Сборник драбблов по Фем!Хифудо

      Хифуми развалилась на родном диванчике хост клуба, прижимая Доппо к себе. Мягко, клиенты уже разошлись, впрочем за пару минут до этого Изанами назвала подругу, что была здесь за ее счет принцессой вечера, что остается до самого закрытия с хостес, впрочем, эта принцесса останется с ней намного, намного дольше. Да и скорее не принцесса, а королева, самая важная, единственная, что по-настоящему имеет над сердцем хостес власть. До закрытия осталось всего ничего, а Каннонзака порядочно пьяна и льнет щекой к прохладной руке подруги на своем плече, потирается носом и борется с желанием целовать тонкие пальцы хостес. Все давно знают, что Каннонзака особенная гостья с особенным сервисом, который оказывается ей лишь после ухода остальных клиентов.       Изанами и сама не то чтобы трезва, работа не позволяет проводить меньше меньше пяти дней в неделю без алкоголя в крови, но для нее это состояние куда более привычно, а вот давно не выпивавшую офисную работницу стоило бы уже укладывать в кровать, но пока что рабочий день не был до конца закончен, нужно было подождать еще немного.       Рыжеволосая никак не могла ни на чем сосредоточиться. Внимание привлекала только гладкая кожа ладони и тепло, исходящее от рядом сидящей Хифуми. Женщина чувствовала как вздымается ее грудь и как мерно бьется ее сердце, несмотря на музыку — столь близко они прижались друг к другу.       Каннонзака блаженно прикрыла глаза, чувствуя как холеные пальчики принялись поглаживать ее по щеке. Изанами тихонько усмехнулась, но и это не проскользнуло мимо пьяного разума.       Уютно. Им обеим было уютно здесь, не смотря на чужую обстановку, и вставать было как-то лень, хотелось остаться так пока алкоголь не выветрится, но вот уже им говорят, что пора закрываться и что Хифуми может быть свободна. Пора уходить.       Блондинка легонько ущипнула Доппо за щеку, заставляя открыть глаза в возмущении и поцеловала ее в висок, тихо говоря о том, что пора бы и идти домой. Она подхватила за ножку последний бокал оплаченного клиентами шампанского, которое гипнотизировала все то время, что Доппо сонно к ней жалась, и залпом выпила его. Алкоголь уже давно не обжигал горло, но чуть теплее от того как он пробежался внутри точно стало, пусть и всего на мгновение.       В это время голубые глаза Каннонзаки зафиксировались сначала на лице Хифуми, а затем и на капельке алкоголя, что начала стекать из уголка рта вниз, по шее. Изанами явно не обратила внимания ни на это, ни на обжигающе внимательный взгляд подруги, обратившись к подошедшему коллеге.       А вот Доппо не могла оторвать мутноватый взгляд от того как золотистая капелька скатывается по коже прямо на грудь, где задержалась, готовая уже скатиться под одежду. Почему-то Каннонзака не смогла стерпеть от жидкости такой наглости, а потому, не обращая внимание ни на то, что Изанами повернула к ней голову, ни на то что она позвала ее по имени, жадно провела языком по груди хостес, а затем и по по шее, вверх, по подбородку, оставляя влажный след. Теперь Хифуми ничто не касалось извне, только сама Доппо и это почему-то было ужасно удовлетворительным. Слегка покрасневшие чужие щеки только добавили в удовлетворительности: Доппо так редко видела свою подругу смущенной и удивленной. Обычно именно Хифуми вызывала у нее эти чувства.       Сказать, что Хифуми была впечатлена — ничего не сказать.Такое поведение было настолько неожиданным для обычно столь робкой и кроткой офисной работницы, что это не могло не заворожить. После этого действия личико Доппо прямо-таки излучало довольство собой, в глазах будто бы даже проскользнул хищный блеск, что так редко появлялся: только во время баттлов. Ее дыхание отражалось внезапной прохладой на влажной коже. Изанами на мгновение застыла, а затем не сдержалась и приникла к губам рыжей своими, вызывая завистливый вздох откуда-то со стороны, но всего на мгновение. Этого касания хватило Каннонзаке для того, чтобы понять: она точно сделала все правильно. хостес не злится, не испугана, не испытывает отвращения. От осознания этого захотелось как-то еще показать то, что Хифуми принадлежит только ей, но все намерения прервала сама виновница появления этих желаний.       — Я думаю, что мы оставим это до дома, — промурлыкала хостес, издала смешок и нежно коснулась губами ее лба. — Идем домой.