Ты не ты

Драко смотрел на раскрасневшуюся Грейнджер, которая как ошпаренная выбежала из теплиц, когда послышался звонок. Он ещё никогда не видел, чтобы кто-то так быстро собирал свои вещи, закидывая книгу в сумку практически на бегу. Улыбка растеклась по лицу, когда Гермиона скрылась за дверью, сверкнув платиновыми волосами. Ей шло. Драко давно подметил. И даже говорил ей об этом лично. Малфой шёл в школу довольный произведённым эффектом. Смущенная до кончиков волос Грейнджер была словно картинка, которую стоило повесить на стену и смотреть, когда не было настроения. Прибавляет энергии не меньше бодрящего напитка. Драко всё ещё помнил свои ощущения внутри неё, пусть пока это были лишь пальцы. Пока. Он заигрался. Знал это, но остановиться не мог. Даже сам не понял, как начал. Но её нарочитое игнорирование сделало всё за него. Драко впился в неё глазами, пока Гермиона не отводила свои от котла. Её губы забавно дрожали, будто она шептала что-то самой себе. Так и хотелось развернуть её к себе, чтобы смутить ещё больше. Напомнить о той ночи, когда они стояли на краю, готовые прыгнуть туда вместе. Сейчас она была рядом и делала вид, что занята удобрением, но Драко знал, что это не так. Видел, как Гермиона тысячный раз перепроверяет рецепт из четырех ингредиентов, которые даже не надо было отмерять по миллиграммам, как они делали на зельях. Но Грейнджер упорно заглядывала в учебник каждую минуту, будто там должно было появиться что-то новое. Малфой наблюдал за ней долго, дав время насладиться её «игнором» и ей, и себе. Но когда Гермиона неосознанно облизала губы, попытавшись незаметно отвернуться, он не выдержал. Подошёл к ней в два шага, уперевшись своей грудью в её плечо. Гермиона будто окаменела в ту же секунду. Драко видел, как она задержала дыхание, когда он потянулся за последним ингредиентом, специально сделав это перед ней, не утруждая себя обходом стола. Малфой ухмыльнулся, когда Гермиона сделала вид, что ничего не произошло. Так и мешала своё зелье. Тогда Драко решил действовать по-другому. Он почувствовал отклики в своём теле, как только прикоснулся к ней. Игрался, блуждая по телу рукой, пока она дышала всё чаще в тщетных попытках это скрыть. Драко даже не успел подумать, прежде чем его рука оказалась под юбкой в критической близости от желаемого. Полный класс учеников. Профессор. Да кому они нужны, когда Грейнджер заливается краской и хватается за деревянную лопаточку, как утопающий за спасательный круг. Ему бы такой тоже не помешал. Малфой пошёл намного дальше, чем планировал. Наверное, он первый, кто позволял себе такое с Грейнджер. Тем более на уроке. Нет, он был уверен, что первый. Но это только раззадорило его, заставляя пальцы проникать всё глубже, а Гермиону окончательно потерять голову. Он опешил, когда девушка издала стон настолько притягательный, что Драко готов был смести со стола котёл с вонючим удобрением и посадить на его место Грейнджер. И просто наплевать, что в теплице так много народу. Но он замер, ощущая на Гермионе взгляд половины класса. — Драко, давай начистоту. Ты имеешь отношение к этому делу? Гарри выдернул его из воспоминаний, заставив вернуться в гостиную. Серьёзный Поттер выглядел смешным, учитывая его растрепавшиеся и одновременно прилипшие к голове волосы после тренировки. Кажется, у всей троицы проблемы с волосами. У Поттера они вечно растрепанные, у Грейнджер их слишком много, гнездо можно вить, а у Уизли рыжие. Этим всё сказано. Их отношения после последней ссоры были всё ещё натянутыми. И если бы Гарри тогда снова завёл об этом разговор, то Драко точно не стал бы сдерживаться. И вот сейчас он снова лез не в своё дело, проверяя тем самый выдержку Малфоя. Насколько же её хватит? — Тебе предоставить письменное заявление? — слегка высокомерно спросил Драко. — Я бы не спрашивал просто так. Снейп меня уже достал со своими ингредиентами. Он подозревает меня. — А ты меня. — Вас, — поправил Гарри. — Он тоже подозревает нас. Можешь не переживать за сохранность своей задницы, она ему не интересна. Драко сидел на диване, закинув ногу на колено. Впереди выходные, поэтому в гостиной толпилось больше народу, чем обычно. Гарри приходилось говорить полушёпотом, чтобы никто посторонний не услышал суть их беседы. Из другого конца комнаты подошёл Рон, неся с собой доску для игры в волшебные шахматы. — Я вообще тебя не понимаю, — покачал головой Гарри, помогая Рону раскладывать фигурки на доске. — Малфой — последняя мразь, а ты возишься с ней, как не знаю кто. Драко сжал руки в кулаки, чтобы успокоиться. Но больше хотелось этими кулаками заехать Поттеру по лицу. Он не смел её так называть. Только не сейчас. Внезапно похолодевшее выражение лица Драко не ускользнуло от Гарри. Он зло сверкнул глазами, с грохотом поставив на доску последнюю фигурку. — И что ты молчишь? — он окончательно повернулся к Малфою, будто и не намеревался играть вовсе. — Не вижу смысла что-либо объяснять, — фыркнул Драко. Он откинул голову на спинку дивана, закрыв глаза. Может, расслабленная поза сделает расслабленным и его самого? — Может, вам уже хватит? — подал голос Рон, сидевший на полу перед небольшим столиком у дивана. Он продолжал упорно готовить доску для игры, будто в этом ещё был какой-то смысл. — Мантия-невидимка ведь у тебя, да? — в глазах Поттера мелькнуло осознание, и Драко сжал зубы, чтобы не сказануть лишнего. Ты бы знал, как она у меня оказалась. — Гарри, — вздохнул Рон, — это уже слишком. — Нет, ты подумай, — Поттер будто оживился. — Пропадает мантия, Драко начинает путаться с Малфой, а потом кто-то влезает в личные запасы Снейпа. Без мантии он бы такое не провернул, — он повернулся к Драко. На лице у Гарри было сомнение в собственных словах, но была и полная уверенность в них. — В какую проблему ты влез? Что за зелье вы готовите? — Иди выспись и перестань нести чушь, — Драко держал расслабленную позу, хотя всё тело было напряжено до предело. — Я не хочу в это верить, чувак, но… — Уизли посмотрел по сторонам, чтобы убедиться в приватности разговора. — Ты так и не объяснил свои отношения с… ней. И сейчас ничего не говоришь. Мы имеем право тебя подозревать. Драко всегда думал, нет, был уверен, что в компании трио как раз Поттер является более спокойным, а Уизли первым прыгает на рожон. Так было всегда, когда он их выводил. Но на деле всё оказалось более запутанным. Рон, пусть и выглядел недовольным, не сидел с кислой миной, как у Гарри. К тому же Уизли хоть как-то пытался поддерживать дружескую атмосферу, пока эти двое рычали друг на друга, как дворовые собаки. — А я обязан? — огрызнулся Драко, полностью теряя концентрацию. Он оттолкнулся от спинки дивана и положил локти на колени. — А зачем ты с нами вообще разговариваешь, если тебе так не хочется? — Гарри чуть повысил голос, поэтому Рон дёрнулся, будто готовый в любую секунду закрыть ему рот. — Мне не хочется, потому что ты вечно лезешь с обвинениями. — Никто тебя не обвиняет. Мы просто пытаемся всё выяснить, — вставил Рон. — Может, мы можем помочь тебе. — Хочешь помочь? Достань мне яйцо дракона, — выпалил Драко. — Яйцо… что? — Уизли оторопел, его брови поплыви вверх. — Яйцо дракона, — повторил Малфой, разводя руками. — Ты же хотел помочь. Мне нужно яйцо. — Это Малфой тебе велела? — спросил Гарри, сжав челюсти. Драко видел его раздражение, но своё тоже было слишком велико. — Она не может мне ничего велеть, — сквозь зубы прошипел Малфой, сжимаю кулаки. — Ну конечно, — фыркнул Гарри, отворачиваясь от Драко. Будто победил его этим своим фырканьем. — Заткнись лучше. Умнее будешь выглядеть, — Малфой встал, потому что знал, ещё минута с таким Поттером, и он накинется на него с кулаками. Его можно было терпеть, но только в очень редких случаях. А сейчас он вцепился в одну тему, которую Драко не хотел обсуждать. Не с ним. — Сказал тот, кто якшается со всякими… — Слизеринцами? Когда это название факультета стало оскорблением? — Драко не знал: уйти сейчас или продолжить спор. Его просто выбешивал Поттер своими однобокими суждениями. Как бы иронично это не звучало. — Как только там появилась Малфой, — постановил Гарри с важным видом. — Малфои — это лучшее, что случилось и с факультетом, и со школой в целом, — Драко изогнул бровь, подразумевая, конечно же, не Гермиону. Оскорбляли его семью, а он такое не мог пропустить мимо ушей. Гордость взяла верх, толкая на весьма необдуманные слова. Но, кажется, Поттер и не понял до конца, что на самом деле имел в виду Драко. — Так сходи к директору и попроси перевести тебя на этот хренов факультет к своей хреновой подружке, — Гарри чуть ли не плюнул эти слова ему в лицо. — Поверь, я делаю всё возможное, — сквозь зубы ответил Малфой, собирая в себе все возможные и невозможные силы, чтобы не закричать во всё горло. Как ему осточертело всё это. Хреновы гриффиндорцы со своим псевдодружелюбием, вечный Поттер, лезущий, куда не надо, со своими комментариями, и этот хренов бордовый, который просто везде, даже на нашивке трусов. Невыносимо. Он не услышал больше ничего, потому что уши пронзило шёпотом. Драко инстинктивно потянулся руками к ушам в надежде заткнуть их и хоть немного сбавить шум. Перепонки сейчас разорвутся. Но он успел себя остановить на полпути, понимая, что шёпот слышит только он. Это в его голове. Надо бороться. Драко выскочил из гостиной, не дослушав изречения Поттера за спиной. Пусть подавится уже, шрамоголовый кусок дерьма. С него хватит. Пытался унять дрожь во всём теле, когда весь коридор привычно поплыл перед глазами, мелькая и переливаясь. Игнорировал рвотные позывы от головокружения, стараясь идти прямо. Это пройдёт. Надо перетерпеть. Он летел в туалет, зная, что Грейнджер там появится не раньше, чем через два часа. В этом мире он всегда приходил раньше. Просто не мог больше выжидать в гостиной, отравляя своё сознание речью гриффиндорцев. Их нужно запретить на законодательном уровне. Кроме Грейнджер. Её можно терпеть. Особенно с задранной юбкой и красными от смущения щеками. Шепот стих, когда Драко уже почти добрался до нужного места. В другой раз надо засекать, сколько минут эта хрень отравляет ему жизнь. Вдруг есть какая-то закономерность. Малфой усмехнулся. Это желание всё систематизировать явно пришло к нему от Грейнджер. И она тоже отравляет ему жизнь. В какой-то мере.

***

Гермиона нервно смотрела на часы. Осталось десять минут. Совсем мало, чтобы быть полностью готовой. От волнения потели ладони, и она вытерла их о школьную юбку. Заправила волосы за уши, складывая в сумку свою тетрадь с заметками. Она всегда носила её с собой. Как талисман. Символ того, что они могут выбраться из этого мира и попасть домой. Она скучала. Особенно в эти дни, когда Пэнси больше с ней не разговаривала, и одиночество ощущалось в тысячу раз сильнее. Ей безумно не хватало своих мальчиков. Даже их самые раздражающие привычки теперь вызывали грустную улыбку. Она была согласна терпеть любые их недостатки, лишь бы снова смочь назвать Гарри и Рона своими друзьями. Гермиона злилась на себя, вспоминая тот самый день, когда отделилась от парней и пошла в лес одна. О чём она думала? Излишняя горделивость и самонадеянность сделали своё дело. Хотелось кричать себе в лицо: «Ну что, довольна?» Что было бы, если бы она не пошла тогда? Драко бы один попал в этот мир? Или никто бы не попал? Гермиона шла по коридору, всё ещё вытирая ладони. Оставалось несколько минут, и ей предстоит с ним встретиться. Но вот что говорить, как себя вести, это она ещё не решила. После травологии они не виделись. Гермиона сама избегала его любыми способами. Ходила на занятия другими путями, в Большом зале проводила максимально короткое время, делая вид, что вечный взгляд Драко на ней не мешает еде не застревать в горле. Она осторожно открыла дверь, сразу же заметив Драко, сидевшего на подоконнике. Он повернулся на звук, слегка развернувшись в сторону девушки. — Долго, — пробурчал он, даже не здороваясь. Гермиона закатила глаза. — Я пришла вовремя. Она закинула сумку на подоконник, вытащила тетрадь и прошлась по письменному варианту плана. Малфой наблюдал, как она нервно проводила пером по каждому пункту. Её волнение казалось забавным. — И снова долго, — он показательно зевнул. — Ты куда-то спешишь? — Гермиона изогнула бровь. — Да. Есть важные дела, поэтому давай быстрее закончим с разговорами, — Драко спрыгнул с подоконника и подошёл к Гермионе ближе, оказавшись сзади неё. Она снова сжалась. На ноге запульсировало место, которого Малфой касался совсем недавно. Приятное покалывание прошлось по прошлому маршруту, и Гермиона задействовала всю свою волю, чтобы ничего лишнего не отразилось на её лице. Она даже не могла прикрыться своей шевелюрой, как делала раньше. Теперешние волосы, пусть и были гладкими и шелковистыми, как предрекал любой шампунь, едва ли смогли бы полностью скрыть лицо девушки. — Во-первых, нам нужно пойти со своим факультетом и показаться в людных местах, чтобы нас не хватились. Чтобы мы могли потом с уверенностью заявить, что мы там были, — Гермиона указала на первый пункт, полностью игнорируя тот факт, что Драко сейчас стоял за её спиной, заглядывая в записи через плечо. Ну или пыталась игнорировать. — И надо придумать максимально простую и правдоподобную отмазку, чтобы ускользнуть. — С этим проблем не будет. Поттер будет только рад от меня избавиться, — сказал Драко. — Ты опять поссорился с ним? — возмутилась Гермиона, но поворачиваться не стала. Лучше себя не провоцировать. — Почему сразу я? Мы поссорились, — Малфой выделил предпоследнее слово. — Я знаю Гарри. Он… — Прекрасный-распрекрасный. Да-да, давай уже к плану, — перебил её Драко, придвинув её руку ко второму пункту. Гермионе хотелось убежать. Она не выдержит такого тесного контакта. Но впереди неё был только подоконник, а сзади Драко. Никаких путей для отступления. — Мне не нравятся ваши вечные ссоры, — сказала она, прочистив горло. — Дальше, Грейнджер, — поторопил её Драко, чуть подтолкнув плечом вперёд. — Ладно, — недовольно шикнула на него Гермиона. Внезапно появившиеся важные дела неприятно кольнули, но девушка решила проигнорировать и это. Пока получалось вполне себе сносно. — Дальше мы встречаемся у «Кабаньей головы». Ты умеешь менять внешность? — Насколько сильно? — Цвет волос, можешь бороду себе отрастить, — перечислила Гермиона. — Справишься? — Я не первокурсник, Грейнджер, — фыркнул Драко, уверенный в своих силах. — Только не переусердствуй. Нам же надо ещё и узнать друг друга. — А ты какой будешь? — Не волнуйся, узнаешь, — улыбнулась Гермиона, пусть и знала, что он со спины не сможет увидеть улыбки. — Зайдём туда вместе, а дальше импровизация. Я немного навела справки про Флетчера и Грейка. — Откуда? — Слизеринцы, — просто ответила Гермиона. — У них нездоровая тяга ко всему нелегальному. Но я не говорила, что это плохо, — добавила она, ощутив, как Драко начал напрягаться от её слов. — И что узнала? — спросил Малфой, подавив в себе приступ ярости. Грейнджер была на волосок от того, чтобы Драко причислил её в один ряд с Поттером. Хотя она была бы только счастлива. — Немного. Внешнее описание обоих, мы хоть как-то сможем сориентироваться. Они появляются всегда вечером, нам придётся задержаться. Обратно пойдём под мантией. — У тебя есть деньги? — спросил Драко, конечно, не сомневаясь в ответе. Но мало ли что. Это ведь Грейнджер. Она могла пожертвовать все свои деньги на помощь каким-нибудь домовым эльфам или другой живности. Она могла вообще забыть, что на такие мероприятия принято ходить с карманами, плотно набитыми золотыми галеонами. С другой стороны, Грейнджер никогда не упустит деталей. Забавно, что один и тот же аргумент работал в обе стороны. — Я уже подготовила. Деньги, несколько колб, две фляжки, парочку коробок разных размеров… — Ты туда с чемоданом собралась идти? — перебил её перечисления Драко. Сплошные глупости. — Это уже моя забота, как всё это пронести в Хогсмид. На случай, если ингредиенты будут уже завтра на руках, всё это понадобится, — Гермиона выпрямилась, почувствовав себя лучше. Она знала заклинание незримого расширения. Пусть для него требовалось специальное разрешение, они находятся в другом мире, и можно творить всё, что угодно. В конце концов, никто не спрашивал разрешения у них, когда решил закинуть в другую вселенную. — Думаешь, такие люди ходят с редкими растениями за пазухой? — Драко перенёс вес тела с одной ноги на другую, что не осталось незамеченным. Слишком уж близко они стояли. Гермионе казалось, что если дыхание Драко изменится хотя бы чуть-чуть, она тут же почувствует это своей спиной, даже не прислушиваясь. — Думаю, надо подстраховаться, — Гермиона захлопнула тетрадь, быстрее убирая всё в сумку. — И что дальше? — Драко и не думал отходить, пусть Гермиона всем своим видом показывала, что больше обсуждать нечего. Она хотела развернуться и уйти, но поняв, что Малфой стоит в том же положении, передумала. Поворачиваться к нему лицом — не самая лучшая идея. Тем более сейчас. Тем более когда он так близко. — Не знаю, — Гермиона сглотнула. — Мы полагаемся на удачу, другого выбора нет. — Охрененный план, — из-за спины послышалось недовольное бурчание. — Если у тебя есть предложения получше — высказывайся, не стесняйся, — фыркнула Гермиона, всё же повернувшись. Но двигаться дальше не было возможности. Драко практически окружил её, заставив упереться бёдрами в подоконник, но при этом выглядел совершенно равнодушным, даже скучающим. — Это всё? — он тупо проигнорировал её слова, смотря прямо в глаза. Да что он себе позволяет? Нельзя так просто подходить и буравить человека взглядом. — Да, — ответила Гермиона. — Не смею задерживать. У него ведь важные дела. Только непонятно, почему эти его важные дела так задели девушку. Они ведь не любили проводить время в компании друг друга. Они ведь вообще друг друга недолюбливали. Мягко говоря. Гермиона попыталась выскользнуть из «захвата» Драко, сместившись правее, но он двинулся с ответ, переграждая путь. — Точно, Грейнджер? Больше никаких разговоров? — переспросил Малфой. Тупица. Гермиона заметила задорный огонёк в его глазах, но тут же отвела свои. Сжала сумку, будто проверяя её наличие у себя в руке. Ну что за тупые вопросы? — Иди по своим важным делам, Ма… Губы оказались в очень удобном положении, произнося гласную, чтобы Драко смог с легкостью проникнуть в рот Гермионы, не встречая сопротивления. От напора Грейнджер впечаталась в подоконник, неприятно ударившись бедром. Класс. — Что ты… Она схватилась за его плечи, немного оттолкнув от себя. Но совсем чуть-чуть, чтобы между их губами появилась пара миллиметров пространства для разговора. — Я же заранее спросил, не будет ли больше разговоров, — Драко опустил руки вдоль тела Гермионы, пройдясь пальцами по изгибам. — У тебя же дела… — на выдохе сказала Гермиона, стараясь добавить в свой голос жесткости. Не получалось. — Вот именно. И ты своими разговорами мешаешь к ним приступить. Одним резким движением он притянул её к себе, вторым посадил на подоконник, не оставляя ни малейшего шанса сдвинуть ноги. Размечталась. Драко устроился между ними, с удовлетворением заметив, что школьная юбка задралась и, наконец, была просто идеальной длины для таких ножек. Малфой вновь прильнул к губам Гермионы. И она ответила. Обхватила парня за шею, немного неуверенно, будто боясь ранить. Драко же действовал грубее. Он прижал девушку к себе до хруста костей, впиваясь в её рот так жадно, как одинокий путник в пустыне, наконец добравшийся до воды. Гермиона не успела понять, что происходит. Его руки обрывали каждую здравую мысль, касаясь её тела и обжигая каждый сантиметр. Интересно, сколько бы показал градусник, ведь по ощущениям она горела огнём, но при этом рука Драко казалась ещё горячее. Она должна была расплавиться давным-давно, хотя казалось, она уже растеклась лужицей на этом самом подоконнике. Малфой расстегнул рубашку Гермионы так быстро, что та даже не успела запротестовать. А ведь планировала. Дала себе слово, что больше не допустит вольностей. Но что сейчас, что на травологии, она ничего не могла сделать, охваченная дурманом. Её тело ей не принадлежало, контролируясь чем-то извне. Или кем-то. Оно делало всё, чего Гермиона желала, но не хотела допускать. Лампочки здравомыслия в голове гасли одна за одной, и слабые сопротивления, если их, конечно, можно было так назвать, окончательно исчезли, трансформируясь в нечто совершенно иное. И это нечто сейчас заставило Гермиону придвинуться ближе, притянуть к себе Драко, положив руки ему на затылок, и целовать так страстно, как она только умела. Девушка чувствовала покалывание на губах, зная, что они сейчас кроваво-красные от налившейся в них крови. Прикусив нижнюю губу Драко, она притянула её к себе, заставив парня улыбнуться. — Решила поиграть? — спросил он, освободившись от захвата. — Мщу за первый раз, — Гермиона пыталась всеми силами не допустить глупое хихиканье. Сдерживалась, как могла. Драко занялся шеей, покрывая её грубыми поцелуями. Нежная кожа краснела под требовательными губами парня, обещая совсем скоро окраситься в тёмно-фиолетовый. Гермиона задействовала последние капли сознания, чтобы попытаться отодвинуть Драко от себя. — Не надо… — Скажи, что не хочешь. Малфой остановился, поднимая глаза на Гермиону. В её глазах летал туман, отчего серые зрачки стали почти прозрачными. Она несколько раз моргнула, хлопая ресницами, будто пыталась определить своё местоположение. — Я… — Скажи, что не хочешь, Грейнджер. И тогда я остановлюсь. Но она не хотела, чтобы он прекращал. Шея неприятно ныла, потому что там больше не было его губ, а бёдра неосознанно двинулись навстречу его рукам. Лишь бы они сжали их посильнее. Драко ухмыльнулся, читая в глазах Гермионы всё, но она опустила их вниз, вновь пытаясь думать. Не думай, Грейнджер. Просто делай. — Мы не должны… — Ты хочешь? — Это неправильно… — Ты хочешь? — Драко, я… — Так ты хочешь, Грейнджер? — Хочу! Драко рывком притянул её к себе, выбивая весь дух. Гермиона протяжно охнула, когда его губы опустились ниже, оставляя влажные следы на декольте. Малфой потянул лифчик вниз, даже не думая о застёжке. Одна из лямок с громким хлопком лопнула, позволяя белью беспрепятственно опуститься до талии. Драко задержал взгляд на груди, дав себе секунду, будто хотел запомнить. Он тут же обхватил одну из них рукой, другую предоставив во власть своих губ. Гермиона выгнулась, позволив себе простонать его имя, когда зубы сомкнулись на соске, мягко покусывая его у основания и тут же зализывая свежую рану. Она опрокинула голову назад, обнимая Драко ногами. Её школьные туфли слетели с ног, с грохотом прокатившись по полу. Малфой снял с Гермионы рубашку, не отрываясь от груди. Грейнджер ему просто не простила бы, если бы он оторвался от неё хоть на секунду. Она просунула руки Драко под футболку, поднимаясь от живота выше. Пересчитала пальцами кубики пресса, очертила непонятные узоры на груди, шее. Футболку поднималась вслед за рукой, и вскоре Драко позволил Гермионе снять её окончательно. Какой он красивый. Эту мысль в голове хотелось прихлопнуть, как надоедливую муху. Но Гермиона просто не могла врать самой себе. Она ещё раз провела рукой по телу Драко, следя, как его мышцы напрягались под её пальцами. Малфой тяжело дышал, позволяя Грейнджер себя исследовать. Она дошла до его плеч, спустилась ниже. Обхватила рукой предплечья, притянув ближе. Начала целовать его грудь, шею, плечи. Как сумасшедшая, зависимая. Драко застонал от наслаждения, когда Гермиона провела языком по его шее и так резко впилась в кожу. Как чёртова пиявка, которую не хочется отрывать от себя. Он провёл руками по её спине, вызывая мурашки, которые тут же почувствовал под пальцами. Улыбнулся. Насколько ему всё это нравилось. Гермиона будто очнулась на секунду, когда звякнула пряжка от ремня. Драко одним движением опустил свои брюки и окончательно от них освободился, переступив ногами. Гермиона просто не могла игнорировать открыто выпирающее из-под трусов желание Драко. Малфой тут же заметил её смущение, встретив его ухмылкой. Как всегда. Щёки Грейнджер могли легко светиться в темноте, настолько они покраснели. Драко провёл рукой по горящему лицу, поймав её напуганный взгляд. Но страх был спрятан где-то далеко внутри, потому что на первый план всегда вырывалось желание. Малфой видел это и просто не мог упустить. Он с такой же лёгкостью избавился от нижнего белья, вызвав новую волну смущения Грейнджер. Ещё раз дотронулся до лица. На сколько градусов повысилась температура? — Коснись его. Два слова, которые окончательно выбили почву из-под ног. Гермиона уже хотела покачать головой, раздумывая, как быстро сможет убежать отсюда в одном лифчике, когда Драко обхватил её лицо руками и страстно поцеловал. Он почувствовал, как девушка расслабляется, окончательно отпуская свои страхи. Как её губы млеют перед ним, отвечают с двойным усердием, а руки возвращаются на его тело. Оборвав поцелуй на самой неподходящей секунде, он вновь посмотрел Гермионе в глаза. Она недовольно захныкала, когда Драко отдалился от неё. Малфой лишь хищно улыбнулся и указал одними глазами вниз. Гермиона сглотнула. — Я жду. Дрожащие пальцы коснулись уже давно успевший затвердеть член Драко. Он довольно ахнул, когда Гермиона смелее продвинулась вперёд, обхватывая его полностью. Она провела рукой от основания до кончика, легким движением размазывая выделившуюся смазку. И ещё раз. И ещё. Ей нравилось, как Драко реагировал. Как шумно вздыхал, пропуская стоны сквозь зубы, будто не контролировал себя. Гермиона вошла во вкус. Потянулась за очередным поцелуем, только увеличивая темп. Драко прикусил её губы, зарычав что-то невразумительное. Грейнджер довольно улыбнулась, будто это было её главной целью в жизни. Чтобы ему было хорошо. — Тише ты, тише… — Драко оторвал её руку от себя с таким горьким вздохом, что Гермионе даже стало жаль его. — Мы так закончим раньше времени. — Но ты же хочешь, — не унималась Гермиона, потянувшись снова, но Драко вновь перехватил её руку. — Не только я хочу. Малфой чуть наклонился, чтобы залезть Гермионе под юбку и схватить края трусиков. Белье полетело на пол так резко, что девушка и понять не успела. Она инстинктивно потянулась за ним, но Драко подхватил её порыв, припечатав к подоконнику, практически обездвижив. Он легко раздвинул её ноги, тем самым поднимая юбку до талии. — Драко, пожалуйста… Я… Я никогда… — Я знаю. Малфой мягко погладил её по щеке. Его пальцы прошлись от виска к скуле, невесомо коснулись губ. Драко провёл большим пальцем по раскрасневшимся губам, не отрывая взгляда от глаз Гермионы. Она, как под гипнозом, смотрела в ответ, даже не моргая. Глаза её блестели, отливая скудным светом от лампочки. А глаза Драко сейчас сменили оттенок и выглядели совершенно чёрными. — Открой рот. — Что? — Открой. Гермиона послушалась. Драко скользнул в её рот двумя пальцами, от чего его член дёрнулся, коснувшись бедра девушки. Она сглотнула, невольно проведя языком по пальцам Драко. Он блаженно улыбнулся, и Гермиона сомкнула губы на основании пальцев, слегка посасывая их. Малфой толкнулся вперёд чуть больше, уперевшись пальцами в её глотку. Гермиона отмахнулась от неприятных ощущений в горле, ведь ему сейчас было так хорошо. Драко медленно вытащил пальцы, ещё раз проведя ими по губам Гермионы. Опустил руку ниже. Грудь, живот… Пальцы коснулись влажной плоти. Гермиона напряглась, концентрируясь на новых ощущениях, а Драко наслаждался тем, что он здесь первый. Что его пальцы были единственными, которые доставляли Гермионе удовольствие таким способом. Интересно, а бывали ли здесь пальцы самой Грейнджер? Член дёрнулся ещё раз. Гермиона застонала, когда Драко провёл пальцами по складкам и остановился на клиторе, надавив сильнее. Он сделал несколько кругов, заставляя Гермиону бёдрами подыгрывать ему, стремиться навстречу его пальцам. Драко схватил её за волосы, заставив поднять на него смущённый взгляд. Глаза Гермионы всё ещё были затуманены, но так прекрасны. Она немного испуганно, заинтересованно и в то же время вожделенно смотрела на Драко, пока его пальцы вытворяли с ней всё это. С губ срывались стоны, заставляя запрокинуть голову назад и закрыть глаза, но Драко держал её за волосы, вынуждая не терять зрительный контакт. Ему нравилось смотреть на каждую эмоцию, возникающую на этом милом лице. На каждый оттенок розового, что украшал эти щёки. Особый вид удовольствия. Грейнджер потянулась к нему, возвращая руку на член. Драко громко выдохнул, прижавшись лбом к её лбу. Он чувствовал, как по спине стекают капельки пота. Слишком много напряжения. Слишком много чувств. Слишком много её. И так чертовски мало одновременно. Малфой приставил член к Гермионе, ещё раз посмотрев в глаза. Будто просил разрешения. Она легко подалась вперёд и поцеловала. Даже слишком целомудренно для такого момента. Глаза Драко довольно заблестели, и он осторожно вошёл, придерживая одной рукой Гермиону за бедра. Она попыталась отодвинуться назад, уперевшись руками о его плечи, но Драко не позволил. Его рука железной хваткой держала Гермиону, не позволяя куда-то сбежать. Грейнджер пыталась сконцентрироваться на чём-то хорошем. На блестящих глазах Драко, на его рельефном теле, на его влажных губах… Но боль была настолько сильной, что руки сами собой толкали Малфоя, пусть это никакого результата и не давало. Драко двигался очень медленно, боясь причинить ещё большую боль. Даже слишком медленно. Он сгорал от желания, но знал, что спешить сейчас просто не имеет права. Не имеет права сделать ей больно. Драко сжал бедро девушки, вкладывая всё своё возбуждение в этот жест. Плавно вошёл наполовину, медленно вышел. Гермиона втянула воздух сквозь зубы, закрыв глаза. Вошёл. Вышел. Гермиона тихо всхлипнула, вцепившись в плечи Драко. Вошёл. Вышел. Неожиданно острые ногти прошлись по плечам Малфоя, оставив, по ощущениям, достаточно глубокие следы. Вошёл. Гермиона уткнулась в плечо парня, пытаясь унять дрожь. Вышел. Драко обнял её свободной рукой, целуя шею. Его губы посасывали чувствительную зону на ключицах, пока бёдра плавно двигались к Гермионе. Она же продолжала цепляться за Драко, не в силах заставить своё тело расслабиться. Как бы не старалась. Ей было больно. Внизу живота пылал пожар, и отнюдь не в хорошем смысле. Она чувствовала, как Драко буквально рвёт её изнутри, упирается членом во внутренние органы. — Расслабься. Драко вышел из Гермионы, отодвинувшись на один шаг. Внутренняя сторона бёдер девушки была окрашена красным. Член Драко тоже. Он подхватил Грейнджер за талию, помогая слезть. Приподнял её лицо за подбородок, когда она попыталась взглянуть вниз. Малфой постелил на пол свою мантию. Взмахов палочки трансфигурировал её в пушистое одеяло. Гермиона бы восхитилась его способностями к невербальной магии, но сейчас было вообще не до этого. Ноги еле держали её, и, казалось, если Драко отпустит её хоть на секунду, она свалится на пол и больше никогда не встанет. Драко помог ей лечь, устроившись сверху. Погладил по лицу, одарив своей обезоруживающей ухмылкой. Казалось, он совершенно уверен в своих действиях. Что делает всё, чего требует ситуация. Или Гермионе было просто удобно так думать. Отдаться Драко без конца, вручив поводья от колесницы, и просто ехать туда, куда он повернёт. — Всё позади, Грейнджер. Время наслаждаться, — пропел он ей на ухо, медленно входя вновь. Наслаждения было мало. Боль и желание смешались в единую какофонию, поэтому Гермиона хотела оттолкнуль Драко от себя, но не хотела, чтобы он останавливался. Руки безобразно блуждали по его телу, не зная, куда податься, кого послушаться. Они просто были. И Гермиона просто была. Она просто лежала под Драко Малфоем, принимая его в себя вновь и вновь. Драко двигался медленно. На пределе своих сил. Впервые он печётся о ком-то настолько сильно. Яйца ныли от нетерпения, но Малфой, как настоящий джентльмен в постели, не позволял своим желаниям затуманить разум. Не сейчас. Она должна привыкнуть к ощущениям. Должна привыкнуть. Гермиона открыла глаза, коснувшись скулы парня кончиками пальцев. Драко поцеловал их, нежно проведя губами по коже девушки. Он чуть прибавил темп и тут же почувствовал напряжение Грейнджер. Успокаивающе кивнул. Она приняла этот знак ответным кивком, чуть приподняв уголки губ. Вдруг неожиданно приятное ощущение разлилось по телу. Возбуждение возвращалось к ней с новой силой, перекрывая всё. Она невольно приподняла бёдра, сокращая расстояние между ней и Малфоем. Он заметил. Начал двигаться быстрее. Гермиона закрыла глаза, но уже не от боли. Довольно замурчала, прикусив нижнюю губу. Ещё быстрее. Она ахнула, когда Драко опустил одну руку вниз, теребя клитор. Мурашки разлетелись по всему телу, даже до кончиков волос, кажется. Гермиона несмело опустила одну руку на грудь, чуть сжав сосок. Драко зарычал. — Сожми сильнее. Она послушалась. Сжала сильнее, тут же пропустив свой стон. Такой громкий. Драко начал дышать чаще, не отнимая глаза от её тонких пальчиков, сжимающих сосок. Потрясающе. — Потяни. Гермиона потянула сосок, ловя на себе хищный взгляд Драко. Он двинулся ещё быстрее, почти не сдерживаясь. Грейнджер застонала от наслаждения, утопая в нём, когда Драко вновь вернул её в сознание. Он взял её руку и положил на клитор. — Что… — Давай, Грейнджер. Ты же знаешь, что делать, — сказал он охрипшим голосом. И снова эта улыбка. Гермиона послушалась. Смущённо опустила руку на свой клитор, теребя его средним и указательным пальцами. Водя круги. Пытаясь подстроиться под скорость Драко, которая всё увеличивалась и увеличивалась. Вид Гермионы, такой Гермионы, свёл его с ума окончательно. Он крепче схватился за бёдра Грейнджер, вдалбливаясь с максимальной скоростью, на которую был способен. Боль, смущение, наслаждение, возбуждение, адреналин, жажда… Дикая жажда по нему. Гермиона не знала, что чувствует. Перестала понимать, ещё когда взялась ласкать себя, потому что он так сказал. Какая глупость. Какой позор. Как же хорошо. Гермиона закричала, чувствуя Драко внутри себя так живо, так ярко. Будто пожар боли внизу живота потушили и подожгли новый. Но этот не приносил дискомфорта. Лишь чистый кайф. Как наркотик. Как чёртова доза кокаина. Срывала голову, путала мысли, притупляла боль… Драко двигался быстрее и быстрее. Насколько ему позволял здравый смысл, не дающий пуститься во все тяжкие. Боящийся причинить ей боль. Но этого было достаточно. Малфой смотрел на пальцы Гермионы, на её лицо, полное похоти, на искусанные губы. Всё дошло до пика, когда она крикнула от нахлынувших чувств, сжав свою грудь так сильно, что Драко чуть не кончил в ту же секунду. Он стиснул зубы, чтобы держаться, но его хватило лишь еще на пару-тройку движений. Он извергся в Гермиону и, тяжело дыша, опустился рядом. Грейнджер тут же сдвинула ноги, боясь повернуться в его сторону. — Больно? Драко сам всё сделал. Он коснулся подбородка Гермионы, мягко повернув к себе. Она лишь прикусила губу, в надежде укрыться чем-нибудь от Малфоя. Смущение накрыло с головой. Минуту назад она трогала себя для него, а сейчас начала стесняться своей наготы. — Немного… Гермиона поёрзала на одеяле, понимая, что жгучие ощущения внизу появились вновь. Боль, так вовремя отступившая во время секса, сейчас решила вернуться. Драко опустил руку на её живот. Тепло распространилось по телу, будто это был лучший обогреватель в мире. Грейнджер облегчённо выдохнула, когда Малфой придвинулся ближе, не заставляя её саму совершать лишние телодвижения. Он очистил её и себя с помощью магии, накрыл их другим концом большого одеяла, обхватив руками, словно маленького котёнка. Гермиона уткнулась в его шею, положив руку на плечо. — А если мы уснём? — спросила она, уже наполовину провалившись в сон. — То ничего плохого не произойдёт, — ответил Драко, прижимая её крепче. — А дверь… — Я запер. — А… — Спи, Грейнджер. Завтра поговорим. Тебе надо поспать. Лёгкий поцелуй опустился на щёку Гермионы, когда она уже не помнила себя. Сон пришёл так быстро и так неожиданно. Драко почувствовал, как Грейнджер засопела в его объятиях. Её мирное выражение лица поселило в душе спокойствие. Он тоже закрыл глаза, отдаваясь блаженному сну. Это был слишком длинный день.