Карточный долг - дело святое.

Пока Кричер метал на стол всякие вкусности, а Сириус пытался протрезветь, Поттер показывал Мэй мэнор. Девушка двигалась с трудом, поддерживаемая за талию женихом. В какой то момент закружилась голова, Декарт облокотилась на Гарри, и он, недолго думая, подхватил ее на руки. Блондинка захихикала, прижимаясь к груди брюнета, и вздохнула: она жива, браслета нет, зато есть киндер-сюрприз. Ей впервые было спокойно, правда, одно маленькое «но» терзало душу. Отец. Что будет, когда он узнает. Что, если он уже все знает? Ее не было полторы недели, а сам Малфой не выходил на связь и того больше, окруженный ворохом личных проблем. Да, скорее всего отец уже знает, но не пишет, и ничего не делает вообще… Это пугало больше, чем то, что Гойл — маньяк-извращенец — сотворил с ними. Если отец молчал — значит дело плохо. — За эту неделю, — чуть помявшись произнесла девушка, — Было что-то слышно о моем. ну. Отце? — Вроде, Снейп говорил, что твое имя исчезло с родового дерева. Ну, умер, типа, — юноша пожал плечами, пронося блондинку через очередной дверной проем. — С нашего дерева не исчезают имена, когда умирает очередной Малфой, — безжизненным голосом произнесла Мэй, соскальзывая с рук — они пришли в столовую. — Что ты хочешь этим сказать? — Гарри поднял бровь, удивленно уставившись на девушку. Та лишь отмахнулась. За столом в прекрасном расположении духа сидел Сириус, который при виде парочки встал и радостно раскрыл объятия. — Сириус, родной, я тебе кое-что задолжал! — воскликнул Гарри, подходя поближе, и с размаху врезал дорогому крестному кулаком по морде. Блэк ошалело схватился за горящую скулу, а Мэй пораженно закрыла рот рукой. — Эй! За что? — мужчина коротко взвыл, присаживаясь на свое место. — За неделю моих ночных кошмаров, когда мой любимый человек все время был здесь. — Гарри, ты не понимаешь, — Сириус покивал головой, устраивая локти на столе. — Так объясни идиоту? Почему я неделю не мог дышать, умирал от боли, кошмаров, — «копал могилу». — Не все так просто. Садитесь, сейчас объясню, — Блэк вздохнул, еще раз потирая место удара, дождался, пока Гарри и Мэй сядут и начал свой рассказ, — Когда вы с Мэй оказались в больничном крыле, я связался с Северусом и попросил за вами понаблюдать. Не удивляйтесь, мы редкими вечерами вместе пьем бренди… Не суть. Северус заметил одну маленькую интересную вещь: твоя кожа. Он взглянул на девушку победно, будто дожидаясь, пока она сама дожидается, но она лишь вскинула бровь с немым «И?». Блэк вздохнул и потер лоб, скула еще саднила. — В общем, когда ты падала, в твою кожу засело несколько осколков от разбитой тобой же двери, деревянная стружка, все, что только было в месте взрыва. Когда тебя доставили в больничное крыло и вытащили это — твоя кожа затянулась сама собой. Северус связался со мной, объяснил это, и я решил взять на себя ответственность, так сказать, приютить труп. Я предположил, что ты обладаешь способностью к регенерации, но для того, чтобы восстановить твои внутренние органы, могло потребоваться гораздо больше времени. Я не был уверен, что это вообще сработает: Авада далеко не простое заклинание, — Сириус покрутил в руке пустой бокал, — Надежда была даже в том, что ты не сменил облик после смерти. А зелье хитрое ты сварил, мальчик. Снейп решил, что оно меняет облик после смерти, мы подумали, что ты не умер. Правда, потом все-таки выяснилось, что немножко умер, но я упорно продолжал за тобой ухаживать. Сириус поставил бокал на стол, наполняя его практически до краев фруктовым вином. — Когда Гарри сказал, что собирается приехать через неделю, я весь извелся. Запретил Кричеру пускать тебя наверх, но эта погань меня не слушается, когда Лорд в доме, а я же не Лорд, — Сириус хмыкнул, пригубив пару глотков, — И вот в итоге ты нашел своего возлюбленного. К слову, его. Ее губы уже не были синими, и кожа начала приобретать более или менее нормальный оттенок. Гарри взял Мэй за руку, свободной обнимая ее за плечи, поцеловал в висок. Когда она находилась рядом, информация воспринималась легче. — Я подозреваю, что ваш сын — очень сильный волшебник, иначе как он, будучи полуторомесячным эмбрионом, смог защитить себя и свою… эээ… мать? Отца? Мэй, Драко, я не понимаю, как мне к тебе обращаться, — компания рассмеялась, и это был легкий смех облегчения. Теперь Поттер в общих чертах понимал, что происходило, и теперь стыдливо смотрел на названного отца. Тот лишь отмахнулся, показывая, что все в норме. — Мэй, давайте пока не родится ребенок, я буду Мэй. Я привыкла к этому имени, к себе в роли девушки, пока мне все равно не выбраться из этого тела. Да и я больше не… — она осеклась, поджав губы, и расспросы мужчин не помогли вытащить из нее больше не слова. Фразу свою она так и не закончила. *** — Хорошо, а почему в разговоре уже несколько раз промелькнуло «Лорд Блэк», мы сидим в каком-то особняке, и вокруг нас очевидно носится домовик Блэков, — Прожевав очередной кусок помидора поинтересовалась Мэй. Мужчины, так и не донеся мясо до рта, отложили вилки в стороны и синхронно прокашлялись, — Да что? Рассказывайте. — Ну, эээ… — Гарри помялся, глядя на Сириуса умоляющими глазами. — Она входит в твой род, тебе придется рассказать так или иначе, — Блэк пожал плечами, аристократично подцепляя зубами стейк. — Ну. Когда мне исполнилось шестнадцать, мне пришло письмо. Гринготтс, вызывали к поверенному семьи Блэков. Я сначала ничего не понял, потом снова не понял ничего, потом нашел портключ. Он перенес меня в банк сразу же, я даже не успел надеть тапочки. Спасибо, хоть штаны и футболка были на мне, так бы весело было оказаться в одном белье посреди главного банка магической Британии, — Гарри хохотнул, вспоминая свои красные щеки, — Меня отвели в один из залов, к сейфу Блэков, причем ничего мне не объясняя. Я пытался выяснить, но все молчали. Гарри покрутил вилку в пальцах, задумчиво наблюдая за пузырьком в бокале вина. — В меня потыкали какой-то волшебной иголкой, потом мою кровь размазали по пергаменту и о, чудо! На листке проявились какие то буквы. Я был уверен, что там написано «Поттер — вонючка», но оказалось… Ретроспектива — Мистер Поттер, — гоблин Гребллек, поверенный Блэков, держал в руке пергамент, удовлетворенно глядя в проявившиеся строчки, — Могу вас поздравить. Вы, как единственный наследник рода Блэк, должны принять титул Лорда как только вам стукнет шестнадцать лет, то есть сегодня. — Чего? — у Поттера даже очки на пол упали, насколько он не понимал ничего. — Ваша мать, Лилиан Оливия Поттер, урожденная Блэк, перед своей смертью оставила четкие указания по вашему поводу. Здесь сказано, что вы должны получить титул, фамильный перстень, а также отыскать Блэк-мэнор, так как вы единственный, кто может это сделать. — Моя мать — урожденная Эванс, — недоверчиво выдал Поттер в попытках найти свои очки по полу. Наконец, когда они были возвращены на нос, Гарри сел в кресло. — Все так думали, но нет. Лилиан — Дочь Вальбурги и Ориона Блэков, второй из трех детей. Ваш дед, почитающий патриархальные устои, как только родилась девочка, не проявившая с рождения магических способностей — подбросил ее магглам, подтер кому надо память и забыл о ней, как о страшном сне. Когда умерла Вальбурга, Лилиан получила письмо от нас. Как бы мистер Блэк не хотел скрыть от своей дочери ее происхождение, мы все выяснили. Самое интересное, что мистер Сириус Блэк родился глубоко недоношенным, а спустя три месяца, неожиданно для всех, родилась ваша мать. «Взрыв чердака» Гарри даже поплохело. Скрывать чистокровную волшебницу в облике магглорожденной еще надо было умудриться. Неужели Дамблдор ничего об этом не знал? Верилось слабо. — А почему только я могу найти мэнор? — Поттер старался ничему не удивляться, выходило слабо. — Ваш прадед, Карлус, имел желание скрыть мэнор от волшебников, в ком не будет течь кровь Поттеров и Блэков одновременно. О замке позабыли, пока не появился ваш отец, который женился на наследнице Блэков, и — о чудо — родились вы. Гоблин говорил каким-то странным тоном, будто вел повествование, а не был официальным работником волшебного банка, которые обычно аппелируют сухими фактами, не более. — Вам предстоит посетить мэнор, сейчас мы выдадим ваш фамильный перстень, официально подтвердим ваш статус и затем вы сможете смело развивать родовые способности. Если, конечно, кто-то еще сможет вспомнить, какими могущественными раньше были Блэки, и как высохли сейчас, — гоблин хмыкнул, почесав бок, — Приносим соболезнования по утрате вашего дяди. *** После всех процедур, подгоняемый Гребблеком, Гарри вышел на аппарационную площадку. Гоблин примерно объяснил, что он должен почувствовать и где должен оказаться, но Поттер все равно плохо понимал, что от него требуется. После нескольких минут безуспешных попыток, гоблин схватил новоиспеченного Лорда Блэка за руку и ткнул в палец около перстня иголкой. Гарри шикнул, попытавшись было отмахнуться, но с удивлением заметил, что перстень поглотил кровь до капли. Гребблек хмыкнул и схватился за штанину Поттера, и вовремя: их обоих резко унесла волна аппарации. Они оказались в каком то странном месте: огромный забор, охраняющий пустоту, исполинские кованые ворота, на пиках которых висели черепа… Двери услужливо открылись, как только Гарри подошел к ним, спали защитные чары, и взгляду гостей предстал огромный готический замок с большой территорией вокруг. Внутрь двое попали также легко, перед их взглядом появился домовик, которого вызвала в мэнор сама магия. — В ритуальный зал, пожалуйста, — произнес гоблин, и Кричер только повиновался. Гарри отставал за торопливым коротышкой, и, когда тот скрылся в дверях зала, Гарри был еще в начале коридора. Скрип дверей. Зайдя, он увидел то, чего ожидал меньше всего: арку смерти и Сириуса. — Гарри… Конец ретроспективы. — Жениться на чистокровном Лорде, что может быть лучше, — воскликнула Мэй, и Поттер осторожно пихнул ее в бок. — Выйти замуж. Помнишь, любимая, ты все еще мать моих детей, — засмеялся Гарри, притягивая девушку ближе к себе. Сириус всхлипнул, и вдруг встрепенулся. — Гарри, — он пошарил по складкам мантии, наконец нашарив что-то, — Я хотел тебе отдать. Твое все равно навеки вечные с тем упырем, который играет твою мертвую подружку. Блэк осторожно поставил на стол коробочку и, открыв ее, Гарри восхищенно ахнул. Потрясающее кольцо с огромным изумрудом переливалось, слепило взгляд, притягивало. Казалось, что это самая совершенная вещь, которую ему доводилось видеть, и Декарт рядом, судя по восхищенному вздоху, ощущала то же самое. Недолго думая, Гарри схватил ее за руку и подтолкнул кольцо по пальцу. — Не отделаешься от меня, — выдохнул он, приблизившись к ее губам, — Не отпущу. — Даже сопротивляться не буду, — ухмыльнулась девушка, совсем по-малфоевски, — и поцеловала первой. Так бы сделал Малфой, если бы предложение делал он, так делает она, потому что так бы сделал Малфой. — Чур я — подружка невесты, — хмыкнул Сириус, — А тебе, Мэй, очень полезна будет родовая защита Гарри, учитывая что. Декарт кашлянула, прерывая тираду Блэка, и тот замолчал, икнув напоследок. — Э, что вы имеете в виду? — он посмотрел на крестного, затем на Мэй, и снова на крестного. — Я хочу это сделать сегодня, на закате, — торопливо произнесла девушка и слегка покраснела, — Не хочу тянуть ни дня. — Э, а что для этого необходимо? — Гарри глупо улыбнулся, разглядывая серые лисьи глаза. — Два свидетеля — по одному с каждой стороны, и обручающий, — Сириус почесал бороду, — Со стороны Гарри могу быть я, а со стороны Мэй. — Северус, вызовите Северуса. И Стефанию, — Декарт расширила глаза, удивляясь гениальности мысли. Янова вместе со Снейпом, значит не выдаст ее никому, и связать их судьбы тоже сможет — Стефания была действительно сильной волшебницей. — Хорошо, я ему сообщу, а вы пока. ну… готовьтесь, что-ли, — Сириус встал из-за стола и по очереди обнял крестника и его невесту. *** Снова обнимая туалет, Мэй простонала: чертов Поттер, чертов его отпрыск, заставляющий мамочку возвращать в бренный мир самый обыкновенный овощной салат. Гарри сочувственно сидел рядом и гладил девушку по спине, а она предпочла бы, чтобы он прямо сейчас свалил на Луну, лишь бы не видеть ее в таком состоянии. Прокашлявшись, с помощью Поттера девушка поднялась и дошла до раковины, умывшись большим количеством воды. — Это сведет меня с ума, — жалобно заявила она, смотря на Гарри через зеркало. В голову ударила шальная мысль, и девушка схватилась за ножницы. — Э, ты чего? — Гарри дернулся, схватив Мэй за талию. Она, в свою очередь, схватилась за блондинистый хвост и резанула ниже резинки. Длинные волосы упали на пол, резинка следом, а то, что осталось от прически, короткими прядями разлетелось в сторону. Гарри удивленно отодвинулся, наблюдая, как девушка кромсает локоны, была идея даже позвать Сириуса и отправить Мэй в Мунго, но внезапно она остановилась — прическа была готова. Короткие волосы, слегка растрепанные, и при этом выглядящие как отличная прическа. Где только она этому научилась? — Теперь ты больше похож на себя, — прошептал Поттер, вставая со спины и обхватывая девушку одной рукой поперек живота, а второй — поперек ключицы. Она откинула голову на его плечо и коротко вздохнула. — Люблю тебя. — Я тебя больше. Снизу послышался грохот, прерывающий практически семейную идиллию. Это могло означать только одно: в поместье прибыл Снейп. Двое улыбнулись — все уже почти закончилось. Или только начинается?