C.H.Y.K.N. или Прежде Было Пять Других

— Ауч! — пропищала Ян Лин, сидя на своей кровати. — Будешь дергаться — налью тебе это в глаз, — пригрозила Нерисса, пока обрабатывала свежую рану на колене подруги перекисью. Это она еще легко отделалась. Не считая пары ушибов и царапин, это была самая большая её рана. Угораздило же её врезаться прямо в дерево, хорошо, что голову себе не расшибла и ноги не переломала. Правда, про царапину, рассекающую ей лоб, лучше пока не говорить. Они тренировались допоздна, повезло, что Руссо их не хватилась. Маг была права, если бы они не ушли так далеко, то из Нортхилла их бы точно увидели. По крайней мере, летающая катастрофа Ян Лин не осталась бы без внимания. — Мне больно! — снова заныла Лин. От былой радости свободного падения не осталось и следа. — А летать с закрытыми глазами не больно было, — резко ответила ей Нерисса. Как ребенок, ей богу. Стражница Воздуха надулась и продолжила сидеть молча. Кроссник убедилась, что крови больше нет, и аккуратно начала бинтовать ногу. Зрелище жутковатое, шрам точно останется. Это еще полбеды, что делать с расцарапанным лбом? Он точно вызовет вопросы, даже с учетом того, как часто Лин влипает в неприятности. — Сходи-ка в душ, пока Руссо не начала обход. Вся лохматая и грязная, — начала уже мягче Нерисса, закончив работу. Осталось обработать пару ссадин на другой ноге, и её соседка как новенькая. А еще утром хотела от неё избавиться. Ян Лин запустила руку в волосы, вытащила оттуда кусочек ветки и воздушным поцелуем отправила в окно. Нерисса закатила глаза, но ничего не сказала. Они сильно устали за день, уютную тишину в комнате нарушал лишь стрекот кузнечиков и тихое пение птиц в ночном лесу. Природа засыпала. Даже вечная болтушка Лин решила пока помолчать. Может, так она пытается отвлечься от боли? — Мне кажется, тебе бы пошла чёлка, — вдруг начала Кроссник и, закончив, села рядом. На ней самой не было и царапины. — Ну да, чтобы еще больше волос в лицо лезло? — рассмеялась Ян Лин и еще раз растормошила свое воронье гнездо на голове. Это у неё всегда такое было или она при воздушной аварии с сосной гнездо с собой захватила? — Тогда не смотри ближайшие пару месяцев в зеркало, ладно? — в своей привычной манере намекнула Нерисса и посмотрела на её лоб. В любом случае такое вряд ли бы получилось скрывать долго. Веселье соседки как сдуло. Лин тут же вытащила из тумбочки карманное зеркальце и почти захныкала от ужаса ситуации. И как она могла не заметить? Царапина кровила и щипала, но на фоне адреналина и кучи других ран, видимо, отошла на второй план. И теперь ей этот второй план обойдется тотальным позором! Студенты злые, они точно начнут её задирать из-за этого! — Бери ножницы! — почти закричала Ян Лин, не думая о том, что их могут услышать. Нерисса лишь склонила голову на бок, вздохнула и подошла к своей тумбе. Несмотря ни на что, этот день ей точно запомнится надолго. *** День прошел замечательно, даже слишком хорошо, но Кадма возвращалась в комнату подавленная. Рядом семенила Кэссиди и всё пыталась успокоить её, заверить, что в одном пропущенном факультативе нет ничего криминального, и вообще, миссис Вудхаус души не чает в Кадме. Это правда, но относиться к этому так же легко, как это делает Кэсс, у неё не выйдет. Все-таки ей грустно от того, что она не может успеть всё сразу. — Я тоже сегодня пропустила занятие по волейболу, но знаешь, я не жалею! — продолжала подбадривать её Чакон, пока они поднимались на второй этаж. Замечание от Руссо за позднее возвращение и неподобающий внешний вид они уже получили, поэтому могли не торопиться. Заместительница директора после выговора пошла отчитывать третьекурсников под лестницей за нецензурную брань и громкие разговоры. — Это всё здорово, правда, но ты не думаешь, что мы… ну, в перспективе жертвуем важными для нас вещами? Мы же не выбирали всё это, — аккуратно завела тему Кадма. И у стен есть уши, лучше перестраховаться. — Не выбирали. Но разве можно отказаться? — улыбнулась она. Нет, она её не поняла. Такие люди как Кэссиди слишком оптимистичны, чтобы посмотреть правде в глаза. Теперь на них большая ответственность, а они не знают, с чего стоит начать. Им поручили важное задание, но даже не обозначили детали. Они вынуждены разрываться на два мира и хранить тайну. Конечно, невероятная сила — это потрясающе, Кадма никогда не чувствовала себя такой счастливой, как сегодня, когда смогла вырастить гигантское дерево, но разве это справедливо? Одной Кэссиди и, может, Ян Лин всё нипочём. Они счастливы, они заряжены, они дышат своими стихиями и уже приняли всё, что с ними происходит. Только Халинор может понять её опасения и, возможно, Нерисса, которая координировала девочек и помогала им с концентрацией. Старлайтер скривилась при мысли о ней. Не хотелось думать, что в этой избалованной принцессе может быть что-то хорошее. — Я запомню этот день надолго! — потянулась Кэссиди, когда они дошли до своих комнат. Как удачно, что именно их комнаты друг от друга напротив. — Ладно, до завтра! — Спокойной ночи, — все же улыбнулась Кадма и скрылась за дверью. Как странно, Эвелин, её соседка, ещё не вернулась. Обычно она возвращалась засветло, а ложилась еще до отбоя. Кадма постаралась выбросить тревожные мысли из головы и подготовиться ко сну. В конце концов, это не её дело. А может и её. Эта загадочная Коа в их мире и могла подобраться близко уже сейчас. Эвелин — соседка Кадмы. Вдруг она уже начала действовать? С другой стороны, что сейчас может дать паника? Только лишний стресс и бессонницу. Она вернётся. Она обязана вернуться. Но вот прозвучал отбой, везде попросили выключить свет, а Эвелин так и не вернулась. Кадма уже сходила в душ, переоделась в пижаму, и очень долго смотрела на пустую кровать у стены. Тревога нарастала. Эвелин пусть и торчит безвылазно в библиотеке, но так долго там сидеть она себе точно бы не позволила. Она ничего не потеряет, если сделает хоть что-то. Кадма накинула на себя темный халат и тихо, чтобы не скрипели половицы, вышла из комнаты и прошла к лестнице. С другой стороны, если Руссо сама её и заметит, то так будет лучше и проще. Разве можно получить замечание за то, что ищешь свою пропавшую соседку? Ночная академия умолкла. Вокруг ни души. В какой-то степени она надеялась, что услышит быстрые шаги Эвелин, уже представила, как она испугается и попросит никому не рассказывать, а потом они вместе пойдут в комнату, и Эвелин расскажет ей, что же такого произошло, что она так задержалась. Но Нортхилл ответил ей красноречивым молчанием. На секунду ей показалось, что она одна во всей академии. Не хватает только парочки призраков. У кабинета Руссо она замешкалась. Что, если она сама легла спать? Что тогда делать Кадме? Будить персонал, поднимать охрану, а заодно и всю академию на уши? Если окажется, что Эвелин просто решила остаться на ночевку у других девочек или уснула под горой учебников в библиотеке, то у Старлайтер будут большие проблемы. С другой стороны, почему она не имеет права беспокоиться? Даже если её тревога пустая, она хотя бы будет знать, что Эвелин в безопасности, и беглянка из другого мира не сделала ей ничего плохого. Пора. Строгий голос после первого же стука приказал входить. Мадам Руссо привычно сидела за своим столом и без устали заполняла какие-то бумаги, пробегая взглядом по еще каким-то бланкам, успевая при этом заставить себя почувствовать как в здании суда. Садитесь, обвиняемый, сейчас вынесем вам приговор. Маленькие очки спустились на нос, а красно-рыжий пучок уже потерял в объеме и немного завалился на бок. Несколько прядей выбилось из прически и упало на уставшее лицо. Даже так Руссо производила впечатление самого грозного педагога штата. Кадма сжала руки в кулаки и уверенно подошла к столу. — Надеюсь, у вас есть веская причина нарушать комендантский час и врываться в мой кабинет? — холодно спросила Руссо и наконец оторвалась от своих дел. В руке она все еще до белых пальцев сжимала ручку. Как будто сейчас кинет в неё. — Моей соседки, Эвелин Вуд, нет в комнате. Я беспокоюсь, — тихо рассказала Кадма и присела на стул. Сердце стучало как бешеное. — Мисс Вуд, хм? — она взглянула на свои маленькие наручные часы. — Если через пятнадцать минут она не появится, то я буду вынуждена поставить ей замечание. Спасибо, можете идти, мисс… — Нет, вы не понимаете, — уверенно прервала её Старлайтер. От тревоги голос звучал сдавленно. — Эвелин ложится спать в девять вечера, даже не выходит из комнаты, когда темнеет. Она примерная ученица и ни за что бы не пропустила отбой. Я не близка с ней, но уже знаю, что она за человек. По своей воле она бы просто так не задержалась. Прошу вас, я бы не пришла сюда, если бы это не было так важно. С ней могло что-то случиться! — Что в Нортхилле может с ней… Мадам Руссо вдруг прервалась, тяжело вздохнула и сняла очки. Без них она как будто прибавила в возрасте еще лет десять. Через минуту раздумий она надела другие очки, немногим больше, и вышла из-за стола. Мгновенно её пугающая аура сменилась успокаивающей, перед ней будто стоял другой человек. Она осторожно погладила Кадму по плечу теплой рукой и заглянула в глаза. — Идите, мисс Старлайтер. Я прослежу, чтобы ваша подруга вернулась к вам как можно скорее. Не беспокойтесь. Ложитесь спать. Кадма кротко кивнула, закусила губу и молча покинула кабинет. Эвелин вернется. Обязательно вернется. Сама мадам Руссо ей пообещала. *** Утро после хорошей тренировки всегда и радует, и мучает одновременно. Тянет абсолютно все мышцы, даже те, о которых ты вчера совершенно точно не думала, а сердце наполняется гордостью за себя. Кэссиди почти отвыкла от этого чувства, после того, как ушла из команды по плаванию. Вчерашний вечер еще грандиозен тем, что вчера произошло! Они могут летать! И управлять стихиями! А Кэсс, к тому же, способна на внушение. Вот и объяснение того, что тогда произошло на кухне. Кадма назвала это жульничеством, а Ян Лин самой лучшей способностью, какая только может быть. Халинор взяла с неё обещание не пользоваться даром на экзаменах и зачетах, а Нерисса прямо противоположное. Как же здорово начинается этот учебный год! — Завтрак проспишь, соня, — хихикнула Дженкинс у зеркала. Она как раз застегивала свою белоснежную рубашку. Верхние она по классике оставляла игриво открытыми. На ней любая одежда смотрелась потрясающе, даже школьная. Если бы она носила пиджак и галстук, то все равно бы оставалась первой красавицей школы. Кэссиди, в любом случае, считала её во всем первой. Кроме плавания, само собой. — Нет, только не говори, что уже пора вставать! — протянула Кэссиди и схватила будильник с тумбочки. Стрелка угрожающе близилась к восьми. Сил выбраться из постели в ближайшие сто лет у неё точно нет. — Захвати мне какую-нибудь булочку, хорошо? Я не уверена, что до класса математики дойду. — Будет сделано! — Дженкинс подмигнула ей и, закинув сумку на плечо, упорхнула из комнаты. Она обожала Джен. Еще со средней школы, когда они втроем, вместе с Кевином, образовали своё нерушимое трио. Почти каждый день после уроков они проводили у Дженкинсов дома или гуляли по Хитерфилду, смотря какая погода. Именно миссис Дженкинс посоветовала всем троим поступать в Нортхилл. Шансов у Чакон было немного, но она так сильно хотела остаться вместе с друзьями еще на четыре года, что все-таки блестяще сдала вступительный тест. Мама до сих пор писала письма со словами гордости. Но было и то, в чем Кэссиди откровенно завидовала Элизабет. Её открытости и стилю общения. Если Кэссиди — неловкий рыжий котенок, то Дженкинс — это настоящая черная кошка. Сначала она с тобой заигрывает и затаскивает в свою ловушку, а потом быстро теряет к тебе интерес и переключается на что-то новенькое. Кэсс и Кевин — единственные, кого не задела эта её сторона. Флирт для Джен был естественным видом общения, даже с другими девушками. Лидером в их компании, однако, оставалась Кэссиди. Именно она всегда брала на себя инициативу сходить куда-нибудь, оплатить счет, помочь с учебой, записаться на кружок или факультатив. Она всегда видела сильные стороны своих друзей, за что те ей сильно благодарны. Раньше Дженкинс и помыслить не могла, что волейбол может быть таким веселым, а Кевин теперь представить себя не может без живописи. Сердце Чакон грелось от мысли, что она сделала хотя бы двух людей в этом мире счастливыми. Но пришла пора возвращаться в реальность и вставать. Какой еще чемпион может позволить себе провести всё утро в кровати? И что, что ноют мышцы? Никаких пяти минут, встаем немедленно! Кэсс рассмеялась собственным мыслям и все же подняла свое бренное тело. Что-то внутри продолжало протестовать, когда холодный ветер прошелся по её босым ногам, будто загонял обратно под теплое и мягкое одеяло. Она почти прислушалась к внутреннему голосу, но тут она вновь вспомнила вчерашнюю тренировку и сон растворился окончательно. Если они и сегодня проверят свои способности, то вставать и собираться на завтрак нужно немедленно! В душевых, как по заказу, стояла у умывальников еще спящая Ян Лин с зубной щеткой во рту. Выглядела она сильно помятой. Хотя, после вчерашнего высшего пилотажа неудивительно. — Доброе утро! — бодро помахала рукой Кэссиди, вставая рядом. — Как спалось? — Луше ы не прасыалас, — с наполненным пеной ртом ответила она, борясь с желанием закрыть глаза окончательно. Получалось не очень. — Я думала, Нерисса тебе только наутро про лоб расскажет, — хихикнула Кэсс и быстро умылась. — А лучше бы вообще после того, как этот кошмар увидела бы вся академия, — ответила ей Ян Лин через полминуты, когда закончила с зубами. Затем она приподняла новую, аккуратную челку и снова недовольно посмотрела на результат вчерашней тренировки. Как бы шрам еще и здесь не остался. Она быстро опустила короткие волосинки обратно, превращая труды Кроссник в очередное гнездо. — Иди сюда, — ласково подозвала её Кэссиди и уложила волосы так, как они лежали до этого. Когда Чакон завела ей пряди за уши, Лин вдруг запротестовала. — Ну же, тебе так лучше будет. — Торчат как у гнома, — прикрыла она уши руками и немного покраснела. Кэссиди её с улыбкой обняла, назвала дурочкой и попросила хотя бы этот день походить так. Лин неохотно согласилась. Следом в помещение буквально ворвалась Кадма Старлайтер во всей красе. Толкнув двери, она чуть не сшибла двух студенток на входе, но совершенно не обратила на них никакого внимания. Только зацепилась взглядом за Стражниц и быстрым шагом направилась к ним. — Ты в уборную заходишь или на показ мод? — подняла бровь Ян Лин. — Вы мне нужны. Сейчас. Не дав толком закончить водные процедуры, Кадма повела их в тихое место под лестницей, где их уже ждали встревоженные ранним подъемом Нерисса и Халинор. — Теперь ты объяснишь, зачем это всё? У меня, может, дела были перед завтраком, — сложила руки не груди Нерисса. Выглядела она скорее злой. Кадма осторожно обернулась и проводила взглядом двух второкурсников, обсуждающих какую-то ерунду. Как только люди поблизости растворились, она медленно повернулась к подругам. — Эвелин пропала. Не пришла ночевать сегодня, — шепотом рассказала им Старлайтер. Впечатления это пока не произвело. — А Эвелин это… — подняла бровь Нерисса. — Моя соседка. Мы с ней не дружим, но она никогда не нарушала школьные правила и никогда так внезапно не пропадала. Руссо поставила на уши всех преподавателей, скорее всего на обеде оповестят и студентов, — Кадма тяжело вздохнула и поджала губы. Легкая тревога вновь напомнила о себе, но сейчас ей нужно взять себя в руки. — Вы знакомы три недели, мало ли какие у неё там черти в омуте водятся, — в полный голос ответила Кроссник. Смысла в конспирации она не видела. — Пропал человек, Нерисса! А возле Нортхилла ходит страшная ведьма, думаешь, это совпадение? — поддержала Земную Стражницу Ян Лин, машинально встав к ней ближе. — Ладно, предположим, она заблудилась в лесу, тут это несложно. Отец вызовет отряд из города и её быстро найдут. Без паники. — Кроссник выпрямилась и сложила руки на груди. — Этой ведьмочке нужны мы, а не какие-то студентки. То, что она пропала, — чистой воды совпадение. Не могла же Коа просто начать похищать людей налево и направо, она не настолько глупа. — В этом есть смысл, — неожиданно вмешалась Кэссиди и положила руку на плечо Старлайтер. — Я знаю, что ты волнуешься, но Нерисса права. Она охотится на нас. Мы не можем дать себя запугать ещё до того, как по-настоящему столкнемся с ней. Эвелин вернётся. Обязательно. Кадма повернулась к Халинор в поисках поддержки, но та лишь пожала плечами. Ян Лин, растеряв все аргументы, прочистила горло и уткнулась взглядом в пол, будто там можно найти все ответы. Кадма раздражённо цокнула и про резком развороте едва не попала своими волосами Кэсс в лицо. — Что-то мне подсказывает, что ты плохо на неё влияешь, — тихо шепнула Ян Лин Нериссе, когда оскорбленная Кадма едва не толкнула проходящего мимо Льюиса Нортона. — О нет… — Халинор тоже увидела Нортона и вспомнила, что так и не вернула свой «Собор». Не то, чтобы ей так сильно нравилась эта книга, но она библиотечная, её в любом случае нужно вернуть. А значит, придётся заставить себя разговаривать с этим парнем. — Ты все еще не поговорила с ним? — проследила за её взглядом Ян Лин. — Не бойся, ничего страшного не случится, просто вежливо попросишь, ну не откажет же он тебе! — Напомнить тебе, что у самой коленки тряслись? — обреченно посмотрела сверху вниз Халинор и уже почти отказалась от своей затеи. — Это другое! И вообще… — Слушай, Халинор. — Кэссиди вдруг встала перед девушкой и положила ей руки на плечи. — Тебе очень нужно это сделать. Да, это страшно, но зато представь, какой сильной станешь, когда переступишь через себя. Помни: в первую очередь это нужно тебе, а не ему. Бери пример с Нериссы, она вообще никого не боится и получает то, что хочет. Чем ты хуже? — В случае Кадмы этот совет не сработал, — хихикнула Лин. — А в случае Халинор сработает! — подбодрила её Кэссиди, пока Халинор окончательно не растеряла крохи уверенности. — Давай, просто будь собой, бояться нечего. Мы рядом, и, если этот рыжий будет позволять себе слишком много, то в случае чего приструним его как в тот раз! Кэссиди внимательно посмотрела Халинор в глаза и тепло улыбнулась. От этого взгляда ей стало так тепло и легко на душе, словно она сейчас не в душном коридоре школы, а где-то в поле, ловит на коже лучи солнца. Ладони Кэссиди на плечах теплые, вселяющие уверенность и надежду. Надежду на то, что все будет в порядке и что Водная Стражница всегда рядом. Кларксон невольно улыбнулась в ответ. — Да, обязательно его поучим! — Ян Лин аж подпрыгнула на месте. — Проучим, а не поучим, малышка, — поправила её Чакон. — Эй, ты выше меня всего на два дюйма, имей совесть! Дальнейший их разговор растворился в гуле учеников. Халинор двинулась в сторону Нортона медленно, но решительно, пока слова Кэссиди держали её тревогу в узде. Идти долго, почти через весь коридор. Уже когда рыжая голова почти скрылась за дверью в кабинет математики, Халинор окликнула его. Тот вздрогнул и испуганно на неё уставился. «Разве не я должна его бояться?» — Тебе… что-то нужно? — Льюис странно на нее покосился и отвел пристыженный взгляд, будто его поймали на воровстве или жульничестве. Что он опять успел натворить? — Да, мне бы хотелось вернуть мою… — Девушка осеклась на полуслове, а затем её разум практически по своей воле проник в голову Льюиса, где одновременно мешались самые разные мысли. «Хватит трястись как банный лист, она же тебя за психа держит». «Она, наверное, за книгой, да, зачем же ещё». «Не с тобой же общаться, ничтожество». «Она такая красивая…». «Почему она замолчала, что я опять сделал не так?» — М-мою книгу. Верни её, пожалуйста. — Халинор было сложно поверить своим ушам, точнее, своему мозгу. Раньше Льюис Нортон казался странным и пугающим парнем, который ненавидит всё и вся вокруг, а теперь он такой… нормальный? Совершенно обычный студент. «Который назвал меня красивой». — Я, эм… — парень снова замялся. После попытки посмотреть на Халинор, он снова отвел взгляд и теперь с интересом разглядывал панельную стену. — Она у меня не с собой, я оставил её в комнате, я, эм, могу сходить за ней и… — Всё в порядке, я не злюсь. Кларксон положила ему руку в точно таком же жесте, что и Кэссиди, на плечо и покровительственно посмотрела в глаза. Льюис был выше девушки почти на голову, наверняка со стороны это смотрелось очень комично. Краем глаза девушка увидела, как Ян Лин стыдливо уперлась лбом в стену, а Кэссиди прикрыла рот, стараясь не засмеяться. «Что им опять не нравится?» — Мы можем встретиться после обеда возле кабинета химии. Идёт? Льюис облегченно улыбнулся, быстро закивал и поспешил всё-таки зайти в кабинет. Халинор сейчас думала не о том, как легко она смогла перебороть себя, а о том, что Льюис на самом деле простой и очень даже неплохой парень. Они даже чем-то похожи. А еще у него красивая улыбка. Которая так похожа на улыбку Кэссиди. На уроке, вместо того, чтобы решать сложные логарифмические задачи, девушки пытались развить свой дар мысленной коммуникации. Даже обиженной Кадме пришлось влиться в игру, ведь просто заткнуть уши или уйти она теперь не сможет. Первое время было непривычно, но Халинор быстро объяснила правила, чтобы не было путаницы. «Концентрируйтесь только на одной мысли и держите её в голове до тех пор, пока вам не ответят. Вы не представляете, как сложно отвечать, когда тебя перебивают». «Почему у меня ощущение, что вы все сейчас подумали обо мне?» — спросила мысленно Ян Лин, сидя на последней парте. В отличие от остальных, она даже не пыталась вид, что что-то записывает. Только Кларксон с годами практики научилась делать несколько дел сразу. «Ты думаешь быстрее всех нас, да и ещё иногда на китайском, это сбивает» — ответила Кадма, посматривая на доску. Они с Нериссой сидели за первыми партами, поэтому к ним было особое внимание со стороны учителя. Класс был маленьким, всего на 12 человек. Как говорится в уставе школы: так каждый ученик сможет получить индивидуальное внимание преподавателя. Спрятаться в толпе не получится, приходится в любом случае грызть гранит науки. Ян Лин это все еще не смущало. «Ох, простите меня, сударыни, я совсем не контролирую то, что происходит в моей крошечной голове, не соблаговолите ли вы понять, что для меня мой разум — моё личное пространство, которое я берегла долгие годы и никогда не собиралась открывать его едва знакомым девчонкам!» «Ты когда столько слов выучила, гном?» — изумилась Нерисса, пока понимающе кивала под монолог учителя. «Ты не представляешь, какими сложными бывают экзамены по английскому языку для иностранцев. И я тебе не гном!» Ян Лин поняла, что математик вот-вот повернется в её сторону, поэтому срочно сделала сосредоточенное лицо и начала записывать все, что он говорит. Трюк, видимо, не сработал, уже через минуту её вызвали к доске. Если бы не помощь Халинор, она бы точно получила замечание, а того и глядишь плохую отметку. «У вас уже есть мысли о том, кто может быть Коа?» — вдруг спросила Кэссиди, когда Лин села на свое место. «Тот рыжий дружок Халинор меня напрягает, дерганный он какой-то» — сразу же высказалась Нерисса. «Он мне не дружок, и он нормальный. Ну, наверное. Мне так показалось. Эй, откуда ты знаешь, что я с ним разговаривала?» — спросила Халинор, машинально посмотрев ей в спину. «А банши может быть мужчина?» — прервала её Ян Лин. «Маг сказала, что она может принимать любые облики, поэтому никого не стоит списывать со счетов. Но я бы пригляделась к учителям. Им легче подобраться к студентам, то есть к нам» — поделилась своими мыслями Кэссиди, параллельно не забывая внушать учителю, чтобы он не вызывал их пятерку к доске. Помимо Халинор, у нее лучше всех получалось контролировать свои ментальные способности. Кадма и Нерисса были недостаточно сосредоточены, а в мыслях Ян Лин все еще проскальзывал всякий бред. «Руссо, например! Она мне сразу не понравилась, придирается постоянно, не дает долго сидеть в комнате отдыха!» — высказалась Ян Лин. «Мы не можем подозревать каждого, кто нам не нравится» — ответила Нерисса. «Ты только что подозревала Льюиса, потому что он тебе не нравится!» — возмутилась Кларксон. Непроизвольно она нажала на карандаш слишком сильно, и он сломался. Кэссиди незаметно передала ей свой. «Не повышай на меня голос… то есть мысли… голос мысли?» «Мысленный голос?» — поправила её Чакон. «Заткнитесь уже, голова от вас болит. Хотя бы сейчас сосредоточьтесь на материале, он же потом спросит вас об этом!» — перебила всех Кадма, которая и сама не особо сильно вникала в тему. «Кадма права. Давайте на уроках думать об уроках» — поддержала её Халинор. «Ты забыла где мы учимся? Мы и после уроков будем думать об уроках» — иронично отметила Ян Лин, но больше её никто не слушал. Как они и договорились, Кларксон ждала Льюиса возле кабинета химии. Он немного задерживался, но ей некуда было спешить. В конце концов, на тренировку можно прийти и позже, а книгу нужно будет сдать уже на днях. Нехорошо нарушать правила. Слова Нериссы о том, что под обликом Льюиса может скрываться Коа, все никак не выходили у Халинор из головы. Вся эта история с книгой вообще странная. Почему Нортон ходил под окнами женского крыла, зачем подобрал книгу и не вернул её сразу же? Он же видел её фамилию на корешке. Если не хотел с ней пересекаться, то отдал бы в склад потерянных вещей. Странный тип этот… Льюис. — Прости, я опоздал, — раздался голос из-за спины, и Халинор тут же подскочила от неожиданности. Льюис растерялся и буквально не знал, куда себя деть, что сказать. Совсем на себя не похож, весь какой-то неловкий, ещё эта книга в руках. Ладно, он совсем не пугающий. Милый. Очень милый. Халинор рассмеялась. — Я так сильно тебя пугаю? — Нет, всё в порядке, правда! Просто ситуация забавная. А ведь ещё утром она до дрожи в коленках боялась подойти к нему. Кто бы мог подумать, что злюка Нортон безобиднее ребенка? Халинор заметила на его лице тень румянца. Она надеялась, что он рассмеется вместе с ней, но в итоге только смутила его. «Она смеется от моего внешнего вида или она сама по себе такая? Боже, да не стой ты как истукан, скажи уже что-нибудь!» Теперь ей немного стыдно. Она не привыкла брать инициативу на себя, но Льюис выглядел таким беспомощным, что хотелось хоть как-то его поддержать. Как когда-то её поддержали Кадма и Кэссиди. — Всё в порядке, Льюис, просто смешно со стороны выглядим, в этом нет ничего такого. — Ты знаешь мое имя? А вот теперь по-настоящему неловко. В обычных обстоятельствах она никак не могла знать его имя. Раньше она всегда контролировала себя и знала, какая информация по легенде ей известна, а какая нет. Впервые за ней наблюдается такой просчет. Как же она так… — Ах, прости, глупый вопрос. Ты ведь могла его у любого преподавателя спросить, да и на биологию мы ходим вместе. Прости. «Судьба на моей стороне». — Хватит все время извиняться, особенно если ты ни в чем не виноват. — Халинор облегченно улыбнулась. Остается надеяться, что ничего её не выдало. — Да, конечно, прос… — осекся на полуслове Льюис. Спустя пару секунд они рассмеялись. Наконец-то он в её присутствии расслабился, она уже и не надеялась. Как интересно. Когда он улыбается, у него совершенно меняется выражение лица, будто другой человек. Если Нортон — это высокий рыжий доходяга, ненавидящий всех вокруг, то Льюис — это… просто Льюис. Скромный, немного неловкий мальчишка. И абсолютно безобидный. Халинор сама такая. Может, она тоже со стороны воспринимается другой? Надо бы выяснить. Наконец, Льюис протянул ей заветную книгу. В его ладонях она согрелась, поэтому принимала её Кларксон с особой благодарностью. В академии по вечерам становилось особенно холодно. Льюис ещё раз улыбнулся ей, и холод отступил. Так одной улыбкой её могла согреть только Кэсс. — Почему задержался? — из чистого любопытства спросила Халинор, прижимая свой драгоценный «Собор» к груди. — Я, эм… — замялся парень. Кларксон заметила, что, когда он волнуется, то всегда прикладывает ладонь ко лбу, размышляет. Может так он хочет разорвать зрительный контакт? Он почти никогда не смотрит в глаза. Так… любопытно, почему он так делает. — Немного увлекаюсь астрономией и решил настроить свой телескоп, чтобы вечером понаблюдать за звездами. Так увлекся, что не заметил, как прошло время, прос… то есть…да. — Звезды? Как здорово! Покажешь? Халинор говорила это совершенно не думая, но быстро пожалела о своих словах. Какие еще телескопы? Каждый вечер она как штык должна быть на их со Стражницами месте и тренироваться управлять своей силой! Она никак не может пойти с ним, даже если очень хочет. Чем более куда? В мужское крыло? Это же неэтично, в конце концов! Вся надежда только на то, что он отка… — С радостью! — Льюис просиял от предложения и сразу же согласился. Даже перестал смотреть на стены или пол, пока разговаривал с ней. Сейчас он смотрел на Халинор. Только на Халинор. «Черт возьми».