Amaterasu

Деревья расплывались на горизонте, превращаясь в сплошное небо. Тихие шаги во время всего пути даже не думали ускоряться, раздавалось недовольное шарканье. Наруто никогда не переполняли столь противоречивые эмоции: поцеловать и оттолкнуть, обнять и вмазать его в ближайший ствол. Последовал недовольный вздох, но Саске едва обратил на это внимание: слишком сосредоточен. Голова блондина вращалась по всей оси; попытки рассмотреть каждый камешек и кустик отвлекали парня от смутных мыслей. «Печать... Ни Саске, ни Какаши-сан не объяснили мне о чем шла речь. Да, я вспоминаю что-то, но это разве плохо?», — прозвучал подавленный внутренний голос Наруто. «Конечно это плохо, глупец, ведь печать была поставлена не просто так», — Узумаки опешил, совсем позабыв о своём «втором я», он совершенно расслабился. «Ты...?!» «Слушай сюда, не глупи, уяснил? — прорычал он. — Идёшь за Учихой и находишь всё, что тебе нужно. Если вы не обнаружите действительно что-то важное, то просто бегите», — в конце даже голос звучал опустошенно, словно это уже произошло. «Бежать?!» «Бежать» Наруто вздрогнул и резко покачал головой. Это не может быть правдой. Только позавчера он радовался началу выходных, а сейчас он идёт в неизвестность. В неизвестность с Учихой. Учихой, который ему стал близок. Нет. Учиха, который бесит его, человек-глыба, да, однозначно. Под вечер ноги шли повинуясь недавно отработанной привычке, изредка спотыкались об выпирающие камешки. Узумаки перестал оглядываться по сторонам и стал смотреть только вперёд, лишь иногда вглядываясь в синее полотно, покрытое сверкающими звёздами. Сонливость постепенно начинала накрывать, и характерное зевание раздавалось с интервалом в пять минут. Учиха же казался непоколебимым; за всю дорогу он раз взглянул на Наруто и то, чтобы предостеречь о том, что они сворачивают на другую тропу, но и это воодушевило блондина, заговорил же. Узумаки подумывал сделать привал, но никак не мог озвучить мысль вслух: холодный вид Саске пугал его, но и сам он не хотел подавать вида, что совсем вымотан. — Сас... — произнёс Наруто, но был прерван сильным толчком в сторону. Повалившись на землю и почувствовав тяжесть чужого тела, он стал чертыхаться и отпихивать приземлившуюся плоть от себя. — Тупой теме! Что ты вытворяешь?! Не трогай меня! — вспыхнул блондин, продолжая толкать Учиху, который лишь злобно взглянул на него. — Заткнись! За нами кто-то шёл, — спокойно прошептал Саске, продолжая оглядываться по сторонам. — Слезь с меня, Учиха! Убери своё тело от меня! Саске замер, медленно поворачивая голову к Наруто. Узумаки вздрогнул и замолк, но продолжал сосредотачивать злобу и негодование на брюнете. На бледном лице начала появляться коварная улыбка, от чего Наруто впал ещё больший ступор. — Ты тупой? Слезь с меня! — Так вот почему, — прошептал Саске, наклоняясь ближе к Наруто, — ты что, обижен на мой отказ? А, малыш Наруто? Бронзовая кожа блондина превратилась в багровый, он отвёл взгляд и стал бубнить что-то невнятное. — Ты хотел меня, да, Наруто? — подобравшись ближе к уху, пропел Учиха, — Не привык к отказам? Наверное, Хьюга хорошо поработал над тобой. Саске отлетел в сторону, ощущая тяжелый след от удара на своём лице. Адреналин наполнил все внутренности, заставляя руки подрагивать от разгулявшейся интриги. Внутри пекло и жгло, особенно руки, руки, которыми он бы коснулся покрасневшей щеки Наруто, а затем ударил, чтобы тот отлетел к дереву. Узумаки бы лежал без сознания, распластанный по земле. Но Учиха понимал, что это всего лишь его мысли, на деле же Наруто ответил бы с большей силой, крича что-то яростное в ответ. — Ты грёбанный ублюдок! — раздался вопль Наруто из-за спины. — Это ты меня ударил или я что-то путаю? — съязвил Саске, оборачиваясь. — Я. — Это означает лишь то, что слова, сказанные мной, правда. В лицо дунул сильный ветер. Ночь была прохладной, а приятной её делала лишь убывающая матовая луна, украшающая небо. Блондин быстро сорвался с места, настигая Саске и заваливая его на землю. Горячее дыхание обжигало кожу, а темные глаза будто впутывали в свой омут. Наруто приподнял руку, чтобы нанести очередной удар, но.. Круглая оболочка стал меняться, линия радужки стала вальсировать, изменяя форму. Глаз вновь налился красным, но с несколькими отличиями. Теперь раньше пугающая пара глаз смотрела на него в совсем ином облике, содержа в себе различного рода узоры, которые проталкивали в себя. В горле пересохло, но к счастью дрожь спала. Все, что хотелось в тот момент это вглядываться в загадочные зрачки, которые гипнотизировали, манили. Манили такого глупого Наруто, пока тот вовсе не утонул в них.

***

Мир вокруг расцветал. Из тьмы начинали прорисовываться детали, переходя в более мягкие и плавные линии, а затем и вовсе приобрело изображение леса. На небе начали одна за одной появляться светящиеся точки, а позже и луна. Наруто стоял посреди такого пустого и наполненного мира. Снаружи все обволакивало его суть, но внутри бушевала пустота. Из-за появившихся слез он видел всё расплывчато, в блеклом омуте. — Какого чёрта? — прошипел блондин, вытирая ладонью влагу на щеке. — Я не знаю, но мы не в реальности, — голос Саске звучал повсюду, окружая парня. Было сложно сконцентрироваться на этом низком голосе, который доносился из каждого уголка. — Выпусти меня, Учиха, — сказал Наруто, сосредотачиваясь на силуэте напротив. — Если бы знал как. — Ты тварь! — закричал негодующий парень и налетел на Учиху с кулаками, нещадно ударяя того в грудь. — Наруто, перестань, — прошептал Саске, никак не реагируя на удары блондина. Тот опешил ещё сильнее и стал увеличивать амплитуду рывков. — Выпусти меня! — удар в плечо. — Я хочу уйти! Я хочу забыть! Пускай они позволят мне забыться! — голос сорвался на крик, а руки обмякли, переставая совершать удары. — Ты хочешь забыть? — Да! Всё к чертям собачьим! И тебя, Учиху, в первую очередь! — Наруто тыкнул пальцем ему в грудь, смотря на него враждебным взглядом. — Почему же, Наруто? Тебе нравится жить во лжи? Узумаки замолк. Он присел на землю, опустил голову и стукнул кулаком об землю, истошно зарыдав. Лицо пропускало тонкие паутины слёз, свешивающиеся с подбородка и падающие на несуществующую почву. — Во лжи было жить легче. Легче было тебя не любить. Блондин уткнулся лицом в ладони, в попытке забыться о том, что сказал секунду назад. Решение сделано: он вернётся обратно и даже не вспомнит об этом. Не вспомнит о Саске. А это было больнее всего. Так сложно в разуме складывался пазл о том, что его судьба больше не переплетётся с отстранённым взглядом, что он не сможет его коснуться даже так в невзначай, что просто Учихи Саске не будет существовать. Как и Наруто для него. — Думаешь легче? — Саске присел рядом и томно вздохнул, поднимая глаза к небу. — Ты сейчас находишься в своём подсознании, в другом мире и тебе легче? — Проблема не в мире, Саске. — Ты думаешь, Наруто, что если сотрёшь память, память обо мне, о своём прошлом—это всё? Я исчезну с лица земли, это так? Так ты себе представляешь? А теперь запоминай, — пальцы Саске оказались на подбородке Наруто и стали придвигать лицо того ближе, — когда ты забудешь меня, Наруто, на следующий день я окажусь у тебя под дверью, раздавая листовки, когда ты вновь захочешь меня забыть, я буду твоим боссом на работе, а в следующей жизни я буду тем, кто будет ухаживать за твоей могилой, пока не умру сам. Так что же, Наруто? Какую из жизней ты хочешь повторить сейчас? Наруто не ответил. Он коснулся пальцев Саске, находящиеся на его подбородке, и медленно погладил. Брюнет придвинулся ближе настолько, чтобы ощущать жар губ Узумаки, но не касаясь. Губы блондина были распахнуты, моля о желании, и Саске не мог им сопротивляться. Соприкосновение. Мокро, жадно, страстно. В мире иллюзий все казалось более реально, чем ранее. Тепло, исходящее от тел, плотно сжатые губы и, прижимающие к своему телу руки, создавали свою альтернативную реальность. Где Саске принимал любовь Наруто, где Наруто принимал сумасшествие Саске. Один к одному. Как идеально созданный в своё время ключ. Мир уходил из-под ног. Все рассыпалось на глазах, как слишком хороший сон. В груди Наруто что-то заскрежетало, зарождая панику о том, что всё это было ложью, а не наоборот. Но шершавые губы Саске, проводящие от шеи до ключицы, и холодные пальцы, касающиеся щеки, говорили об обратном. Иллюзия рассеялась, но страсть и чувства нельзя было остановить. Наруто аккуратно провёл по волосам Саске, спускаясь к плечам, а затем, поддев ворот плотной водолазки, намекнул о том, что эта вещь лишняя. Учиха оторвался от привлекательной загорелой кожи и стянул лишнее с себя. Прикусив губу, Узумаки вглядывался в бледные рельефы кожи, благородно открывшиеся перед ним. Таков соблазн перед любителями искусства—коснуться шедевра античных времён, соблазн Наруто—касаться сверкающей фарфоровой кожи без единого изъяна. Саске позволял ему это. Прижиматься влажными губами к тонкой ключице, проводить ими по рёбрам и спускаться к пупку. Азарт, с которым смотрел Наруто, заставлял Саске вздрагивать от каждого прикосновения, осознавая, что никто, кроме Узумаки, не хотел его так сильно. Не признавал его так рьяно. — Саске, прошу... — оторвавшись от истерзанных им губ, провопил Наруто. Учиха пытался не выдавать своего волнения, уверенно запуская руку через плотную резинку боксеров. Все вокруг будто переставало иметь значение, когда он касался плоти парня и слышал томный стон, подавленный возле его уха. — Наруто, я не думаю, что это лучшее место и время для этого. — Учиха, блять, — Наруто вцепился пальцами тому в плечи, опрокидывая голову, когда почувствовал вместо руки парня холодное присутствие. — Если ты ещё раз мне откажешь, если ещё раз ты меня оставишь, ты меня больше не увидишь. Никогда. Страх. Нежелание. Саске не хотел терять его, ни в этой жизни, ни в какой-либо последующей. Он бы сделал это и без шантажа или просьбы, он бы сделал это ещё давно. В противовес шли обстоятельства, складывающие их нелепые встречи, которые были не самыми благоразумными для вспышки страсти. Но когда Наруто смотрел на него с распахнутыми глазами, приоткрывал свой рот, чтобы издать очередной стон после того, как Саске растягивал его, все сомнения смывало сбивчивым звуком дыхания. Когда губы соединялись вновь и прикасались к друг другу так, словно между ними пропасть, когда пальцы переплетались в замок и тела сплетались друг с другом, мир распадался на пыль. Ничтожную пыль, которую сдувал очередной порыв ветра. — Саске... Блондин закусил губу, вглядываясь в чёрный омут глаз, наполненные похотью. Почувствовалось непривычное давление, сдавливающее живот, захотелось вскрикнуть, но Саске, войдя в него не полностью, наклонился к его губам и запечатал в поцелуй, пытаясь помочь избежать неприятные ощущения. Наруто пытался отвлечься от боли, разжигающиеся в его анусе, но с каждым размеренным толчком его попытки разрушались с громким криком. — Прости, — прошептал Саске ему на ухо, прикусывая мочку. Волна желания бушевала по всему телу, но её распространению мешала неумолкаемая боль. Саске, поигравшись с покрасневшим ухом, спустился ниже, к шее, и впился губами, при этом наращивая темп, и оказываясь глубже в желанном теле. Резкий толчок—тело пронзила волна удовольствия и Наруто прогнулся, выпуская облегчённый вздох. Вокруг все померкло и существовало только тело Саске в нем и сам Наруто, чувствовавший лишь наслаждение. Когда они оба достигли пика, Саске жадно поцеловал Наруто и притянул его к себе, крепко обнимая. Блондин слегка подрагивал от холода, проснувшегося ночью, но, прижавшись к бледному телу Учихи, окончательно заснул.

***

Озябшее тело трясло, а прохладный ветер сильнее раздражал кожу, потертую веревками. Сонно помотав головой, Наруто попытался рассмотреть окружение, но кроме расплывчатых картин, подбросанных подсознанием, он ничего не увидел. Тяжёлое дыхание рядом успокаивало, хотя бы не один. Где-то вдали слышался треск костра, в его догадки подтверждало доходящее до него опаляющее тепло. — Ты уже проснулся, — проговорил неизвестный, стягивая вокруг тела Наруто веревки. Когда осознание пришло в голову блондина, то было уже поздно—последний узел был завязан, а затёкшие руки стали неугомонно ныть. — Вы попали не на ту территорию со своим дружком. Наруто завертелся, безнадёжно пытаясь вынуть свои руки из жёстких плетений, в ответ он услышал лишь смех, а потом вновь треск костра. Все вокруг начало приобретать очертания. Лес, огромная луна и оранжевый костёр, возле которого находился чёрный силуэт с накинутым капюшоном. — Где Саске? — Вон, рядом, — рука незнакомца указала в сторону Учихи, лежавшего на земле и также связанного, но тому повезло меньше: вдобавок ему замотали глаза и тот совершенно не мог ничего видеть. — Что вам нужно? — Вы попали на мою территорию и, соотвественно, на вопросы отвечать будете тоже вы. — Нам нужно попасть в архив Конохи. Никто не предупреждал, что здесь частная территория. В таком случае, мы просто удалимся, — охрипший голос Саске раздался из-за спины. Наруто лишь украдкой кивнул и взглянул на Учиху, убеждаясь, что с тем все в порядке. — Архив Конохи? О нем знают только «смотрящие», вы же на них не похожи. — «Смотрящие»? — Те, у кого есть прошлое, настоящее и будущее. А вы совершенно сбиты с толку, что же вам нужно? — Ну мы фактически тоже они просто... — Нам нужна информация о «смотрящих» в архиве Конохи. Это очень важно для нас и дан срок в три дня. Если вы нас отпустите, а я надеюсь, что это так, то мы успеем уложиться в этот срок, — Саске буквально перекричал Наруто, который чуть было не наговорил лишнего. — Хм, в таком случае, я вам помогу. Капюшон был снят и перед ними стоял парень, с молодыми чертами лица и очками, которые он вечно поправлял во время разговора. Он снова взглянул на пленников и устало выдохнул. — Меня самого интересуют «смотрящие», но я им не являюсь. — Тогда откуда вы про них знаете? Никто не может владеть этой информацией, — Саске сжал губы, сомневаясь в словах парня. — Я не участвовал во всех этих глупых разборках Альянса. Как и все здравые люди. Мы хотим поставить их на место, указать то, что им не под силу строить заново жизни людей. И я думаю, что вы тоже такого же мнения, — парень ухмыльнулся и его серебристые волосы ярко заблестели от света пламени. — Я Кабуто. Наруто недоверчиво взглянул на него, но когда тот снял повязку с глаз Саске, а затем веревки, то немного расслабился, надеясь на благоприятный исход. — Я Наруто, а это Саске. Но как ты нам поможешь? — Я отведу вас к одному человеку, он такой же как я: хочет справедливости. И такой же как вы: хочет обрести свободу. К тому же, — он поправил очки и свёл брови к переносице, — дорога займёт гораздо меньше времени чем до архива. Осталось пару часов до утра, так что я предлагаю отоспаться. А дальше двинемся в путь. Наруто и Саске переглянулись и у каждого во взгляде были смешанные чувства. Наруто хотел полностью довериться этому странному типу, желающего помочь безвозмездно. Ведь если это так, то не нужно будет куда-то бежать. Кому-то врать и куда-то сбегать. Они смогут жить и знать. Знать, что было раньше и узнавать, что будет дальше. Саске же с недоверием отнёсся к этой личности, порой борясь со своими сокрушающими память воспоминаниями, в которых иногда проскальзывало эхом «Кабуто» таким тихим и скользящим голосом. К тому времени 1 день закончился.