Pardonne-moi ce caprice d’enfant

17

16 ноября. 07:55       Шанс проснуться в Париже и насладиться утренней прохладой не каждому даётся. И далеко не каждый может проснуться в роскошном особняке, стоящем посреди долины.       Есть такое свойство у парижских туманов — забираться в головы с утра пораньше, даже если тебе не хочется. Сначала приходится открыть глаза и ждать, когда с тебя спадёт сонное оцепенение. Потом, можно встать с кровати, подойти к окну и прокрутить в памяти вчерашний вечер. Главное, не слишком увлекаться, а то простоять до самого обеда можно… Именно так и поступил Алекс, проснувшийся первее всех в роскошной спальне. Она немного отличалась от той спальни в отеле и не имела балкон, откуда открывался вид на башню. Не сказать, что здесь плохой вид из окна… Наоборот, очень хороший, надо заметить. Дивный сад, а вдали — деревья, за которыми прятались озеро и кусочек города.       «Наверное, оно замёрзло… или нет?», — гадал Алекс и, обернувшись, увидел картину получше — на второй кровати сладко спали Фелиция и Жанна, которая ближе к полуночи уснула вместе с детьми.       Девицы казались беззащитными и такими трогательными, что будить не хотелось. Особенно Жанну, иначе, начнётся шум с утреца пораньше. Алекс опустил ладонь на лоб Фелиции и резко убрал. Она сразу проснулась и зевнула, непонимающе уставившись на нарушителя сна. Тот жестом указал на другого спящего человека и слабо улыбнулся.       — Только тихо… если не хочешь кое-кого разбудить!       — Кого? Ой… — Фелиция только что обратила внимание на то, рука матери обнимала её со спины.       Не думая о последствиях, она максимально осторожно сползла с кровати и на цыпочках направилась в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Вернувшись, она увидела, что Алекс сидел в кресле возле тумбочки и будто ждал её.       — Пойдём вниз.       — Угу, — отозвался и почти бесшумно вышел в коридор.       Фелиция последовала за ними не заметила, как они оказались на кухне, откуда витал ароматный запах кофе и свежей выпечки. На столе была банка вишнёвого джема, масло, сахар, горячий хлеб, кофе и пара чашечек чая, возможно, для детей. Всё было аккуратно расставлено по местам и радовало глаз. Вдобавок, вызывало аппетит. Дворецкий постарался на славу.       — А вот и вы! С добрым утром, — по-французски пожелала им доброго утра как всегда спокойная Лана. Дети вздрогнули и обратили внимание на тётушку, сидевшую за столом и держащую в руках чашку крепкого кофе. — Похоже, вы настолько проголодались, что не сразу заметили меня. Чего уж там… Присаживайтесь.       — Извини… — почувствовали странную вину дети и, усевшись напротив, принялись за завтрак.       Фелиция намазала шоколадную пасту на горячий кусок хлеба, а Алекс выбрал джем. Вокруг царила идиллическая, домашняя атмосфера, за окном светило солнце, а туман рассеялся окончательно. Лана добавила, что погода сегодня обещает быть прекрасной, тёплой.       — Можно погулять по городу, устроить небольшой пикник недалеко от Эйфелевой башни… посмотрим. Это вопрос времени, — улыбнулась она под конец.       — Мама ещё спит… а папа обещал приехать, — опечалилась Фелиция, прожевав последний кусок хлеба. Больше в неё ничего не влезет. — Всё от них зависит, да?       — Всё серьёзнее, чем ты можешь себе представить, — атмосфера стала немного мрачной. — Мы единственные, кто может исправить положение и помочь им.       — Значит, ты с нами… Я это ещё вчера понял, — лёгкая ухмылка коснулась губ, взгляд сделался внимательным. Воспоминания в последнее время они часто приходили в голову.       — Ты даже не догадываешься о том, что я придумала, — сохраняла загадочность Лана. — Это будет что-то грандиозное, красивое… — услышав приближающиеся шаги, она замолчала.       Правильно сделала потому, что на кухню вошла проснувшаяся Жанна. Судя по всему, она успела переодеться и навести красоту — сегодня на ней были чёрная блузка, джинсы и туфли. Макияж был качественным и сдержанным. Она сделала несколько шагов к столу, уселась на свободное место и взяла завтрак, а после — чашечку кофе.       — Где бабушка? — перешла на другую тему Фелиция, осознавая всю напряжённость ситуации.       Никто не должен узнать об их планах! Страшно представить, что будет, если кто-то из родителей узнает… что будет, то? Что каждый из них скажет? Фелиция боялась представлять раскрытие, но против своей воли задавала себе вопросы каждый день. Одно она знала точно — Савелий, поняв это, будет наблюдать за попытками, надеясь на хороший исход, а Жанна… с ней всё сложнее. Мало кто знал, что творилось у неё в голове, какие мысли бродили.       — В город поехала, — объяснила Лана, припоминая утренний разговор и поглядывая на окно.       — Рановато… Интересно, она всегда была жаворонком? — почти покончила с завтраком Жанна, доедая остатки хлеба.       — Не всегда. Никаких изменений не было до того, пока в её жизни не появился один француз, — в своей манере ответила актриса, мечтательно прикрыв глаза. — Наполовину француз.       — Я уже хотела поправить тебя, — заулыбалась Жанна. Вдалеке хлопнула дверь и чуть погодя все услышали шаги, приближающиеся к кухне. — Гости? С утра пораньше?       — Не просто гости, — дети и Лана знали ответ на вопрос и ждали, пока они дойдут сюда.       Под словом «они» подразумевались Черри и Савелий, который всегда выполнял свои обещания, цели. Всегда, несмотря на ссоры, изменения и печаль.       — Я же говорил, что приеду, — оптимистично начал Савелий, зайдя на кухню с чемоданом и рассмотрев всех присутствующих. Взгляд задержался на Жанне — та сидела у стола, сжимала руки, пока его сердце наполнила приятная нежность. — Не будете против новых гостей? — говоря это, он смотрел только на неё, пытаясь угадать мысли.       Вчерашние слова и обида преследовали его — ещё одна тень, смешавшая весь мир в кучу серого вещества. Никому не хотелось, чтобы на него обижались, держали зла. Он пытался найти ответ в синих глазах и не увидел ничего плохого.       — Делай что хочешь, — махнула рукой, сделав вид, что это её не интересует. Не она же владелец особняка!       — Ты привёз вещи? — подбежали дети и тут же нашли чемоданы. Савелий, увидев обеспокоенные взгляды, отдал их им.       — Постойте! Позвольте, Бенджамин отнесёт ваши вещи и покажет спальни, — мягким тоном сказала Лана, и позвав дворецкого, объяснила ситуацию. Дети убежали к себе, дворецкий увёл из кухни только Черри. Савелий остался на кухне не только потому, что он отлично знал особняк.       — Какие планы на день? Вы успели обсудить их? — спросил он, глядя на Жанну, которая нервно стучала пальцами по белому столу. Что же нервировало её на этот раз?       — Успели, — подтвердила Лана, прокручивая утренний разговор с племянниками и загадочную атмосферу. — Мы поедем в город, дойдём до Эйфелевой башни, устроим пикник неподалёку…       — Ох… план выглядит шикарным, но что вы скажете насчёт Диснейлэнда? Сегодня получится туда пойти? Фелиция мне покоя не даёт, всё время просится, — прервал её, предлагая иной исход.       — Возможно, всё получится… он открывается в десять, — рассуждала Лана, нахмурившись.       — Мы можем успеть! — в сердцах воскликнул он, на мгновение показав маленького мальчишку, сидящего в глубине души.       Он любил парки аттракционов, был без ума от сладостей и вёл себя так, словно жизнь — это сладкий сон. И увидев этого мальчишку, Лана рассмеялась, а Жанна против своей воли улыбнулась.       — Предлагаю поступить так. Сначала мы едем в Диснейленд, а потом всё остальное. Устроить пикник можно чуть позже, а потом, ближе к вечеру подняться на Эйфелеву башню и посмотреть на романтичный город свысока! — загорелся идеей он, слегка меняя план действий.       — Звучит… вполне неплохо, — одобрение со стороны Жанны было приятным и неожиданным.       — На том и решили. Мне осталось понять, где я буду жить несколько дней. Поможешь найти дорогу? — с хитрецой спросил он, притворяясь дурачком. Когда надо — сделать это совсем несложно.       — Глупец, — Жанна закатила глаза, но к его удивлению, согласилась, встав с места. На секунду показалось, что в её глазах появился другой блеск, особенный. Она непонимающе уставилась на него и ушла из кухни первой.       — Какой есть, — не сдержал смешок, догнав её и поднимаясь на второй этаж. — А ты где спишь? В какой комнате?       — Ишь какой любопытный! Только посмей прийти ко мне ночью, слышишь?! Убью сразу же, — нахмурилась, грозно сверкнув глазами и ненадолго замолчав, словно взвешивая «за» и «против». — На третьем этаже. Потому что напротив моей спальни находится спальня детей.       — Вот оно как… — понимающе кивнул он. — Ты знаешь, даже если я очень хочу прийти к тебе ночью — всё равно не смогу. Меня не отпустят.       — Твою ж… — вдруг остановилась и стукнула кулаком по стене, напугав бедолагу. Что это с ней творится?       — Но… так как мы хорошо знаем детей, то можно сказать, что они успели попросить дворецкого поселить меня и Черри не вместе, — тихо посмеялся над этим мужчина, тем самым успокаивая. Это сработало, вот только ненадолго, так как из своей спальни вышла знакомая персона.       — Вспомнишь лучик — вот и солнце… Чёрт! — дальше события происходили слишком внезапно.       Слишком резко Жанна схватила его за руку, слишком быстро повела на третий этаж, толкнула его в свободную спальню и, не удержав равновесие из-за скользкого пола, упала на него. Повалила на кровать. Как только открыла глаза — увидела то, как близко находились их лица, как тесно она прижалась к нему грудью, из-за чего щёк коснулся румянец и как ярко загорелись глаза напротив. Проблески зелёного цвета в них и горячее дыхание странно успокаивали.       — Прости… я испугалась. В коридоре увидела кое-кого… — отстранилась также резко, как и налетела.       — Ничего… — чтобы убрать смущение, встал с кровати и осмотрел комнату, не отличающуюся от предыдущих. Такая же светлая, с широкой кроватью, диваном и с прекрасным видом из окна. — Получается, это моя временная комната. Что ж, зато буду поближе к детям… и к тебе.       — Я закрою дверь на замок, не переживай, — то ли грубо, то ли издевательски ответила она, выходя в коридор. — Ладно, пойду и скажу дворецкому, чтобы твой чемодан здесь оставил. А ты… делай что хочешь.       — Скажу детям приятную новость о парке, — весело подмигнул и стал искать их.       Оказалось, они были в зале, в том самом зале, где вчера витала духота, танцевали люди и звучала музыка. С ними были Черри и Лана. Савелия это не остановило и он рассказал им обо всём. Радости Фелиции не было предела — она крепко обняла отца и буквально сияла, как яркая звезда в небе. Время поджимало, поэтому все решили поторопиться к открытию парка. Не хотелось стоять в очереди и слушать шум вокруг.       — А по-моему, толпа похлеще будет тогда, когда твои фанаты тебя увидят, — обратилась к сестре Жанна, не убирая наглую ухмылку.       — В Диснейленде? Где много детей? Ты уверена? — одарила такой же ухмылкой, только невинной. Этого ей ещё не хватало… чтобы из-за людей их планы пошли прахом. Не дождётесь!

18

      — Не думала, что приду сюда сегодня, но… добро пожаловать в Диснейленд, в грандиозный парк развлечений! — объявила всем Лана, как только все купили билеты и вошли в парк… нет. В самое сказочное место на свете! — Он был построен двенадцатого апреля в тысяча девятьсот девяносто втором году.       — Я снова в сказке! — задыхалась от восторга Фелиция, округлив глаза. Не важно, сколько раз она вернётся сюда — эмоции будут такими же яркими, как и при первом визите.       — Как вы помните, территория парка разделена на пять тематических зон. Можно начать с самой популярной, — продолжила она, иногда смотря по сторонам. Популярность давала о себе знать, время ограничено. Они будут здесь до трёх часов дня.       «Дети успеют вдоволь насладиться аттракционами и устать», — спокойно отнеслись к этому взрослые и двинулись в путь.       Самая известная зона парка — Страна Приключений, где находились аттракционы — Горка Индианы Джонса с тройной мертвой петлей в обратном направлении, Дерево Робинзона с домиком на вершине, остров-лабиринт и корабль из фильма про пиратов. И они не остались незамеченными. От детских восторженных глаз ничего не скроешь, они исследуют всё что угодно. В этом заключался план Фелиции и Алекса, который то и дело, с опаской смотрел на отца. Вдруг, в любой момент, он может открыть его рюкзак и найти кое-что тяжелое… надо постараться не думать о плохом.       Вторая зона парка называется Страна открытий. Она была известна своим аттракционом Космическая гора — американские горки, стилизованные под волшебный мир писателя Жюля Верна. На экстремальные аттракционы Фелицию не пустили, но она не расстраивалась. Подрастёт ещё немного и тогда можно. Людей было немного.       Третья зона — Страна фантазий — значительно отличалась от прошлых. Она создавалась для самых юных посетителей: детей дошкольного возраста и школьников младших классов.       — Аттракционы, конечно, слишком детские… да ещё эти людишки в костюмах, — поёжилась Жанна, смотря как аниматор фоткался с маленькими детьми, не с её.       — Не спорю, дети успели вырасти и им вряд ли будет интересна эта зона, — согласился Савелий, от чего-то нервничая.       — Тогда пойдёмте в другую зону, а то мне самой становится не по себе… — нервно улыбаясь, предупредила Лана, заметив взгляды, направленные на неё.       Она актриса, которая снялась во многих фильмах. И для взрослых, и для подростковых, и для детских зрителей. Да, да, даже для детей. Где-то роли были второстепенные, где-то главные. Где-то она была злодейкой, а где-то настоящей героиней. Из всего перечисленного можно уверенно сказать, что у Ланы чрезвычайно насыщенная жизнь.       Четвёртая зона — Приграничная страна. Эта страна занимала небольшую площадь и была выполнена в стиле дикого запада. Здесь театр, целые города с тавернами, индейцами, ковбоями и авантюристами. Названия аттракционов соответствовали стилизации зоны и очень понравились посетителям. Даже взрослые успели прокатиться на некоторых аттракционах. От плохого настроения ничего не осталось.       И наконец-то последняя зона — Главная улица США. Это главная улица парка, напоминающая по архитектуре Америку середины XIX века. По обе стороны улицы находились магазины и рестораны. По дороге прогуливались герои Уолта Диснея под музыку из мультфильмов. В конце улицы стоит достопримечательность Диснейленда: большой розовый замок, который мы привыкли видеть в фильмах Дисней.       — Жаль, что сейчас светло… но это не страшно, — улыбнулся он, сделав удачную фотографию.       — Я была в Диснейленде очень давно. Думала, что всё совсем вылетело из головы, но нет. Я многое вспомнила и рада, что мы побывали здесь, — время подошло к концу и все вышли из парка, направляясь в сторону парковки.       Черри решила поделиться мыслями. Американские горки оставили слишком сильное впечатление, поэтому она молчала на некоторое время, приходила в себя.       — Видишь, всё не так плохо, — подхватил Савелий, держа её под руку.       В отличие от неё он любил экстремальные аттракционы и благодаря хорошему вестибулярному аппарату не чувствовал головокружения. Как тут не позавидовать?       Они подошли к машине, он отворил дверцу дамам и детям. Следующая остановка — Париж и его достопримечательности. Дорога заняла немного времени, дети успели вздремнуть. А когда они приехали, то не сразу поняли, где находятся и то, что небольшая экскурсия вот-вот начнётся.       — Приступим… Это тоже займёт немного времени, — тяжело выдохнула Лана, понимая, какую важную роль играла она и её познания о родном городе.       Она решила начать с популярного — с Собора Парижской Богоматери. Это католический храм, находящийся в центре Парижа. Потом они прошли мимо главного театра Гранд-Опера. Это роскошный дворец, где люди услышали множество шедевров певцов.       — В следующий раз мы обязательно вернёмся сюда! — восхитилась Черри, сделав некие пометки.       — Непременно, — напоследок взглянул на театр и почувствовал лёгкий поцелуй, который подарила девушка на виду у всех.       — Куда же мы пойдём дальше? — отвлекла всех Фелиция, успев запихнуть себе в рот сладость, купленную в парке.       — Следующая достопримечательность тоже играет важную роль. Особенно, если говорить о воспоминаниях, — печально улыбнулась Лана и, через несколько минут все стояли рядом с Сорбонной — крупнейшим учебным заведением Франции, известным за пределами страны.       — Воспоминаниях? — обратил внимание на последнее Алекс.       — В этом университете учился твой дедушка, — встал рядом Савелий, восхищённо разглядывая старинное здание, словно впервые.       Запоминал каждую секунду, чётко представлял то, как его кумир усердно учился, как, думая о сероглазой блондинке с тяжёлым немецким характером, желал стать лучше, поскорее закончить обучение и создать свой бизнес. Построить отель, в котором они могут побыть вдвоём и пережить множество событий. Савелий не мог принять факт того, что он далеко не гендиректор, а владелец этого отеля. Придёт время, и его должность займёт кто-то другой. Но кто?       — С ума сойти… в таком красивом месте! — внимательно разглядывала достопримечательность Черри, то и дело удивлённо вздыхая.       Кажется, университет впечатлил её. Савелий перевёл взгляд на неё и поймал странную мысль. Быть может следующим владельцем можно сделать… её?       «Куда же ты так торопишься… до этого ещё далеко! Думай о настоящем, глупец!», — сжал руки в кулаки и опустил голову.       Есть у него вредная привычка — представлять далёкое будущее, то, какие у него будут внуки, каким будет он. Порой это заходило слишком далеко и остановить поток мыслей становится трудновато.       — Тебе плохо? Ты слишком много думаешь… — что-то тёплое коснулось его руки. Это была дочка, заметившая перемену в настроении отца. Какая проницательная девочка!       — Знаю, — серые тучи исчезли, теперь ему светило солнце. — Я кое-что вспомнил. Как-то раз мой отец сказал, что во время сессии, в библиотеку выстраиваются огромные очереди из студентов Сорбонны. Или не только из неё.       — Библиотека! — теперь вспомнила о важном и Лана. — Идите за мной, я покажу вам другое место.       Они оказались в Латинском парке — в традиционном студенческом квартале вокруг университета. Его считали одной из ярких достопримечательностей столицы Франции. Квартал представлял собой район с необозначенными границами. Он знаменит своими узкими улочками, кафе, забегаловками и книжными магазинами. Около одного из них и стояли наши герои. Двухэтажный магазин больше напоминал маленькую библиотеку.       — Мы будем книжки читать? — всё вопрошала Фелиция, хлопая ресницами. Зачем они здесь? В квартале есть множество других интересных мест, а не это…       — Попасть в Сорбонну не у многих получалось, особенно у матери, — не отрывая глаз от магазинчика, продолжила историю Лана и полностью погрузилась в атмосферу. — Она начала мечтать об этом не сразу. Желание подкрадывалось со спины постепенно и скоро охватило полностью. Начались бесконечные попытки, игнорирование утешительных слов отца. Он знал, что она втайне хотела получать больше внимания от него и боялась, что популярность до добра не доведёт. Разумеется, когда привлекаешь столько девушек…       «И парней», — невольно подумал Савелий, припоминая события многолетней давности.       — Что в итоге? У неё получилось? — поднесла руки к груди заинтригованная Черри.       — Нет, — держа улыбку, повернулась к ней Лана. Синие глаза ярко вспыхнули. — Ситуация вышла иной. От отчаяния она зашла в случайную маленькую библиотеку, — показала на здание, — Думала, что это место — её последняя надежда, но не догадывалась, что, упустив шанс, она обретёт что-то новое, — сделала драматичную паузу, пока все с любопытством смотрели на загадочное выражение лица. — С самообучением она знакома, кажется, с детства и из-за родителей не понимала хороший смысл. Магазин раскрыл глаза и научил многому. Чтение различных книг стало спасением и способом самосовершенствования.       — Хочешь сказать, бабушка — настоящий книжный червь?       — Да, моя ненаглядная Фелиция, именно это я хочу сказать.       — На себя посмотри, — не упустила важную вещь Жанна. — Огромная библиотека в особняке о многом говорит.       — Гены, наверное… — смущённо пожала плечами и продолжила экскурсию, которая постепенно подходила к концу.

19

      Красивым завершением дня должны стать пикник на Марсовом поле и Эйфелева башня. С Марсова поля открывался прекрасный вид на главную достопримечательность Парижа. По пути они зашли в пекарню, чтобы купить круассаны, макаронсы и многие другие вкусности, а затем в супермаркет, чтобы купить хорошее французское вино, пластиковые стаканчики, тарелки и приборы.       — Мы на месте, — в итоге, они остановились недалеко от башни. Алекс достал из рюкзака скатерть для пикника и расстелил ее на траве.       — Хорошее место! — хотела было сесть на скатерть Фелиция, но, увидев вдалеке нечто интересное, воскликнула:       — Мороженое! — оказывается, вдалеке она увидела голубой фургончик, где продавали мороженое. Он стоял на аллее Томи Тьерри и так манил к себе. — Скорее, идём туда! — дальше она схватила под руку Черри и побежала в сторону фургончика. Не все поняли её задумку, а те, кто понял…       «Ну ведь может, когда хочет!», — гордился ею, прямо как опомнившийся Алекс. Надо бы пойти за ней, а то развитие событий будет не таким захватывающим…       — Оставайтесь тут, голубки, — весело проворковала Лана, неспешно следуя за своими непоседливыми племянниками, чтобы не нарушить возникшую идиллию. Не просто так она выбрала это место.       «Привет, дежавю…», — первым понял задумку Савелий.       Он весь замер, выпрямился и смотрел на открывающийся вид. Солнце садилось рано, а небо на горизонте стало уже сине-розовым. Это что-то напоминало, как будто он уже видел это, пережил вместе с Жанной. Перед глазами замелькали картины прошлого, и Савелий, поддавшись порыву, резко приблизился к манящим губам и коснулся их. Он поцеловал её робко. Точно также, как пятнадцать лет назад, сидя наедине в том же месте, смотря на закат также удивлённо и чувствуя сладкий вкус губ. Тогда это был первый и безответный поцелуй с противоположным полом, но сейчас, ощутив ответную реакцию и руку на плече, Савелий смущённо отстранился и увидел в синих глазах вспыхнувший огонь. Плёнка воспоминаний прекратила движение и застыла. Она не накричит на него? Не ударит?       — П-прости, не смог сдержаться… — в груди всё сжалось, он задыхался от переизбытка чувств.       Почему синеглазая демонесса продолжала притягивать к себе не хуже магнита? Почему, то самое чувство пробуждалось всё сильнее? Он готов был упасть на колени, молить о том, чтобы он не остался без наказания и криков. Почему она ответила на поцелуй, почему смотрела гипнотизирующим взглядом и тонкими пальцами касалась раненой души?       — Это место и закат напомнили о важном событии… в нашей жизни.       — Именно, — заговорщически прошептала в ответ, поздно осознав, что солнце скрылось за горизонтом.       — Привет! — будто из ниоткуда появилась Фелиция и плюхнулась между родителями с шоколадным мороженым в руках. Значит, остальные тоже купили мороженое и возвращаются сюда. — Красивое небо, да?       — Ага… — в несвойственной досаде прикусил губу Савелий, неуверенно вынимая купленные продукты и выпечку из пакета.       Жанна схватилась за вино и налила его в свой стаканчик. Если бы не странный поцелуй — Савелий разозлился и проворчал бы что-то на русском. Но поцелуй случился и он, сбитый с толку, не знал, как себя вести.       Вскоре, вернулись остальные и вечерний пикник начался. К нему подсела Черри и на душе стало паршиво. Появилось навязчивое ощущение… предательства. Он предал её, но винить в этом воспоминания попросту не хотелось. Для приятной атмосферы не хватало лишь мелодии, но у Алекса имелось нечто поинтереснее. В разгар полдника он ловко вытащил ноутбук и флешку, игнорируя недовольный взгляд отца.       — Какого чёрта? Ты опять… — возмущения не успели начаться, потому что на его руку легла женская рука и Жанна прижала палец к губам, призывая к тишине.       У неё получилось. Мужчина растерянно глянул на остальных, которые были спокойны и умерил свой пыл. Никто не возмущался, всех всё устраивало. Только идиот отказался бы от просмотра семейных воспоминаний. А он, знаете ли вы, далеко не идиот.       — Ну-с, посмотрим, что нам попадётся дальше, — настроив ноутбук, обрадовался победе подросток и кликнул мышкой на третье видео в списке. Подул свежий ветер, на экране появилась другая гостиная, тоже просторная, но с иным стилем, от которого веяло стариной. Справа от лестницы стоял длинный стол, повсюду были воздушные шарики и внизу экрана виднелась дата:

8 января, 2007 год

      Повсюду слышались детские возгласы. Они распространялись по помещению, эхом отражались от стен. Камера повернула левее. По гостиной резвилось множество детей, лет шести или семи. И мальчишки, и девчонки, всем не сиделось на месте и хотелось бесконечно смеяться, выплеснуть накопившуюся энергию в движении, играх и беззаботном общении. А ещё им очень нравилось бегать вокруг блондинки, порой дёргать её за платье и наблюдать за тем, как её терпение иссякало, как она говорила на немецком, схватившись за голову.       — Блять! Чтобы я ещё раз согласилась на этот детский ад… никогда в жизни! — сердито прорычала Аманда, сжав волосы крепче. И тут случилось страшное — кто-то случайно наступил ей на ногу. Кто-то из детей очень сильно рисковал жизнью и шёл навстречу злу. — Ах, вы, дьявольские отродья! Да я вас…       — Аманда, дорогая, — в гостиной появился Филипп — спасение для гостей именинницы и ходячее успокоительное Аманды. Ей хватило одного голоса, чтобы отпустить отрицательные эмоции, вдохнуть поглубже и устало улыбнуться, надеясь на лучшее. — Ты отлично справляешься. Потерпи немножко, скоро всем принесут торт, — он оказался рядом с ней, а маленькие дети, уловив подмигивание, обрадовались и волшебным образом убежали в конец гостиной.       — Ушли… подумать только! Пару секунд назад они дёргали меня за платье и хохотали, как ненормальные, а тут… стоило тебе появится — всё, след простыл, — не на шутку опешила Аманда, печально вздохнув и положив голову на плечо мужа. — Какой магией ты обладаешь? Поделишься?       — Главная магия — это спокойствие и умение интриговать. Все дети, знаешь, очень любят интриги, — нежно провёл ладонью по её спине, ощутив, как сильно она напряжена.       — Не могу не согласиться, — напомнила о себе Адель — та, кто снимала происходящее на камеру и также спокойно наблюдала за детским хаосом. — Так, ладненько, я пойду на кухню, проверю, как там ваши дети. Не нашли торт случаем… — дальше камера эффектно показала кухню и тех, кто там находился.       Шестилетняя брюнетка сидела на руках у дедушки и втайне поедала шоколадный, свежеиспечённый круассан. Заметив камеру, синие глаза округлились, а на лице заиграла виноватая улыбка.       — Я смотрю, вы весело проводите время! — ну как здесь не рассмеяться?       — Веселее некуда, — оптимистично ответил Патрик, протягивая салфетку внучке и подмигнув.       — Надо же, кое-кто очень хорошо поел и вряд ли захочет съесть праздничный торт…       — Торт?! — перепугалась за торт маленькая Жанна и, высвободившись, побежала в гостиную, к одноклассникам и родителям.       — Пусть теперь родителей и гостей повеселит, — тут же хохотнула Адель, справившись с задачей и вспомнив о важной вещице. — Кстати, где мама и Лана?       — Там же, где и всегда. Наверху.       Оказалось, в доме имелся другой зал, предназначенный для отдыха, многих занятий. Например, сейчас там можно было увидеть то, как одиннадцатилетняя Лана, сидя на деревянном стуле, внимательно слушала свою бабушку, рассказывающую об актёрском мастерстве, о жизни в театре и многом другом. Это захватывало так, что Лана начала забывать о празднике, который продолжал идти внизу.       — Привет! — громко подала голос, чтобы получить их внимание. И снова сработало.       — Матерь Божья, Адель, не пугай так! — схватилась за сердце Габриэла и машинально улыбнулась, поправив незаменимую синюю шляпу, которую носила даже дома.       — Простите за беспокойство, конечно, но скоро начнётся самое интересное. Вы же не хотите остаться без торта? — игриво спросила, перед тем, как спуститься вниз, зная, что они придут. Минут через пять уж точно.       А когда все были в сборе, случилось то самое чудо. Свет погас, все затихли и в гостиную внесли огромный праздничный торт, от которого все дети восхищённо ахнули и облизнулись. На верхушке горела цифра шесть, будто ожидая, когда же изменница загадает желание и задует её.       Повисла тишина. Жанна оказалась рядом с тортом и с замиранием сердца смотрела на него. Это то, чего она ожидала весь вечер — волшебный момент, когда на тебя смотрят абсолютно все…       — Ну что ж, именинница этого замечательного вечера… загадай своё самое сокровенное желание и задувай свечку! — когда говорят то, что надо сделать перед трапезой и ожидают реакции.       Сердце так и колотилось от волнения, но Жанна, закрыв глаза и сказав желание в голове, наконец-то задула свечку, после чего все хором поздравляли её, радовались, переживали торжественный момент вместе. Что может быть лучше этого? Лишь счастье, переполняющее детскую душу. Все дети ждали того, когда им отдадут тарелку с куском торта и уселись за стол, возбужденно переговариваясь между собой.       За десять секунд до выключения камера повернулась в сторону Филиппа и Аманду, где послышалось то, что резануло слух зрителям из будущего:       — Знаешь, а я всё ещё помню, как в четыре года она вслух пожелала, чтобы ты жил вечно…