Провидец

В это Рождество в школе осталось рекордно малое количество школьников. Двойное нападение на Джастина и Почти Безголового Ника обратило страхи в настоящую панику. Удивительнее всего было то, что особенно взволновала школу расправа с Почти Безголовым Ником. Все спрашивали друг друга: у кого могла подняться рука на бедное привидение, какая страшная сила сумела поразить того, кто и так уже мёртв? Все билеты на экспресс Хогвартс — Лондон, уходящий накануне Рождества, были мгновенно раскуплены: из школы ожидалось массовое бегство. Однако ко всеобщему удивлению в школе решил остаться Драко Малфой, а также его друзья Крэбб и Гойл, которые во всём подражали своему однокурснику. Что касается Гарри, он был только рад, что почти все уезжают. Он устал от того, что народ шарахается от него в коридорах, словно он отрастил клыки или плюётся ядом, устал от шушуканья, кивков и шипения за спиной. Уизли также присутствовали всем составом. Помимо этих учеников ещё парочка старшекурсников с Рейвенкло, староста школы со Слизерина и два первокурсника с Хаффлпаффа. Фред и Джордж Уизли придумали новую забаву, дабы обратить гнетущий страх в смех. Увидев Гарри в коридорах или в Большом зале, они все бросали и важно вышагивали впереди него, громко крича: «Дорогу наследнику Слизерина! Падайте ниц, идёт самый великий маг…». Их брат староста Перси осудил такое поведение: ведь таким не шутят. Они прекратили только после слов Джинни, о том, что девочка не видит ничего смешного в их шутках, после того, как Фред во всеуслышание спрашивал Гарри, кого ещё он собирается погубить, а Джордж махал здоровенной головкой чеснока, притворяясь, что защищается от колдовства. Директор, невзирая на трудности, старался развлечь ребят, поэтому этот рождественский ужин был ещё более абсурдным, нежели тот, что проводился в прошлом году. Гарри понял, что скучает по Луне, уехавшей домой и по их общению, потому что снова остался один. Джинни Уизли оказалась окружена своими братьями и всё ещё сильно переживала о случившемся. Ведь Колин был её приятелем. Мальчик не хотел мелькать перед глазами близнецов и Рона, хотя Драко Малфой успешно не опровергал своё звание Наследника и даже гордился этим прозвищем. Гарри в этом году решил соответствовать всеобщему безумию. Луна перед каникулами показала ему заклинание, отчего его колдовская шляпа окрасилась в безумные и яркие цвета. Новшество очень понравилось директору и Гарри даже поделился с ним этим чудным заклинанием. Вечером перед праздником он навестил эльфов и узнал на сколько персон те готовят ужин. А затем принял бурное участие в приготовлении печений с предсказаниями. Маленькие домовики конечно не сразу, и только по большой просьбе Гарри своей особенной магией обработали печенье, чтобы оно досталось только тому, кому предполагалось. Профессор Локхарт к середине ужина уже успел утомить всех своей болтовнёй, поэтому неудивительно, что профессор Дамблдор решил развлечь публику, потянувшись к печенью с предсказаниями, и побудивший сделать это всех остальных. — Дорогие мои, а вы не желаете испытать судьбу? Давайте-давайте, не стесняйтесь. Предсказания такая забавная вещь! Мрачная мина профессора Снейпа стала ещё серьёзней. А Гарри не смог не согласиться. Предсказания могли быть забавной вещью, только если видящий не ты. Но послушно потянулся рукой за печенькой, заслужив одобряющий взгляд директора. — Я, пожалуй, начну, — Дамблдор с преувеличенно радостным тоном, разломал своё песочное печенье, доставая клочок бумаги. — «Кольцо не вернёт ушедших. Не верь сказкам». Эм, занимательно. Что бы это могло значить? — разливался соловьём директор, но Гарри понял, что написанное очень важно для него. Значит эльфийская магия работает. И его дар — тоже. — «В темноте все кошки серы... и крысы тоже». Что за бред Альбус? — профессор МакГонагал показательно смяла записку, запивая угощение тыквенным соком. — Ну же, кто следующий? Давайте, не стесняйтесь! Гарри, может прочтёшь своё предсказание? Гарри кивнул и осторожно вынул послание. Сначала он размышлял над тем, что написать себе, и насколько серьёзен должен быть текст. Но после некоторых раздумий решил не выделяться и написал себе текст, понятный лишь ему одному. — «Пророчества не обязаны сбываться так, как их трактуют». Профессор Снейп и директор Дамблдор переглянулись. Вслед за ними замолк весь стол. Возможно ли, что не только ему?! — «Не пей молоко!» Да они издеваются? — голос Рона нарушил тишину. — У тебя пищевое несварение от молока, Рон, — отдёрнул брата Перси Уизли и принялся крошить своё печенье. — «Карьера не должна быть важнее семьи». — О, Джордж, прочти моё. — А ты моё, Фред! — «Береги уши» — «Что насчёт магазина приколов?» Эй, почему тебе везёт? — Фред страдальчески откинулся на кресле, и братья захохотали. — Слушайте и моё, — Локхарт и тут влез в общих гам. Профессора поморщились, за этот семестр Гилдерой успел досадить всем. Каждому профессору он давал свои советы, потому что «лучше в них разбирался». Его уроки были сплошь пересказом его же книг и постановок сценок. Локхарта любили только девочки, потому что он действительно был привлекательным магом... но на этом его достоинства заканчивались. — «Всё тайное становится явным». Ха-ха. Остроумно. Это же название моей новой книги! Ой, я сболтнул лишнего. Свои предсказания прочли почти все люди, даже Хагрид, который обрадовался тому, что скоро его ждёт карьерный рост. Наконец Драко Малфой с кислой миной разломал своё печенье. — «Берегись человека с лицом змеи». Фу, что за ужасы. Кто вообще составлял эти предсказания? Болтающие до этого люди замолкли и переглянулись. Действительно. В этом году печенья вносили больше смуты, чем веселья. Можно было подумать, что они действительно были с предсказаниями. Но как у волшебников водилось, они не верили в такие бессмысленные науки, как прорицания. Пусть все и начали отшучиваться и обвинять Трелони в её незримом присутствии, каждый предпочёл спрятать свои истинные мысли глубоко при себе. Вслед за Рождеством быстро промелькнули каникулы. Не успел Гарри насладиться тишиной и спокойствием в относительно пустом замке, как Хогвартс-экспресс уже доставил маленьких волшебников обратно. Единственной, кому был по-настоящему рад Гарри была Луна. Она даже привезла Гарри подарок — амулет от мозгошмыгов. И только надев на шею самодельный амулет из пробок, сделанный с любовью, Гарри осенило: он должен всё рассказать директору. Его догадки. Предположения. Предзнаменования. Возможно именно всесильный директор поймёт, кто прячется за всеми этими трагедиями. Гарри не желал новых жертв. Однако решиться на это было даже легче, чем исполнить. С начала нового семестра директора не было в школе очень часто, а профессор Макгонагалл по какой-то причине недолюбливала Гарри. И потом, под её началом было много других забот, включая близнецов Уизли, каждый день присылающих новые доказательства существования злодея (правда каждый раз это были разные люди и нелюди). Поэтому оставался единственный выход: староста — декан — заместитель директора — директор. Гермиона Грейнджер загремела в Больничное крыло. Правда не как надеялся Рон в окаменевшем состоянии. Как и полагается в волшебной школе строжайший секрет становится известен каждому. Оказалось, второкурсница каким-то образом превратилась в полу-кошку. Её видела Парвати Патил, которая ходила навещать простывшую сестрёнку Падму. В свою очередь, Парвати поделилась этим открытием со своей подругой Лавандой, а та уже всему Гриффиндору. Больше всех как оказалось негодовал профессор Снейп, но никто так и не узнал причины его гнева на отличницу Грейнджер. Через несколько дней та снова появилась на занятиях, но копилка Гриффиндора оказалась пустой наполовину. К Пасхе окаменела ещё одна девочка — полукровка со Слизерина. И поскольку в этот раз Гарри Поттер совершенно точно был не при делах — железное алиби в виде отработки у МакГонагал, откуда его сорвали вместе с женщиной, то косые взгляды оказались направлены на Драко. Ведь совсем недавно он во всеуслышание заявлял, что хорошо бы чтобы такие задаваки как Мэй и Грейнджер тоже отдохнули от учёбы. Гарри невольно сочувствовал сокурснику, ведь теперь он очутился в шкуре Гарри. И ему это не понравилось. Не понравилось настолько, что в школу вынужден был прибыть отец Драко Малфоя, чтобы доказать невиновность своего сына, ведь его поведение действительно оставляло ожидать лучшего. Гарри лишь с помощью домовиков узнал, что Драко Малфоя оставили в покое, но лишь пока не произошло очередное нападение. В то же время кто-то устроил кавардак в спальне девочек второго курса Гриффиндора — вся спальня была разрушена, а вещи девочек выпотрошены. Казалось, ученики больше интересуются сплетнями и интригами нежели учёбой и приближающимися экзаменами. Неизменными постояльцами библиотеки остались Гарри Поттер, Луна Лавгуд, которой Гарри помогал в освоении трансфигурации, Гермиона Грейнджер и студенты последнего и пятого курса. — Гермиона старается наверстать снятые баллы по её вине, — вдруг мелодично произнесла Луна, вытягиваясь за столиком на вытянутых руках. — Почему ты так решила? — Она превратилась в кошку с помощью зелья. Поэтому профессор Снейп снял с неё баллы. Зелье очень опасно. И она обокрала его хранилище. — Ой, Луна, — рассмеялся Гарри, — ну ты и выдумщица. Обокрасть Снейпа. Это какой отважной или глупой можно быть. Нет, Гермиона Грейнджер на такое не способна. Но Гарри знал — она способна. И знал, что это её комнату обыскивали. В поисках чего? Он будет пытаться это узнать. Ему просто обязательно нужно поговорить с Гермионой Грейнджер. Гарри дождался пока гриффиндорка смахнёт свои пергаменты в сумку, разложит учебные пособия по полкам и выйдет из библиотеки, и направился следом за ней. — Так причём здесь пауки? — Ох, Поттер, напугал, — ахнула девчонка, остановившись. — Постой. Откуда ты знаешь, что я искала информацию про пауков? — А ещё про петухов, змей и млекопитающих. — С тобой невозможно разговаривать, — закатила глаза девочка. — А вообще, Уизли очень боится пауков, как ты и сказал. И он первым заметил, что они куда-то бегут. И я подумала: а что если пауки тоже кого-то боятся? Исходя из цепочки питания, этим кем-то может быть змея. Но Хагрид рассказывал и про своих друзей в лесу, а значит… кажется я поняла. Гермиона замолкла. Какая-то мысль пришла ей в голову. Она вдруг развернулась и побежала в библиотеку, как будто от этого зависела её жизнь. Гарри пожал плечами и продолжил свою дорогу. Если Гермиона что-то поняла, то это нужно спрашивать у неё напрямую. Пока же Гарри старался избегать людных мест, поскольку профессор Локхарт, посчитав прекращение нападений своей заслугой, организовал валентинов день — по замку вовсю шныряли гномы и пели валентинки. Мальчик надеялся, что ему не будут так докучать, как Малфою или тому же Майклу, и ещё, что тот странный голос в стенах больше не будет его преследовать. Однако уже на следующий день его ожидания не оправдались. «Пусти, я разорву! Разорву сам!» Гарри замер в нерешительности, приложив ухо к стене. Он силился уловить зловещий голос, но из Большого зала повалили ученики, спеша на стадион и громко переговариваясь. И Гарри больше ничего не услышал. Однако матч так и не состоялся. И только когда профессор Макгонагалл разогнала всех по гостиным, стало очевидно: было ещё одно нападение… Двойное нападение. В тот же вечер стало ясно, что жертвами стали Гермиона Грейнджер и староста Рейвенкло Пенелопа Кристалл. У Гарри внутри всё похолодело. Он вновь не доглядел. Смерть идёт за ним по пятам, а он не может этого понять. Почему он видит Филча и Хагрида вместо жестокого шутника? Что с его даром случилось? Почему он работает так, как хочется ему? — Добби, ты здесь? — жалобно позвал своего друга мальчик, после того, как студенты всем факультетом посетили свою старосту в Больничном крыле. — Добби здесь, сэр Гарри Поттер. Добби всегда слышит мастера Гарри. — Добби, почему я не могу всё исправить? — мальчик скукожился на полу, прижимая колени к груди. — Что со мной не так? Если преступника не поймают, школа будет закрыта. А жертв станет ещё больше. Джинни! Гарри с силой потёр виски. Перед глазами у него возникла новая картинка. Джинни Уизли покачиваясь идёт по коридору в сторону туалета плаксы Миртл. В её руках чёрный дневник. Чёрный дневник. Чёрный дневник. Она рисует на стенах кровью. «Её скелет…». А затем что-то шепчет, и раковина отходит в сторону. Чёрный дневник. — Прости, Добби, мне нужно к директору. Гарри резво подскочил, и не обращая внимания на возмущённые выкрики школьников понёсся по коридорам в сторону кабинета директора. Пока он не забыл. Пока ещё не поздно. — Мистер Поттер, кто за вами гонится? — вместо директора в кабинете сидела профессор Макгонагал и заполняла какие-то бумаги. — Разве вы не должны быть сейчас на уроке? — Профессор МакГонагал, прошу вас, это очень важно. Возможно я знаю, кто виноват в нападениях. Мне нужно поговорить с директором Дамблдором как можно скорее. — Не вы первый, — поморщилась женщина. — Не мелите ерунду, мистер Поттер, директор очень занят, чтобы выслушивать ваши теории, вон уже у нас ящик таких собрался. Не знаю зачем, но Альбус их читает, как будто это поможет с поиском нападавшего. — Но послушайте! Будет ещё одно нападение! Джинни лежит в луже воды, её тело почти прозрачное. В руках у первокурсницы дневник в чёрной обложке. Т.М. Реддл. Гарри немедля ни секунды рванул к столу и выхватил первую попавшуюся бумажку. «Дневник в чёрной обложке. Ищите дневник. Хозяин — Реддл». А затем также быстро кидает её в урну с другими бумажками. Профессор Макгонагалл была ошарашена такой дерзостью, сняла несколько баллов и велела немедленно возвращаться в свою гостиную. Однако, как только Гарри вышел за дверь кабинета, новое видение показало живую Джинни Уизли. Мальчик выдохнул. Он успел предотвратить катастрофу. Он на это надеялся.

***

Альбус Дамблдор стоял на вершине смотровой башни и был мрачнее самой грозовой тучи, висящей совсем низко над замком. Школа на грани закрытия. Ситуация обострилась. Несмотря на неожиданную поддержку Люциуса Малфоя времени оставалось всё меньше. Сегодня этот слизеринец протягивает руку помощи, поскольку именно на его сына стали сыпаться вопросы, а завтра он, подкупит нужных людей и потопит Альбуса, а с ним и всякую надежду на благоприятный исход дела. Директор знал, что наследником был точно не Драко, но доказать этого не мог точно также, как и все остальные. Альбус было вновь подумал на Тома, но в этот раз он внимательно отнёсся к преподавателям и никого одержимого духом не усопшего Лорда не было. Значит причина в другом. Сработала сигнализация. Альбус встрепенулся и поспешил к своему кабинету. Неужели опять нарушителя спокойствия? А может быть она засекла того, кого он искал всё это время? Но это была всего лишь Минерва. — Ох, Альбус, напугали, — охнула женщина, поправляя свой халат. — Не спится что-то. Решила пойти закончить с документами. А едва подошла к кабинету, поняла, что лучше бы выпила молока тёплого. Ох уж этот возраст. Кажется, ты обещал мне подыскать помощника… — Конечно-конечно, Минерва. Я помню, что ты делаешь для школы. Вот только разберёмся с этим делом и сразу же приступлю к поискам. Сама понимаешь, сейчас трудные времена. У тебя нет никаких догадок? Помимо тех, что Локхарт нам выдал. — Я вам говорила, что не надо было нанимать этого пустозвона, директор, — упёрла руки в бока женщина. — Что же до меня, то я не могу склониться ни к одному из вариантов. А вот наши школьники продолжают писать письма в вашу коробку. Недавно и мистер Поттер заходил, всё твердил, что скоро снова будет нападение. Ох уж эти мальчишки. — Да, давненько я уже не заглядывал в эту коробку. Постой, что сказали? — Я уже давно вам говорила, Альбус. Придумали вы, а разгребать завалы и выпроваживать посетителей должна я. Недалече как мисс Лавгуд зашла ко мне и предложила выдать каждому очки — это якобы спасёт от зловредных мыш… мыд… неважно от кого. — Что сказал Гарри? Это важно, Минерва. — Я не помню уже директор. Поищите в коробке. Он нагло выхватил у меня пергамент и перо, что-то написал и исчез. И я… Альбус! Профессор МакГонагалл всплеснула руками, когда пожилой директор подхватил полы мантии одной рукой, а второй ту самую коробку, высыпал её содержимое на стол, предварительно скинув всю важную документацию на пол. — Ну же. Что же это может быть? Что ты хотел сказать? — бормотал старик, свято уверенный, что именно Гарри Поттер станет разгадкой их тайны. — О, нет. Не может быть. — Что случилось? Альбус, вы ничего не хотите мне сказать? В ответ директор Дамблдор протянул женщине пергамент с заветными строками: «Том Реддл». Только они двое знали кто такой Том Реддл и что всё это значит. — Что ты нашла в руке мисс Грейнджер, Минерва? Можешь процитировать? — «Трубы». — Именно. Всё сходится. Как бы мне не хотелось это признавать, но у нас большие проблемы, Минерва. — С чем бы имеем дело, директор? — Василиск. Василиск, передвигающийся по трубам. — Но… но если даже принять тот факт, что в школе ползает василиск, то как… — Полагаю, всё просто. Все жертвы смогли увидеть его сквозь отражение. Мистер Криви через фотоаппарат, мистер Финч-Флетчли через Ника, миссис Норрис в луже воды, а мисс Грейнджер в зеркальце. — И кто же хозяин василиска? Неужто Он сам? — Нет. Номинально управляет василиском конечно же Том. А вот через кого он управляет им… — Вы думаете это мистер Поттер? — Нет. Гарри здесь совсем не причём — я в этом уверен. Нам нужно торопиться! Авроры вряд ли явятся сюда среди ночи, но мы хотя бы сможем их подготовить. — Как скажете, профессор, — сон мгновенно покинул женщину и она, трансфигурировав халат в мантию, бросилась за своим профессором.