Не тебе говорить о вежливости

— Вставай, мы приехали, — мужской голос прервал сон. Кейра не спеша разомкнула веки и потёрла опухшие глаза. Спросонья было не ясно, где она и что происходит, но спустя мгновение воспоминания стали возвращаться. Глаза покраснели отнюдь не от недосыпа, а от непрекращающегося потока слёз. Кейра не могла вспомнить, как и когда она уснула в машине, но за окнами на мрачном небе уже сияли звезды, и внутри явно стало холоднее. — Ты слышишь? Иди купи водку, — тихим, но уверенным тоном скомандовал Риппнер. — Водку? — Кейра наконец взглянула на своего «попутчика», через одежду которого проступила свежая кровь. — Да, водку. Для души и тела. И как ты могла заметить, — Джексон перевёл взгляд на свои рёбра, — с этой футболкой тебе придётся попрощаться. Есть другая? — Да, сейчас. Слабыми пальцами Кейра ухватилась за ручку двери и вышла из машины. От холодного ночного ветра её кожа тут же покрылась мурашками. На заправке было спокойно и безлюдно, лишь в окне магазинчика горел жёлтый свет. Из-за деревьев не было понятно, за городом они или нет, но тишина и отсутствие проезжающих мимо машин подсказывали, что они точно не близко к центру. Открыв багажник угнанной Риппнером машины, Кейра начала искать подходящие для него вещи. Она снова вспомнила лежащую на полу Лизу, и чувство вины сильнее сдавило ей горло. — Ну? — спросил Джексон, не выходя из машины. — Вот, — Кейра трясущимися руками протянула ему серую футболку. — Тебе надо успокоиться, иначе продавец что-то заподозрит. А нам новые проблемы не нужны, да? — он медленно стягивал с себя потемневшую от крови ткань, оголяя перебинтованный торс. Кейра невольно всматривалась в изгибы его побитого тела, оглядывала синяки и кровоточащую через белое полотно рану. Её пальцы потянулись к ней, будто заколдованные, но Риппнер остановил их своей рукой. — Сначала водка, потом новая повязка. Равнодушный кассир без лишних вопросов продал измотанной Кейре бутылку водки и пробил чек на несколько литров бензина. Она вернулась к серому авто, на капоте которого сидел Джексон, медленно отдирающий от себя присохшие к телу бинты. Кейра ускорила шаг, оглядываясь по сторонам: — Ты что делаешь? А если кто-то увидит? — Никого здесь нет, камера одна, и та смотрит в другую сторону. Расслабься, я не первый раз, — слова прервались шипением от боли. — Постой, давай я помогу тебе, — Кейра дотронулась до его ребер своими холодными пальцами — кожа Риппнера будто горела. — Я почти закончил, остался один слой. Открой бутылку, — стискивая зубы, Джексон продолжал разматывать бинты. Кейра не собиралась паниковать, но от всего происходящего ей становилось всё больше не по себе. Она никогда до этого не видела таких ран на людях, разве что на фотографиях и по телевизору. Да и смотреть на чужие мучения отнюдь не доставляло ей удовольствия. Открутив железную крышку с горла бутылки, Кейра посмотрела на Риппнера. Он отбросил грязные бинты на капот машины и подставил ей раненный бок. — Лей. Прозрачная жидкость потекла по его телу. Прошло уже несколько часов, но рана была слишком серьёзная, чтобы так быстро затянуться. Джексон стиснул зубы и глубоко задышал, всё его тело напрягалось от боли, грудь вздымалась всё выше, и, зажмурившись, он закинул голову назад. Кейра держала себя в руках и старалась медленно и аккуратно лить спирт на открытую рану. Когда в бутылке осталось гораздо меньше половины, Кейра остановилась и глубоко вдохнула ночной воздух, пытаясь успокоить свои нервы. — Дай сюда, — он бесцеремонно схватил водку и сделал несколько глотков. Тихо прорычав, Джексон зажмурился и импульсивно встрепенулся, после чего тяжело выдохнул. На дне бутылки ещё что-то плескалось, и он протянул её Кейре: — Можешь допить, если хочешь. Ни сказав ни слова, Кейра залпом допила оставшуюся водку и закашлялась. — Легче, тигр, — жёсткой ладонью Риппнер провёл её и посадил рядом. Он неспешно достал бинты из лежащей рядом аптечки и положил их в свободную руку Кейры. — Затягивай. Она поставила пустую стекляшку на асфальт и подняла глаза на лицо Джексона. Он был бледным, синяки под глазами говорили о бессонных ночах, а ко лбу прилипли упавшие локоны. Пальцы Кейры дотронулись до них. Его кожа, как всегда, была холодной. Аккуратно передвинув чёрную прядь с лица, она не спешила убирать руку. Джексон не выдавал никаких эмоций, но ни на секунду не отрывал от неё своего взгляда. Он наклонился ближе и касающимся приоткрытых женских губ дыханием прошептал: — У меня дырка в рёбрах, не могла бы ты её закрыть? Кейра вздрогнула и тут же принялась обматывать его тело бинтами. Бережно, пытаясь не суетиться, она наложила несколько слоёв в безмолвной тишине. — Всё? Завязывать? — Потуже, а то ты так трепещешь, будто я кузнечик. Или ты настолько слабая, — насмешливый тон прервался шипением. В наказание за колкость, Кейра резко затянула края узла на спине Риппнера, сдавливая рану на рёбрах. Он схватил её руки и придвинул к себе, сжимая челюсти то ли от боли, то ли от злости. Их нервное дыхание заполняло ночную тишину. Страх, злость, боль, усталость… и страсть. Словно животные, они впились друг в друга губами. Он прижимал её ближе, она вонзалась в его спину ногтями, еле подавляя желание разорвать его на куски. Откуда в Кейре столько вожделения? И откуда в нём столько жара, если он так холоден? Риппнер уложил её под собой и безудержно целовал тёплую кожу женской шеи, опускаясь всё ниже и ниже. Он пустил свои руки под её футболку и скользнул выше, въедаясь пальцами в мягкое тело. Кейра хотела застонать, но Джексон закрыл ей рот рукой и прошептал на ухо: — Ты же не хочешь, чтобы нас услышали, м? Он медленно спускал свободную руку по её бёдрам. Его теперь уже томный взгляд пожирал каждую часть слегка дрожащего под ним тела. Он хотел больше, но остановился. Проведя по губам Кейры кончиками пальцев, Риппнер не спеша поднялся и сказал: — У нас ещё будет много времени для этого, пора ехать. Кейра молча ждала в машине, пока Риппнер заправит бак и усядется в кресло водителя. Он захлопнул дверь и положил руки на руль. В напряжённой тишине раздался его томный вздох: — Тяжело тебе, наверное. Столько всего произошло за один месяц. Скрипнув кожаным сидением, он повернулся и встретился взглядом с Кейрой. Без лишних слов Риппнер дотронулся до её щеки, на которую скатилась одинокая слеза. Его строгое лицо, как всегда, было пустым, но нежное касание успокаивало её, дарило теплоту. Она накрыла его руку своей дрожащей ладонью, еле сдерживая слёзы. — Мне страшно. Что со мной теперь будет, что будет с нами? — шептала Кейра, цепляясь за него в надежде найти опору. — А Лиза? Что будет с Лизой? Нас будут искать, и… — Кейра, — держа её за мокрые от слез щёки, Риппнер чётко произнёс: — Я всё сделаю, а ты просто должна будешь подыграть. — Опять? — дрожа, но с иронией спросила Кейра. — Опять. И всегда. Теперь нам за всё придётся отвечать вместе. — Он нежно дотронулся губами до её лба. — Мы не так давно знакомы, но я видел в твоих глазах желание — желание вырваться из своей рутины, сбежать от повседневной и скучной жизни. Так что я исполнил твоё желание. Возможно, не о таком приключении ты мечтала, но всё же, — он ухмыльнулся, — и я не принц из сказки. Я бывший убийца, Кейра. — Бывший? — Если ты не заметила, на меня охотятся мои начальники. Так что теперь я простой беглец. И ты тоже. Кейра отодвинулась от него и посмотрела вдаль, на сияющее звёздами небо. Почему-то ей стало спокойно, она чувствовала умиротворение, облегчение. Вина перед подругой и страх сменялись странным чувством, до недавнего времени мало ей известным. Это был азарт. Вопрос «как теперь быть» превращался в «как лучше скрываться», и она аккуратно прикусила губу. — Тебе нравится Швеция? — Что? — вопрос застал Кейру врасплох. — Ещё можно попробовать скрыться в Болгарии или Румынии, — Риппнер усмехнулся. — Выбирай, где мы будем проводить «медовый месяц», убегая от полиции и прочих. — Пусть будет Швеция, — ответила она спустя мгновение раздумий. — Отличный выбор, — Джексон вставил ключ и завёл машину. Кейра уставилась на него серьёзным взглядом, пока Риппнер удивлённо не посмотрел на неё в ответ: — Что? У меня что-то на лице? — Поцелуй меня, — чётко произнесла она, не сводя с него глаз. Риппнер опешил. Таких команд ему точно ещё никто не отдавал в этой жизни. Он слегка приподнял брови и несколько раз перевёл взгляд с мерцающих в темноте глаз Кейры на её губы. Усмехнувшись самому себе, он медленно наклонился, и они соприкоснулись губами. Его язык оставил за собой влажный след: — Ты прокусила губу до крови, — он облизнулся. — Мне нравится этот вкус.