Нелицеприятный

Брюнет округляет глаза и отводит взгляд в сторону. Пару долгих мгновений он просто смотрит в стену. - Чимин, ты.. понимаешь, что говоришь? - заглядывает в глаза блондина. - Во-первых, как ты себе это представляешь? Я не знаю твоего отца, и он не знает меня. Как он собирается провернуть это для незнакомого человека? - он снова отводит взгляд и смотрит в никуда. - Да ещё и.. для такого как я... - Юнги.. - Во-вторых, ты и так чертовски многое сделал для меня. Я до сих пор не понимаю чем заслужил такое внимание. Ты не находишь, что это уже чересчур? - Хён.. - И в-третьих. Это прозвучит странно от меня, но, как же наше лечение? - Мин Юнги! Темноволосый смотрит в лицо младшего. Блондин обхватывает щёки Юнги и заглядывает ему в глаза. - Во-первых, для твоего выздоровления не обязательно лечиться стационарно. - его тактильный контакт и мягкая ладонь успокаивают. - Во-вторых, для отца не имеет значения кто ты и какой у тебя диагноз. Ты значишь для меня, и этого достаточно. Я говорил с ним, и объяснил ситуацию. Он сказал что это не проблема. Темноволосый вздыхает и хватается за запястья младшего. - Чимин, ты.. ты слишком много сделал для такого никчёмного меня. За всю свою жизнь я выслушал много мнения о себе. Не то, чтобы я был склонен верить всем и каждому, но.. я знаю свою цену. Ты собираешься пойти на серьёзный жест, а я тем временем не знаю кого благодарить за то, что ты рядом со мной, и чем тебе платить за это. - он снова вздыхает и опускает взгляд на грудь блондина. Чимин мягко улыбается и опускает голову. Спустя мгновение он приподнимает голову Мина, заставляет смотреть себе в глаза, и проводит большим пальцем по коже старшего. - Юнги.. ты даже не представляешь, как много сделал для меня, и что значишь. --- Solo for so long - Shiloh Dynasty, LofiCentral feat. It's Philip Marlon. Юнги прижимает к себе рюкзак, только что выданный медсестрой, до этого момента покоившийся на складе для вещей пациентов. Смотрит вперёд себя безучастным взглядом и слушает тихие маты в соседней комнате, женщины пытающейся отыскать среди кучи одежды и личных вещей, кроссовки Мина. Наконец он получает свою обувь, оверсайз куртку, телефон и плеер. Ему отдают рекомендацию и открывают перед ним дверь. Он переступает порог отделения и начинает спускаться по лестнице. На душе совсем тоскливо. Будто изнутри когтями царапают. Чимин уехал на машине своих родителей минут тридцать назад. Он долго уговаривал Юнги сесть на сиденье рядом с ним, но тот настоял на своём. Он бы не смог напрягать его так сильно. И теперь его разрывает от осознания всей этой ситуации. Чимин просто вошёл в его жизнь одним из пасмурных дней. Занял там почти всё место, на четверть вытянул из той лужи дерьма, в которой Мин сидел почти шесть лет, а потом, завуалировав это под благородный поступок, ушёл. Возможно навсегда. Темноволосый конечно написал на бумажке номер своего телефона и протянул её светловолосому, но сейчас, толкая входную дверь из больницы, он сомневается что тот наберёт эти цифры и будет слушать гудки, ожидая ответа. Брюнет останавливается у входа в здание и наполняет лёгкие холодным воздухом. Конец ноября. На улице мразно, как и должно быть. Мин шагает в сторону главных ворот и старается не думать о нём. Его карие глаза, милую улыбку, выбеленные волосы и нежную кожу. Его голос, когда он произносил слова поддержки. Его дрожащее во время плача тело. Юнги догадывался, что когда-нибудь всё это кончится, но не рассчитывал что это произойдёт так скоро, и потому гнал от себя эти мысли. Он наступает в лужу и подходит к остановке. Достаёт сигарету и закуривает. Никотин слегка успокаивает, но это точно ненадолго. Неожиданно быстро подъезжает нужный автобус и он выкидывает окурок. Заходит в транспорт и падает на свободное сиденье. Он постарается справиться. --- Юнги сидит на полу своей однушки и сжимает пальцами горлышко бутылки с алкоголем. Его взгляд направлен в никуда. Бутылка с портвейном уже начата. Он отпил четверть содержимого, когда шёл к подъезду. В спальне темно, и это не удивительно. На часах 22:16. С 11:00 утра, он шатался по улицам, мёрзнув от холодного ветра. Ноги, отвыкшие от нагрузок за месяц пребывания в больнице, теперь ноют от усталости. Обычно бы Мин порадовался этому, но теперь ему плевать. Его сжирает тоска. Слишком несправедливо. Слишком грустно. Слишком больно. Конечно, это не конец света, и он не собирается вскрывать себе вены из-за этого. Но у него слишком неустойчивая психика чтобы просто встать, отряхнуться и пойти. Он приподнимает бутылку и приподносит её к губам. Препараты, которые ему выписали нежелательно смешивать с алкоголем, но темноволосого это сейчас не волнует. Ему абсолютно плевать на то, что это может повысить артериальное давление и спровоцировать инсульт. Глаза наполняются влагой, и по щеке скатывается слеза. Юнги ненавидит свою слабость. Но вряд-ли теперь с этим можно что-то сделать. Перед глазами его образ. Это не проходит. А что, если он и правда больше никогда не появится в его жизни? Что, если все его слова, были фальшью, игрой? Умом, Юнги понимает, что это слегка глупо, страдать из-за человека, с которым ты был знаком меньше месяца. Но за это время он почему-то решил, что ничего лучшего с ним уже не случится. Он вытирает тыльной стороной ладони влагу с лица и хлопает себя по карманам. Достаёт сигарету и закуривает прямо в квартире. По комнате разносятся клубы сигаретного дыма. Мин славливает лёгкое головокружение и лёгкость, в мозге вырабатывается эндорфин, это слегка успокаивает. Он делает ещё один глоток и стряхивает пепел прямо на пол. Снова затягивается. В голове вновь проносится голос Чимина. Темноволосый зажмуривается. Вряд-ли ему удастся заснуть. --- l i e t o m - nicebeatzprod. Юнги натягивает на ноги кроссовки, несколько раз проворачивает ключом в замочной скважине, и выходит в подъезд. Он неспешно переставляет ногами, спускаясь по лестнице. Толкает дверь с домофоном. Его лёгкие наполняются свежим холодным воздухом. Тело покрывается мурашками. Он ёжится и шагает в сторону набережной. По пути он заходит в супермаркет и берёт с прилавка бутылку портвейна.. снова. На кассе он показывает паспорт и просит дать ему LD "синий" с зелёной кнопкой. Выходя, он закуривает и ускоряет шаг. Он направляется к мосту. Отсюда недалеко. Серый цвет этого мира, осенняя погода, навевала бы тоску, даже если бы он забыл все те шесть лет, стёр со своего тела все шрамы, подлатал своё убитое здоровье. Мин кутается в свою куртку и продолжает путь. Конечный пункт назначения находится на расстоянии в пятьсот метров. Он не спеша проходит через путепровод, вглядываясь в тёмную гладь воды, спускается по насыпи из щебня, и оказывается под мостом. Садится на холодный камень и откупоривает бутылку. И плевать он хотел на то, что отморозит себе простату. Он распивает алкоголь в одиночестве, смотря на реку. Сейчас он замечает что в воде отражаются серые облака, слегка окрасившиеся в розовый из-за заката. Утки, выплывающие из камышей, и продолжающие свой путь через весь водоём. Умиротворённая грусть. Именно так он бы описал своё состояние, если бы его спросили. Но спрашивать было некому, поэтому он продолжил молчать, периодически поднося горлышко бутылки к губам. Он поднимает голову к небу и долго вглядывается в его серость. Ему это определённо нравится. Он обожает осень. Но.. похоже скоро он её возненавидит. Уже через неделю ему придётся вернуться в университет. Туда, где он будет слышать мерзкий шёпот за своей спиной, такой же мерзкий, как и его обладатели. Мин вздыхает и опускает взгляд на воду. И снова его мысли сводятся к тому, какими люди могут быть противными. Он убеждает всех и себя что независим от этого общества, но так ли это? Разве в большинстве своём корень всех проблем лежит не в уязвимости перед толпой? Да, безусловно, за шесть лет ему удалось нарастить маску безразличия, но его всё также легко ранить неосторожной фразой.. Он всё также комплексует из-за внешности. Хоть и изменился до неузнаваемости. Один человек, вошедший однажды в его жизнь, подарил ему, сам того не ожидая, огромную, больше чем кто-либо за всю жизнь, порцию поддержки и нежности. "Я хочу помочь тебе." Почему Мин поверил ему тогда? Было в его взгляде и голосе, в нежных прикосновениях то, чего не сможет сыграть ни один актёр, каким бы талантливым он ни был. "Можно?" Зачем согласился? Может.. от отчаяния? А может, почувствовал что-то, чего не чувствовал ранее от других людей. Странно. В бутылке нет уже половины содержимого. Постепенно начинает темнеть. Поэтому Юнги поднимается с насиженного места и направляется обратно к дому. К вечеру заметно похолодало. Зажигаются уличные фонари. Повсюду мигают фары машин. Город приобрёл новые краски. Темноволосый шмыгает носом и ещё больше закутывается в куртку. Делает глоток портвейна и не спеша продолжает свой путь. Был бы Чимин сейчас рядом, наверняка поругал бы за то, что Мин оделся так легко, тем самым безалаберно отнесся к своему и без того ослабленному организму. Но Чимина рядом нет, поэтому и беспокоиться некому. Он решает согреться, поэтому снова достаёт сигарету из пачки и закуривает. Вдыхает приятный дым со вкусом лайма, наполняет им полные лёгкие. Наконец он оказывается в своём дворе и приложив ключ к домофону, толкает дверь своего подъезда. Оказавшись внутри квартиры, он останавливается посередине комнаты, делает несколько глотков из горла, и падает на кровать, перед этим всё же успев стянуть с себя верхную одежду. Видимо, алкоголь, в взаимодействии с антидепрессантами усилили их действие, и темноволосый моментально погружается в сон. Наверняка ему снова приснится он... или ничего. Третьего не дано. По крайней мере ближайшие два месяца. --- - Тебя выписали?! - из динамика телефона раздаётся бодрый голос, прямо сейчас режущий слух. Юнги морщится и растирает пальцами переносицу. Он стоит посреди кухни, и старается вести разговор доброжелательно, чтобы не чувствовать себя последней мразью. - Да. - Как давно? - собеседник кажется рад. - Три дня назад. - он говорит спокойно и размеренно, слегка охрипшим голосом, в своей привычной манере. На том конце пауза. - Мне... прийти? - в его голосе неуверенность. - Не стоит. Я... хочу побыть один. Собеседник вздыхает. - Ясно... Юнги? - Да? - Ты же помнишь, что всегда можешь обращаться ко мне за помощью, чтобы не случилось? Мне.. так жаль что всё так вышло. Я правда не хотел.. - Джонсок. Хватит. Перестань оправдываться. Я тысячу раз говорил тебе, что не виню никого в случившемся. И не жалею ни о чём. Собеседник ещё раз вздыхает. - Хорошо. Я понял. Юнги выдавливает из себя ещё пару формальных фраз, не несущих в себе никакого смысла. Завершает разговор и отбрасывает телефон на стол. Он забирается на подоконник, притягивая к себе согнутые в коленях ноги, и разглядывает голые деревья за окном. На улице также немало людей, спешащих по своим делам. Все они такие похожие друг на друга. В своих преимущественно серых или чёрных куртках. У всех на лицах практически нет эмоций. У всех практически один темп ходьбы. Они будто неживые. Среди всей этой толпы выделяются только изредка проблёскивающие, держащиеся за руки парочки. Они будто не от мира сего. Они увлечены друг другом. Они не спешат. Стараются насладиться. Они здесь и сейчас. Мин часто размышлял о природе этого чувства. И с каждым разом всё больше и больше склонялся к тому, что это болезнь, зависимость. Сначала ты испытываешь эйфорию, лёгкость, возможно даже счастье, возможно даже взаимно. Но после, когда у тебя это отнимут, это приносит уйму боли. И тому, и другому. Кажется, Мин ощущает это сейчас на себе. В редких случаях всё заканчивается хэппи эндом. Людей это почему-то не пугает. Как темноволосого не пугал риск заболеть РПП в самом начале. Он ухмыляется своим мыслям. И всё-таки они все такие безумцы. --- Юнги шагает в сторону серого здания, у входа которого толпятся кучки студентов. Когда Мин оказывается рядом, разговоры притихают, и к нему приковываются заинтересованные взгляды. Брюнет игнорирует их, и заходит внутрь. В холле так же полно народу, и эта толпа не оставляет без внимания появление темноволосого. Юнги поднимается на второй этаж и находит нужную аудиторию. Проходит в конец и занимает предпоследнюю парту. До начала занятий ещё полчаса, поэтому он достаёт телефон и наушники. Приятная мелодия, вместо шумных голосов одногруппников. Мин ведь в универе никто. В том смысле, что не с кем не общается. Поэтому он слегка удивляется, когда на его телефон приходит смс с неизвестного номера. - Как дела? Мин приподнимает бровь. Он мог бы с лёгкостью проигнорировать это, также как игнорирует шёпот за спиной и неприязненные взгляды. Но.. - Хуёво. Почему то он решает что это хорошая идея. С другой стороны, что он теряет? Ну убьёт.. Но.. ведь может быть и нет... - Что-то случилось? - Да так... С какой целью интересуешься? Кажется у него просыпаются остатки здравого смысла? - Скучаешь? - Что? Ты вообще кто? - Знаешь, я ведь могу всё исправить. - Всмысле?! Кто ты, ёп твою мать? - Обернись. Юнги резко разворачивает корпус и видит... Нет. Не может быть. На фоне болезни у него развилась шиза, и теперь ему кажется что напротив него в аудитории на последней парте, смотрит ему в глаза и по-доброму улыбается Чимин. С минуту он молчит, подбирая слова и пытаясь уложить это в голове. - Ты.. Ты что здесь делаешь? - первое, что приходит ему в голову. - Учусь. Юнги щипает кожу на руке под столом. Выжидает пару секунд. А после срывается с места и до глухого хрипа от младшего сжимает его рёбра. - Я думал, мы больше не увидимся. - мямлит в шею светловолосого Мин. Чимин так же сжимает тело Юнги в объятьях, иногда поглаживая его спину. У обоих колотится сердце. Блондин вдыхает лёгкий запах сигарет и алкоголя, принадлежащий старшему, и понимает, что тот не врёт. - Я скучал. - шепчет Чимин, утыкаясь в шею темноволосого. И слышит где-то у себя над головой тихое: - Я тоже.