Память

— У нас тариф — сто рублей за час, — говорит милая девушка на входе. Олежа обеспокоенно поднимает на Антона глаза — тот только ведёт плечами. — Нам подойдёт. Стряхивает с пальто успевший подтаять снег. Топчется на резиновом коврике у самой двери — очищает ботинки. Антона такие вещи не тревожат. Им надо спрятаться от метели, им надо согреться — а ещё Олежа смотрит на него с немой просьбой, желанием и внутренней борьбой: это ведь коты! Олежа простой — он любит котов, любит горячий чай и любит расслабиться, пусть и не показывает этого. И Олеже надо снять напряжение — стряхнуть с плеч нервную дрожь, стереть с лица тёмные круги. Но Олежа не жалуется. А Антон не возражает. Любопытные обитатели котокафе выглядывают из-за дверей, наклоняют головы вбок и шевелят усами, внимательно изучая новых посетителей. Коты посмелее выходят вперёд — обнюхивают ботинки, протянутые руки. Небольшой чёрный кот подходит к Антону в упор, принюхивается и шипит — собачий запах всё ещё не выветрился с одежды. Олежа виновато улыбается — будто это его вина. За окном всё растёт метель, а в груди — тугой ком. Антон снова ведёт плечами — мол, всё равно. Без разницы. — А тебя как зовут? — Олежа подхватывает на руки большого чёрного кота, мельком глядит на ошейник. — Бегемот? Очень оригинально. Антон наблюдает: за кружащими по комнате котами, за урчащими котятами и за Олежей, чешущим им животы. Над чашкой медленно поднимаются клубы пара: Антон наблюдает. Руку не протягивает — коты тоже держатся поодаль. Отвечают на Олежину ласку — боятся Антонового отчуждения. Олежа ничего не говорит и не показывает: на Антона почти не смотрит. На часы — тоже. Отдаётся игре с котами. Антону хочется что-то сказать, но вот незадача — нечего. Олежа расслабляет плечи, улыбается — и выглядит счастливым. По крайней мере, Антону так кажется. Внутри всё закручивается тугим узлом, но он делает рваный вдох и говорит себе: пока что этого достаточно.