За что мне всё это?!

      С Сэмюелем Джонсоном Поттер встретился через несколько дней, во вторник, в Блэк-хаусе. Мистер Джонсон не то что не возражал — он обрадовался возможному сотрудничеству с Лордом Малфоем, так как никого из ближнего круга Волдеморта у невыразимцев не было, а информация из первых рук дорогого стоила. Потом Гарри обсудил с мистером Джонсоном воспоминание Слагхорна, а также почерневшую руку директора Дамблдора. Было слишком мало информации, чтобы делать какие-то выводы, но с чего-то же нужно было начинать…       Уже поздно вечером, после отбоя, в кармане Драко нагрелся фальшивый галлеон. Юноша вытащил из кармана кругляш и прочитал: «Готов встретиться с твоим отцом и профессором. Время и место пускай выбирают они».       Через двадцать минут уже Гарри читал на своём фальшивом галлеоне: «Завтра. Шесть вечера. Кабинет профессора Снейпа».       В спальне уже слышались храп Рона и сопение Невилла, но Гарри всё равно навешал на полог своей кровати всевозможные заглушающие чары и следилки и вызвал Кричера.       — Перенеси меня к портрету леди Вальбурги.       Оказавшись в Блэк-хаусе, парень кивнул Кричеру, мол, отправляйся в Хогвартс, я позову, когда надо будет.       — Гарри, что случилось? Почему ты так поздно?       — Бабушка, я хотел посоветоваться. Завтра у меня встреча с лордом Малфоем…       О чём говорить, в чём можно открыться старшему Малфою и профессору Снейпу, а что лучше приберечь на будущее, Гарри обсудил с мистером Джонсоном, а вот все тонкости этикета, во что одеться, как приветствовать, как вести себя на встрече, — это лучше было обсудить с леди Блэк. Теорию он худо-бедно знал, благо в каждом из трёх кодексов этому вопросу была посвящена не одна страница, но теория — это одно, а практика — совершенно другое.       Два часа дрессировала леди Вальбурга юного дважды лорда, пока осталась более-менее довольна результатом.       — До идеала тебе, Гарольд, ещё очень далеко, но, учитывая, что это не официальный приём и возможные ошибки не так страшны, думаю, что этих навыков тебе будет достаточно. Главное, помни, что ты лорд Блэк, держись уверенно и собранно, на вопросы отвечай чётко. Если не знаешь, говори, что этот вопрос требуется обсудить с союзниками или что-то другое в этом духе.       — Хорошо, бабушка, я понял, — кивнул Гарри, подавляя зевок. Было уже очень поздно, он устал и хотел спать.       — Ладно, Гарри, иди отдыхай. Всё будет хорошо.       — Кричер!

***

      Утром просыпаться было тяжело, но Гарри мог собой гордиться, так как не поддался лени, а встал и занялся собой, как обычно. Принял душ, оделся. Хотя обычно по утрам он штудировал Кодексы, но сегодня отложил их, так как из-за вчерашней встречи с мистером Джонсоном не выполнил домашнее задание по трансфигурации. К тому времени как соседи по комнате начали просыпаться, у Гарри эссе уже было готово. День прошел более-менее спокойно. Гермиона на него не обращала внимания, так как всецело была поглощена Роном, роман с которым у неё набирал обороты, Рон, соответственно, — Гермионой. А Гарри был предоставлен сам себе, чему, несомненно, был рад.       Последним уроком была ЗОТИ. Профессор Снейп даже взглядом не дал понять, что сегодня ожидается встреча. Вёл себя как обычно, язвил, снял с Гриффиндора пару десятков баллов. А в конце урока заставил попарно отрабатывать невербальные щитовые чары, которые изучали ещё на прошлом уроке и которые у большинства так пока и не получались.       Гарри поставили в пару с Малфоем. И пока Гарри был в роли нападающего, всё было хорошо. Он посылал обычные заклинания, типа Ступефая, все из школьной программы, и Драко их успешно отбивал. А вот когда они поменялись местами, произошло что-то странное. Снейп стоял рядом с Драко, и вдруг Гарри увидел, что вместо одного луча в него летит сразу два. Красный он мог взять на щит, а вот фиолетовый уже не успевал, потому и увернулся.       — Мистер Поттер, я сказал "отрабатываем щитовые чары", а не "уворачиваемся" ! — тут же прозвучал строгий голос профессора.       — Но профессор… — попытался защититься Гарри.       — Десять баллов с Гриффиндора за препирательство с профессором и отработка сегодня вечером в шесть.       — Да, профессор.       Ещё когда в него полетел второй луч, пущенный профессором Снейпом невербально вместе с заклятием Драко, Гарри понял, что профессор провоцирует его, чтобы назначить отработку. Поттер отлично подыграл профессору. Оба были довольны друг другом. Теперь у обоих есть алиби, почему это Поттер ошивается в подземельях. Кстати, Снейп так и остался в своих старых апартаментах, соответственно, и личный кабинет был, как и прежде, в подземельях.       На встречу Гарри собирался очень тщательно. Сперва перед Роном и Гермионой громко повозмущался и повздыхал о том, что вечер потерян, а потом в половине шестого ушел из гостиной Гриффиндора в пустой класс, что недалеко от подземелий. Вызвал Кричера, и тот принёс ему парадный костюм, мантию с гербами Блэков и Поттеров и добротные туфли из драконьей кожи. Посмотревшись в наколдованное зеркало, Гарри остался доволен. Прикрыл всю эту красоту мантией-невидимкой и пошел в кабинет профессора Снейпа.       Лишь убедившись, что в коридоре возле кабинета никого нет, и сверив время Темпусом, Гарри снял с себя мантию и постучал.       — Входите, мистер Поттер, — послышалось из-за двери.       Гарри открыл дверь и спокойно, можно даже сказать, величественно вошел в кабинет. Лорд Малфой тоже уже находился здесь.       — Добрый вечер, лорд Малфой, — кивнул Гарри ему, потом кивнул профессору. — Профессор Снейп.       — Мис… — Малфой запнулся на полуслове, когда увидел наряд Гарри, потом скользнул взглядом по правой руке, увидел перстни и не смог удержаться от удивлённого возгласа: — Лорд Поттер?       — Лорд Поттер-Блэк к вашим услугам, лорд Малфой, — снова кивнул Гарри, едва сдерживая улыбку от удивления на лицах мужчин.       — Даже так? — приподнял бровь Снейп в своём фирменном стиле, очень быстро справившись с удивлением. — Когда успели?       — Да вот этим летом, — улыбнулся Гарри. — Но я был бы очень признателен, если об этом вы никому не будете сообщать. О том, что я принял титул, знает очень ограниченный круг людей и гоблинов. И я хотел бы, чтобы пока так и оставалось.       — Что, даже директор не удостоился чести узнать ваш секрет? — в своём стиле съехидничал Снейп.       — Собственно, ради того, чтобы он не узнал, я и храню эту тайну.       Оба мужчины переглянулись в удивлении, но ничего по этому поводу не сказали.       — Проходите, лорд Поттер-Блэк, присаживайтесь, — проявил гостеприимство профессор.       — Спасибо, — кивнул Гарри, присаживаясь в кресло рядом с Малфоем. Профессор разместился на диване.       — Мистер П… — начал Малфой, но тут же исправился, — лорд Поттер-Блэк, мы пригласили вас для того, чтобы прояснить некоторые детали вашего разговора с Драко.       — Всё, что могу, я расскажу вам, но как я уже говорил вашему сыну, в этом деле не один я замешан, и я также связан клятвой.       — Хорошо, мы учтём это, — кивнул теперь уже Снейп. — Итак, мистер…       — Профессор, не утруждайтесь, я знаю, что вам более привычно обращаться ко мне «мистер Поттер», и не возражаю против такого обращения.       — Мне действительно так удобнее, — кивнул Снейп, — но сегодня мы встречаемся не как профессор и его ученик, а как официальные лица. Так что прошу прощения за мою невнимательность, лорд Поттер-Блэк.       Гарри снова кивнул, давая понять, что извинения приняты. Ох, как же это раздражает. Они уже пять минут плетут кружева из высокопарных слов, а к сути даже не приблизились.       — Лорд Поттер-Блэк, в разговоре с моим сыном вы упомянули слово «лич» относительно одного человека. Прошу не называть его имя ни в каком из вариантов. Надеюсь, вы понимаете почему, — кивнул на своё предплечье лорд Малфой.       — Да, лорд Малфой, я прекрасно всё понимаю и не буду произносить ни одно из его имён.       — Потом вы передали эту книгу, — Люциус положил книгу Ориона Блэка на столик.       — Именно так.       — Тут не хватает одного звена: почему вы связали тему этой книги с известным вам человеком.       — Я расскажу только после стандартной клятвы о неразглашении до того момента, пока я не разрешу. Готов принести ответную клятву, что всё, что я услышу от вас, тоже сохраню в тайне.       — Это разумно, лорд Поттер-Блэк.       Первым принёс клятву Малфой, а Снейп засвидетельствовал, потом Гарри, а потом открылся ещё один секрет — Снейп-то оказался тоже лордом. А конкретно лордом Принц. Теперь в голове у парня сложились все составляющие, и он понял, что профессор Слагхорн предложил ему учебник по зельям профессора Снейпа. То-то он всё думал, откуда ему знаком этот почерк. Когда Гарри читал комментарии, ему казалось, что ещё одна фраза, и он угадает, кто когда-то был хозяином учебника, — настолько узнаваемым был стиль изложения книжных пометок.       — Ну вот, теперь можно и поговорить, — улыбнулся своей фирменной улыбкой Поттер. — Этим летом в ритуальном зале Блэков обнаружилось, что в моей голове присутствует осколок чужой души, к тому же он паразитирует на моей магии и мечтает завладеть моим телом. Магия Рода Блэк помогла избавиться от этого осколка. Потом я поговорил с портретом леди Блэк, и она предположила, что это может быть крестраж. Прочтя эту книгу, — Гарри кивнул на фолиант на столике, — и вспомнив события второго курса, я убедился, что так и есть.       — А что было на втором курсе? — спросил Малфой.       — Василиск, — подсказал Поттер.       — Какой василиск? — не понял намёка мужчина.       — Что значит «какой василиск»? — теперь уже не понял Гарри. — Лорд Малфой, вам что, память стёрли?       — Объяснитесь, лорд Поттер-Блэк, — жестко и угрожающе ответил лорд Малфой.       — Простите, лорд Малфой, я ни в коей мере не хотел вас оскорбить. Но вы разве не помните события нашего второго курса: Тайную комнату, ужас подземелий, дневник Т… — Гарри сам себя оборвал, вспомнив, что нельзя упоминать имя Тома Реддла, — дневник обсуждаемого нами мага…       — Очень интересно, — вклинился в разговор профессор. — Упоминания о Тайной комнате, окаменевшие студенты — это мы помним, конечно. Но, кажется, лорд Малфой, мы владеем не всей информацией. О каком дневнике и о каком ужасе подземелий идёт речь?       Гарри был просто шокирован этим заявлением Снейпа. Ему даже показалось, что мужчины его разыгрывают, но они оба были чрезвычайно серьёзны и, кажется, раздражены.       — У вас есть омут памяти? Я лучше покажу, — огрызнулся Гарри, всё ещё не понимая реакции Малфоя. А судя по заявлению Снейпа, он тоже не в курсе. Но как такое может быть?       Гарри подошел к омуту и начал вытаскивать серебристые нити. Сначала эпизод, когда была найдена кошка Филча, потом окаменевшая Гермиона с запиской в руке, потом Рон, умоляющий помочь Джинни, призрак Тома Реддла, проткнутая клыком василиска тетрадь, он и лорд Малфой в кабинете директора, он освобождает Добби. Первые эпизоды Гарри специально сделал короткими, буквально по минуте, чтобы обозначить хронологию событий. Полные воспоминания он сделал только из разговора с Томом и в кабинете директора.       Вынырнули мужчины из омута явно не в себе. Переглянулись молча, кивнули друг другу, и Снейп магией притянул к себе бутылку огневиски и два стакана. Молча разлил алкоголь, и оба молча выпили.       — Что с вами?       Гарри и не подозревал, что всем известные события произведут на мужчин такое впечатление.       — Лорд Поттер-Блэк, я клянусь своей магией, что в вашем воспоминании в кабинете директора был кто угодно, но не я, — заявил Малфой. — Люмос. Нокс. И домовой эльф Добби был когда-то у меня в услужении, но за два года до вашего поступления в школу я дал ему свободу, так как он очень сильно провинился, чтобы позволять ему и дальше служить мне, но недостаточно, чтобы лишать его жизни.       — Как интересно! — удивился Гарри. — Кто же это мог быть?       — Это мы выясним. Меня вот что интересует — как вам удалось справиться с василиском? И где он сейчас? — спросил Снейп.       — Там же, где я его оставил — в Тайной комнате.       — Вы знаете, где Тайная комната?       — Лорд Принц, я уже ничего не понимаю. Вы же были в Хогвартсе, когда все эти события происходили. Разве вы не знаете?       — Похоже, директор рассказал нам совершенно другую историю, так как я действительно впервые слышу, что вы сражались с василиском в Тайной комнате.       — И что рассказал директор?       — Что окаменевали ученики из-за темномагического артефакта, который попал в руки Джинни Уизли, он заставлял девушку писать эти послания краской, а потом на вас напал профессор Локхарт. Вы были ранены, но Фоукс вас излечил.       — И никто не знал о василиске?       — Нет. Кроме разговоров об ужасе Тайной комнаты, никто ничего не знал.       — Но как же? Мы с Роном и Гермионой… Похоже, Дамблдор наложил на нас какие-то чары, так как я только сейчас понял, что ни с кем, кроме Рона и Гермионы, не обсуждал василиска. А Джинни ничего не помнила. То есть выходит, что никто не знает?       — Никто.       — Лорд Поттер-Блэк, — обратился Снейп к Гарри. — Мы собрались здесь по совсем другому поводу, но как я вижу, события второго курса очень тесно повязаны с нашей темой. И разговор предстоит долгий, а через пятнадцать минут ужин. Вы можете оставить нам более полные воспоминания о василиске и вашем разговоре с директором после? Мы с лордом Малфоем ознакомимся, а после ужина вы вернётесь сюда и мы продолжим разговор.       — Хорошо, лорд Принц.       Гарри опустил в омут памяти ещё несколько нитей воспоминаний и вышел из кабинета Снейпа. Но перед тем, как зайти в Большой зал, снова переоделся в свою повседневную одежду. Осторожность и ещё раз осторожность! Нельзя давать ни малейшего повода ни Рону, ни тем более директору следить за ним более тщательно, чем они это делают сейчас.