Девочка моя, ты немного переигрываешь, не думаешь?

Привет, милый! Ты скоро?

Привет, дорогая. Прости, сегодня задержусь ненадолго.

Почему?

Работа.

Но сегодня ведь наш день.

Я знаю. У нас ещё уйма времени будет после моего прихода.

Буду ждать тебя.

Я люблю тебя.

***

Нацу Драгнил, один самых лучших и востребованных педиатров в городе, уже начинал собираться домой, ведь в планах намечено провести время с супругой и отметить годовщину их свадьбы, именно по этой причине рабочий день был сокращён на час. В предвкушении вечера он представляет, как его встретит жена у порога и нежно поцелует, ласково проводя рукой по затылку — его это неимоверно успокаивает и заставляет расслабиться. Люси прекрасно знает, что нужно делать, когда уставший от не прекращающегося детского шума муж приходит домой, так что незамедлительно готовит зелёный чай и вкусный ужин. Порой Нацу кажется, что она слишком внимательная и заботливая, но такие черты характера только украшают девушку и никак не сковывают парня. За своими мыслями Драгнил и не заметил, как в дверном проёме стоял его коллега и по совместительству друг, Грей Фултбастер, с умоляющими глазами, благодаря которым сию минуту можно было понять, что у него что-то не ладится. Как говорится, у человека все эмоции на лице написаны. Оказалось, что парню срочно нужно было уйти с работы домой. Дело в том, что на носу их свадьба, поэтому молодожёны полностью погружены в подготовку. А если быть точнее, по большей части его невеста — Джувия, так как парень слишком сильно занят работой, через чур увлечён родом своей деятельности, собственно, как и сам Нацу. Их профессии — призвания. Мужчины по-настоящему наслаждаются своим делом. Да, много детей, криков. Да, приходишь домой очень уставшим, но находившись рядом с детьми, они чувствовали что-то наподобие внутреннего успокоения: ребята были счастливы. Добродушный Драгнил, желающего всем всего наилучшего непременно согласился отработать последний час смены коллеги, ведь семья это важно, а ведь у самого вторая половинка дожидается дома. Проще говоря, не умел он ставить свои приоритеты выше других. Даже когда сегодня годовщина их свадьбы, он просто соглашается обрезать шестьдесят минут совместного времени с любимым человеком дополнительной работой. Упоминая, что розововолосый был трудягой — за уши не оттащишь, можно объяснить то, с какой лёгкостью он согласился помочь занятому до невозможности другу, а заодно и нескольким клиентам, которых уже несколько раз видел по причине частой замены другого педиатра.

***

С мужем повезло как никогда, но не смотря на всё то, что слегка препятствует полному семейному счастью, Люси всё равно продолжает его любить и ценить, ждать до позднего вечера и ложиться спать всегда вместе, не в зависимости от своего распорядка дня. Девушка работала финансистом, поэтому график был довольно-таким строгим: от минуты до минуты. Банк — то место, которое не стерпит просчёта во времени, поэтому от каждого сотрудника требовалась чёткая, даже доскональная пунктуация в часах. Но сегодня, по случаю семейного праздника и до жути хорошего настроения строгого начальника, ей всё же удалось выкроить часик, для того чтобы уйти раньше. А как оказалось, Нацу отнюдь не торопился домой. Зайдя на порог, она сразу же напечатала сообщение своему мужу, но тот задерживается на работе. По началу Люси стояла в ступоре некоторые минуты, ведь никак не могла понять, как можно променять их время на работу. Кстати говоря, его-то у них и не так много, потому что в основном Нацу приходит домой уставшим и вымотанным, поэтому именно сегодня она планировала украсть мужа из кабинета, но, как видно, не вышло. Супруга расстроено кладёт телефон на тумбочку с ключами при входе и принимается снимать с себя верхнюю одежду, попутно ставя на место предметы, которые слегка сдвинуты из-за сборов утром. Юная особа — перфекционист до мозга костей, так что в квартире всегда прибрано, но эта черта характера ей вовсе не мешает и не усложняет жизнь; она не злится и не выходит из себя, когда кто-то что-то не положил на место или поставил не туда, нет. Блондинка осматривает квартиру и оценивает примерно время, которое она имеет для того, чтобы подготовиться к приходу своего супруга. Вчера он по обычаю задержался на работе, так что у неё была возможность пригласить свою лучшую подругу в помощь. И она не заставила себя ждать, вследствие чего через двадцать минут две девушки уже хлопотали на кухне.

***

— Люси, что ты планируешь готовить для своего суженного? — Девушка с абсолютно красными волосами уже снимала обувь, одновременно выполняя функцию собеседника. Проходя на кухню и в который раз отмечая, что всё до жути идеально. Свою подругу она уже увидела около холодильника с открытой дверцей что-то ищущую и перекладывающую. — Планирую запечённого кролика, пасту и тушёные брокколи. — Отличный выбор. А можно вопрос? — Эльза дождалась, пока блондинка кивнёт, а после уже продолжила. — Почему ты готовишь сегодня, годовщина ведь только завтра. — Я боюсь, что могу не успеть, ведь каждый из нас довольно-таки поздно возвращается, и у меня уже не будет столько времени для приготовления блюд. Я, конечно, отпрошусь пораньше, но всё равно не смогу осилить всю работу за час, так что готовим сегодня. — Я поняла тебя. Тогда приступим. Девушки без устали передвигались по помещению, будто и вовсе не устали после рабочего дня, при этом смеялись и слушали музыку из колонок, но только на предельной громкости, ведь время уже за восемь вечера и многим соседям никак не угодишь. Подруги принялись разделить работу: одна готовила мучное изделие и тушила овощи, а другая — мариновала кролика. К концу готовки Люси всё-таки решила оставить мясо на полную пропитку в холодильнике на завтра. Остальное время, после готовки, они смотрели фильм, делились друг с другом шутками и другими разговорами. — Эльза, слушай, у меня к тебе есть один вопрос слегка интимного характера. — Я слушаю. — Собеседница сделала громкость компьютера немного меньше, дабы полностью сконцентрироваться на вопросе подруги. — Мне хочется как-то разнообразить нашу половую жизнь, ну так, чтобы Нацу почувствовал во мне изменения что ли; больше хотел меня, если можно так выразиться. — При этом девушка багровела с каждым произнесённым словом и отводила взгляд куда-то вниз, начиная внезапно рассматривать милые носочки с сердечками, слегка касаясь стопы. Подруга напротив немного сдержала улыбки, но не понимала, почему блондинка так стыдится таких разговоров. — Бельё? BDSM? Афродизиак? — В ответ последовали лишь отрицательные махи головой в разные стороны, после которых уши Люси загорелись с пущей силой, ведь на такие темы ей явно не предоставляли опыта ранее разговаривать. Она слишком скромная, закрытая для других, но заботливая и верная супруга для него. Её молодому человеку вовсе не нужно было, чтобы девушка открыто одевалась и броско красилась — только бы была рядом с ним и ни с кем больше. — Нет, Эльза. — Тут Скарлет немного растерялась, но не подала особо виду — собралась мыслями, как бы подробнее и красочнее преподнести подруге всю эстетику этого дела. — Я даже ни разу не была в магазинах сексуального характера. — Так, давай примерно накинем варианты. Значит, завтра после работы сразу бежишь в sexshop и покупаешь всё выше перечисленное, но выбираешь сама. — Как? Вот так прямо и зайти, а если на меня кто-то не так посмотрит, или ещё хуже из знакомых кто-то увидит? — Люсь, ты больше драматизируешь и представляешь действительность в ненужном русле. В конце концов, в этом нет ничего позорного и запрещённого.

***

Направившись сразу в нужное место, девушка достала из холодильника замаринованного кролика и включила нагреваться духовку до нужной температуры. За время ожидания юная хозяйка успела украсить противень овощами, выложила пасту и в последний момент мясо, полив сверху маринадом, после чего отправила на один час запекаться. Девушка взяла сумку и, вытащив из неё пакетик со знаком восемнадцать плюс, проследовала прямиком в спальню, недоверчиво косясь на него, но от плана не отступала даже мысленно. По правде говоря, столь новый опыт в жизни златовласки обходился ей весьма нелегко, так как гордость точно была задета. Во время выбора нужных атрибутов в магазине, ей казалось, что все окружающие её люди осуждающе смотрят на неё, так и пытаясь намекнуть о неприличии, ведь заниматься теми вещами, которые здесь пропагандируются как-то неприемлемо. Но все сомнения и осуждения таились и имели развитие только в её светлой макушке, потому что слишком скромная, слишком застенчивая, слишком правильная. А ведь по сути всем остальным людям, находящимся в помещении с Люси было абсолютно всё равно как и на неё, так и на её выбор и вкус. Ступор настиг в тот момент, когда к девушке подошёл консультант с предложением помочь с выбором, но та, как ошпаренная, отнекивалась и заливалась краской, вызывая удивлённые взгляды со стороны персонала. Даже идя по улице, она для уверенности решила поместить пакетик с эмблемой фирмы в сумку, но даже так в голове крутились странные мысли о том, что кто-то может что-то заподозрить, ведь девушка идёт по направлению из магазина. Достав из него новенький бледно — золотой комплект нижнего белья, которое слегка просвечивало, обвитое крупным кружевом в маленький цветочек, а также чёрные чулки выполненные из такого же материала, прикрепляющиеся к нижнему белью. Разложив его на кровати, она взяв полотенце направилась в ванную комнату, в голове всё ещё продумывая план своих действий и их последствий. А вдруг Нацу не примет её такой или же будет недоволен изменениями, а вдруг откажется праздновать, ведь девушка впервые так себя ведёт. Мысли такого характера нещадно проникали под корку, скромность била ключом в сознание, но какой-то части её хотелось перемен, так что отбросив всякие сомнения далеко в сторону, Люси поспешила закончить начатое. Новое приобретение как нельзя идеально смотрелись на юном теле, подчёркивая всё, что только могло бы быть скрыто от глаз. Этот цвет сочетался с её волосами и бледностью кожи, карими глазами. Глядя на себя в зеркало, девушка не могла не отметить, что ей действительно к лицу — ей нравится, как она выглядит. Чулки подчёркивали стройность бёдер и добавляли огонька в её фантазию, после просмотра которой Драгнил засмущалась. Время всё шло — Нацу до сих пор не было дома. С одной стороны, она сильно переживала, а с другой — имела возможность подготовиться, для того чтобы всё прошло в лучшем виде. Достав следом из пакетика мягкие наручники на широких ремешках и, самое главное, афродизиак в порошке, она разложила всё в нужные места, предварительно сменив постельное бельё на свежее, а после прошла на кухню. Бутылочка белого полусладкого германского вина Sommerpalais Riesling. Это изящество довольно-таки редкое в продукции, поэтому можно купить даже не во всех магазинах города. Жидкость мягко разливается по стенкам бокалов, потихоньку наполняя их. Запах разносится по всему помещению, забиваясь в лёгкие. Поставив один из них на место, где обычно садится Драгнил, высыпала один пакетик возбудителя. Сначала ей показалось, что нужно было немного меньше, но успокаивая себя тем, что он не такой уж и сильный, перемешала содержимое чайной ложечкой до полного растворения. Налив алкоголь в свободный стакан, осушила его для храбрости. Нацу вот-вот должен уже был подойти, так что время раскладывать посуду и столовые приборы на стол, а также нарезать фрукты к вину. Красивая скатерть, идеальное оформление, сделанное с участием вкуса и стиля. Все приготовленные блюда хоть и были готовы, но находились в духовке, дабы не остыли до прихода молодого человека. Ещё раз оглядев кухню, зайдя в спальню, Люси осталась довольна собой, ведь всё-таки успела сделать то, что изначально планировалось для проведения интересного и романтичного праздника. Звонок в дверь. Сердце девушки стало биться немного быстрее от волнения и предстоящего вечера в таком формате, если можно так сказать. Не было никаких сомнений, что это её любимый, но в глазок ради предосторожности посмотреть стоит. — Нацу? — Да, это я. — Ты один? — Конечно, что за вопросы. Щелчок замка — дверь открыта. Девушка отходит немного назад позволяя парню самому открыть конструкцию. Драгнил входит, несмотря на неё, начинает разуваться, но как только поднимает глаза, застывает в немом шоке, попросту не зная, где зацепить взгляд. Девушка видит его реакцию, что несомненно тешит её самолюбие и радует гордость. Парень нервно сглатывает и дотрагивается до ремня, водя глазами по телу своей жены, чувствуя, как кровь начинает приливать к гениталиям. — Всё хорошо? — Наигранное волнение, ведь знает причину такого состояния — она; знает, что сейчас он пытается сдерживать себя и свои желание, потому что юная особа не привыкла к грубостям в плане секса: любит, когда всё происходит нежно, плавно и неторопливо, чтобы сполна насладиться процессом. Люси разворачивается и следует на кухню, где уже всё готово. Чувствует, что парень идёт за ней, поэтому максимально соблазнительно передвигает бёдрами. Девушка садит его за стол, обходя парня, дотрагиваясь до напряжённых плеч, а сама идёт доставать блюда из духовки, наклоняясь как можно ниже, прогибаясь в спине. В голове что-то говорило о недопустимости такого поведения, ведь девушка должна быть скромной и сдержанной, отголоски совести и внутреннего ограничителя с силой проникали в сознание, отражаясь на лице златовласки ярким румянцем, но ведь сейчас она перед своим мужчиной, так что ничего страшного не произойдёт, если это Нацу. Достав противень, Люси начала перекладывать содержимое на большую тарелку, в процессе чего якобы случайно роняя вилку, начиная нагибаться для того, чтобы поднять с пола предмет, после чего продолжила начатое, но уже чистым прибором, взятым с полки. — Люси, — большие ладони крепко обхватили тонкую талию, пуская по коже импульсы, вследствие чего Люси начинала дрожать и таять. Голова уже перестаёт соображать из-за присутствия юноши и выпитого алкоголя, хоть и в небольшом количестве. Отсутствие близости хорошо даёт о себе знать, ведь только от одного его прикосновения она уже готова прыгнуть на его бёдра, но стоит придерживаться плана, пока всё не рухнуло. — Нет, Нацу, сначала ужин, я ведь не зря старалась, правда? — Большие ладони медленно спускаются, а потом вовсе покидают тело девушки. Драгнил возвращается на своё место, где по обыкновению сидит, где его ожидает сюрприз. Его дыхание еле сбивается, а мужское возбуждение начинает давить на ширинку. Всё уже расставлено, так что можно приступать к трапезе. Взяв бокалы в руки, они протянули их друг к другу, после сказав тост за их годовщину, выпили до последнего глотка, точнее это сделал Нацу, так как из-за определённых обстоятельств ему стало слишком жарко. Видящая всё это Люси пристально наблюдала за изменениями в поведении юноши, во взгляде — должно же хоть что-то поменяться. Во время поедание приготовленного Нацу несколько раз выделял, насколько всё вкусно, но в один момент он остановился и жадно посмотрел уже на девушку, сглатывая внезапно накативший ком в горле, а также признаки повышенного слюноотделения. Тут-то она слегка потерялась в действительности происходящего, но постаравшись собрать всю силу и волю в кулак ответила таким же взглядом, но не ожидала, что всё будет происходить с такой скоростью развития действий. Парень сорвался с места, чуть не опрокинув стол, и поднял девушку со стула, схватив на руки, придерживая за бёдра, и неся в спальную комнату, где уже должна была произойти вторая часть задуманного. Не предусмотрев такое быстрое действие препарата, она явно не ожидала, что он настолько сильно возбудиться. Драгнил особо несдержанно заключил её в поцелуй, где не просто сминал губы — грубо кусал, оставляя ранки и сдирая зубами плёночку. — Нацу, стой, — девушка кое-как опомнилась и оторвалась от него, всё ещё немного соображая; повернула его спиной к кровати и повалила на неё, оседлав бедра юноши. — Что такое? — Было видно, что ему довольно-таки трудно держаться, дабы не сделать настолько желаемое, до болезненной тесноты в штанах. Руки нетерпеливо поглаживают талию, не больно сжимая, но у Люси немного другие намерения, которые заставят Нацу явно перепроверить все свои знания о своей половинке. — Ты такой нетерпеливый сегодня, — она наклоняется к его уху, нежно закусывая мочку, убирая ладони со своего тела, заводя их за голову Нацу, придерживая одной рукой, медленно облизывает раковину уха, из-за чего он закатывает глаза, параллельно ища под подушкой наручники. Виляет бёдрами, начиная тереться половыми губами о вставший бугорок в штанах через ткань нижнего белья. — Потому что ты непозволительно соблазнительна. — Юноша услышал её довольный смешок, а заодно и звук закрепления ремешков — он ненадолго потерял бдительность, находясь под гипнозом её обаятельности, из-за чего полностью предоставил права быть ведущей этим вечером маленькой проказнице. — Люси, что это такое? — Нацу резко дёргает кисти в попытках сорвать то, что сдерживает его от части, но безуспешно. — Нацу, не волнуйся, тебе будет приятно. — Внутренние сомнения всё так же продолжали гложить девушку, проявляя свою сущность в скованности движений и лёгкой неуверенности в себе, но любовь к человеку и желание сделать ему хорошо перевешивают все принципы, почему она и морально настраивается, начиная водить аккуратными маленькими ладошками по телу парня через одежду. В голове рой ненужных сейчас мыслей о том, сможет ли она всё правильно сделать, или же вдруг не получится сделать ему приятно, или же где-то ошибётся и в конечном итоге всё испортит. Смущение загорается новым пламенем на нежных щеках, так и олицетворяя внутреннее состояние и сомнения, продолжающие одолевать и пробивать настрой девушки. Это так необычно для меня. Вовсе не похоже на моё поведение. — Немедленно сними их. — Звон наручников прерывает одиночный, даже мысленный монолог. Его голос такой хриплый сейчас, посыл которого немного устрашающий и возбуждающий одновременно, и что хуже всего — ей это нравится. Мелкими шажочками, кое-как сдерживая дрожь в пальцах, Люси начинает расстёгивать пуговицы на рубашке парня, освобождая того от сковывающего материала. Когда они были полностью «обезврежены», юница коснулась загорелой кожи, крепких мышц пояса, не забывая поглядывать парню в глаза, в которых уже во всю горели огоньки. — Нет. — Ты не собираешься слушаться меня? — Изогнутая в вопросительном жесте бровь — его коронная фишка, ведь она выглядела по-особенному. Всегда, абсолютно, он доминировал, а она — только подчинялась, но каково же ощущения её верховенства, главенства над ним, ведь сейчас он ничего не может сделать. Уже более уверенными, но слегка неловкими движениями освобождая парня от брюк, предварительно справившись с ремнём, стягивает их с ног, кидая на пол вместе с боксёрами, вовсе позабыв о порядках, которые так старательно наводила. Аккуратно водя пальчиками по кубикам пресса, спускаясь к кровью налитому члену, что так и требовал женской ласки. Для неё это впервые, так что она пока только боязливо берёт в руки ствол и начинает по нему водить верх — вниз, слыша в ответ тяжёлое дыхание и неразборчивый шепот. Карие глаза смотрят на агрегат, а ладошка немного дрожит, мозг всё ещё не может принять тот факт: она этим занимается. Необычно. Стыдно. С румянцем на щеках девушка приближается к головке и медленно заглатывает её, слегка дотрагиваясь языком, пытаясь понять, как действовать дальше; приятно ему или же нет; насколько глубоко нужно взять и как быстро двигаться. Поглотив немного больше, до слуха донёсся удовлетворяющий её хриплый стон, заставляющий погружаться в процесс с головой, потому что молодому человеку приятно. Спиральным движением она обходит всю длину, особенно останавливаясь на головке, которая приобрела еле красный оттенок; венки взбухли, обвивая гроздью, привлекая на себя внимание. Слюни смешались с выступающей смазкой в небольшом количестве, начиная медленно стекать по губам, но девушка их быстро слизывала. Люси начала ускорять темп и брать чуть глубже, едва слыша пробирающееся стоны Нацу. По-настоящему удивительно было то, что у неё почти не было рвотного рефлекса на инородное тело во рту, наоборот, ей казалось, что он приятен и не так противен, как по слухам. Собрав немного воли в кулак и слегка сжав щёки вокруг пениса, Драгнил взяла глубже, доставая почти до основания. Из-за возбудителя он слишком рано хочет кончить, что несомненно играет на руку девушке, ведь прекрасно можно воспользоваться этой возможностью. — О, Боже… Вот-вот: он уже готов закончить, как она отстраняется, придерживая рукой основание, и самодовольно улыбается ему в глаза, пока он недовольно рычит и пронзительно смотрит на неё. Девушка впервые слышит этот звук — хочется ещё. Кажется, что запал и азарт, включая возбуждение, уже играют главную роль переднего плана, оставив позади себя все смущения и сомнения. И вновь готовый к работе член оказался в тёплой ладошке, большой палец массирует дырочку, пока остальные пальцы охватывают длину и яички. Драгнил перемещается на его бедра так, чтобы смогла всласть насладиться выражением лица парня. Медленно заправив прядку за ушко и облизнув губы достаточным количеством слюны, девушка наклоняется и медленно берёт в рот, при этом смотря в изумрудный омут, нарочно неторопливо обводит верх головки, уздечку, спускаясь по стволу, идя обратно старательно надрачивая. Через несколько минут он доверяется ей, толкаясь бёдрами, пытаясь хоть немного приблизиться к концу, ведь узел внизу живота болезненно давит, заставляя буквально стонать от дикого желания. Нацу смотрит в карие глаза и видит затмевающую всякий рассудок дымку возбуждения. — Дай мне… Слова застревают где-то в горле, когда она снова лишила возможности испытать оргазм. Хотелось кончить и бурно, чтобы заполнить её матку до конца, пока само вытекать не будет. Нацу запрокидывает голову и быстро дышит, чтобы хоть как-то унять перевозбуждение, компенсируя частыми вдохами, похожими на какую-то разминку лёгочных путей. Люси только тихо посмеивается и остаётся довольна результатом. У самой Люси выдержка не очень, поэтому она уже хочет ощутить в себе наполненность. Слегка подвинувшись вперёд, юница начала подразнивать парня, потираясь о его достоинство через трусики. Драгнил уже не в силах контролировать своё желание — агрессивно дёргает руками, только бы освободиться от наручников, хоть какой-то частью сознания понимая, что простым подёргиванием от них не избавиться. Драгнил же видя его несчастные попытки, заканчивающиеся провалом, максимально сильно прижимается к нему всем телом, припадая к подрагивающим губам, затягивая в горячий поцелуй, от которого вскружило голову каждому. Люси до дрожи в пальцах на ногах погрузилась в ощущения, не замечая, как начинает сдавать позиции от слишком сильного и непозволительно горячего напора напарника, что категорически было запрещено, ведь тогда всё канет в лету. Девушка почти никогда не руководила поцелуем, поэтому сохранять власть над ним становилась всё труднее, ведь искусная техника парня уже рушила все баррикады. Нехотя оторвавшись от него, Люси отодвинула кромку тоненьких трусиков, которые были уже мокренькими и направила колом стоящий член в себя, мягко насаживаясь на него. Она запрокинула голову назад, выставляя на вид белоснежную шею и торчащие ключицы на обозрение своему молодому человеку. Медленно двигаясь, девушка всё больше дразнила зверя, спящего до этого момента внутри него. Ткань немного мешала, доставляя небольшой дискомфорт. — Порву к чертям, — продолжая движение, она водит пальчиками по груди парня, задевая особо чувствительные соски; переходит на шею, царапая ноготками контуры бьющихся жилок, улыбаясь с его реакции. Закусив нижнюю губу, блондинка немного увеличила темп, периодически сжимая мышцы вагины — она чувствует, как он начинает дрожать и видит, как чаще дышит. Люси встаёт и перемещается на живот, вновь лишая его сладостного момента. — Чёрт! Снова спустившись к губам, Драгнил мазнула их языком, смачивая и прикусывая, не позволяя Нацу взять бразды правления. Его зрачки сузились, а руки только сильнее задёргались в желании освободиться. — Сними их немедленно! Люси, чёрт! — Кажется, он готов взвыть от происходящего, от своей безысходности. — Мне это нравится, — наверное, то мало количество алкоголя, выпитое девушкой, конкретно сносит крышу, — как ты лежишь подо мной, — Люси снова насаживается на него, не набирая темпа, продолжая испытывать и дразнить, — как просишь меня дать тебе большее, — в один момент она громко застонала, от того что юноша слишком резко, неожиданно и сильно толкнулся в неё, пока она отвлеклась столь пламенной речью, которая отчётливо била по самолюбию парня, — я хорошо чувствую себя. — Девочка моя, ты немного переигрываешь уже, не думаешь? — Он старается бёдрами толкнуться быстрее, сгибает ноги и пытается проникнуть глубже, дабы прекратить эти пытки, но она не позволяет, вновь соскакивая с крючка в прямом смысле. Хартфилия тянется к замочку бюстгальтера и быстрым движение расстегнула застёжку, после медленно стянула лямки и вовсе откинула верхнюю часть нижнего белья в сторону. Всё нутро Нацу готово было взорваться. Девушка начала насаживаться, но только на головку, одновременно поглаживая грудь, сжимая соски и негромко постанывая. Эта пытка была явно самой жестокой в его жизни. Все мышцы в организме мужчины напряглись до такого уровня, что казалось — камни. А Люси так и продолжала изводить настоящего зверя — радужки потемнели и стали тёмно-зелёными, губы покусаны и на руках выступили заметные вены. Девушка немного опустилась ниже, чтобы он проникал ровно на половину, а потом сильнее сжала молочные железы, при этом громко крикнув. — Ты будешь наказана. — Наблюдавший за всем этим Нацу, сходил с ума, проделывая какие-то махинации со своими кистями, отвлёк его только лишь тягучий поцелуй, после которого девушка улыбнулась и тихо посмеялась над словами парня. Драгнил почувствовал, как она увеличила немного темп, но потом снова оборвался. Она кончила с громким стоном прямо ему в губы. Но он-то нет. Афродизиак бил по голове — низ живота уже болел невыносимо, а мошонка так и требовала опустошения. Сознание Люси помахало белым платочком — она настолько расслаблена, что не отдаёт отчёта своим действиям. Особа продолжает ёрзать бёдрами на члене мужа, вновь начиная заводиться от этого. Тихо постанывая ему на ушко, Люси рисовала мелкие узоры на груди парня, так и не замечая некоторых странных действий со стороны парня. Продолжая нагло вилять бёдрами и сокращая вагину, Люси наслаждалась усладой его рыков и тяжёлого дыхания, понимая, что довольна собой; что сейчас она действительно единственная, кого он желает; что полностью контролирует действия. Тишину в комнате прерывают лишь томные вздохи и еле слышные рыки. Люси безустанно продолжает дразнить его медленными движениями и трепетными касаниями — у него нет возможности прикоснуться к её телу. — Нацу, мне так хорошо, — шепот на ушко и в подтверждение своим словам новый толчок заставляют Драгнила закатить глаза и сделать новую попытку увеличить темп, что снова оказывается безуспешным и провальным, вызывая у наездницы только усмешку. — Сейчас будет ещё лучше, — тихо, одновременно дразня; она чувствует руки на своей пояснице, после переводя взгляд на откинутые в эту секунду злосчастные наручники. Её взгляд меняется с такой же скоростью, с которой лопается последняя капля его выдержки. — Твоё время вышло, малыш. — Парень выходит почти полностью, но потом входит резко, кайфуя от ощущения, сразу набирая до жути быстрый темп, выбивая из горла девушки несдержанные стоны и крики. Он двигается беспощадно, придерживая ту за поясницу, дабы не вырвалась и не встала. Люси практически не может подстроиться под темп, так как он слишком быстрый. Возбудитель не прекращает своей работы, продолжая затмевать разум парню, управлять его повадками и мыслями. Хотелось её полностью, до последнего вздоха. — Нацу! — Имя юноши отражается от всех предметов в комнате — ему это нравится. Наконец-то он может сполна отомстить за свою пытку, осуществить желаемое на протяжении, казалось, нескольких часов, хотя и прошло не более двух. Он разрывает эти несчастные трусики и уже без каких-либо препятствий вдалбливается в разгорячённое лоно. Член скользит легко, стенки послушно принимают каждый сантиметр. Он накрутил волосы на кулак, натягивая, заставляя запрокинуть голову назад. Нацу ловит губами услаждающие звуки, вгрызается в шею, оставляя красные отметины. Большими ладонями он спускается до ягодиц и одаривает одну половинку сильным шлепком, до красного следа, до болезненного крика златовласой. — Хочу грубо трахать тебя всю ночь, — Драгнил почти кричит ей это на ухо, будто пытаясь доказать, что он зол, больно закусывая мочку, а в ответ сдавленное мычание в грудь и чувствует ноготки на предплечье, — чтобы знала своё место. От фраз она только сильнее возбуждается и, главное, ей нравится такое грубое отношение к себе, даже очень. Только теперь девушка понимает, кого дразнила всё это время, кого он сдерживал, кто так сильно хотел её. Пара толчков, и юноша со стоном кончает в неё, ни уменьшая силу обхвата. Перевернув Люси, не выходя из неё, на спину, закинув обе ноги себе на плечи, Драгнил наклонился и требовательно впился в губы девушки, одновременно начиная двигаться с новой скоростью, выбивая весь воздух из лёгких, полностью доминируя, обуздывая своего зверя. Девушка стонет громко, ясно давая понять соседям, как хорошо она проводит вечер. — Громче, давай, детка. Капельки пота стекают по вискам обоих, а щёки покрываются румянцем, — сердце отбивает бешеный ритм, в который раз отражая их сильную любовь друг к другу. Голодный взгляд парня скользит по телу блондинки, рассматривая каждый миллиметр; пальцы сильно сжимают талию. Он сам начинает постанывать от процесса и от долгожданного наслаждения, которое он, честно говоря, заслужил, пока был подопытным кроликом. Иногда выходя, но потом снова вколачиваясь с особой остервенелостью, уносил её на седьмое небо, но потом вновь возвращал на землю болезненным засосом на самом видном месте шеи. Языком проводил дорожку по каждой жилке, переходил на изгиб и больно прикусывал, губами выцеловывал и зализывал языком свою работу, отстранялся и в полной мере радовался яркому красному пятну, что несказанно вызывало восторг в мыслях парня. Пальцами сжимал объёмную грудь, после чего нежно посасывал соски, — лицезрел картину — результат своей страсти и безудержности — отметины в виде отпечатков. Её попросту обжигало его напором. Да, грубо, но им это и нравится. Постоянные нежные ласки уже застряли в горле, а сделать первый шаг на встречу изменениям не решался никто. Сейчас им обоим хотелось просто сполна насладиться резкими движениями и жадными поцелуями, от которых пекло губы, будто их обмазали красным острым перцем. Было хорошо. — О, Господи! Тоненькие пальчики зарываются в розовые волосы, пока входит до основания. Она и в жизни не могла пропустить мысли в своей голове, что такой формат был ей по душе, ведь даже в таком возрасте, будучи замужем смущалась разговоров подобного рода, краснела от этого и пыталась сменить тему; предпочитала исключительно классику и предельную нежность. Но от ощущений его крепкой хватки на своих бёдрах сносило крышу. Быстрые толчки никак не заканчивались, как и энергия и возбуждение в парне. Спустя несколько минут, в течение который девушка и потеряла счёт времени и количество своих оргазмов, но Нацу никак не мог насытиться, толи дело меня угол проникновения. Переворачивая их уже в считанный раз, Драгнил ложится на спину, кладя Люси на себя так, чтобы она прижималась поясницей к его животу, вновь входит, придерживая девушка за талию, пока та ищет правильно месторасположение своих рук, и не найдя ничего лучше как крепкой мужской груди, опирается на ней, в то же время стараясь максимально подстроиться под бешенный ритм. Парень придерживал, даже слегка надавливал на горло блондинки одной рукой, пока второй опирался на кровать, дабы хоть как-то удерживать равновесие. На глазах уже начинали выступать слёзы ни то от счастья, ни то от лёгкой усталости, хоть более отдавалось предпочтение первому варианту. Голос давно сорван, так что Нацу слышат только толи полу всхлипы, толи еле выходящие наружу стоны. Кажется, ночь не заканчивалась. Ему было мало её тела, её души. Хотелось полностью проникнуться ею. Заполнить до конца. — Нацу, мои ноги затекли — остановись уже. Без лишних слов, юноша небрежно перекинул Люси на мягкие простыни, повалив на бок. Резким движением, он задрал ногу Драгнил себе на сгиб локтя, снова который раз за ночь входя в разгорячённое лоно. Смазка хлюпала, и, казалось, что этот звук разносился по всей комнате, даже за её пределами. Шум в ушах и где-то отголоски его хриплых рыков. Он уже на пределе, поэтому остервенело двигается, будто это их последний раз, хочет выжать всё, до последней капли, желает насладиться сполна. Рука держащая подколенную область, небрежно дотрагивается до груди, после сжимая до очередных вскриков со стороны девушки, следуя за чем он обильно кончает, войдя максимально глубоко. Наконец-то внизу живота ничего не давит, позволяя нормально вздохнуть спертый воздух, наполненные запахом спермы и горячего секса. Губы пекли от множества поцелуев и покусываний, маленькие ранки слегка саднили. Они оба были в восторге от произошедшего. Всё-таки что-то новое пришло в их отношения. Тело девушки немного болело от столь страстных утех, но она ни капли не сожалеет: в конце концов сама спровоцировала, сама наслаждалась. Единственное, что хотелось девушке — спать. Она морально и физически измотана. — В следующий раз попрочнее наручники закрепляй. — С усмешкой, но любя шептал Нацу, вдыхая запах у прикорневой зоны волос девушки. — Ты просто зверь, Нацу. На мне нет живого места. — Расстегни я ремни немного позже — просто так не отделалась бы. Ты добавила мне что-то? — В ответ он услышал только тихое сопение любимой девушки.