Ты не ты

На следующий день Гермиона уже ночевала в своей комнате, как и обещала мадам Помфри. Она даже не знала, что уже успела настолько привыкнуть к своей слизеринской спальне. И цвет балдахина больше не бесил, да и соседка казалась весьма себе сносной особой. К удивлению Грейнджер, Пэнси ещё пару дней настойчиво ухаживала за ней, гневно проклиная, если та отказывалась от помощи. В какой-то момент она даже начала напоминать строгую, но заботливую бабушку, которая и люлей может дать, если не съесть ее полезный супчик. Всю неделю Блейз продолжал тактично избегать любых контактов с Гермионой. И делал это весьма изощрённо, не подкопаешься. Приготовление зелья шло медленно, но верно. Каждую ночь Драко и Гермиона встречались в туалете для девочек, добавляли несколько новых ингредиентов, перекидывались парочкой банальных фраз, неловко молчали и расходились по своим комнатам. Недомолвки с Малфоем пусть и царапали там, глубоко внутри, но вернули Гермионе нормальный режим сна. Они больше не тратили много времени на свои встречи, а меньше чем за час закидывали в котёл всё, что нужно, и разбегались. Он молчал. И она тоже молчала. Единственный предмет, когда они вновь были вынуждены работать вместе, — это травология. Никто из них просто не решился попросить о смене пары, учитывая реакцию профессора Стебль в прошлый раз. Картина их встречи в туалете в точности повторялась и в классе. Только тут было больше наблюдателей. В большинстве своём, это была Пэнси. Она, даже не особо скрываясь, подглядывала за ними. Иногда Гермиона даже чувствовала взгляд Драко на себе, могла поклясться, что чувствовала. Но каждый раз, когда она оборачивалась к нему, Малфой смотрел совершенно в другую сторону. Вечером того же дня Пэнси подсела к Гермионе на кровать, элегантно сложив ноги в позу лотоса. Грейнджер уже собиралась поспать несколько часов, ведь по расписанию готовка зелья была назначена только на два часа ночи. — Я считаю, что ты должна рассказать всё Блейзу, — твёрдо заявила Паркинсон голосом, не терпящим пререкательств. — Не думаю, что это хорошая идея, — Гермиона уже привыкла к её излишней властности и научилась не поддаваться. По крайней мере, не так быстро. — И почему же? — Во-первых, чем меньше людей знает о нашем положении, тем лучше. Во-вторых, он может просто не поверить мне. — Согласна, история попахивает бредом, но я больше не могу смотреть на него в таком состоянии. За последние недели в мою сторону не прилетело ни одной тупой шутки. А я уже успела к ним привыкнуть, так что… Он страдает, Гермиона. И ты это знаешь. — Он ведь может подумать, что это жалкая попытка отмазаться от него, — подметила девушка. — Нет, если всё грамотно преподнести. Я помогу, если что. — Не знаю, — замялась Гермиона. На самом деле ей было просто стыдно признаваться в том, что она другой человек, тем более после всего, что между ними было. — Он любит не тебя, пойми. Он любит настоящую Гермиону, — Грейнджер непонимающе подняла брови, — то есть нашу Гермиону, из нашего мира, — добавила Пэнси. — Блейз не заслужил такого, он должен знать. — Ты права, — сдалась Грейнджер. — Я поговорю с ним… Как только наберусь смелости. — Когда? — Не сегодня. Мне ещё нужно обсудить это с Драко. — А он-то тут при чём? — закатила глаза Паркинсон. — Проклятье касается нас обоих. Я не могу одна принимать такие решения, — Гермиона залезла под одеяло, несмотря на то что на одном его конце всё ещё восседала Пэнси. — Ладно. А с ним когда поговоришь? — недовольство девушки проявилось на белоснежном лице. — Сегодня. Мы встречаемся ночью. — Часть плана? Или так, потра… — Пэнси! — прервала её Гермиона. — Ну хватит, а. — Ну хватит, а, — Паркинсон скорчила рожицу, говоря смешным голосом. — Гриффиндорцы такие неженки. И поговорить с вами нельзя. — Это часть плана, — настояла Гермиона. — Верю, верю, — подмигнула Пэнси, слезая с её кровати. — Скажи это кудряшке, который при любом удобном случае пялится на твой зад. — Ничего он… он… не пялится, — запинаясь, ответила Гермиона. — Если он не пялится, то я не самая шикарная красотка школы. А мы все знаем, что это так. — Мерлин… — Гермиона уткнулась лицом в маленькую подушку. — Мне, если честно, всё равно. Я всё ещё недолюбливаю кудряшку. Но раз тебе нравится, — она пожала плечами. — Может, у него там большой… — Пэнси! — Гермиона кинула в неё подушку, та удачно увернулась. — Всё-всё, — серьёзно сказала Паркинсон сквозь нескрываемую ухмылку. — Развлекайтесь. Только про предохранение не забудьте. — Ты как надоедливая старшая сестра, которую я никогда не хотела, — буркнула Гермиона и завернулась в одеяло. Пэнси смешно фыркнула и переместилась на свою кровать. Гермиона готовилась к серьезному разговору. У Драко и Блейза были неоднозначные отношения. Лучшие друзья там, но здесь они, мягко говоря, недолюбливали друг друга. Захочет ли Малфой открываться ему, не было точно известно. Половина этапов приготовления уже была позади. Гермиона помешивала зелье, пока оно не забурлило, в очередной раз меняя цвет. Драко сверился с рецептом и накрыл котёл деревянной крышкой. За работой прошло по меньшей мере сорок минут, за которые Драко и Гермиона сказали друг другу не больше десяти слов. И то туда входили фразы наподобие «подай это», «подай то». Когда Драко надежно спрятал весь их арсенал, Гермиона неловко прокашлялась, привлекая к себе внимание. — Говори уже, — сказал Драко, повернувшись к ней. — Просто я тут подумала, — нервно начала Гермиона, будто была в чём-то виновата. Она ненавидела себя за это, но голос всё равно дрожал. — Может, стоить рассказать Блейзу всю правду? Он скучает по той Гермионе, а мне тяжело это видеть. Я чувствую вину за собой. Знаю, тебе эта идея не понравится, но я настаиваю, — голос ее стал жёстче, будто она выступала на дебатах против очень сильного оппонента. — Не вижу смысла что-то скрывать. Для зелья он не нужен, мы справляемся. Ингредиенты на руках. А просто мучить его… — Ладно, — Драко прервал её тираду. Его спокойствие сильно контрастировало с её возбуждённостью. — Ладно? — удивилась Грейнджер. Вот так легко? Серьёзно? — Думала, я буду против? — Да, — тут же призналась Гермиона. — Причина? — Ты же его недолюбливаешь, — заметила девушка. — Мне всё равно, вот почему я не против. Мне дорог лишь настоящий Блейз. А что будет с этим, глубоко насрать. Но раз он тебе так дорог… У вас же здесь совершенно иные отношения. — На что это ты намекаешь? — Гермиона сузила глаза, наблюдая за Драко. Она пыталась отметить каждое изменение в его лице. Что это? Ревность? Или просто его излюбленная вредность? — На то самое, — Малфой умел держать лицо, когда это было нужно. И снова само спокойствие. — Этот поцелуй всё ещё не даёт тебе покоя? — Гермиона приподняла одну бровь, с вызовом взглянув на Драко. — Поцелуй или что там ещё было, подробностей я не знаю, — он вальяжно подошёл к двери. — И знать не хочу. Слишком неинтересно. — Как ты можешь? — Гермионе не так хорошо давалось мастерство сокрытия эмоций. Она и не собиралась прятать своё негодование. — Что? — Несёшь всякую хрень, хотя лучше всех знаешь, кто у меня был первый, — она толкнула его в грудь и чуть ли не пробежала к двери. — И я жалею об этом больше всего на свете. Драко слышал, как Гермиона быстро-быстро перебирала ногами, убегая прочь от него. А в голове зрел вопрос, который точно не даст ему покоя в ближайшие дни: а жалеет ли он?

***

Впервые за долгое время Гермиона начала любить необъединенные занятия. Поначалу ей было спокойнее, когда рядом находились гриффиндорцы, пусть сами они и глядели на неё с толикой страха или презрения. Сейчас она чувствовала себя комфортно, даже когда оставалась один на один со слизеринцами. Возможно, она успела проникнуться к ним симпатией, а возможно, просто не хотела видеть лишний раз Малфоя. Каждая встреча с ним превращалась в изощрённую пытку. Гермионе не нравилось, когда он на неё даже смотрел. Но когда не смотрел, ей не нравилось вдвойне. В этом мире Грейнджер начала опаздывать на занятия. Может, черты нынешней Гермионы появлялись и в ней? Может, она превращалась в неё? И в один прекрасный день от неё самой ничего не останется, кроме старых гриффиндорских учебников, спрятанных под кроватью. А может, она просто начала больше лениться, поэтому и опаздывала. Гермиона вошла в класс последней, когда все, и даже учитель, уже были там. Она тут же насторожилась, потому что в кабинете стояла гробовая тишина. Девушка с ужасом обнаружила, что все будто замерли, застыли в разных позах. Кто-то только садился на место и окаменел на половине пути, кто-то уже начал листать учебник и так и застыл, подхватив уголок страницы кончиками пальцев. А Макгонагалл явно что-то начала чертить на доске, замерев с поднятой вверх палочкой. Гермиона опешила. Она оглянулась по сторонам — все действительно замерли. Будто на них применили Петрификус Тоталус, но явно какой-то модифицированный его вариант. Или даже хуже. Будто кто-то остановил время. Грейнджер сделала несколько шагов вперёд, вглядываясь в лица одногруппников. Разные выражения, жесты, но совершенно стеклянные глаза. Как у кукол. Прошло пару секунд, и вдруг все ожили. Просто продолжили с того, на чем и остановились. Макгонагалл дочертила на доске тему урока, все сели на свои места. И только Гермиона осталась стоять посреди класса, онемев от ужаса. Это маховик времени? Их ещё не уничтожили? А они разве могут останавливать время? Грейнджер ещё раз огляделась по сторонам, надеясь увидеть хоть что-то. Намёк на то, что это сделал один из учеников. Хитрую улыбку или насмешливый взгляд. Может, массовая шутка. — Мисс Малфой, займите своё место, — прозвучал голос Макгонагалл. Гермиона не реагировала, она продолжала стоять и хлопать глазами, привлекая к себе внимание всего класса. — Мисс Малфой! — десятки заинтересованных взглядов будто разбудили её от дремоты. Гермиона слегка дёрнулась. — Миона, — шикнула ей Пэнси. Она схватила её за запястье и посадила на соседний стул. — Простите, профессор, — промямлила Грейнджер, пытаясь сконцентрироваться. — Что происходит? — прошептала Пэнси, как только Гермиона заняла своё место. — Ты что-то видела? — Кажется, я… схожу с ума, — закончила она, закрыв лицо ладонями. Девушка потёрла щеки и запустила пальцы в волосы. Думай, думай. — Гермиона, что мне сделать? — недовольное шипение Паркинсон над ухом отвлекало. Грейнджер не могла собраться с мыслями, потому что их подавляли посторонние звуки. — Тишины, нужно немного тишины, — промямлила она, практически дёргая себя за волосы. Она сходит с ума. Сходит с ума. Пэнси больше не задавала вопросов. Она повернулась к профессору, изредка проверяя, в порядке ли Гермиона. Та же продолжала весь урок сидеть с побелевшим лицом, лишь ближе к концу занятия найдя в себе силы выпрямиться и сделать вид, что её интересовала тема. Это был не первый странный случай и явно не последний. Она должна с этим смириться, должна научиться скрывать свой страх, да и любые другие эмоции. Это ведь не так страшно, как пропадающие люди. Перед глазами тут же всплыли образы Джинни, Тео, Дамблдора… Гермиона еле сдержала себя, чтобы вновь не прикрыться руками и не начать жалеть себя. — Расскажешь? — как только все покинули класс, сказала Пэнси. — Позже. Надо поговорить с Блейзом, — уже спокойно сказала Гермиона. Никакого мандража. — Я буду ждать в комнате. — Блейз, — Гермиона успела схватить Забини за руку, прежде чем тот скрылся в толпе учеников. — Мы можем поговорить? Блейз шумно выдохнул, сжав челюсти. Он будто и не злился, а только делал вид. Весьма старательно, стоит заметить. Он скрывал совершенно другие эмоции, про существование которых не хотел никому говорить. — Братан, хватит тормозить, — захныкал Монтегю, по-дружески стукнув одногруппника по плечу. Тот будто очнулся, ослабив силу сжатия собственной челюсти. — Не видишь, взрослые разговаривают, — Пэнси лёгким движением руки развернула Монтегю в другую сторону и подтолкнула. — Иди и не оглядывайся. Не успела Гермиона благодарно кивнуть Паркинсон, как Забини выдернул свою руку из её хватки и указал движением подбородка в сторону третьего этажа. — Ни одна живая душа не должна узнать о том, что я собираюсь тебе рассказать, — сказала Грейнджер, когда они остались наедине. Коридор на третьем этаже пустовал большую часть времени. Сюда заглядывал разве что Филч для проверки, не бродили ли тут ученики. Но так как за всё время своего пребывания здесь Гермиона видела Филча только один раз, вероятность его появления сводилась к минимуму. Пара дошла до конца пустующего коридора, который был завален всяким ненужным хламом: старые столы и стулья, школьные доски, вёдра и сломанные швабры… Блейз очистил заклинанием два стула и сел. Гермиона опустилась рядом с ним, неловко подобрав под себя подол юбки. Колени всё ещё дрожали после увиденного на последнем уроке, а ореол пустоты и некой заброшенности данного места нагонял ещё большую тревогу. — Я слушаю. Блейз чем-то напоминал Гермионе Драко. Да, в обычное время Забини был шутником и вел себя куда добродушнее Малфоя. Но в тяжёлые времена он был подобен раненому зверю. Злой оскал так и стремился появиться на его лице, пусть и был тщательно скрыт высокомерием и равнодушием. Не зря эти двое были так дружны. — Всё началось в тот день, когда Хагрид рассказал нам на уроке про зуву. Уже на следующий день я проснулась совершенно другой. Кхм… — она помедлила. — Позволь представиться. Гермиона Грейнджер.

***

Драко умирал от скуки, тупо лёжа на своей кровати. Их занятия закончились ещё в обед, поэтому остальную часть дня ему пришлось планировать самостоятельно. Ингредиенты найдены, план построен. Остальных дел здесь нет. В своём мире занятие всегда находилось. Учёба, друзья, развлечения… Драко был нарасхват и уж точно не лежал один в комнате, размышляя, что бы поделать: поспать или поесть. Внезапно прилетевшая в лицо подушка рассеяла все воспоминания. Малфой подпрыгнул, схватив попавший в него снаряд и готовясь кинуть в ответ. У шкафа стоял Рон, копошась на верхней полке. — Оглох что ли? — буркнул он, уничтожая порядок на полке с одеждой. — Что? — не понял Драко. — Я говорю, мы с Гарри идём немного полетать. Знаю, ты не любишь… — Шутишь что ли? — вскочил Малфой с кровати. — Прямо сейчас идём? — Ого, — усмехнулся Рон, засунув найденные перчатки в сумку. — А с метлы свалиться не боишься? — Скорее ты свалишься, Уизли, — подмигнул ему Драко. Он воодушевился возможностью полетать и выбежал из комнаты, даже забыв прихватить что-то тёплое. Мужская раздевалка пахла потом и травой. Сколько бы раз девчонки не зажимали носы, заходя сюда и называя этот запах омерзительным, Драко его любил. Проедающий глаза, особенно после тренировки или игры, он был совершенно невыносим, но для Малфоя именно он ассоциировался со свободой. На метле, поднимаясь с каждым толчком всё выше и выше, он ощущал себя свободным. Никакого давления и обязательств, никаких правил и стандартов, которым надо соответствовать. Лишь метла, прохладный воздух и он. — Выбери себе более или менее целую, — Уизли прихватил из общей кучи мётел, сложенных в углу раздевалки, одну и вышёл на поле. Драко сжал деревянную рукоять старой «Кометы». Потрёпанная метла завибрировала в руках парня, будто расправляя ворсинки. Малфой вытащил её из общей кучи, внимательнее рассмотрел в свете солнца, проникающего сквозь приоткрытую дверь. Не «Нимбус-2001», конечно, но тоже сойдёт. — Не терпиться полетать, да? — усмехнулся он, вертя в руках старое древко. — Мне тоже, дорогая. Мне тоже. Когда Драко вышёл на поле, там были лишь Гарри и Рон. Малфой остановился в нескольких метрах от них. Уизли тут же заприметил напряжённые взгляды этих двоих, поэтому решил взять ситуацию в свои руки. — Никаких драк, господа, — начал он, шуточно серьёзным голосом. — Мы собрались здесь, чтобы полетать. Ведите себя как джентльмены, и мы отлично проведём время. Не то надеру задницы обоим, — добавил он в конце. Гарри и Драко одновременно фыркнули, закатив глаза на кривляния Рона. Тот лишь усмехнулся их реакции, довольный достигнутым результатом. Малфой подошёл ближе к ребятам, пристроив метлу между ног. — Помнишь, как это делается? — спросил Гарри, глядя на действия Драко. — Десять к одному, что он свалится, — важно заявил Рон, потирая подбородок. — Напомните-ка, как там было. Легонько оттолкнуться от земли и что дальше? — Драко сделал максимально обеспокоенное лицо, изо всех сил стараясь не засмеяться. — Направляй метлу своим телом. Крепко держи рукоять. Наклонись немного вперёд, чтобы ускориться, потяни назад, чтобы затормозить, — начал перечислять Гарри, сопровождая каждое своё слово соответствующим движением. Желание тренировать пересилило прошлые обиды. Драко кивал, сжав губы максимально сильно. Они так и норовили растянуться до ушей. Какой же Драко Грейнджер трус. Он даже не умеет летать на метле. Боится высоты, темноты, девчонок. Неудачник, что тут сказать. — Поднимись на один метр и тихонько опустись, — продолжил Поттер, оседлав свою метлу. Он оттолкнулся от земли поднимать на обговорённую высоту. — Попробуй. — Ой не знаю, получится ли, — причитал Драко, топчась на месте. — Я тоже боялся, — Рон поднялся в воздух, подлетев к Гарри. — Сделаешь раз, и больше не захочешь останавливаться. Как наркотик. — Даже лучше, — добавил Гарри. Драко не сдержал ухмылку, появившуюся на лице. Но она была вовсе не злая. Он оттолкнулся от земли, поднимаясь на один уровень с ребятами. — Что дальше? — спросил он у своих тренеров. — Порядок? — спросил Гарри на всякий случай. — В обморок упасть не хочешь? — Рон облетел его, сделав небольшой круг. — Максимум блевану. Но не волнуйся, если что, ты узнаешь. Я хорошо умею целиться, — ответил ему Малфой. — Изваращенец, — Уизли отлетел чуть выше, глупо улыбаясь. — Ты можешь опуститься, если хочешь. Всё нормально, — сказал Гарри. — Просто опусти рукоять вниз. — Может лучше вверх? — Драко улыбнулся, направляя метлу выше. Она тут же послушалась нового хозяина, взметнувшись и оставив Гарри и Рона внизу. — Драко, стой! — крикнул снизу Поттер, погнавшись за ним. — Твою мать! Тормози! Тормози! — слышались где-то позади истошные крики Уизли. Драко летел вверх, не слушая слова парней, не обращая внимание на горевшие от ветра щёки и свист в ушах. Глаза слезились от бешенной скорости, но улыбка не сходила с красного лица ни на секунду. Малфой не остановился, пока трибуны не стали похожи на игрушечные башни, а замок — на маленькую картинку на горизонте. Здесь, на высоте было тихо и свежо. Никакой суеты. Драко блаженно закрыл глаза, позволяя холодному ветру остудить его горящие щёки. Он слышал свой радостный смех, который тонул в свисте того же ветра. Через пару секунд рядом с ним возникли Гарри и Рон. — Ты больной! — услышал он крик одного из них. — Какого хрена? — подтянулся второй. — Спускаемся! — приказал он. — Слушаюсь, капитан, — вперемешку со смехом крикнул Драко и резко опустил рукоять метлы. Он рванул вниз с невероятной скоростью. Практически свободное падение, только метла продолжала жалобно вибрировать под ним. Видно, давно её не мучили такими фокусами. Драко слышал, как сзади кричали парни, зовя его по имени, но ему было всё равно. В эту чёртову секунду ему было плевать на всех и вся. На этот чёртов мир с тупыми правилами. На хреново дерево в лесу, действия которой не поддавались логике. На Грейнджер, которая была невыносимо тупой и невыносимо желанной. Пошло всё к чёрту! Пошло всё к чёрту! — Пошли вы все к чёрту! — закричал Драко. Он резко развернул метлу, проделывая мёртвую петлю. Кудрявые волосы взъерошились, падая на глаза и частично перекрывая обзор. Драко продолжал смеяться, пока вытворял трюки, зависая вверх ногами на несколько секунд и тут же продолжая своё движение. Он кричал, свистел и продолжал хохотать, как ребёнок, которого наконец-то отпустили побегать с друзьями. — Ты когда этому научился? — прокричал сквозь шум ветра Гарри, когда Драко соизволил замедлить ход. Слышимость была ужасной, потому что осенний ветер был холодным и сильным. — Да так, летал пару раз! — посмеялся тот в ответ. — Ты хотел сказать, пару тысяч раз? — подлетел Рон. — Ты даже на один метр не хотел подниматься, ссорился с мадам Трюк! — Поттер приподнял одну бровь. — Это в прошлом, Поттер! — хмыкнула Малфой. — Теперь я ничего не боюсь! — Даже того, что я скину тебя с метлы? — засмеялся Гарри и полетел на него на всей скорости. — А ты догони! — насмешливо кинул Драко, ловко уворачиваясь от его нападения. — Дилетант! — Кто первый свалится на землю, угощает всех сливочным пивом на выходных! — постановил Рон, присоединяясь к игре. — Готовьте ваши денежки, господа! Потому что я… — Драко повернулся к ребятам и замолк. Неожиданно стало очень тихо. Ветер будто просто пропал. Завывающие звуки прекратились, так что Драко отчётливо услышал свой крик. Он оглянулся на парней, которые повисли в воздухе с глупыми улыбающимися лицами. Даже их волосы застыли, подхваченные и взлохмаченные ветром. — Какого… Малфой подлетел к ним поближе. Никаких признаков жизни. Парни не двигались, не моргали и даже не дышали. Драко потряс рукой перед лицом Гарри, но тот никак не отреагировал. Малфой легонько толкнул его, снова никакой реакции. Парень оглянулся по сторонам, на секунду подумав позвать на помощь. Но только кого? Это ведь не какая-нибудь болезнь, чтобы звать мадам Помфри. Разве что Грейнджер? — Любопытно, — он наклонился ближе к Гарри, рассматривая его застывшее лицо. — Ты умер, Поттер, или просто застыл? Драко отлетел выше, всматриваясь в сторону школы. У входа виднелись несколько учеников, но с такого расстояния невозможно было разглядеть, двигались они или тоже решили поиграть в эту игру. Вдруг резко по ушам ударил свист ветра, чуть не снося Малфоя с метлы. От неожиданности он дёрнулся, еле удержавшись в воздухе. Что-то большое ударилось в него слева, от чего тот качнулся и улетел в сторону, с трудом удерживая курс. Вцепившись в метлу обеими руками, Драко сумел посадить её на землю без каких-либо увечий для себя. — Это было слишком просто! — услышал он довольный голос Рона за спиной. Тот тоже опустился рядом. — Он же только начинающий. Сделаем скидку, — приземлился и Гарри. Драко ошалело смотрел на ребят, которые продолжили вести себя как обычно. Он сглотнул накопившуюся во рту слюну, слегка покачав головой. Возможно, это лишь очередные видения, которые Хранитель леса посылал в его голову. Изощрённая игра, в которой Малфой выступал пешкой, игрушкой для экспериментов. — Так уж и быть, следующие выходные за мой счёт, — натянуто улыбнулся Драко. Он собрал всю волю в кулак, чтобы продолжить непринужденный разговор. Когда ребята шли обратно в школу, Малфой вёл себя тише всех. Он лишь несколько раз позволил себе оглядеть парней, дабы убедиться, что они не собирались вновь пародировать статуи. Гарри и Рон не заметили особых изменений, весь вечер они весело болтали в комнате. Вскоре к ним присоединилось ещё несколько парней с Гриффиндора. Драко терпеливо выдерживал их компанию, лишь раз отвлекшись на свою сову. Грейнджеры вновь написали письмо своему сыну, которое Малфой тут же захотел открыть. Он минут пятнадцать просидел на лестнице в коридоре, наслаждаясь весёлым рассказом миссис Грейнджер о неудавшемся эксперименте с новым рецептом кексиков.

***

Гермиона закончила свой рассказ уже пять минут назад. Блейз всё ещё сидел, опустив голову, и ни разу не шелохнулся с тех самых пор, как Грейнджер сказала последнее слово. Девушка оглядела заброшенный коридор. Хлама здесь было предостаточно. И пыли тоже. Она толстым слоем лежала на старой мебели, летала в воздухе, затрудняя дыхание. Это место чем-то напоминало Выручай-комнату. Такая же гора мусора, которая в своё время представляла ценность. Вдруг в глазах потемнело. Гермиона ухватилась за края своего стула, удерживая равновесие. Взгляд прояснился, но предметы начали мелькать. Девушка сосредоточилась, чтобы не выдать себя, своей настоящей реакции. К этим бесконечным галлюцинациям можно даже привыкнуть. Именно так живут люди, больные шизофренией? Долго это не продлилось. Прошло меньше минуты, и всё вернулось на круги своя, кроме одного стула. Опрокинутый на парту со сломанной ножкой, он продолжал переливаться, пока вовсе не исчез. Гермиона округлила глаза. Она продолжила смотреть на то место, где только что был стул, ожидая его появления. Но ничего не произошло. Он просто исчез. — Мне не хочется тебе верить, — вдруг сказал Блейз. Гермиона тут же отвернулась от ненужной мебели и сосредоточилась на друге. — Это правда, — повторила Грейнджер. — Я думала, тебя обрадует эта новость, — добавила она чуть погодя. — Чему же я должен радоваться? — Блейз поднял взгляд на неё. — Тому, что где-то есть настоящая Гермиона? — предложила Грейнджер. — Что велика вероятность, что она не соврала тогда и тоже любит тебя? — Вот именно. Она где-то есть. Но где? Мне было спокойнее знать, что Гермиона здесь, в безопасности, пусть я ей совсем не нужен. А сейчас я узнаю, что она пропала. Думаешь, призрачная надежда на то, что мои чувства взаимны, как-то греет мне душу? — его голос хрипел как старое пианино. — Я бы могла не говорить тебе об этом, но решила, что так будет честнее. Пребывая здесь, в этом мире, я узнала, что у Гермионы есть настоящие друзья, которые волнуются за неё. И я не имела права скрывать от вас факт её пропажи, — Грейнджер выглядела потерянной. — Я бы хотела, чтобы Гарри и Рон первыми узнали о моей пропаже. — Но ты же говоришь, что узнавшие о проклятье не могут помочь. — Да, не могут. Поэтому мы скрывались, тем или иным образом убалтывали других нам помогать. — И меня тоже, — кивнул он. — Да. — Вы знаете, как вернуться назад, но как мне вернуть Гермиону? — спросил Блейз. Вполне ожидаемый вопрос, на который Грейнджер не имела ответа. — Я не знаю. Если моя теория верна, и другие Драко и Гермиона попали в мой мир, то я придумаю способ их вернуть сюда. Если, конечно, сама смогу это сделать. Забини встал со своего места. Сделав пару шагов, остановился. Снова повернулся и сел на тот же стул. Гермиона не мешала ему. Переварить такое количество информации за раз не каждый сможет. — Я могу помочь? — Уже нет. Да и у нас всё есть. Рецепт будет готов меньше чем через две недели. — Это хорошо, — Блейз потёр лицо. Глаза его были широко открыты и смотрели куда-то в пустоту. — Ты будешь мне сообщать обо всех изминениях, что происходят здесь? — Хорошо, — кивнула Гермиона. Теперь она будет докладывать уже двоим слизеринцами. Прекрасно. — Как можно не заметить пропажу своих друзей? Даже забыть о них? — взгляд Забини сфокусировался на ней, и Гермиона вновь почувствовала себя на допросе. — Это мне ещё предстоит выяснить. Повисло молчание. Вдруг Блейз усмехнулся. — Не могу поверить, что в какой-то из вселенных кудряшка мой друг. — Там у него совсем не кудрявые волосы, — улыбнулась Гермиона. — Такая прическа у меня. И поверь, пышность его шевелюры ничто по сравнению с той, что была у меня. — Я бы хотел это увидеть, — сказал Блейз. — Не оценишь. По крайней мере, в нашем мире вы все называете мою прическу вороньим гнездом. — Ну почему сразу вороньим. На такой маленькой голове поместиться максимум воробьиное. — Козлина, — прыснула Гермиона, легонько толкнув его в плечо. Блейз улыбнулся, чуть покачнувшись от удара. — Значит, когда всё закончится, ты пропадёшь? — спросил Забини. Гермиона кивнула. — И мы больше не увидимся. — Мы и не должны были встречаться, — добавила Грейнджер, пробежавшись глазами по своим туфлям. — Когда вернёшься туда, к себе домой, передай тому Блейзу, что он полный придурок, раз профукал такую подругу, как ты. — Думаю, он переживёт это, — улыбнулась девушка. На душе стало теплее.

***

Блейз и Гермиона дошли вместе до подземелий. До комендантского часа оставалось не больше десяти минут. У самого входа в гостиную их поджидал неожиданный гость. — Мисс Малфой, прошу за мной, — строго сказал Снейп голосом, не допускающим пререкательств. — Куда? — встрял Забини. — Доброй ночи, мистер Забини. За мной, — строже сказал профессор. Гермиона пошла за учителем, кивнув на прощание Блейзу. Тот наблюдал за удаляющейся парочкой, до последнего не заходя в гостиную Слизерина. Как только они скрылись за поворотом, Снейп развернулся и резко остановился. Настолько резко, что Грейнджер чуть было не впечаталась в него на полном ходу. Профессор схватил её за плечи и наклонился так, что их глаза оказались на одном уровне. — Очистите разум. Как я вас учил. Перед вами лист. — Что? — не поняла девушка. Она попыталась освободиться, но Северус лишь сильнее сжал её плечи. — Перед вами лист. Очистите его от всего. Чистый лист. Это должен быть чистый лист, — продолжил он напористо. — Профессор, я не понимаю… — Нет времени, Гермиона. Я искал тебя, хотел предупредить, но не мог найти. Снейп схватил её за локоть и потащил к выходу из школы. — Куда мы идём? — Гермиона бежала за ним, уже не пытаясь вырвать руку. Всё равно бесполезно. — К вам домой. Короткий ответ, который пустил холодок по всему телу. Они вышли на улицу и прошли к воротам. Наконец, Снейп отпустил свою ученицу и дал ей отдышаться. Гермиона чувствовала себя, как после часовой пробежки. Но сердце колотилось отнюдь не из-за этого. — Что происходит? — Он будет копаться в твоей голове, будь готова. Я постараюсь помочь, но не могу ничего обещать. Чистый лист. Запомни это. Твой чистый лист, — повторил Снейп. — Он не должен увидеть там Грейнджер. Иначе тебе не жить. Гермиону трясло. Профессор потряс её за плечи, возвращая в реальность. — Дыши, Гермиона. Вдохни, — она послушалась. — Выдохни. Контролируй своё дыхание. Очисти голову. Очисти лист. Убери всё лишнее. Спрячь на пустые полки каждое ненужное воспоминание. Девушка попыталась выполнить указания, но в голове была такая суматоха, что ей было тяжело даже ровно дышать, не говоря уже о контроле разума. Как назло перед глазами стоял улыбающийся Драко. Она покачала головой и попыталась начать всё заново. Что там нужно было делать? Чистый лист? — Мы… мы идём к… — запинаясь начала Гермиона. Она сразу поняла куда и к кому они идут. Но до последнего не хотела признавать это. Не хотела верить. Она чувствовала, как всё тело дрожит, как немеют пальцы рук, как мурашки бегают вдоль позвоночника. — Тёмный Лорд ждёт, — сказал Снейп и, коснувшись плеча Гермионы, трансгрессировал.