Он ведьма

Седьмое ноября считается концом осенних Сварожек, когда до прихода Мораны совсем немного времени, а Врата уже закрыты. Идеальное время, чтобы сходить на кладбище. А то ещё немного и придётся опять ждать убывающую луну.       Короче говоря, пошёл я ночью на кладбище. С фамильяром. Забыв предупредить маму и бабушек.       Ноябрь давал о себе знать. Становилось действительно холодно. Уши покалывало, так что пришлось натянуть капюшон. Я шёл по лесу. Оставалось немного срезать по протоптанным дорожкам, выйти к шоссе, затем через несколько метров опять углубиться в лес - и вот вам старое заброшенное кладбище. На самом деле, оно находилось не так далеко от нашего дома. Ведьмы вообще предпочитали селиться рядом с могилами. Тут колдовать проще. Энергетика удовлетворительная.       Фурфур полдороги сетовал на то, что я попёрся на кладбище, никого не предупредив, вторую половину он говорил, что хочет есть. - Слушай, ты умеешь превращаться в огромного медведя. По-моему, будить маму или бабушек было бы излишним, - я фыркнул. – А во-вторых, ты же не живой. Зачем тебе есть? - Людская еда вкусная. А ты мог бы так не разговаривать со стариком. Надо уважать старших, - козёл цокал копытами по асфальту. - Насколько я знаю, Фелемон старше тебя. - Бе-бе-бе.       Мимо нас просвистала одинокая машина. Наверное, водитель был сильно удивлён, увидев на дороге парня с козлом. Я бы тоже решил, что у меня глюки.       Мы свернули в лес. Последние ещё не опавшие листья жалобно зашелестели. - Пришли.       Над скошенной вывеской кладбища не хватало разве что грома и молнии. Мы перешли ворота. Тело обдало мурашками. Здесь чувствовалась действительно сильная энергетика. Зуб даю, что над одной из могил недавно колдовали.       Я прошёл вперёд, разглядывая кресты, памятники и таблички. - Это не то, - я посмотрел на другую могилу, - и это тоже. - Обычно неосвященные могилы рыли в конце кладбища.       Я удрученно вздохнул. Топать до конца всех могил – так себе перспектива, но делать нечего. Наконец, на горизонте показалась могила без креста и всё, что с ними было связано. Земля там оказалась достаточно свежей, но я не стал придавать этому большого значения. Кого-то тут недавно закопали, может кого-то убили и спрятали тело, может там всё ещё живой человек задыхается, да-а, плевать. Я нервно хихикнул. - Зажигай, - козёл хихикнул вместе со мной. Кто бы мог подумать, что призванный фамильяр окажется со мной на одной волне. И смех и грех.       Я уселся на корты, достал фотографию. Очень стрёмно, конечно, сжигать себя, но ещё стремнее быть привороженным Матвеем. Охотник, блин. Я ещё раз взглянул на фотографию. Прощай, красавчик. - Magistra natura, audit vocem meam. Ignis, - в руке вспыхнул огонёк. Я хотел, чтобы он оказался на указательном пальце, но не фортануло. Фотография быстро заполыхала в моих руках, а пепел осыпался на могилу. – Вот и всё, - я присыпал пепел свежей землёй и встал на ноги. Последняя ниточка связи оборвалась. Я вздохнул с облегчением. Есть много способов добиться моей лояльности, и один из них – не быть мудаком.       Но я был бы не я, если бы действительно всё прошло гладко. Земля зашевелилась. - Никита.       Я в ступоре смотрел на то, как из могилы начало вылезать нечто. Запахло гнилью. Даже нет. Как-то раз мама притащила в дом мёртвую куропатку для какого-то ритуала и забыла про неё на неделю. Вот сейчас пахло так же. - Никита!       Это мерзопакостное существо сначала вытянуло свои корявые руки, а за ними показалась облезлая голова. - НИКИТА!       Мой козёл перекинулся в медведя и зарычал. Я вытянулся по струнке. Наконец, сообразил, что происходит. - В сторону живо!       Я успел отскочить как раз вовремя, ибо в следующую секунду существо в весёлом прыжке оказалось на моём месте. Ну, надо же, Никита, только ты мог из сотни могил выбрать ту, где обитал умрун!       Медведь ещё раз прорычал и возвысился передо мной. Если умрун дотянется до кого-то из нас, то высосет всю кровь. Что делать? Что делать? Бежать в темноте по кладбищу – самое худшее, что могло мне прийти в голову. - У тебя в рюкзаке был мешочек с полынью, - проговорил Фурфур.       Умрун тем временем разглядывал непонятное для него животное. Видимо прикидывал насколько его кровь будет вкуснее моей. Я распотрошил рюкзак, достал полынь и бросил в умруна. Тот противно запищал и отпрыгнул на свою могилу. Маленький мешочек не позволил ему двинуться дальше. - Igne cordis igne manus, - я вспомнил как прошлый раз мамины руки окутали языки пламени. Я вздохнул. Придёться устроить фаер-шоу. - Уйди, Фурфур, - фамильяр с опаской оглянулся на меня, но, увидев полный решимости взгляд, отступил.       Языки пламени начали разгораться. Руки полыхали. Умрун ещё раз завизжал – уже от страха. И я пульнул в него огнём, прямо как мама в меня когда-то. У него не было шансов. Умрун побагровел от пламени и сгорел заживо за считаные секунды.       Я посмотрел на угасающий огонь в ладони. Я смог? Неужели я смог? - Эй, что здесь происходит? – голос шёл издалека. Фурфур вспыхнул и летучей мышью залез мне под куртку. - Что?       На меня уставился свет фонарика. Я зажмурился. Разглядеть, кто говорил, не было возможным. - Парень? Что ты тут делаешь? - Я? Домой шёл. Вот фонарик сдох, - пришлось соврать совершенно с невозмутимым видом. - Домой? – пришедший опустил луч света вниз. Это оказался мужчина, на вид лет сорока. За его спиной висел арбалет, а к внешней стороне бедра прижалась кобура с револьвером. Ставлю сотку, что там серебряные пули. Это был охотник. Патрулировал территорию. – А почему так поздно и где ты живёшь? – он подошёл ко мне ближе. Светлые волосы, большой шрам под подбородком. Кто-то знатно располосовал ему горло в прошлом. - Да я у друга задержался, - моя рука инстинктивно прижалась к затылку. Видимо, фаершоу для охотника осталось за кадром. Ибо тон голоса у него был чересчур спокойный. – А живу недалеко. Тут, на опушке. - Ночью в лесу опасно. Глаз себе выколоть можешь. Давай я тебя провожу. - Да не стоит, за мной сейчас мама приедет на дороге, - никакая мама не должна была приехать, поэтому я потеребил фамильяра за крыло. Эта работка для него. Тот понял и без слов. Осторожно сполз у меня по ноге, а затем и вспорхнул будить весь дом. - Тогда до дороги провожу. Ишь чего выдумал, по кладбищу без света ходить.       Я согласился. Всё равно – это реальная работа охотников. Они ходят по всяким таким местам и помогают заблудшим путникам и тупым детям, вроде меня. Потому что некоторые чисто по фану на кладбище ночью ходят. И вот охотникам приходиться их гонять. Умруны достаточно опасны для обычного человека, да и для неопытной ведьмы тоже. Но бывают и гости похуже. Лихо одноглазое, к примеру. - Тебе на вид лет пятнадцать, - проговорил охотник, чтобы разбавить тишину. - Да, мне шестнадцать. - Моей дочке четырнадцать. Как раз такой непредсказуемый возраст.       Я улыбался, вспоминая чего мы с Даней творили в четырнадцать. Да, весёлое времечко, не поспоришь.       Минут через десять мы вышли к дороге. - Вам не обязательно меня ждать, - проговорил я. - Ну уж нет, пока не удостоверюсь что ты в целости доберёшься до дома не уйду, - охотник вздохнул, оглядев меня, оболтуса.       Благо ждать долго не пришлось. Вдалеке показался свет фар. Мама гнала на всех парах. Она подъехала на машине и резко затормозила так, что дёрнулся капот. - До свидания. Спасибо вам, - я кивнул охотнику. - Да чего уж там.       Я сел на заднее сиденье. Мама перекинулась парой фраз с мужчиной и, развернувшись, втопила педаль газа в пол. Водитель из неё, конечно, экстремальный. Мы проехали несколько метров. Она молчала. Я не выдержал. - Мам, прости, мне стоило вас предупредить. - Да, наверное, стоило, - она фыркнула в своей манере. – Хорошо что ты в порядке. А то мог ещё кого-нибудь на кладбище и кроме охотника встретить. Это же надо, в последнюю ночь Сварожек… - А я и встретил... умруна…       Мама резко затормозила. Я впечатался носом в переднее сиденье. Мама не сказав ни слова, развернулась ко мне, дёрнула за воротник и осмотрела шею. - Да не беспокойся, Я его сжёг. - Сжёг? - Ну, я воспользовался твоим заклинанием. Оно такое крутое… - А охотник видел? - Нет.       Мама завела заглохшую машину, и мы тронулись. Она молчала несколько минут, а затем проговорила. - Молодец. Но больше так не делай.

***

- … таким образом, получается, что мы с вами закрываем тему.       В следующую секунду прозвенел звонок. Не знаю как, но нашей русичке всегда удаётся закончить урок тютелька в тютельку. - П-с-с, Дань, - я толкнул друга локтем в бок. Тот наклонился ко мне. - Зырь, чо у меня есть, - и достал из кармана тот самый Машкин брелок-вуду. - Это же Машино, да?       Я кивнул. - Нашёл в коридоре. Видимо, она потеряла. Маша-растеряша, - проговорил я, чтобы у Дани не оставалось вопросов. - Держи, отдашь ей. - А ты?... - А я побегу домой. Душ, чистка зубов, все дела, - я ухмыльнулся. - Так ты всё-таки пойдёшь с ней на свидание? - Даня похлопал глазами. - Конечно, что за вопросы? - я скинул все школьные принадлежности в рюкзак. - Ну, бывай! - и резко поднялся. Отрывание пятой точки от поверхности стула прошло не очень удачно. Я впечатался в Матвея. Тот тоже только что поднялся, перекидывая рюкзак через плечо. - Осторожнее, - я на него фыркнул, но Матвей не шелохнулся. Его ноздри подрагивали, будто он меня обнюхивал.       Даня, остолбеневши, посмотрел на нас, ожидая реакции, но Матвей продолжал молчать, и я предпочёл слиться в коридор. Да что с ним происходит? Хотя, неважно. Сегодня меня ждёт волшебный вечер. Надеюсь.

***

      В комнате царил полный хаос. Разгребая кучу вещей, я перекидал всё в разные углы. Время поджимало, а главный вопрос оставался незакрытым. Что надеть? Я вылетел за дверь, и буквально летя с лестницы, прокричал: - Ма-а-ам!       Мама сидела за письменным столом и с умным видом всматривалась в эскизы. - Мам?       Она посмотрела на меня. Я остановился прямо перед столом и сцепил ладони в замочек. - А зачем тебе очки? Ты же хорошо видишь? - спросил я, сминая конец толстовки. - Стиль, Никита. Стиль, - ответила мама и спустила очки на кончик носа. - Ты что-то хотел? - Да-а, как раз по поводу стиля. Что надеть...на… на свидание?       В гостиной повисла напряженная тишина. Все притихли. Бабушка Ольга перестала качаться в кресле, бабушка Марья, не спуская с меня глаз, осторожно опустилась на стул, Фелемон не долизал свою лапу, мамин грач удрученно крякнул, а бабушкин песец воплотил эмоцию того самого “песца”. - С девушкой? - мама с совершенно невозмутимым видом прервала тишину. - Ну да, а с кем же ещё? - я оглянулся на всё семейство. Оно как ни в чем ни бывало, продолжило заниматься своими делами. - А куда ты ее пригласил? - продолжила мама. - Ну, - я почесал макушку. - Вообще мы договорились встретиться в ТЦ, поэтому я не знаю. - Хм, - мама помолчала с полминуты, осматривая меня. - Иди прямо так. - В толстовке и джинсах? - Ну да. Времена сейчас другие, нравы другие. Я почему-то уверена, что твоя избранница придет точно так же.       К сожалению, в тот момент я не понял подтекста маминых слов, но решил послушаться. Кажется, нашим свиданием будет рулить Вероника, и мне ничего не остаётся делать, как плыть по течению.       Поэтому ровно через час, за десять минут до нашей встречи, я стоял на том самом оговоренном месте.       Девушка замаячила на горизонте ровно через пять минут от назначенного времени. И, на моё удивление, её образ действительно повторял мой, за исключением разве только цвета. - Привет, - я улыбнулся. - Привет, - она улыбнулась мне в ответ, но с каким-то явным хитрым прищуром в глазах. - Куда пойдём? - после недолгого молчания поинтересовался я. - Хорошо, что ты спросил, - её хитрый прищур стал ещё хитрее, что я даже напрягся. Вероника развернулась и через несколько метров буквально открыла мне двери в магазин, наполненный рядами одежды. Я встал как вкопанный. Вероника повернулась ко мне, ехидно усмехнулась и проговорила. - Если выдержишь марафон под названием “подбери Веронике наряд на др подруги”, то точно сможешь общаться со мной в дальнейшем.       Такой подставы я не ожидал. Но не растерялся. Проверка выносливости, так сказать. Что ж, поехали.       Мы с Вероникой ходили между рядами цветастой одежды полтора часа. Она фыркала, почти отхаркивалась, ругалась. Ей не нравилось буквально всё. Цвет, принты, стразики и блёстки. В конец, девушка расстроенная плюхнулась на пуфик, поджала ноги и уложила локти на колени. - Я хочу выглядеть просто, но лаконично, - выдохнула она. Кажется, от своей гонки девушка устала больше, чем я. - Знаешь, давай ты пойдёшь в примерочную, а я тебе принесу что-нибудь? Вероника недоверчиво посмотрела на меня. - Хорошо, давай попробуем, - затем она расслабилась, встала и согласилась со мной. Ну а что? Делать-то нечего.       Я развернулся и пошагал вперёд. Просто и лаконично. Просто и лаконично. Мама говорит, что простота заключается в классике. Классика – это то, что идёт всем, но при этом, каждый должен найти свою классику. И как только человек находит свою классику, он становится лаконичным. Да, звучит хорошо, но ещё бы разобраться в этом. Я вот, например, никогда не мог сочетать цвета. Но где-то на просторах Интернета вычитал, что Total Black никогда не выйдет из моды. Поэтому весь мой гардероб никогда не выйдет из моды.       Размышления привели меня к манекену с чёрным платьем. Я встал напротив него, а точнее неё, и потёр подбородок.       Мама всегда придавала значение внешности человека. В особенности, его одежде. И как только я стал достаточно взрослым, чтобы самому ходить по магазинам, мама ужаснулась моему выбору цветов. «- Никита, почему всегда чёрный? - спрашивала она. Я пожимал плечами. Она глубоко вздыхала. - Мне кажется, в твой мир нужно внести немного разнообразия. В нём слишком много чёрного. - Мне нравится, мам».       Я тогда считал, мол, мама боится, что я примкну к каким-нибудь радикальным движениям. Но сейчас я понимаю, что, да, в той жизни у меня было очень много чёрного. Этот цвет как состояние души.       Я прошёл вперёд и зацепил тёмно-коричневый кардиган. То, что надо. Коричневый подходит под цвет кожи Вероники. Уже не чёрный. Хорошо.       Мне нравится, как коричневый цвет смотрится на людях. Например, он очень идёт Дане. Парень будто сразу становится таким мягким, пушистым и заботливым. Я не хочу так выглядеть.       Я вышел в следующий отдел. Джинсы или брюки в клетку? Вероника часто носит в школу клетчатые вещи. Кажется, ей нравится. Но не хочет ли она от него отдохнуть? Мои вещи преимущественно однотонные. Разве что есть дурацкие картинки на футболках и толстовках.       Взгляд зацепил сарафан в клетку ниже колен. Почему бы и нет? Я взял и его. А затем прошёлся к рядам с ремнями и достал с верхней полки оксфорды.       Просто и лаконично. Но моя душа чуяла, что чего-то не хватает. Думаю, украшения Вероника сможет подобрать сама. Но вот… Я остановился у стенда с разнообразными носками. Хочешь узнать сущность человека, взгляни на его носки. Это неписаное правило, всегда работало. Машка обожает носки с дурацками принтами типа укуренных бананов и авокадо. Даня постоянно мёрзнет, поэтому его редко можно встретить без шерстяных носков. А Матвей не пышет разнообразием. Носки у него всегда однотонные: черные, серые или белые.       Я постоял у стенда несколько минут и взял носки с волками. Ну а что? Я всё про их семейство знаю. Пх-пх-пх.       Вероника терпеливо дожидалась меня в примерочной. Я занёс ей вещи. Она критично осмотрела их и сказала: - А у тебя неплохой вкус. - У меня мама дизайнер. У меня априори не может быть плохого вкуса, - я подмигнул ей.       Вероника усмехнулась. Приняла мой комплимент. Она взяла вещи и закрылась шторкой. Минуты ожидания не прошли даром. На день рождения свой подруги девушка пойдёт в кардигане с сарафаном, а ноги будут украшать носки с воющими волками. - Я думаю, теперь мы можем спокойно отдохнуть, - констатировала девушка, и мы спустились в фудкорт. - Что будешь? - электронные сенсорные панели - самое лучшее изобретение - по мнению Дани. Друг был в таком восторге, когда они появились в наших местных “забегаловках”. Собственно говоря, я тоже заценил это нововведение, потому что могу иногда по пятнадцать минут стоять выбирать, что мне всё-таки сейчас хочется.       Вероника быстро натыкала то, что ей надо и убежала занимать нам место. Я решил сегодня не экспериментировать и взять всё по классике. Через несколько минут было готово, и я пошёл к столу с таким видом, будто бы сам поймал на охоте и приготовил. - Спасибо.       Вероника жевала бургер с огромным удовольствием. Учитывая то, что наш бэд трип по магазинам одежды занял три часа, я её понимаю. Ноги гудели. - Кстати говоря, если бы не ты, я бы проходила часов шесть. Не получается у меня так быстро находить хорошие вещи.       Майонез и кусочки огурца красиво шлёпнулись на салфетку, покинув булки моего бургера. Я вытер свой грязный рот и проговорил. - Да фигня. - Ты случайно не на дизайнера хочешь пойти?       Я нахмурился. - Если честно, то я об этом ещё не думал. - Правда? - Ага, вообще. А ты уже решила куда?       Вероника откинулась на спинку стула и взяла в руки стаканчик с мороженным. - Я могу пойти куда угодно, хоть на трассу. Родителям будет пофиг. - В смысле? - Ну, у нас в семье все с Матвеем носятся. Матвей туда, Матвей сюда, - Вероника сжала пластиковую ложечку так, что, казалось, она сейчас переломается. - А сама-то ты куда хочешь? Ты, я вижу, уже решила. - Конечно, - девушка тут же успокоилась. - Думаю, куда-нибудь в сферу бизнеса или экономики. Возможно, пойду на “международные отношения”. - На бюджет? - Да.       Я прекрасно знал, что семья Волковых может позволить себе выучить детей хоть в Оксфорде. По выражению лица Вероники и за её репликой в короткое “да” всё было предельно ясно о характере девушки. Я чуть не расплылся в восторге. - Вау, я думаю, у тебя точно получится.       Мне показалось, что Вероника немного покраснела. Она кашлянула, прикрыла рот рукой и проговорила. - Знаешь, ты первый, кто об этом мне говорит.       Я улыбнулся. Кому ли как ни мне знать, как важна поддержка? - На самом деле я восхищаюсь вами, молодым поколением. У вас все схвачено, - пришлось отшутиться. - Ты старше всего лишь на год. Я ещё раз улыбнулся. - На самом деле, - Вероника поставила стаканчик обратно на стол, - я думаю, что это нормально не знать кем ты хочешь быть, когда тебе шестнадцать. Хуже, когда за тебя это решают родители или ты сам идешь хоть куда-нибудь.       Я понимал о чём она говорит. И от этого больно сжалось в груди. - Помнишь Даню? - Ну? - Он говорит, что хочет пойти на врача. - Ого, самоотверженно. - Но, мне кажется, что этого больше хотят его родители. - Почему ты так думаешь? - Потому что он больше всего на свете любит животных. Он буквально по цвету носа может определить настроение моих котов.       Вероника, наконец, улыбнулась. - Кажется, вы с ним действительно близки. - Ага, Даня мне как брат.       Мы прервали разговор, доедая остатки нашей мини пирушки. Когда на столе остались разве что обёртки, а в желудке не осталось свободного места, я блаженно растянулся на стуле. Вероника набирала сообщение в телефоне, а потом посмотрев на меня, сказала: - Знаешь что? Пойдем в кино?

***

      Фильм закончился к десяти часам. Вероника как назло выбрала ужастик и на протяжении всего экранного времени демонстративно зевала. А я ненавижу ужастики. Вот насколько что-то человек может ненавидеть, настолько я ненавижу ужастики. Да ещё и на большом экране. Как только мы вышли из зала, я почувствовал, как мурашки перестают бегать по коже.       А сейчас мы шли по улице и уже заходили в жилой район, который находился аккурат в лесополосе. Да, я вызвался проводить Веронику. Да, я грёбанный джентльмен с отсутствием мозгов. Потому что только на следующий день я догадался, что мог вызвать девушке такси, а сам драпать домой через просёлки.       Мы уже подходили к воротам ее дома. Что ж, дом Волковых оказался таким, каким его и описывали: большим, красивым и зловещим. Прямо, как и сам Матвей. - Ну, спасибо, - девушка остановилась перед железной дверью. - Да чего уж там. Спасибо за вечер, - я смущенно закинул ладонь за голову.       И тут ворота открываются, и к Веронике выходит тот самый охотник, которого я встретил ещё ночью на кладбище. - Здрасте, - от удивления я почти потерял дар речи. - Здравствуй, молодой человек. Опять ночью гуляешь? - охотник добродушно улыбнулся. - Пап, вы знакомы? - Вероника недоумевающе смотрела то на меня, то на своего отца. - Я так понимаю, ты тот самый Никита, - мужчина подошел ко мне и пожал руку. - Что ж, чего время терять. В следующий раз приходи к нам на ужин, будешь со всей семьей знакомиться. - Пап! - Вероника недовольно фыркнула. - Иди уже!       Они перекинулись ещё парой фраз, и мужчина, похлопав меня по плечу, ушёл в лес. Видимо, опять патрулировать территорию.       Когда он скрылся за деревьями, Вероника удрученно выдохнула. - Теперь ты должен отцу ужин. - Почему отцу? - Никита?       Вдруг на пороге дома показался Матвей. Он выглядел очень обескураженным, а на поводке у него сидел хрюкающий мопс. - Ну, пока, - Вероника вдруг приблизилась ко мне и чмокнула в щёчку.       Я соображал с минуту, что произошло, а тем временем девушка уже подошла к двери дома, злобно зыркнула на Матвея и скрылась в коридоре. - По-ка… - тихо выдавил я.       Мы переглянулись с Матвеем. Тот всё ещё не понимал, что происходит, а его мопс недовольно крутился у ног. А я, воспользовавшись моментом, решил по-тихому ретироваться.