Amaterasu

5 лет назад Скрипнувшая железная дверь оповещала ученого, что кто-то соизволил посетить его тайный обитель. Тот оторвался от перемешивания составов разноцветных колб, недовольно облизнулся и повернулся к гостю. На пороге стояла пышногрудая новоиспеченная Хокаге, издавая агрессивную ауру. Давняя подруга Орочимару явно была недовольна проделками бывшего коллеги и, недовольно цокнув языком, направилась к нему. — Чем обязан, Хокаге-сама? — ядовитая улыбка расползлась по лицу, открывая взору ровный ряд белоснежных зубов, напоминающие пилы. — Ты должен понимать, что твоя деятельность нелегальна, — дама прошлась вдоль ряда активированных инкубаторов, которые, к счастью, были пока что пусты. — И я должна перекрыть твою лавочку. Как честный Хокаге. Мужчина сорвался с места и вмиг оказался возле Цунаде, которая продолжала окидывать его презрительным взглядом. Длинные бледноватые пальцы коснулись румяной кожи женщины, проводя острым ногтем вдоль скулы. Змеиные глаза всматривались в омут карих, пытаясь найти скрываемую истину, которая покрыта хладнокровием и непробиваемой защитой. — К чему ты ведёшь, Цунаде? — прошипел Орочимару, продолжая поглаживать омоложенную кожу. — Я думаю, мы можем договориться, — стойко выпалила Цунаде, поджимая губы. — Ты все та же капризная девчонка, Цуна. Мне это нравилось, — длинный язык плавной волной выполз изо рта и очертил контур лица бедной женщины. Цунаде продолжала смотреть на Орочимару с тем же хладнокровием, что и раньше, но барьер стал подавать трещину, в виде вздрогнувшего тела. — Что ты можешь предложить мне взамен, Орочимару? — Цунаде обошла ученого и оказалась у него за спиной, продолжая вглядываться в инкубаторы, представляя, что здесь могло быть ранее. — А что же взамен получу я? — улыбка продолжала сверкать на шершавой коже, но выглядела уже не так невинно как ранее. Глаза приобрели более хищный взгляд, а длинный язык будто стал острее. — А что тебе нужно? Гарант того, что ты можешь проводить свои варварские эксперименты и наличие нейтралитета недостаточны для тебя?! — Цунаде сжала кулаки, сдерживая подступивший приступ гнева. — Ты пришла сюда не просто так. Тишина окутала комнату, оставляя владение лишь звонким звукам капающей воды. Громко циркулировала вода в работающем инкубаторе, напрягая хокаге до стиснутых зубов. Орочимару был хитёр и проницателен, от его зорких глаз не могли скрыться ни одна крупинка лжи и ни одна капля недосказанности. — Ты знаешь, какое время грядёт, — признав поражение, поникнувшим голосом прошептала Сенджу. — Я слышал о постановлении. Альянс позволяет себе слишком много, — сквозь зубы проговорил Орочимару, не скрывая раздражения. — Альянс обязал всех ниндзя-медиков и ниндзя, знающих техники запечатывания, участвовать в этом. — Что же ты хочешь? — Я хочу сделать обратный ход. Хочу, чтобы у кого-нибудь была возможность знать правду. У кого-нибудь достойного, как... — Как Наруто Узумаки, верно? — Да. — Что ж, я согласен. Но не забывай про твою часть сделки, Цуна, — мужчина хитро прищурился, складывая руки в замок. — Что я должна сделать? — Мне нужны ДНК Наруто Узумаки и Учихи Саске.

***

Хокаге с опаской вглядывалась в глубь тёмного коридора. Светодиодные ленты, закреплённые по углам стен, едва помигивали, издавая неприятный искристый звук. Послышались приближающиеся шаги, заставляя Цунаде выпрямиться и нервозно поёжиться. Из вязкой тьмы вырисовалось вытянутое лицо, окутанное длинными локонами. Орочимару выглядел довольным, держа в руках массивную шкатулку и после того, как он увидел Цунаде, скользкая улыбка обнаружилась на его лице. — Хокаге-сама, — мужчина протянул своё творение к женщине, позволяя оценить, — я немного увлёкся и сделал нечто большее, чем просто обратный билет. Цунаде вскинула брови и вновь взглянула на протянутую шкатулку, забирая её у ученого. — Что ты подразумеваешь под этим? — взгляд карих глаз прояснился, но все также источал недоверие. — Сами взгляните. В тот день она впервые увидела их. Два аккуратных кулона, с острыми углами и настолько одинаковым и одновременно разными значениями размещались на бархатной подстилке, приковывая взгляд. — Почему их два? — Они имеют очень тесную связь между собой. Хочу похвастаться, но я никогда ранее не достигал такого синхрона! Они будто созданы друг для друга! Это точно на молекулярном уровне, даже больше. — Но мы планировали только один кулон для Наруто, что мне делать со вторым? — О, дорогая Цунаде, второй кулон не может быть без первого, как и первый без второго. Это как человек без головы, понимаешь? — Орочимару, ближе к делу. — Я говорил про молекулярный уровень. Действия и импульсы одного кулона воздействуют на частицы другого, тем самым вызывая разрушение запечатывающих техник. Времени было мало, я не смог проверить на иные побочные эффекты, но то, что они снимают печать забвения, то это гарантированно. — Это может иметь побочные эффекты? — Конечно, эта техника одна из сложнейших и вы думаете, Цунаде-сама, что это не найдёт своё отражение на психике? — Хорошо, Орочимару, — женщина закрыла ларец и взглянула на ученого, который не переставал вглядываться в своё изобретение, явно гордый собой.— Мне нужно просто чтобы кулон находился на обладателе? — Это безусловно, но второй кулон должен находиться поблизости, — Орочимару свёл брови на переносице, задумавшись. — Пока что заряда кулонов хватает на то, чтобы держать их порознь. Но после от них будет не больше толку чем от креста на шее. Цунаде украдкой кивнула, развернулась и направилась в выходу. Процесс запечатывания должен произойти спустя месяц. А пока что кулоны, набираясь сил, находились под присмотром хокаге, ожидая, когда же их владельцы наконец-то внесут в них свою чакру, скрывшуюся в недрах тела.

***

Настоящее время. В заполненном зале воздух словно наполнился цинком. Каждый совершённый неравномерный вздох звучал тяжелее предыдущего, а несколько хладнокровных пар глаз устремились в одну сторону кабинета. Не теряя самообладание под нахлынувшей волной осуждения, Цунаде, Каге Конохи, сидела раскрепощённо и ответно всматривалась в хищные взгляды. Стены вздрогнули, когда тяжёлый бас разломал тишину пополам. — Какой же вы Хокаге, Цунаде?! — сжатые мышцы на руке дрогнули, пытаясь сдержать неконтролируемый удар, но издаваемая чакрой волна создала трещину на гладкой деревянной поверхности. — Райкаге, — девушка с миловидным лицом строго взглянула на лидера Скрытого Облака, а затем обернулась к Цунаде. — Мы хотим сказать, Хокаге-сама, что вы завели ситуацию в тупик. Это очень безрассудное решение для тех, кто занимает данный пост. Цунаде ухмыльнулась, раздраженно поведя бровью. Райкаге, увидев ответную реакцию, сильнее сжал кулаки, бормоча что-то под нос. Все наблюдающие с жадным взором впивались в безмолвную перепалку, ожидая заключения. — Самым здравым решением, — продолжила Мизукаге, нервно постукивая ногтями по столу, — будет возобновить печати. Решение единогласно и вы, Цунаде, не имеете права перечить.

***

В голове дребезжало и искрило, будто маленькие молоточки вдалбливались в висок и создавали вибрацию. Наруто казалось словно мир дрожит, колыхается, но на самом деле это его обеспокоенная грудная клетка вырывалась из груди. В горле неприятно пересохло, придавая глотанию острых ощущений, глаза слипались. Прошло пару минут перед тем как Узумаки набрался сил и сумел открыть глаза. К болям в костях и сбитому дыханию прибавился знакомый жар, несмотря на то, что для Наруто он стал как родной, приятным он от этого не становился. Сделав пару попыток приподнять туловище, мышцы ныли и не поддавались стараниям. Резкий толчок в голову образумил парня. Мысли, нескончаемой линией проносились перед глазами, доводя до пика боли. Перед ним красным шлейфом пронеслась девушка, задорно хихикая, и крепко сжимая руку блондина. Её улыбка ослепляла, а смех заставлял зарождаться тепло внутри. Пылающий свет сменялся на тёмный, закутывая Узумаки в свой омут. После общения с Саске тьма перестала устрашать, доставляла уют, ведь сам Учиха ассоциировался у Наруто с чернотой, но не доставляя отрицательных эмоций. Бледное лицо с острыми контурами приближалось. Его кошмар возродился наяву. Те самые, наполненные кровью, глаза смотрели на него безобразно жадно, как на жертву. Силуэт вырисовывался чётче, обличая худощавую мускулатуру и гордую ухмылку. — Саске! — вырвалось из уст Узумаки, пока его тело было передано конвульсиям. — Узумаки? Ты чего? — голос доносился откуда-то снизу, заставляя Наруто ещё раз убедиться, что тот сходит с ума. Но все сомнения развеялись сразу после того как тонкие руки обвили талию блондина, прижимая к тёплому телу. — Саске? Это ты? — с дрожью в голосе произнёс Наруто, кладя свои руки на прижавшиеся к нему кисти. — Мне кажется, я вспомнил, я... — голос вечно холодного Учихи звучал непривычно неуверенно и, пытаясь скрыть это, он уткнулся лицом в загорелую шею Узумаки, вдыхая сладкий аромат. — Что ты вспомнил? Что, Саске? — обеспокоенный блондин заерзал, совершая попытки повернуться к брюнету лицом. Неокрепшие руки дрогнули в тот момент, когда Узумаки навис над Учихой, который постоянно отводил взгляд от изучающих голубых глаз. Тело блондина рухнуло на хрупкое бледное, утыкая лицо к лицу. — Саске... — прошептал Наруто в тонкую линию губ, даже не осознавая катастрофичную близость между ними. В тот момент Учиха взглянул на него, но не просто поверхностным взглядом. Этот взгляд был опечален, его выдавала маленькая белая искорка возле зрачка, которая сверкнула, взглянув в лазурный океан глаз. Саске мягко улыбнулся, заставляя Наруто впасть в ступор, а затем дрожащими пальцами дотронулся до золотистого локона, который выпал из-за уха. Блондин смотрел на Саске не без удивления, непонимание издавала каждая часть его тела, но сомнения в содеянном даже не проскакивали. — Думаешь, что-нибудь изменилось спустя два месяца? — проговорил Саске, наматывая пшеничную полосу на палец. — А? Что? — парень недоуменно уставился на сокращающего расстояние Учиху. Золотистый волос послужил их красной нитью судьбы, смыкая две пары губ воедино. Саске целовал жадно, покусывая пухлую нижнюю губу, изредка издавая гортанный стон. Он не хотел признавать себе, что больше чем повторения того случая в парке, он не желал. Но руки, цепко цепляющиеся за ярко-оранжевую майку Наруто и прижимающие к своему телу, выдавали его тайное желание. Смакуя губы, он провёл языком по шершавой коже и впитал ту пряность, о которой бредил каждую ночь. На твёрдой больничной койке, когда луна освещала единственный угол его комнаты, он невольно облизывал губы, ожидая вспомнить знакомый сладкий вкус. А затем разочарованно вздыхал, ощущая лишь горечь таблеток. Ощущалась едва заметная ухмылка на бронзовом лице, Саске прижал парня сильнее, чувствуя разливающийся по его телу жар и возбуждение. Холодные коварные пальцы Наруто прокрались под майку, аккуратно очерчивая линию рёбер, поднимаясь выше. Саске забылся на миг, тяжело вздохнул и вновь принялся терзать желанные губы. Харуно и рядом не стояла с обветренными, но настолько страстными губами Узумаки. Ничтожный приторный аромат клубничной гигиеничной помады раздражал парня и после каждого смыкания губ, он брезгливо вытирал их тыльной стороной руки. Наруто время не терял и, посчитав каждое выпирающее ребрышко, дотронулся до соска, который давно жаждал внимания. Блондин оторвался от поцелуя и наклонился к бледной шее, впиваясь в неё и оставляя кровавый подтёк. Учиха лишь тихо постанывал от обрушившегося вожделения, затуманившего голову. — Саске, — прошептал Наруто, вернувшись обратно к губам, и примыкая к ним с новой страстью. Перед глазами всё плыло, окутавшись дымкой. Только животные инстинкты и давно скрывшиеся желания руководили блудным телом. Рука Узумаки спустилась по натянутому торсу, ощущая томные выдохи, она прижалась к паху брюнета, чувствуя не на шутку разыгравшееся возбуждение. Ещё один томный стон Саске и Наруто казалось, что тот кончит на месте и он разом с ним. — Нам нужно остановиться... Наруто... — едва дыша проговорил Саске, накрыв шальную руку блондина своей. Тот лишь ошарашено взглянул на него, но перечить не стал. Резко встав на ноги, Наруто провёл рукой по волосам, чувствуя накопившуюся влажность. Тело всё трясло, но на этот раз не от боли, а возбуждения, которое, между прочим, было не снято. В низу живота давило, доставляя дискомфорт, и Наруто разочарованно выдохнул. Ему хотелось что-то сказать и сказать было что. Но пересохшее горло и круги перед глазами мешали сформулировать мысль, оставляя только возможность впиваться презирающим взглядом в Учиху, который лёжа на полу часто дышал, держась за голову. — Что здесь произошло? — возникший невесть откуда голос Какаши заставил тело вытянуться по струнке, а по щеке покатиться пару бисеринок пота. Саске хмыкнул и попытался встать, опираясь об стену. Наруто в силу своей гордости и, возможно, долю обиды решил не помогать однокласснику и предпочёл стоять в сторонке. — Тебе придётся объясниться, Какаши, — глаза вновь налились холоднокровием, а на лице образовалась маска безразличия. Наруто вздрогнул от такой перемены, вспоминая недавно прижимающегося к нему и целующего его губы Учиху. — Вы идёте за мной. Живо, — голос звучал обеспокоено, несмотря на старания Хатаке звучать хладнокровно. — Сначала ты объяснишь всю эту чертовщину! — Саске сорвался с места, собираясь впечатать опекуна в стенку, но тот резко отпрянул и оказался в другом конце комнаты, вызывая недоумение со стороны Узумаки. — Идёте за мной. Прямо. Сейчас, — он вышел из комнаты, не ожидая, что те двинуться за ним. Но Наруто совершил пару неуверенных шагов и взглянул на Саске, украдкой кивая и намекая, что нужно идти. Учиха раздраженно взглянул на Наруто и, поджав губы, поспешил выйти из комнаты, не желая оставаться с Узумаки наедине. Наруто не подавал вида, что поведение Учихи его как-либо задело, но в душе боль вопила и гудела, вновь заставляя зажжённый фитилёк гаснуть, оставляя Наруто в холодном и одиноком мире. Блондин даже усмехнулся своим мыслям, осознание того, что он печётся о нестабильной психике Учихи больше, чем о том, куда их сейчас ведут, наталкивает на мысль пройти обследования. Или просто игнорировать существование Саске. Второй вариант звучит экономнее.

***

За длинным столом располагались пять влиятельных персон. Каждый пытался выражать нейтралитет к новоприбывшим, которые совершенно не понимали куда попали. Наруто вышел вперёд и, вглядываясь в нахмуренные лица, он обнаружил Цунаде, которая виновато опустила голову вниз. Сердце пропустило удар, а в ушах зазвенело. — Саске, Наруто, — Мизукаге встала и приветливо улыбнулась, но на лице читалось напряжение, — вы знаете зачем вы здесь? — Ну конечно знаем, нам же всю дорогу объясняли, — буркнул Саске и покосился в сторону Какаши. — Что ж, — удар кулаков об стол. — Вы лишь жертвы обстоятельств, но незнание не освобождает от отвественности! — Райкаге свирепствовал, а глаза его наполнялись пламенем. Узумаки перевёл взгляд с разбушевавшегося мужчины в другой конец зала и увидел парня, задумчиво вглядывающегося в него, с красными волосами и бледной кожей. Он выглядел молодо на фоне всех остальных, но в глазах его читалась опытность и своего рода мудрость. Наруто смущенно отвёл взгляд и вновь уставился на мужчину, который продолжал что-то тараторить с явным возмущением. — Райкаге! — женщина ринулась к нему и сложила руки в странном жесте. — Если вы сейчас не прекратите, то окажетесь под слоем магмы! — Да как ты!.. Тот загадочный парень вышел из-за стола и свирепо взглянул на коллег: — Мизукаге, Райкаге, не стоит относиться к нашим гостям так бестактно, — тихий, но уверенный голос разрезал воздух, заставляя остальных напрячься. — Пожалуй, мне стоит все обьяснить. Раз Цунаде отстранена от ставки каге... — старый мужчина, довольно маленького роста, нахмурился, вглядываясь куда-то за прибывших. — Бабуля Цунаде?! — Наруто опешил и ошарашено взглянул на Цунаде, которая за все прибывание ни разу не подняла глаз. — Наруто, веди себя прилично, — прошептал Какаши, дергая того за рукав. — Начнём с того, что у вас появились ведения? Или галлюцинации? — старик почесал бороду и, прищурившись, взглянул на Саске, который вовсе не принимал во внимание происходящее. — Это сложно назвать ведениями или галлюцинациями, но это, чего раньше не было и... — К чему вы клоните, Цучикаге? — перебил Саске. Все в зале начали перешёптываться и только один Наруто не сразу понял почему началось бурное обсуждение. — О, Саске, память реабилитировалась? — Не совсем, но ваши лица я помню. Особенно твоё, — парень указал в сторону красноволосого, который после этих слов усмехнулся, и откинулся на спинку кресла. — Саске? — блондин вздернул брови, но после сразу отвернулся, вспоминая ситуацию, которая произошла между ними. — Тогда ты должен понять, что мы собираемся делать. — Обратно завербовать нашу память? О, да, я понял, — огрызнулся Саске, продолжая сверлить взглядом Казекаге, который казался совершенно спокойным и равнодушным. — У меня есть предложение, — Гаара прервал их зрительный контакт и взглянул на Цунаде. — Мы же совсем не понимаем с чем имеем дело, так? Мы просто бежим от неизвестности, — по рядам вновь прошлось бурное обсуждение и недовольство, вызванное словами молодого лидера. — Предлагаю дать им шанс. Шанс, существовать в этом мире и не навредить. — Да что ты мелешь, щенок?! Ты правишь столько, сколько листьев на опалом дереве! Гаара тихо вздохнул, сдерживая хладнокровие, и продолжил: — Сколько вы знаете о технике запечатывания? Сколько знаете о тех кулонах, которые создал Орочимару-сама? — в ответ на реплику была тишина и задумчивые взгляды Каге. — Кстати о кулонах, где они? — оживилась Цунаде, начиная рассматривать Наруто на наличие кулона. — Сначала вы расскажете, что нам делать, — остановил Саске Наруто, который уже было хотел сказать, что вероятнее всего от кулонов остался лишь порошок. — Я предлагаю открыть им вход в архивы, — вновь Райкаге привстал, собираясь налететь на Гаару, но тот продолжил. — Дадим им три дня, если они управятся и узнают хоть что-то, что сможет убедить нас в том, что наше будущее и будущее мира шиноби в безопастности, то смогут спокойной существовать с половинчатой памятью. — Да они же двое!... — Райкаге, прошу вас, — внезапно для всех Цунаде встала на колени, преклоняясь перед невозмутимым лидером Облака. — Дайте мальчикам шанс. — Цунаде... — Поставьте Хатаке Какаши Хокаге, меня отстраните, но прошу, — хрупкие плечи вздрагивали. — Отпустите их. Наруто, глядя на эту картину, хотел подойти к Цунаде и поднять её, наорать, что та жертвует своим статусом ради какого-то оболтуса. Ради того, чтобы Наруто помнил кто он такой, чтобы Наруто вспомнил кем он был. На плечо легла тяжелая рука, обернувшись, он увидел Какаши, который не отрывался от душераздирающей картины. — Даю три дня.

***

Солнце заходило за горизонт, опуская свои слабые лучи на дорогу. На душе было тревожно как никогда ранее. Несколько часов пути и пять часов молчания. Всю дорогу их сопровождали тяжелые вздохи и свободные выдохи. Они не знали, что их ждёт. Они не знали кто. Видели лишь прямую дорогу, конца которой они не могли представить. Секретные архивы Конохи находились далеко за её пределами, добавляя проблем в виде лишней траты времени. Первый день уже начался. И чем дольше они будут идти, тем быстрее в голове Саске начнёт формироваться приоритет давних времён, тем меньше будет оставаться здравого рассудка. Луна сменила солнце. Отсчёт пошёл.