Позволишь мне быть с тобой?

— Хван Хёнджин! — слышится разгневанный крик.       Хёнджин лежит в кровати и недовольно мычит, но резко подскакивает, как только в комнату врывается отец. Он, увидев Хёнджина, от злости одной рукой сметает всё, что было на столе, который оказался под рукой. Слышится резкий звук, который неприятно бьёт по ушам. Хёнджин жмурится. Он никак не может привыкнуть к таким "добрым" утрам. — Ты, дрянь, что тут разлёгся? Живо встал и пошел работать. Хоть что-то для дома сделай, бесполезная, ты, тварь.       В ответ получает затяжное молчание, и поэтому он также резко уходит. Будто бы вовсе и не появлялся.       Только разбитое стекло, и беспорядок дают понять, что это всё не сон. Что это реальность, от которой не убежать.       Отношения с отцом были всегда натянутые. Отец всегда хотел, чтобы Хёнджин занимался бизнесом, и чтобы он продолжил его дело. Сам он был прославленным бизнесменом. Каждый, кто слышит имя Хван Джэ Рим, вспоминает его путь достижения успеха, как он из простого паренька поднял корпорацию, которая стоит на втором месте среди всех компаний Кореи. Но его сын, даже поступив в университет Ёндона на специальность менеджмента, всё равно не хотел идти по стопам отца. Хенджин не такой, каким его хотели видеть. Он не такой сын, о котором мечтали его родители. Он просто не такой. Поэтому каждый раз его отец пытается сделать Хёнджина "нормальным". А ненормальным он точно был. По крайней мере, так считал его отец.       Хёнджин всегда был странным и легкомысленным. Он никогда не смотрел на людей, но при этом влюбляется во всех, кто имеет красивую внешность. Ему всё равно на характер человека, ведь куда важнее было то, какие у него глаза, губы, нос или тело. Это считалось "ненормальным". Хёнджин никогда не привязывается. Ему легко забить на грусть или расставание. Он легко отпускает человека и спокойно с ним прощается. Он не испытывает жалости к людям. Это считалось ненормальным. Но как бы отец ни старался, это всё заканчивалось одним — его гневом. Гнев, который бесполезен… который не дарит ничего хорошего ни ему, ни сыну...       Хёнджин стоит так ещё 10 минут. Его взгляд был устремлён в «никуда». В голове не было ни единой мысли. На лице ни единой эмоции. Он просто привык. Привык быть никчёмным придурком. Он выходит из своего транса и смотрит на телефон, который лежал рядом с подушкой.       «Опять проспал будильник», — думает Хёнджин и лениво берёт свой телефон, ожидая увидеть там сто пропущенных звонков и сообщений. «Ты едешь?» 12.05 «Хэй, Хёнджин, я жду тебя» 12.15 «Ты заедешь за мной?» 12.34 «Ладно, я выхожу» 13.02 «Не игнорь» 13.03 «Слышь» 14.09 «Ты приедешь вообще?» 14.09 «Зачем звать на свидание и не приходить самому» 14.26 «Пошел нахуй» 14.26 *Пользователь Минааа вас заблокировал* — Запарили, — выдыхает Хёнджин, и сразу набирает по памяти номер. Гудки тянутся не долго, ведь уже через несколько секунд, на другом конце провода слышится голос. — "Чего тебе?" — И тебе привет, Бини, — мило проговорил Хёнджин, — Гоу в парк. — "Ну, гоу", — ответил Чанбин сразу же.       Хёнджин любил, когда всё просто. Хёнджин любил не заморачиваться. Хёнджин любил, когда спокойно. Он не любил, когда надо обдумывать всё, переживать о чем-то, поэтому всегда пытался искать самые простые пути развития событий.       Чанбин был простой. Он был самый обычный, без всяких там загонов или больших ожиданий чего-то, именно поэтому Хёнджин дружит с ним вот уже на протяжении десяти лет. Когда ты дружишь так долго с одним человеком, ты начинаешь его читать как книгу, поэтому он уже был уверен, что его друг не откажет. Ведь он уверен, что друг знает о том, что когда Хёнджин расстаётся, они всегда идут в парк, чтобы покушать там мороженое, которое они оба обожают.       Он быстро собирается, надевает свое серое худи и черные облегающие брюки. Просто потрепав свои волосы пальчиками, и, в последний раз посмотрев на беспорядок в комнате, перепрыгивает через все разбитое и побитое, и выходит из комнаты.       Его комната находилась на втором этаже, и когда он спустился на первый и уже подходил к выходу, его окликнул отец. — Поешь перед тем, как уйти, — всё также строго проговорил он. — Я уже сыт по горло, — с улыбкой на лице сказал Хёнджин, и, обернувшись, вышел прочь из дома.       Свежий ветер резко ударяет в голову, ероша волосы. Погода тёплая, и тихий ветер очень приятен. Голубое небо и яркое солнце ослепляют взор и дарят невероятное тепло не только телу, но и душе. Хёнджин улыбается солнцу, пытаясь посмотреть на него, но лучи бьют сильнее, заставляя прищурить глаза. Постояв так ещё минуту, Хёнджин затыкает уши наушниками и быстрыми шагами направляется к парку.       Проходя мимо витрин магазинов, он иногда засматривается на всякие брендовые одежды, отмечая в голове, что стоит их купить позже. Завидев маленькую собаку, которая сидела рядом с остановкой, он умиляется и даже пытается подозвать её к себе, но она идти не собирается, поэтому он просто идёт дальше.       Парк находился не так далеко от дома, и поэтому он быстро пришел на место назначения. Часы показывали: 16:57, когда телефон уведомляет о новом сообщении от Чанбина: «Приеду к 7»       Без всякого интереса прочитав его, он снова блокирует телефон, в котором продолжает играть Nothing but thieves - Impossible.       Не успел он даже обдумать, чем ему заняться эти два часа, как позади он услышал знакомый голос: — Поздновато ты припёрся, конечно… — О, привет, Мина, — так ярко улыбается, будто бы ничего не случилось. Будто всё хорошо и всё в порядке. На самом деле, всё и правда, было в порядке. Он не переживал о таком скором расставании. Он не переживал, что Мина его бросила, ведь не впервой. Очень много с кем Хёнджин состоял в отношениях, и разрывы всегда были очень странные и глупые, в частности из-за него, и он даже не пытался в себе что-то изменить. Его устраивали такие концы. Для него это было самым нормальным исходом событий. — Тебе хватает наглости улыбаться мне, — усмехается она и отводит взгляд, но потом резко поворачивается к нему и заглядывает прямо в глаза — какая же ты мразь.       И просто уходит. Она прождала здесь четыре часа, надеясь, что он придёт, беспокоясь, что что-то могло случиться. Обзванивая общих друзей, не слышали ли они ничего такого… но, услышав, что Хёнджин всю ночь рубился в игры, и возможно, что сейчас спит крепко в своей тёплой кроватке, ей стало очень больно. Больно, что она повелась на такие душевные речи Хёнджина о любви, о том, что она особенная, самая красивая и вообще самая лучшая. Она просто уходит, и с одной стороны она очень рада, что они не успели ещё сблизиться, и состояли в отношениях всего неделю. И плевать, что где-то в области сердца побаливает чувство ненужности, ведь за эти две недели она успела влюбиться.       Хёнджин смотрит в сторону уходящей девушки, и улыбка спадает с его лица. Единственная мысль, которая сейчас крутится в голове — это: "А ведь она была красива".

***

— Зайди ко мне на минутку, Чанбин, — сказала мама Чанбина, приоткрыв дверь в комнату своего сына, который, в свою очередь, был занят уроками. Чанбин любил учёбу, как бы странно это ни звучало. Он был отличником в школе, и с отличием окончил первый курс. В свободное время он тоже учился и его это устраивало. — Да, конечно, мам, — он быстро встаёт и идёт в комнату родителей.       Она находилась рядом, поэтому в два шага оказался возле неё. Открыв дверь комнаты, он увидел, как его отец сидел за письменным столом, и как всегда разбирал документы. А мама с улыбкой смотрела на него. — Дорогой, — прошептала она, чтобы отвлечь своего мужа от работы. — А, Чанбин… ты уже тут? — с улыбкой проговорил отец. — Да, папа, — скромно улыбнулся в ответ, — что-то случилось?       Дальше последовала тишина, и родители улыбнулись друг другу. Потом отец достал из кармана 2 ключа и положил их на стол. — Вот тебе подарок на совершеннолетие. Пусть и немного запоздалый, — все также ярко улыбался он, а мама вообще чуть ли не плакала.       Чанбин неуверенно подошёл к столу и взял ключи. — Зачем они мне? — с удивлением спросил Чанбин. — Поздравляю, сынок, теперь у тебя есть своя квартира, — еле сдерживая слёзы счастья, сказала мама. — Что? — с ещё большим удивлением переспросил он, — то есть… как? — Чанбин, ты, правда, заслужил нашего доверия, и теперь мы думаем, ты должен понять самостоятельность жизни, — улыбаясь, ответил уже его отец. — Папа… — только и успел сказать он, как его крепко обняли родители.       Родители хотели поскорее показать сыну его квартиру, ведь всё уже было готово и обустроено, и они, в частности мама, хотели увидеть реакцию Чанбина. Поэтому, планы Чанбина встретиться с Хёнджином немного откладываются, и он быстро набирает тому сообщение, предупреждая, что придёт чуть позже.       На самом деле, Чанбин всегда был гордостью семьи, а сами родители — его примером для подражания. Он любил их, и был безумно им благодарен за все, что они для него сделали, поэтому неудивительно, что он хотел продолжить бизнес своей семьи.       Но на этом его мечты не заканчивались. В его душе горело маленькое желание — поднять корпорацию семьи на первое место в Корее. Именно с этой целью он учится на специальности менеджмента.       Квартира была действительно большая для одного человека, но очень уютная. Всё было в пастельных тонах, как Чанбин и любил. Тут было 3 комнаты, которые соединял большой холл, соединённый с кухней. В спальне над кроватью висели шарики с надписью: "С новосельем".       Мама рядом радостно похлопывала в ладоши, следя за реакцией своего сына, который с широко раскрытыми глазами, с неподдельным интересом всё разглядывал. — Когда вы успели всё подготовить? — вырывается у Чанбина удивленный тон, — Ваааау, мама, папа, огромное вам спасибо! — говорит он и поворачивается, чтобы крепко обнять маму и отца. — Мы перенесём твои вещи, учись прилежно, заботься о себе…. деньги мы будем тебе скидывать, пока так… а со следующего курса разрешим работать, если ты захочешь. — Хорошенько кушай!! Научись готовить, и тепло одевайся, — говорит мама. — Даже вы готовить не умеете, думаете, у меня получится? — с улыбкой спрашивает Чанбин, уже зная, что в ответ ему скажет мама. — Я умею готовить, — обиженно произносит она, — просто времени нет. — Хорошо, — умиляется со своей мамы Чанбин.       Он выходит из дома уже ближе к семи вечера. Он едет на своей машине, и прямиком направляется к родному парку. — Эх, Хёнджин-а… — выдыхает он, вспоминая, как неделю назад добивался отношений с Миной, а теперь уже расстался. Так было всегда. Хёнджин никогда не состоял в отношениях надолго. Однажды он со своей парой расстался в тот же день, когда они начали встречаться. И всегда причина была одна: «Хёнджин!! Ты ахуел?!» Но, несмотря на это, он всё равно оставался популярным.       Задумавшись обо всём этом, он не заметил, как пролетело время. Увидев парк, он припарковался, и вышел, включая сигнализацию.       Он быстрыми шагами направлялся к входу, так как итак заставил своего друга ждать, но резко он сталкивается, с выбегающим из парка, парнем. — Извините, — спешно произносит он. Его мимолетного взгляда на Чанбина хватило, чтобы второму узнать его. — Феликс? Привет! — ярко улыбается Со. — Ах… привет, … — тут Феликс понимает, что облажался. Облажался очень жёстко, ведь… он не знает, как зовут этого старшеклассника, который учился в одной школе с Феликсом. Единственный ученик, который его не подкалывал, и всегда к нему хорошо относился. Старшеклассник, который являлся старостой класса, и всегда при любой возможности защищал Феликса. Он не знает… как его зовут, точнее, просто забыл, ведь никогда не общался, никогда не обращал внимание на другие классы... да и на свой тоже, если быть честным. Сказать, что ему сейчас стыдно — ничего не сказать. Феликс знает, почему здесь этот старшеклассник. Это логично, ведь он всегда был там, где Хёнджин.       Хёнджин, которого он ненавидит. — Чанбин… я — Со Чанбин, — в голосе можно расслышать неловкость. Он не ожидал, что Феликс его не знает, ведь, по мнению Чанбина, у них были относительно хорошие отношения. — Привет, Чанбин! — все также спешно произнёс, оглядываясь назад, ведь он боялся, что Хёнджин может его увидеть. — Ты… спешишь? — посмотрев туда же, куда смотрит и Феликс, спросил Чанбин. — Нет, — резко посмотрев на него, ответил он. — Убегаешь от кого-то? — Нет… — Не хочешь прогуляться? — Нет.       Феликс смотрел на него своими широко распахнутыми глазами, и по нему было видно, что он не горит желанием сейчас вести беседу. Но Чанбин не хочет так скоро прощаться с ним. Он сам не знает, почему, но он был приятно удивлен, увидеть сегодня младшего.       Младший для Чанбина был загадкой… Тихоня и безобидный парень, который никому не желает зла, но над которым издеваются буквально все. Он сам с ним случайно познакомился, когда Хенджин представил его, как «сына папиного друга». И Чанбин всегда пытался с ним сблизиться, но младший был очень замкнутым в себе и никого к себе, кроме Хенджина, не подпускал. Поэтому ему ничего не оставалось, кроме как просто защищать Ликса от издевок. Но даже это ему не помогло подняться из «знакомого» в «друга». — Слышал, ты поступил в наш уник, молодец! — улыбнувшись, проговорил Чанбин. — А… да, — как-то потерянно ответил Ликс, ведь он растерялся. "В наш уник…?"— пробежалось в его мыслях. Он, правда, понятия не имел, что в университете Ёндона у него есть знакомые, — Чанбин-хен, я пойду? — Да, конечно, рад был увидеть тебя… — сказал он уже в пустоту, ведь Феликс уже убежал.       Он грустно посмотрел ему в след, и пошел на поиски Хёнджина, попутно набирая ему: "Где ты?"       Хёнджин стоял возле фургончика с мороженым. — Ты чего так долго? — спрашивает Хёнджин, завидев своего друга. — Сори, дела были, — ответил Чанбин. — Что у тебя там? Домашка снова? Или рефераты? Или доклады? — Квартира у меня. — Чево? — протянул Хёнджин, явно не ожидая такого ответа. — Вот так вот. Родаки купили хату, теперь буду жить отдельно. — Бля, какие же они у тебя ахуенные всё-таки. — Твои тоже нормальные, просто ты бунтуешь — Да не бунтую, я просто не хочу быть таким, каким они меня видят. — Снова ругались? — без всякого удивления спрашивал Чанбин. Потому что заранее уже знал ответ. Знал, что Хёнджин упрямится, и специально показывает себя таким, но единственное, что он не понимал… почему? Почему он ведёт себя, как дебил? — Да они придираются буквально ко всему, задолбали уже. — Если что, можешь приезжать ко мне, — улыбается Чанбин — Хорошо, прибегу к тебе, — улыбается в ответ Хёнджин.       Они купили по мороженому, как и всегда, потом вспоминали детство и весело смеялись, и тут разговоры про школу напомнили Чанбину об одном: — Кстати, я только что Феликса встретил! — А… да я видел его, — засмеялся Хёнджин, — он буквально увидел меня и убежал. — Так вот от кого он убегал… — Я что настолько страшный? Он меня ужасается, — смеясь, говорил он. — Ты обидел его, далб, даже прощения не попросил, — строго проговорил Чанбин. — Я просил! — возмущённо воскликнул он, — я купил его любимый шоколад. — Он даже не знал, что шоколад от тебя, поэтому и выкинул его к черту. — Не мои проблемы, я попросил, — надувшись, ответил Хёнджин. — Херово ты с ним поступил… Зачем ты вообще решил его так "испытать"? — Я что знал, что он окажется геем? — смотря куда-то в сторону, сказал Хёнджин — В любом случае, это не хорошо. — Пошли прогуляемся, — он резко встал и пошел в сторону аттракционов. — Знаю же, что чувствуешь вину… — тихо сказал Чанбин, глядя куда-то в спину младшему.       Они медленно шли и молчали, каждый думая о своём.       «Если бы я не привязывался к людям, разве дорожил бы так этим дураком?»

***

— Вы уже уходите? — спросил Сынмин у Минхо, который встал со своего места. — Да, — недоуменно ответил он. Он был в растерянности, потому что это впервые, когда незнакомый человек интересуется им… просто так. — А вы часто сюда приходите? — Достаточно, — сказал Минхо и через секунду уже Сынмин смотрел на его уходящую фигуру. — Понятно, — грустно проговорил он.       Всё это время, которое они сидели вместе, прошло в таком странном молчании. Его нельзя было назвать "неловким", а скорее наоборот. Молчание, которое тянулось все это время, будто помогло Сынмину прочувствовать эмоции этого незнакомца.       Иначе как объяснить то, что сейчас он сидит и так же, как его незнакомый друг, грустным взглядом провожает прохожих. Как объяснить это непонятное чувство внутри, которое так и кричит о помощи. Он не знает сам, поэтому просто встаёт и уходит в своё общежитие. Ведь теперь нет никакого желания ходить и гулять. Хочется просто пойти "домой". Ведь как ещё поступить, когда в душе горит необъяснимое желание встретить его ещё раз.