Объятие

      Гул машин, частые выкрики детей и едкий запах пота и различных духов. Вокзал всегда оставался местом смрада ароматов и перемен. Люди уезжали и прибывали, кто-то навсегда, кто-то на определенный срок. Они все проплывали мимо меня, ожидая только один поезд.       Дрожь в коленях все больше начинает овладевать телом, я не могу спокойно стоять и нервно притопываю стопой. Протяжный гудок поезда ужом прополз мимо, замедляясь. Вот он, нужный мне состав, и в ту же минуту из внутренностей механического змия начали выползать его пассажиры. Вздох. Мимо прошел старик с длинными седыми волосами и что-то проворчал мне, слова пролетели мимо ушей. Дама с девочкой, пресного вида мужчина с громоздким баулом, студенты, дембели. Интересно, куда спешат они, какое дело ждет и требует срочности, заставляя их бежать вместо со своим временем. Нет ни одного ожидающего его, кроме меня. А мое время спешит без меня, захватывая за собой, но не может утянуть. Может именно от этого в груди возникает тянущее чувство.       Сегодня морозно. Пар, белый и теплый, ходит куда-то наверх и, возможно, видит предмет моего ожидания. Опаздывает. На пустой соседней железной дороге сидят воробьи, выклевывая что-то из холодного гравия. Им не нужно ничего ждать, время для них более жестоко, нежели с нами. Они живут в своем мире выживания и каждая минута ценная как кусочек крошки хлеба. Да, время гонит их только схватить случайную крошку пока другие пернатые не посмели заметить удачу. Может среди нас происходит тоже самое? А дела всех, кто спешит только и являются тем, что кто-то уронил бесценную крошку.       Взгляд ловит бесконечные поток лиц, так и не находя единственного, лишь сотни глаз смотрят в ответ, а вместе с ними материя принимает текущую форму и люди в ней замедляются, растворяясь. На грудь падает что-то невыносимое и агрессивное, от чего хочется скрыться и полностью отстраниться. Дыхание участилось и в барабанные перепонки уже било со всей силы сердце. Я слышу его монотонную, изнурительную работу, вместо голосов прохожих, только сердце и вакуум. Воздух пропал и сквозь организм и кровь проходит разряд. Он ударят ровно туда, куда смотрит однородное нечто в толпе. Я чувствую на себе этот взгляд, холодный и до невыносимости голодно, подобно первобытному зверю оно ведет свою охоту. Жжет, холод впитывается в каждую клеточку тела, окутывая даже через одежду, что бы я не смог убежать, чтобы оно пожрало все. Кислород замерз в горле, сжимаемой тонкой рукой, вместе с сердцем. Оно где-то там, медленно приближается или только топчется на своем месте, вгрызаясь еще сильнее в тело.       Чья-то рука выныривает из бесконечных голов. На мгновение тварь отпускает свою невидимую руку от сердца. И вдох, застрявший в глотке, упал в легкие. Люди заговорили, продолжая вести свой стиксовский поток за мою спину.       К груди прижалось что-то теплое. Уже несколько минут меня обнимает предмет моего ожидания. - М-м-м-м, - едва слышимый писк исходил от нее.       Жар нахлынул теплой оболочкой, что-то теплое и приятно обвило сосуды и ребра, неистово пульсируя. Даже в окружающем пространстве прогрелась атмосфера. - Я дождался, - признался я, прижимая её к себе. Она носила красную толстую шапку и очки с черной блестящей оправой, а ее глаза в близи сверкали ещё сильнее, нежели по видеосвязи. – Ну что? Пошли домой?