Мы

Задумка сходить в дом ужасов была шикарной. Разбавить скучные будни чем-то страшным, кажется, лучшее, что они придумывали за последнее время. Собрались быстро - очень хотелось покричать от страха. И вот, стоят перед старым зданием, смотря на реалистично выполненные декорации. Сначала было весело. Когда противный женский голос тянет из динамиков, что они попали в убийственную игру, из которой живым выйдет лишь один, Нагито лишь пожимает плечами и улыбается Хаджиме. Оба весело хихикают и бегут по лабиринту, желая найти в вход первыми о заполучить долгожданную победу. Бегут, смеясь, пока не встречают в одном из тупиков клона, вырезающего глаз юной красноволосой девушке с фотоаппаратом в руках под ее же крики. Пока он занимается, бесспорно, интересным для него делом два подростка лишь стоят, уткнувшись взглядом в спину убийце. Первым действует Хаджиме - судорожно хватает за руку и, громко шлепая ногами, бежит дальше. По пути им ещё пару раз встретятся неприятные картины: двух девушек душат веревкой. Одна из них, кажется, без сознания, вторая, с длинными белыми хвостами, замечает парней и тянет руку к ним, безмолвно моля о помощи. Нагито рвется к умирающим, тем не менее, сильные руки дёргают обратно и Комаэда устремляется дальше со слезами на глазах. Дальше по пути весьма толстому юноше в белом изысканном одеянии вспарывают живот тесаком, заливая все вокруг кровью, но они лишь бегут, бегут и бегут. Пару раз встречают тупик, страшно, но разворачиваются и мчатся дальше. Сколько раз разные люди в чудных костюмах стреляли в них, кидались ножами, ждали за углами, но они лишь бежали. Когда из экранов раздается вновь надоевший голос, объявляющий об оставшихся в живых лишь пяти человек из пятнадцати, Комаэде страшно. Хината только сильнее сжимает руку. Кажется, скоро треснет. Однако, интересно, что первое треснет, рука Нагито или смелость Хаджиме? Блондин надеется, что первый вариант. Они уже давно не бегут, а медленно шагают. Устали. Приловчились уже отбивать атаки сумасшедших клоунов и ковбоев, больше походящих на зомби.

***

Когда по динамикам опять болтают об умерших, оказывается, что в живых только трое. Нагито ужасается. Всего три человека?...Он, Хината и?... Они вновь останавливаются. Перед глазами лежит беловолосая девушка в костюме, чем-то больше напоминающем платье принцессы с торчащими изо рта и лба копьями, разорвавшими ей лицо. С конца одного стремительно стекает капелька прямо в глаз мёртвой. Двое?... Нагито медленно поворачивает голову к брюнету, шепча заветное "Хаджиме". Кто же из них должен умереть? За спиной Хинаты стоит очередной клоун, направляющий нож тому в затылок. Комаэда нервным и уже заученным за четыре часа движением отталкивает костюмированного и выхватывает орудие у того из рук, чтобы в следующий момент самому воткнуть его в грудь Хаджиме. С губ любимого срывается "Нагито, ты...",.однако, второй тесак, направленный ему в сердце не даёт договорить фразу. Жизнь навсегда угасает в глазах Хинаты. Конечно, жить должен Комаэда. Так ведь? Он же счастливчик, выживший, удачливый, все, что угодно. Пока из динамиков раздаются оглушительные хлопки и громкий смех ведущего, Нагито лишь смотрит, как стены опускаются и образовывается проход к выходу. Пока Комаэда идёт к "победе", противный голос рассказывает ему, что "она" уже хотела отпустить из двоих, "но ты выбрал все сам, гребаный предатель". Зато жив.