Семь в одно

      Величайшие киллеры столетия из воздуха не берутся.       Печально, но факт.       Как бы Реборн этого не отрицал, и у него когда-то был наставник. Тот, кто показал с какой стороны браться за пистолет, помог выбрать псевдоним, рассказал о порядках мафии. Тот кто научил всему, что знал сам, тот кто превратил мальчика, оборванца с сильным пламенем, в мужчину, чьё имя произносят только шепотом.       Точнее та. Его наставница была жёсткой, местами даже жестокой. Она вбила ему в голову то, что само запоминаться не хотело. Она тренировала его на грани возможностей. Она научила его ВСЕМУ, что знала сама. Она взяла с него обещание, что никто не узнает, чей он ученик.       Никто никогда не задумывался, откуда Реборн так много знает о том, каким должен быть босс, чтобы быть репетитором наследников? Но и это вдолбила в него его наставница, что сама была Боссом.       Да, именно так, Боссом с большой буквы. Единственная и неповторимая королева мафии.       Даниэла Оттаво ди Вонгола.       Никто не знал, что у неё был ученик. При лучшем раскладе он мог стать консильери семьи. Но случилось проклятье.       Однако, несмотря ни на что, она приняла его, даже если её мечта иметь проверенного человека рядом с непутёвым сыном рассыпалась прахом.       Она подобно истинному небу поняла и приняла его таким, каким он был. Сразу после того, как прогнала его по комплексу тренировок в стиле Вонголы, буквально заставив не унывать и держать себя в форме.       И ничего не было для него тяжелее в проклятье, чем тот факт, что она умирала от старости, а он так и остался «вечно» молодым.       В тот день, придя к ней перед смертью, когда Даниэла уже не могла встать с кровати и медленно угасала в окружении сына, оставшихся хранителей и внуков. Он пришёл подбодрить её ехидными замечаниями.       Для королевы это была воистину мирная смерть.       Придя на её похороны, он поклялся, что однажды найдет себе настоящего ученика, не дав знаниям уйти в никуда. А так же, что не даст её трудам и Семье сгинуть.       Поэтому он из тени много лет искал молодые пламенные таланты, и много лет следил за Вонголой.       Он видел и как Занзаса закатали в лёд, что было в сотни раз хуже, чем смерть. Видел, как один за другим умирали дети Тимотео, видел, что у него остался внук от старшего сына, которого тщательно прятали.       Поэтому, когда Ноно позвал его с просьбой воспитать «наследника» из гражданского, Реборн был в ярости. По сути, исходя из контракта, они хотели воспитать жертвенного агнца-силовика, который побыл бы приманкой, а киллер им нужен был лишь чтобы мальчик не помер раньше времени.       Сказать, что Реборн был в ярости, ничего не сказать. Но не один мускул не выдал его эмоций. Он лишь просматривал контракт с отстранённым видом.       Эта семья слишком низко пала со времён смерти его наставницы. План созрел в голове моментально. В конце концов, кто достоин знаний полученных от восьмого босса Вонголы больше, чем десятый босс Вонголы?       Они ведь сказали ему воспитать из гражданского босса, так? Ну тогда пусть потом не жалуются, что их приманка окажется не болонкой на привязи, а взрослым сильным волкодавом.       В текст договора идёт пара изменений, Ноно и Иемитсу даже несколько довольно кивают, когда он добавляет имя ученика, им не хочется, чтобы настоящему наследнику достался такой репетитор. В тексте меняются на более замысловатые пара формулировок, давая ему большую свободу действий.       И «наниматели» за кружевом слов уже не замечают, что он берет пацана не в репетиторство, а именно в ученичество.       Опрометчиво, учитывая, что он ничего не знает о мальчике? Возможно. Будет ли он потом об этом сожалеть? Скорее всего. Сделал бы он так ещё раз? Определенно.       Он понимает, что так об этом пожалеет, когда видит досье CEDEF на пацана.       Он приходит к выводу, что это было лучшим решением в его жизни, когда встречается с учеником лично.