Он ведьма

      Травология ждала нас. Мы зашли в большой лекционный зал. Он был половинчатым амфитеатром, и на галерке сто процентов приходилось использовать заклинание улучшение слуха. Большие застеклённые (!) окна выходили в полигон. Это было небольшое поле с короткой вытоптанной травой, и там аккуратной кучкой стояли волки, а напротив них Мелисса. Видимо лекционный зал выходил на волчью учебную точку.       Сам лекционный зал не представлял из себя ничего невероятно, кроме того, что был таким же старым, как и всё в округе, но с заботой ухоженный. Деревянные столы оказались подремонтированы и подкрашены лаком, сидения выглядели более чем прилично, без сколов и отломанных дощечек, без возможности оставить на штанах затяжки.       Мы не были первыми: вампиры уже заняли дальний уголок, сели вместе в рядок и почти застыли. И нет, это не их мертвенная особенность – так застывать, я ведь видел и Альку, и Настю, и вот Бориса недавно. Это они волновались. Сто процентов.       Мама попросила нас сесть на места и никуда не уходить до прихода преподавателя. Там уже нам всё объяснят. Я же обрадованный возможностью кимарнуть, уселся где-то на срединный ряд. Но расслабиться не мог, оттого что рядом шатались недобро настроенные чародеи. Рад и его полу компашка сели прямо напротив, видимо, чтобы я не забывал о нём.       Прямо за нами в зал вошла ветряная и световая группа. Спокойный Рысь выглядел странно, но вызывал доверие. Он почти закатанными глазами осмотрел аудиторию, и даже отвращённо глянул на Рада, а там и меня заметил, двинув в мою сторону. Дада, при этом жестко зля своим поведением северян. Но они, видимо, не успели придумать, что сказать, поэтому Рысь только под насмешливые взгляды уселся рядом.       Вскоре прибыла и Милана с её отдельной группой, а там зашли и остальные ведьмы с чародеями. Я махнул ведьмочке рукой, мол, пойдём к нам, и та, не раздумывая, просеменила по лесенке и уселась рядом со мной с противоположной стороны от Рыси.       Пока я зазывал Милану, не заметил, как волки исчезли с тренировочного поля. Вскоре они большой гурьбой появились в зале. Стало сразу намного громче и хаотичнее. Матвей зашёл не самым первым, я специально его выглядывал. Сначала появился белобрысый Снежок, за ним близнецы, а после уже и Матвей. Он взглядом начал выискивать меня и, кажется, немного расстроился, когда увидел, что все места, включая позади были заняты. Поэтому волку пришлось сидеть в своей звериной компании на оставшихся свободными местах.       Аудитория заполнилась. Поднялся гам. И всё стало уж слишком похоже на обычные школьные посиделки после звонка, пока не пришёл учитель. Но двери аудиторию распахнулись, и вошла моя бабушка Марья вместе Земфирой, Верховной ковена лесных ведьм. Сразу стало тихо. Ведьмы-учителя прошли к трибуне и, бабушка, осмотрев всех своим мягким взглядом, начала говорить.       – Здравствуйте, дороги ученики. Кто со мной не знаком, меня зовут Марья Ольговна. Я буду вместе с Земфирой преподавать и принимать у вас экзамен по травологии и зельеварению. – Бабушка посмотрела на свою партнёршу по учению, но та, кажется, не хотела ничего добавить, – занятия будут проходить не здесь. Мы специально попросили собрать вас в этом месте, чтобы уже самим показать дорогу. Занятия по травологии будут проходить в оранжерее, а занятия по зельеварению – в отдельном специализированном здании у забора рядом с южным выходом из Меридианума, – бабушка сделала паузу, чтобы мы успели переварить мысль и продолжила. – Вас слишком много для одного преподавателя, поэтому вам нужно поделиться на две группы. Одна будет у меня, другая у Земфиры. Вы можете сделать это сами, либо мы распределим по списку, – с этими словами бабушка взмахнула рукой и перед ней всплыл лист со списком всех нас. Она быстро пробежалась по нему глазами.       – Я думаю, мы сами распределимся, – ответила Камилла. Ведьмочка сидела прямо перед преподавательницами и ей даже не пришлось повышать голос, чтобы её услышали.       – Хорошо, Камилла, – бабушка кивнула. – Тогда, кто хочет к Земфире подходите к ней, а кто ко мне, соответственно, подходите ко мне.       Земфира молча, отошла к окну, и также наколдовала себе список. Все начали подниматься с мест. У меня не было никаких сомнений, куда и к кому я пойду, поэтому без раздумий направился к бабушке, некоторые с передних рядов уже стояли рядом с ней, и она методично подчеркивала их имена левитирующей ручкой.       Ко мне присоединились и Рысь, и Милана. Камилла тоже предпочла бабушку Марью, а вот Алеся ушла к Земфире. Матвей, кажется, тоже не раздумывал, он проследил, куда я иду, а за ним линией покатились и близнецы со Снежком. Было странно, что белый волк тусил не со своими, но да ладно. Из знакомых в своей группе, я углядел ещё Мирослава. Большинство северных чародеев отправились к Земфире, также все лесные ведьмочки обосновались с ней, ну а что, она же их Верховная.       Вскоре все распределились, а преподаватели закончили со списком. Честно, я думал, что большинство пойдет к бабушке, потому что Земфира не выглядела доброй и приветливой, однако группы оказались плюс минус одинаковыми.       – Так, – бабушка хлопнула, и список исчез. – Теперь идёмте в оранжерею. Запомните, пожалуйста, где она находится, так как в следующий раз вам придётся добираться самим.       Ну, где оранжерея я знал, она находилось прямо рядом с нашей жилой башней. А вот местоположение здания зельеварения, кажется, придется уточнить у Рыси.       Оранжерея оказалась громаднее, чем я представил, основываясь на маленьком видимом кусочке. Она была высокой, стеклянной, содержала в себе просто неистовое количество всякой зелени. Больше всего меня, конечно, привлекло поле с укропом и петрушкой. Ахаха, вот здесь массово производство зелени для обеда.       Чтобы группы друг другу не мешали, бабушка и Земфира договорились о порядке, в котором они буду объяснять нам те или иные растения и другая группа сразу пошла в дальний край оранжереи.       Мы же прошли чуть вперед и оказались в круглой части стеклянного здания, где посреди лежал плетённый ковёр, стояло несколько кресел, и конечно, рядом с окнами в ящиках росли цветы и сверху свисали длинные лозы разнообразных цветов.       – Садитесь прямо на ковёр, – предложила бабушка и пока мы рассаживались, она продолжила. – На самом деле этот короткий месячный курс представляет собой сжатый план всего обучения, который вы проходили эти десять лет в школах и в академиях, а ктото на дому. Здесь я не смогу углубиться в то огромное разнообразие мира трав, что он из себя представляет, но смогу ответить на все ваши вопросы, чтобы вы смогли спокойно написать экзамен. Экзамен не сложный, и я уверена, что вы все справитесь – сейчас вам главное знать основу. Так же обходиться и с курсом зельеварения.       Пока бабушка говорила, мы все расселись на коврике. На этот раз я сам сел рядом с Матвеем. А он отблагодарил меня, прижавшись своей коленочкой к моей. Волк сразу как-то повеселел. Интересно, чего он до этого с самого утра смурной ходил?       – Итак, все расселись? – это был риторический вопрос, бабушка прекрасно видела, что мы все сидим. Кстати, с другой стороны меня оккупировал, как ни странно, Рысь, а Милана украдкой села поближе к Камилле. Я даже непроизвольно улыбнулся, но потом понял, что улыбаюсь, как дурачок выпрямился и состроил серьёзную моську. – Главное отличие всех трав в магических способностях заключается в их исключительных свойствах: знахарские травы применяются для лечения, ворожбенные – для ворожбы и создания ядов, и домашние – для еды. Последние мы трогать не будем, нас больше всего интересует первые. Конечно, разные растения могут иметь оба свойства…       Я прослушал, что там дальше говорила бабушка, потому что отвлекся Рысь. Чародей склонился над коленями и что-то рисовал на маленьком листочке.       – Что ты делаешь? – я склонился рядом с ним, чтобы разглядеть, что он там чиркает. Оказывается, этот ушастый рисовал горшок снизу по бокам которого вылезали мухоморы, а само туловище чаши представляло лицо Лешего.       – О, это я рисую эскизы, – воодушевился Рысь, – как закончу с этими игрищами, пойду лепить в мастерской, а пока вот Кешу попросил купить мне пластилина мягкого. Сегодня схожу заберу.       – Ты даже тут о своих горшках думаешь? – удивился я.       – В смысле? А о чем ещё? Мне вот уже заказывать начали. Прикинь, девушка написала и попросила сделать ей чашку с белкой в моей стилистике, а я вот даже не представляю, как сделать белку, нужен эскиз…       – …Никита и Рысь!       Мы синхронно подняли головы. Бабушка Марья поджала губу, упёрла одну руку в бок и смотрела на нас.       – Ой… – выдохнул я. Стало мгновенно стыдно перед бабушкой. Я замялся, и почти слился с ковром.       – Рысь, дорогой, – бабушка уже начала отходить. – Может быть, ты нам расскажешь про вот этот милейший цветок?       В руках бабушка держала магнолию, и, кажется, она совсем не ждала, что Рысь действительно встанет, заберёт цветок из её ладони и начнет про него рассказывать.       – Как я понимаю, это цветок магнолии, точнее магнолии голой, но мне больше нравится называть её магнолией обнажённой. Вообще, это чисто китайский цветок, из-за его белых лепестков и красоты, – Рысь осторожно поддел листочек и продемонстрировал нам середину цветка. – В азиатских культурах его считают символом непорочности. Изза такого сильно людского влияния он приобрел ворожбенные свойства, кусты живых магнолий в период цветения, это апрель-май, отгоняют злых духов и нечистую силу от домов, где растут цветы. Более того, – Рысь вдруг смял цветок в руке, и его ладонь засветилась жёлтым солнечным светом, – чай из магнолии считается одним из самых вкусных. Он обладает противовоспалительными свойствами, но не самый эффективный, поэтому как лечебную траву его применяют редко. – Рысь раскрыл ладонь. Цветок магнолии оказался целым, только будто бы отдал все свои соки, стал сухим, как раз чтобы тут залить его кипятком и поставить заваривать.       По нашим головам прошелся удивленный шепоток, а я не понял почему.       – Прекрасно, – бабушка Марья на самом деле восхитилась, принимая магнолию обратно в свои ладони. – Я удивлена, молодой человек, – она достала бумажный пакетик из своего набора склянок и других вместилищ, которые всегда носит с собой, и ссыпала в него чай из магнолии. – Ещё бы вы не разговаривали на занятиях, цены бы не было.       – Простите, – смутился Рысь, но улыбнулся. – Можно?       – Можно, – бабушка разрешила ему сесть на место.       И теперь мы с ним оба во все уши слушали бабушкину лекцию.       

***

      После травологии мы должны были отправиться на занятие зельеварения, но бабушка предложила, провести две лекции травологии, а в следующий раз и две зельеварения. Мы согласились. Да а я в принципе обрадовался, потому что на малейшее передвижение у меня уже не оставалось сил. Спать хотелось ужасно, поэтому последние минуты лекции я дослушивал как из-под палки. Но старался. Бабушка, очевидно, видела моё состояние, поэтому не трогала, демонстрировать те или иные способности трав она вызывала других учеников.       Свет и тепло оранжереи согревало и размаривало, я уже в полусне услышал бабушкино «Ну что ж, до следующего занятия. Сейчас бегите обедать, устали, наверное».       Ученики начали подниматься, я встал на ноги по инерции. Оранжерея начала опустошаться, в ней осталась только бабушка. Большинство и правда направились в столовую, а я же плелся словно слизняк. Хотелось спать. Очень…       – Матвей, – волк идущий рядом, внимательно посмотрел на меня. Мы остались вдвоём, близнецы ускакали вперед, Снежок побежал к своим. – Я, наверное, пойду посплю…       – Ты хочешь и обед пропустить? – удивился волк.       – Да, глаза слипаются.       – Нет, – вдруг ошарашил он. – Поесть надо обязательно, а потом поспишь. – Парень взял меня под руку и уже потянул в сторону столовой. – Ты же с утра ничего не ел, а вечером у вас основная тренировка.       – Да блин, – сил сопротивляться даже на такое не было. – Ну ладно, идём.       Матвей всё ещё держал меня под руку, ведя к главному холлу. Видимо боялся, что я вырвусь и убегу.       Мы почти пришли, когда я увидел чародеев северян. Рыжий стоял и разговаривал с тем большим чародеем. Затем он отвернулся от него и взглядом уперся в нас с Матвеем, как-то недобро усмехнувшись. Я же осознал, что рука Матвея всё еще цеплялась за мой локоть, поэтому стушевавшись убрал её.       – Слушай, давай пока мы здесь ты полегче, – добавил я, а Матвей вновь странно на меня посмотрел.       Мы зашли в столовую. Помещение, не смотря на свои размеры, постепенно заполнялось голодными учениками. Здесь было шумно, но этот шум не переходил противных диапазонов.       – Давай я тебе всё возьму. Скажи только что? – предложил волк.       – Нет, – я мотнул головой. Не хватало, чтобы другие видели, как он меня кормит. Другие – это северяне. Какие-то они уж прям шакалы-шакалы. Особенно Рад. Мне сильно не хотелось, чтобы у него было еще больше поводов ко мне цепляться.       Я встал за полосу раздачи и не видя наложил себе что-то в тарелку и взял кофе, благо тут в столовой на удивление стояло две кофемашины. Конечно, я не один такой был, поэтому пришлось недолго отстоять в очереди, чтобы налить себе чашку. Матвей тем временем занял место, и его уже оккупировали волки. Я сел к ним, вновь под аккомпанементы взглядов рыжего. Как же он достал!        Матвей был прав. Если бы я сейчас ушёл спать, то не смог бы тупо уснуть из-за голода. Как только нос учуял запах еды, желудок затребовал своей порции ещё сильнее. Я посмотрел в свою тарелку. Оказалось, что я бухнул сюда здоровенную кучу рагу из капусты с морковкой и котлету. Ну ладно. Это можно съесть. Это я в детстве не переносил вот это вот всё. Сейчас спокойно отношусь ко всяким вареным овощам. Хах.       Кофе оказалось спасением. Оно ещё не успело подействовать, но мозг выдал плацебо. Я даже отошел немного от марева. Но это, видимо, больше влияла тёплая оранжерея. Эх, я бы сейчас растянулся на том плетённом коврике и удрых часа на два.       Волки уже всё съели и ушли. Остался только Матвей. Он монотонно жевал булочку, отрывая кусочки пальцами, а не кусая ртом. Столовая и правда опустела. Не было такого ажиотажа, когда мы только сюда зашли. Но и правильно. Большинство хотят успеть сбегать за эти часы по домам, взять вещи, которые им как оказались нужны. Например, я слышал, что Камилла жаловалась на забытый фен. А с ее длиннющими волосами без этого аппарата обойтись сложно. Не бегать же к ветряным ведьмочкам за помощью постоянно. Да и тратить свою энергию на такие бытовые вещи перед занятиями… мъях, чушь. Мне же вроде ничего не нужно было. Я в целом вчера не успел оценить условия проживания.       Кофе я допил до гущи и поставил чашку на поднос.       – Идём? – предложил я Матвею. Волк кивнул, закинул последний измученный кусочек булочки в рот, и мы встали относить грязные тарелки.       После мы отправились прямиком в башню. Краем глаза я заметил, что кто-то сидит в гостиной и уже поднимаясь по лестнице вспомнил, что вообще-то оставил телефон там на зарядной платформе. Ну да ладно. Он всё равно мне не нужен.       Поднявшись, я плюхнулся на кровать и закрыл глаза. Всё. Теперь их ничто не могла продрать, пока я не отдохну.       – Матвей… – уже в полусне не работающим ротовым аппаратом проговорил я, – разбуди меня-то… – и уснул, так и не услышав ответил ли мне волк вообще.       

***

      Я проснулся от того, что нечто легко толкнулось в моё плечо, и вдруг кожа на том мечте потеплела. Приятная теплота разошлась до груди, разбудив меня.       – … Никит, вставай.       Голос Матвея донесся до ушей, мозг тут же осознал, где он, что он. Я открыл глаза. Сначала некоторое время я утыкался носом подушку, затем приподнялся, чтобы осмотреться. Оказалось, что я был укрыт тяжёлым одеялом, сшитым из разнообразных кусочков.       – Это что? – уточнил я, так как точно не помнил этого чуда здесь.       – Я из дома принёс, – ответил Матвея, натягивая на локоть эластичный рукав, – подумал, вдруг тебе ночью может быть холодно, всё-таки май ещё, а одеяла тут вообще не очень.       – Ну спасибо за заботу, – я еле-еле выбрался из-под одеяла, там было так тепло и уютно, что я уже ждал ночи, чтобы забраться туда обратно.       Матвей закончил с локтями и начал обвязывать ладони бинтами.       – У вас тренировка? – спросил я, чеша глаз. Зевок подавить не удалось, поэтому в следующее мгновение я сладко и смачно зевнул. Тут же стало хорошо.       – Ага, с тренером, – подтвердил волк.       – С тренером? – не понял я, точнее это понятно, что с тренером, но зачем уточнять. А потом до меня дошло. – Подожди… С нашим тренером?       – Ага, – Матвей кивнул, закончив обвязывать ладони.       – Он тут?       – Да, я сам удивился, что он будет вести наши тренировки.       – Повезло, – выдохнул я.       – Другим да, а нам с близнецами и Андреем даже не знаю, – волк улыбнулся. – Ты переоденешься? Я тебя подожду.       – Да не, – я отмахнулся. – Идём.       Мы спустились вниз, а я сходил забрать телефон. Там мне пришло куча сообщений от Маши, Дани и Кеши. Так-так, надо хоть кому-нибудь ответить.       Мы с Матвеем вышли из башни и разделились. Волк побежал на их тренировочный полигон перед окнами лекционного зала, ну а я в холл. Там нужно было собраться, чтобы нам показали наше место тренировок огня.       В холле уже сидели северяне. Они заняли весь диван и благо не стали меня домогаться. Я же отошёл к стене и вытащил телефон, решив ответить Дане.       «Ты как там? Как вчера добрались?»       «Прикинь, я забыл, что тут часовые пояса разные, и мы с Миланкой пришли в три ночи».       «Офигеть, – тут же ответил друг. Видимо сидел делал домашку. – А я и не подумал, что в вашем Междумирье пояса разные… Вы нагоняй получили?»       «Не, нас простили. Но я капец, как не выспался».       «Ну, надеюсь, ты в обед отдохнул».       «Ага, чувствую себя бодрячком… Ой, мама пришла. Давай позже напишу».       «Буду ждать».       Я выключил телефон и засунул его в карман.        Мама глянула на меня и приглашающим жестом предложила пойти за ней. В итоге все прибывшие огненные ведьмы и чародеи встали возле неё полукругом.       – Сегодня я не буду вас надолго задерживать, – начала мама. – Вижу, что не все ещё адаптировались, – она кивнула. Сначала я подумал, что она говорит обо мне, но потом глянул на ведьмочек, которые выглядели соннее, чем мухи. Фух, значит, я не один страдаю. – Сейчас мы пойдем на арену, там будут проходить все ваши занятия, связанные с огнём. Идёмте.       Мама прошла полукруг насквозь и направилась к выходу, а мы за ней толпой, как утята.       Я шёл прямиком за двумя ведьмочками, которые сцепились локотками, разговаривая о прошедшем уроке травологии. Кажется, они были в разных группах. Все мы шагали по утоптанной временем брусчатке, дорога была достаточно широкой для существа размером с человека и точно могла бы вместить в свою ширину две машины. Мы вышли с огороженной территории школы и немного углубились в лес, хотя форма дорожки тут не изменилась. Значит, ходят часто. Вскоре показалась светящаяся арка. Она была выложена вручную, небольшими кирпичиками и немного стёртая по краям ветром и временем.       Мама молча шагнула внутрь арки, а нам всем ничего не оставалось делать, как по очереди отправиться за ней. Кажется, я один не знал, что будет на той стороне, потому что только выйдя из волшебной пленки, в меня тут же пахнул морской бриз с солёным запахом и прохладными порывами.       – Ой, – я чуть не споткнулся от удивления, но благо мама, стоящая аккурат рядом с аркой, чтобы считать нас всех, подхватила меня под руку и поставила рядом с собой. Передо мной заходили только те две ведьмочки, поэтому мой позор увидели только они, но им честно было плевать.       Пока заходили другие, я в это время смог рассмотреть место, где мы вообще находимся. Это оказалось просто огроменная арена, точно Колизей, но может чуть меньше. Песчаный амфитеатр уходил вниз, на утрамбованное желтое поле. Арка выходила в широкий проход между рядами ступеней-трибун, почти в самом вверху, поэтому сквозь окошки я смог разглядеть плескающееся море и дорожку, упирающуюся в лес, из которого проглядывалась скала вместе с Септентрионалисом. Я сразу понял, что там виднелась северная школа. Это ни могла быть ничем другим. Мрачный замок, на краю холодного моря, плотный и крепкий, как сама скала. Арена же была открытой, сверху летали чайки.       Под толстовку сразу пробрался неприятный холодок. Жаль спину мне не грел Фырфыр, он дома мнёт бока у камина.       Все вышли из арки, и наша кучка пошла прямиком на средину арены. Пока мы шли, арка вдруг светанула, и из нее появился Тихомир Богданович. Он кивнул маме в безмолвном приветствии и сам начал встречать своих водных студентов. Первой вышла Камилла. Мы спустились до конца, только я ступил на это поле, как мои кроссовки тут же покрылись песчаной пылью. Водные ученики закончили выходить из арки, и в отличии от нас они пошли на выход из амфитеатра. Видимо, здесь ещё есть площадка непосредственно для тренировки их стихии.       Мама встала почти в центре арены. Мы опять образовали перед ней полукруг.       – Итак, все ваши занятия со мной будут проходить здесь. Огонь – опасная стихия. Не хватало, чтобы вы случайно подпалили лес, – мама хмыкнула. Да, здесь подпалить что-то кроме себя было сложно. – Как я уже сказала, сильно напрягать я вас сегодня не буду. Остановимся на упражнении по концентрации, – мама вдруг взмахнула двумя руками, и с одной из боковых сторон арены к нам начали быстро приближаться невысокие столбы, как только эти столбы встали в аккуратные два ряда, я понял, что это металлические чащи на поставках, внутри которых виднелся уголь. Чаши были покрыты налётом гари и пепла и сами говорили о том, что используют их часто. – Встаньте каждый перед чашей, друг на против друга, – следующим сказала мама. Я двинул к одной из них, которая была в самом конце, с одной стороны рядом встала ведьмочка, с другой зияла пустота, а вот напротив меня специально встал этот рыжий. Ещё и ухмылялся.       Мама щёлкнула пальцем. Чаши одновременно вспыхнули огнём, а ученики заметно повеселели. Мамино мастерство их восхитило. Ну да, сложно зажечь почти с десяток чаш (даже не свечек) одновременно. Но я такое видел постоянно.       – Смысл упражнения заключается в том, что вы должны провести плоскость огня до такой же плоскости вашего оппонента напротив, – объяснила мама. Я примерился. Чащи стояли напротив в метрах пяти. Это два с половиной метра. Нда, такого я ещё не делал. Будет сложно. – Как только каждый из вас справится с заданием, урок будет закончен, -заключила мама. – Приступайте.       Я встал, твёрдо упёрся каждой ногой в землю и прошептал про себя заклинание на призыв огня. Ведьмочке рядом со мной даже не шептали. Эх, завидую. Как только Морана разрешила мне использовать силу, я подвигал ладонями. Краешек костерка начал словно змейка повторять за моими движениями. Отлично. В следующий момент, я представил как огонь плоско ложится на воздух и создаёт своеобразную платформу. Начало получаться. Потихоньку, но огонь мне поддавался.       Вдруг я заметил, что впереди ко мне медленно пробирался чужой огонь. Я поднял глаза и увидел, что рыжий уже отлично справился с заданием. Ни прошло ни минуты. Чародей гаденько ухмылялся, посматривая на меня. Я отвлекся. Мой костёр приобрел прежний нормальный вид.       – Молодец, Радмир, – вступила мама. Рыжий же выпрямился и с удовольствие принял похвалу. – Тогда, предлагаю тебе увеличить расстояние. В следящую секунду мама взмахнула рукой, и чаша отлетела ещё на пять метров назад.       Рад принял вызов, начал корячится и злиться ото того, что не получилось с первого раза. Я же осмотрелся. Другие ведьмы и чародеи все ещё не могли выполнить упражнение на два с половиной метра. Отлично, значит, это рыжий такой уникальный, а со мной всё в порядке.       Я вновь сосредоточился, отключил мозги и перестал реагировать на внешний мир. Огонь постепенно начал выстраиваться аккуратной полосой.       

***

      Я радостный чуть ли не в припрыжку бежал в башню. Больше занятий сегодня не намечалось, а я успешно справился с маминым заданием. Впервые я после использовании магии чувствовал такое удовлетворение. У меня получилось! Получилось! Я не лох! Хахаха.       Когда моя полоса огня достигла нужной точки, мама удовлетворенно кивнула и позволила мне отдохнуть. И я ещё не был последним. До меня закончили только четыре человека, включая Рада, который ещё пыхтел над усложнённым заданием. Спойлер, у него не получилось уйти дальше трёх метров. Я же уселся рядом с закончившей огненной ведьмой, которая ждала подругу, мы познакомились и разговорились. Она оказалась как раз таки с Дальнего Востока. И рассказала мне как к ним приезжала бабушку Марья на Камчатку, и они день ходили по лесам и собирали травы, попутно слушая бабушку. Ведьмочка восхитилась её знаниями, поэтому и отправилась к моей бабушке в группу, хотя априори Верховная лесного ковена казалась компетентнее в этом вопросе. Но отнюдь.       Я дошёл до моей жилой башни. Ужин намечался только через два часа. Ещё ждать и ждать. А вот сидеть в своей комнате, точнее каменной коробке с дыркой вместо окна, не очень-то и хотелось. Поэтому я решил зайти в столовую, чтобы налить себе ещё кофе… или чаю. Да лучше чаю, кофе вечером может сыграть со мной злую шутку, и я опять пропущу сон ночью. С этими мыслями я и побрел в столовую, а там вспомнил, что вообще-то волков тренирует наш тренер Виктор Демидович, и раз отпрысков охотников не было видно на горизонте, я решил пойти поискать и поздороваться. Так и оказалось, волки действительно тренировались на своем законном месте.       Я увидел, что по округе их мини полигона стояли лавочки, поэтому сел на одну из них и спокойно выпил свой ромашковый чай. К этому времени меня заметили и тренер, и Матвей, и близнецы, и другие волки. Кажется, они почти заканчивали.       – …Ну и? – тренер скрестил руки, обращаясь к одному из волков. Кажется, тот был из лесного клана, и я его даже мельком видел, когда Лешего ловили. – Что скажешь?       – Пф, – волк фыркнул. – Скажу, что сейчас есть огнестрел и этот меч не очень-то сильно и нужен.       Тренер усмехнулся.       – А если закончатся пули? – мужчина скрестил руки на груди.       – Я уверен, моих навыков хватит, чтобы порубить нечисть, – гордо заявил лесной волк. Он выпятил грудь. Эх, посмотрел бы я как он перед Лихо обосрался.       – А если это будет не нечисть? – тренер продолжил гнуть свою линию.       Волк фыркнул.       – А кто?       Тренер вздохнул, выпрямил руки.       – Костров, иди-ка сюда – вдруг позвал он меня, а у меня сработал рефлекс, и я быстрее упомянутой пули оказался рядом.       – Что? – я повертел головой.       – Вот чародей, – тренер указал на меня, обращаясь к лесному волку. – Не учился ни в одной из школ. Тренировался дома. Справишься с ним, так и быть соглашусь с тобой.       – Эй, в смысле? – я опешил, как и другие волки.       – Воу, да как два пальца, – заагрился лесной волк.       В этот момент от Матвея начала исходить злая аура. Кажется, ему очень не понравилось предложение тренера. Впрочем, Виктору Демидычу было плевать на прихоти Волкова младшего. Мужчина дал один незаточенный меч мне, другой волку и буквально подтолкнул меня на середину поля. Нас окружили остальные волки, начав улюлюкать. Я взял меч в обе руки. Морана милосердная, и зачем я сюда только припёрся?       Лесной волк хмыкнул, вскинул меч и понесся на меня. В этот момент Матвей инстинктивно дёрнулся, но в его руку вцепились Сергей и Артем. Я же ушёл в сторону от первого удара. Даа. Понимаю, о чём говорил тренер. Даже я, тот кто вообще не помнил, как держал меч в руке и плотно занимался только последние два месяца, видел, насколько плоха техника этого дурачка. Точнее её вообще нет.       Волк встрепенулся, выпрямился.       – Если бы Костров был порасторопнее, то бой бы уже закончился, – прокомментировал тренер, одновременно поругав меня и заставив волка сосредоточится.       – Если тебя завалит чародей, мы месяц над тобой угорать будем, – добавил, кажется, типа альфа их лесной стайки.       Тот фыркнул. Мол, пф, чародей. Что ж, я тоже не люблю проигрывать.       Волк вновь побежал ко мне и сверху ударил мечом, я же заблокировал его и оттолкнул. Это было легко. Волк неправильно держал оружие, поэтому даже от легко толчка оно чуть не улетело на землю. Я припомнил движения отца Матвея, когда он обучал меня. Твердый шаг вперёд, повести тело влево, обмануть – волк повёлся – и вдарить с правой стороны. Ударил я его по коленке ногой. Тот испугался, сгруппировался и дёрнулся от меня в сторону.       Я улыбнулся на их манер, по волчьи. Другие волки заулюлюкали, начав ржать. Лесной волк поднялся, посмотрел мне в глаза, и тоже оскалился. Но в его взгляде я не видел ни ненависти, ни гнева, ни какой-либо другой ядовитости, только азарт.       Волк вновь кинулся на меня, а я спокойно отбил его удар. Он открыл грудь, вновь пытаясь удержать двуручный меч в одной руке. Я же дотронулся до его плеча, показав, что всё чел, будь это настоящий бой, я бы уже вспорол тебе брюхо, а затем резко вытянул свободную руку и сжал его запястье. Чтобы проделать эти манипуляции мне пришлось немного нагнуться, и теперь волк смотрел мне в лицо сверху вниз.       – Я поддался, – он продолжал улыбаться. Не правда.       – Ага, поддался он, – добавил его собрат.       – Ты, блин, даже меч держать не можешь, – вторил другой.       – Да чего вы! – заканючил мой оппонент. Я убрал от него руки.       – Тебя разделали в сухую, – хмыкнул другой его собрат.       – Ну я вам сейчас! – в шутку разозлился проигравший, и кинулся в толпу, но его там замяли, скрутили и тут же защекотали.       Тренер фыркнул. Учить и учить этого оболтуса ещё. Я отдал тренеру меч.       – Молодец, Костров. Прогресс на лицо, – похвалил он меня, а я бы будь у меня хвост уже завилял им. – А ты, – тренер дал оболтусу оплеуху. – Будешь пахать и пахать.       – Да понял я, понял, – заныл волк, почесывая темечко. – Был неправ!       – Всё, свободны, с глаз долой.       Занятие официально закончилось, и волки громкой толпой погнали в столовую. Только в столовую они могут так бежать.       Остались только я, Матвей и близнецы, но и последние удостоверившись, что Волков никого не собирается раздирать, убежали занимать нам места. А мы остались с тренером.       – Ну как у вас дела, рассказывайте, – тренер начал складывать оружие на место в нечто напоминающее амбар.       – Неплохо, – ответил я, не став говорить, что вчерашний день был ужасным. – Осваиваемся.       Матвей подтвердил кивком.       – А вы как? – уточнил я, а тренер улыбнулся.       – Тоже неплохо, Костров, пусто без вас на уроках, Черемушкину за двоих пахать приходиться.       – Вы уж там его не гоняйте!       Тренер сложил мечи и закрыл дверцу амбара на замок.       – Ну, всё, – он стряхну пыль с ладоней. – Бегите на ужин. А то мне ещё надо пойти согласовать виды тренировок с руководством, – после этих слов мужчина взял сою неизменную папочку, которая до этого лежала на столе. А я и не заметил.       – Вы даже здесь не без своей папочки! – хихикнул я, за что получил легонько рулоном в лоб.       – Дошутишься у меня.       В итоге мы распрощались, и пошли с Матвеем в столовую.       

      

      

***

      Волки после тренировки буквально смели всю еду. Но благо повара были готовы к такому исходу, каждый же год к ним приезжает орава проглотов, поэтому новые порции свеженькие уже были готовы. Хотя они тоже достаточно быстро заканчивались, хах.       На этот раз к нам за стол подсели те лесные волки, включая моего оппонента. Они расспрашивали, кто меня учил сражаться на мечах, и в целом разузнали всё о нашей жизни. Они даже сначала подумали, что я принадлежу клану Матвея, но я их успокоил.       Вообще другим волкам было интересно пообщаться с волчонками из центрального клана, ведь, во-первых, это их первое появление за сто лет здесь, а во-вторых, учитывая что Матвей сын знаменитого, как оказалось Степана Волкова, который раньше сражался на равных с Алой Фурией, то что мы дружим (ага, дружим) вызывало в некоторой степени удивление.       После ужина, я снова пошёл не в сторону башни. Матвей опять забеспокоился, мол, куда, но я его успокоил.       – Я пойду к бабушке в оранжерею, – я хмыкнул. – Приду не поздно, успокойся, пожалуйста.       Такая опека Матвея надо мной начинала раздражать. Я сжал зубы, и не став слушать ответа, отправился прямиком к бабушке. Хотел извинится за своё утреннее поведение.       На Мередианум уже лёг вечер. Ведьмочки собирались в беседках, тренировались в гаданиях. Волки уходили на вечерние пробежки. Матвей тоже. Северные чародеи предпочитали оставаться в своей башне, а южане рассыпались везде. Когда я заходил в оранжерею-то заметил Мирослава, который, склонившись над нарциссами, подпитывал их водой. Лепестки цветов с каждой минутой набухали и наполнялись жизнью. Чародей заметил меня, улыбнулся и приветливо кивнул. Я повторил за ним и пошёл прямиком на место нашего обучения.       Бабушка сидела за креслом перед столиком, на котором стоял причудливого вида чайник и две чашки.       – Привет, бабуль, – я вздохнул, а бабушка жестом пригласила сесть за кресло напротив. Пока я шёл, смог разглядеть узоры на сервисе: это были феи, сидевшие в цветах. Уж очень напоминало руку одного чародея.       – Рысь принес и подарил, – бабушка заметила мой удивленный взгляд. – Извинился за утренний саботаж.       – Я тоже пришёл извиниться, – плюхнувшись в кресло, проговорил я. – Это он тебе ещё самое безобидное притащил.       Бабушка легко засмеялась.       – Да, у молодого чародея золотые руки. Как хорошо, что он встретил твоего Иннокентия.       – Кого? – сначала не понял я, а потом как дошло. – А, Кешу. Фух, его уж никто полным именем не называет.       Бабушка тем временем начала разливать свежезаваренный чай по причудливым чашкам. Сладкий запах магнолии тут же защекотал нос. Бабушка поставила чайничек на место и придвинула одну из чашек мне, а затем взялась за ручку и поднесла горячую жидкость к носу.       – Мм, как хорошо пахнет, – потянула она.       Я тоже понюхал, ни разу не пробовал чай из магнолии.       – Бабуль, хотел спросить, – я сделал глоток и оставил его во рту на несколько секунд, чтобы распробовать вкус. – Почему все так удивились, когда Рысь высушил цветок?       Бабушка так же отпила, посмаковала и поставила чашку на тарелочку.       – Ну, потому что заклинание, которое он использовал требует невероятной концентрации, – бабушка по-учительски взмахнула пальцем. – Он высушил всю воду, которая находилась в цветке, но ни капли не повредил его структуру. С таким даже мне было бы тяжело справиться…       – Так, вот что… – я отпил ещё. – Значит, Рысь сильный маг?       – Да, и если бы не его лень, то даже не знаю… – бабушка улыбнулась. – Хотя, на самом деле, я не стала рушить его триумф.       – Не понял? – я качнул головой.       – Цветки магнолии обычно заваривают свежими.       В этот момент я понял, что Рысь немного облажался, и засмеялся. Хах. Повыпендривался.       Мы с бабушкой проговорили до ночи. Было уютно. Но больше положенного бабушка, конечно, не позволила мне сидеть и отправила спать. Тем более прошлая ночь в плане сна у меня не задалась.       Что ж, мне уже даже сложно придумать, чего интересно принесет мне следующий день. Надеюсь, ничего неприятного. Очень, надеюсь.       Вернувшись в комнату, я застал Матвея, который вешал толстенные шторы на дырку в стене. Шторы оказались с утяжелителем внизу и теперь точно ни один заблудший поток ветра сюда бы не прошмыгнул.       – Ты и это из дома принес? – удивился я, заходя внутрь. На моей кровати всё ещё лежало то цветастое тяжелое одеяло. Я вдруг вспомнил, как хорошо мне было под ним в обед и мгновенно захотелось спать.       – Да, – кивнул Матвей.       – А зачем тебе это? Ты же не мёрзнешь, – я положил телефон на тумбочку. Сегодня им почти не пользовался, поэтому и зарядки было полно.       – Ну, ты можешь замерзнуть. В мае ночи всё ещё могут быть холодными, даже здесь.       Я усмехнулся.       – Ну ты и дурак.       Матвей в непонятках отошел от шторы, похлопал глазами и обиженно посмотрел на меня, мол, я же о тебе забочусь!       – Почему это?       – Ну, представь, ночь, холодно, ветер дует в это окно… в комнате брр… одеяло не спасает, – я обнял сам себя руками. – И к кому бы я пошел в кровать первым делом? Правильно, к тёплому волку. А сейчас сюда даже муха не проникнет.       Матвей замер, и как только смысл моих слов дошёл до его мозга, он вспыхнул, а вместе с этим появились волчьих уши и виляющий хвост. Да, блин, Матвей. Волоки не виляют хвостом!       – Сейчас сдеру всю обратно, вот проблема!       Мы засмеялись.