего схватился за свою все еще кровоточащую рану и выбежал. Дойдя до гостиной, он вернулся к обычной походке и медленно поднял трубку, чтобы позвонить 110. — Помогите, кое-кто пытается меня убить! — его охваченный паникой голос резко контрастировал с ухмылкой. — Скажи мне твой текущий адрес и имя. Мы пришлем кого-нибудь, чтобы помочь тебе как можно скорее. — Я нахожусь на горе Лунцюань, вилла № 88. Меня зовут Сюэ Цзин Йи. Кто-то пытается меня убить, я ранен, и у меня сильное кровотечение. Еще у меня кружится голова. — Быстро найди безопасное место, чтобы спрятаться. Мы немедленно вышлем помощь, — после того, как оператор повесил трубку, он продолжал чувствовать, что имя Сюэ Цзин И звучит очень знакомо. Что-то, казалось, промелькнуло в его голове, и он быстро позвонил своему начальству, подтвердив, что знаменитый пианист действительно живет на горе Лунцюань. Полиция не посмела медлить. Они сразу же послали несколько полицейских машин, чтобы те мчались к горе Лунцюань. Чжоу Юнь Шэн следил за ситуацией в операционной с помощью 008, вытирая окровавленные руки о стены, затем он выбежал и остановился посреди дороги. Машина Сюэ Яна «случайно» проезжала мимо. Увидев его окровавленное тело, лицо человека стало ужасно темным. — Разве ты не говорил, что несчастного случая не будет? Скажи мне, что это не случайность! — он схватил мальчика за ухо и зарычал, но, увидев, что лицо другого скривилось от боли, быстро потянул его в его объятия и снял пальто, чтобы прижать его к ране на груди, все еще тяжело дыша. Увидев такой окровавленный длинный разрез, он почувствовал себя парализованным от боли. Он наконец понял, каково чувствовать чужую боль, как свою собственную. Рана выглядела устрашающей, но для Чжоу Юнь Шэна, который пережил множество сражений, это была всего лишь царапина. Он притворился уставшим и прикрыл глаза, но на самом деле наблюдал за противостоянием брата и сестры через 008. Благодаря тщательной подготовке Сюэ Жуя операционная была полностью оборудована, включая систему наблюдения в реальном времени. Пока горит индикатор работы, система мониторинга автоматически запускается и сохраняет все отснятые материалы. Он не ожидал, что Сюэ Цзы Сюань без колебаний схватит скальпель, чтобы спасти его. Мужчина не осмелился отпустить лезвие, ведь как только он это сделает, его пальцы будут отрезаны, поэтому он смог только загнать Сюэ Цзин И в угол. Хотя сердце Сюэ Цзин И было безжалостным, она не могла причинить вреда Сюэ Цзы Сюаню. Увидев, как из его пальцев постоянно течет кровь, она, наконец, восстановила некоторую рациональность. Она выпустила скальпель и со слезами на глазах обняла его. Она плакала и плакала, пока её не схватил сердечный приступ, и она потеряла сознание. У дворецкого был серьезно ранен живот, он уже потерял сознание от потери крови. Сюэ Цзы Сюань презирал сестру, но он не мог бессердечно смотреть, как она умирает, поэтому, пошатываясь, преодолел боль и побежал наверх, чтобы найти её лекарство. Заметив кровавые следы, ведущие через гостиную к двери, он вздохнул с облегчением, зная, что Цзин Йи в безопасности. Он вложил таблетку в рот Сюэ Цзин И и оказал ей простую первую помощь. Видя, что её состояние улучшилось, он сполз по стене вниз. Десять минут спустя он услышал полицейские сирены и мягко рассмеялся: — Наконец-то пришло возмездие для нашей семьи. Цзин И, ты готова?