Тайное послание

* * * Гермиона проснулась от стука. Осознание вчерашнего вечера не оставило от сонливости и следа. Коридор, Драко, Филч, Амбридж... Всё смешалось, но сейчас казалось вполне понятным: она снова накосячила, её снова чуть не выгнали. И хоть они заработали по 50 штрафных баллов с факультетов, Гермиона не сомневалась, что это далеко не всё. Амбридж взялась за дело основательно. Она не упустит ни единого шанса подчинить эту школу себе и Министерству... В окно пытался влететь филин. Конечно, он принадлежал Малфою. Гермиона запустила птицу и взяла письмо. Почерк был красивый, но местами кривой и неровный. Было понятно, что он торопился. В письме было написано: "Привет, Гермиона! Мне очень жаль, что вчера так получилось. Это я виноват в том, что нас поймали. Прости меня, пожалуйста. Я честно не хотел. Наверное, это очень сложно для тебя: постоянно ходить к Амбридж, отрабатывать наказания и получать штрафные очки. Так что я не думаю, что этого никто не заметил. Иногда мне кажется, что весь Гриффиндор готов буквально убить тебя (хотя большинство баллов приносишь им ты за ответы на уроках, но не в этом дело). Если бы не я, ничего бы этого не было. Но я люблю тебя и хочу, чтобы мы всегда были вместе... Кстати, ты уже видела новый декрет Амбридж? Посмотри на доске объявлений, думаю, тебе будет интересно почитать это. С любовью, твой Драко". Гермиона встала, оделась и быстро спустилась вниз. У доски объявлений толпилась группа учеников. Она смогла пробраться внутрь и прочитала: "Декрет об образовании... ля ля ля, так! Вот. Ученикам запрещается находится на расстоянии более одного метра друг от друга. Подписано: Генеральный инспектор школы Чародейства и волшебства Хогвартс, Долорес Джейн Амбридж". Гермиона не поверила глазам — что это за чушь?! Что теперь, идти по коридору, впихиваясь в стенку? А в классе? Да кто в здравом уме придумал бы такое? В этой школе учеников больше, чем места. Амбридж совсем сошла с ума... Ученики начали расходиться, Гермиона поднялась обратно в спальню. Она оделась, собралась и пошла на завтрак. Было заметно, что почти все прочитали новый указ, потому что теперь старались держаться друг от друга подальше. Но самое странное произошло, когда в Большой зал вошла Амбридж: все поспешили не просто отодвинуться, но и оказаться как можно дальше от других. Хотя, сравнивая количество учеников и длину столов, это было весьма сложно. Ученики, не доев, старались скорее оказаться вне поля её зрения. Всё уже давно поняли, что это серьёзная игра, в которой главная фигура — Амбридж. Гермиона посмотрела в сторону стола Слизерина и увидела Драко. Он спокойно завтракал. Но всё время поглядывал на неё. Наконец, когда он заметил её взгляд, лишь коротко кивнул на Амбридж, закатил глаза и презрительно скривил губы. Затем отвернулся и начал есть дальше. Когда розовая жаба вышла, все выдохнули с облегчением. Даже атмосфера Зала казалась какой-то приятной и комфортной. Чувствовалось намного легче. Войдя в кабинет, ученики слегка растерялись: вместо привычных столов стояли отдельные парты, которые находились на определённом расстоянии друг от друга: всё согласно декрету. Наконец, всё расселись и урок начался. Конечно, с воспитательной лекции. Гермиона впервые почувствовала себя не в своей тарелке. Её не оставляла в покое мысль о том, что это всё из-за них... А страдать будут все... Было очень стыдно... А ей? Может быть, ей не плохо? Плохо. Теперь они с Драко не смогут проводить время вместе, от этого становилось ещё хуже. То, чего она так хотела долгое время, испортила одна министерская жаба. Почему именно в то время Филч оказался там? Разве в Хогвартсе больше нет ещё тысячи коридоров, где он мог ходить? Нет, он выбрал именно этот. Закон подлости. А она теперь расплачивается. Да и он тоже. Больно... После уроков Гермиона решила написать Малфою. Раз они теперь не могут нормально общаться, нужно почаще ему писать. Но его письмо пришло быстрее. Он положил бумажку на подоконник, кивнул ей и отошёл. Она прочитала записку: "Теперь мы не сможем сделать ничего. Уже ничего не вернуть и не исправить. Это была наша с тобой ошибка, а расплачиваются все. Тебя я не виню. Но прошу тебя писать мне как можно чаще. Я всегда хочу быть с тобой рядом. Но, поскольку, сейчас это невозможно, я предлагаю просто писать. Очень надеюсь, что это не повредит нашим отношениям. Конечно, живое общение лучше, но мы будем видеться. Просто нужно воздержаться от ночных поцелуев в коридорах Замка. И кстати, Амбридж не проверяет Гостиные и спальни, так что если захочешь встретится нормально, просто отправь мне сову. Я могу прийти к тебе, ты можешь прийти ко мне. Я буду рад навестить тебя, и так же буду ждать тебя в любое время у себя в спальне. Пароль: "Чистая Кровь". С любовью, твой Драко". При напоминании чистоты крови она слегка поморщилась. Но потом взяла пергамент, положила его на подоконник, достала перо и написала ответ: "Я понимаю, что один метр — это совсем не расстояние, но нам действительно нужно пока держаться подальше друг от друга, это может быть опасно не только для нас двоих. Как ты себя чувствуешь? Надеюсь, у тебя всё хорошо. Очень волнуюсь за тебя. С любовью, твоя Гермиона..." Она повторила его действия и пошла, кивнув сначала на подоконник, затем ему. * * * Хогвартс выглядел непривычно. Ученики старались выходить из спален как можно реже, больше не устраивались долгие посиделки в Большом зале, мало кто открыто смеялся или шутил. Теперь почти всё это было запрещено Министерством, точнее, его наместником в школе. Учителя не разговаривали с учениками на темы, не касающиеся уроков, ученики в свою очередь стали хуже учиться. Даже у Гермионы не было желания отвечать или тянуть руку при любом вопросе. Было скучно, грустно и одиноко. Они с Драко не разговаривали нормально уже почти неделю. Только письма и записки. Всём было тяжело. Кроме двух людей: самой Амбридж, разумеется, и Филча. Да, этот, конечно, отличился. Бродил по школе, высматривая нарушителей, а потом доносил Амбридж. Как крыса, он вынюхивал всё и сразу же бежал к своей "повелительнице". Именно так оно и было. Больше никто особо не радовался. Хотя, было и хорошее. Учителя видели, какие вымученные ходят дети, как упала их успеваемость, и стали давать меньше заданий на дом. За исключением Снегга, естественно. У него никогда не было поблажек никому, кроме Малфоя, в общем и Слизерина. Но не в этот раз. Пощады не было никому. Тем более, что Амбридж постоянно являлась на уроки и наблюдала, записывая что-то в свой блокнот. Некоторым уже назначали испытательный срок. Жертвой стала Сивилла Трелони, которую никто особо не поддержал, кроме двух девочек с Гриффиндора. Но это было не самое страшное. Что было бы, если бы отстранили профессора МакГонагалл? Или Флитвика? Ну, или взять того же Снегга? Так что потери были не очень значительными. Но всё же, обстановка была напряжённой, даже пугающей. Всё только и мечтали, чтобы случилось чудо и Амбридж покинула Хогвартс навсегда. Но чуда не случалось, так что всё надеялись хотя бы не "умереть". Вся школа открыто ненавидела Амбридж. А ей, видимо, было без разницы. У неё был приличный пост генерального инспектора, она могла позволить себе всё, что хотелось. А хотелось ей многого. * * * Гермиона соскучилась по Малфою. По его улыбке (он теперь почти не улыбался), по рукам, по счастливым глазам (которых уже не было), по мягким волосам, по горячим губам... Всего этого так не хватало... Драко было не лучше. Он всё время сидел в гостиной Слизерина, размышляя. Над чем? Или над кем? Конечно, над ней. Он так хотел к ней прикоснуться, поцеловать её губы, утонуть в шоколадных глазах, зарыться в приятно пахнущие волосы, ощутить её дыхание на шее... НО НЕТ. ЭТОЙ ВОНЮЧЕЙ ЖАБЕ НУЖНО ВСЁ ИСПОРТИТЬ. ЗАБРАТЬ ЕДИНСТВЕННОЕ СЧАСТЬЕ, КОТОРОЕ У НЕГО ЕСТЬ. Драко громко выругался и вскочил с кресла. Сидящие рядом слизеринцы оглянулись. К нему подошёл Блейз: — Что с тобой? Братан, я понимаю, что тебе нелегко, как и всем нам, но... — Что но? ЧТО НО?! Ты не понимаешь, каково сейчас мне! — Малфой непроизвольно взорвался, выплескав всё, что накопилось в нём за последнее время, — Ты не понимаешь, что значит быть рядом с любимым человеком, и в то же время находиться в миллиардах километров от него, НЕ ПОНИМАЕШЬ! Потому, что у тебя нет любимого человека! Потому, что... Блин. Ладно, сори. — он снова плюхнулся в кресло, — Я немного не в себе. Просто я так задолбался, пипец... Мне плохо... Принеси выпить. — Но... — Блейз, опять но? Я. Попросил. Принеси. Мне. Выпить. — Я понял. Через две минуты вернулся Забини с бутылкой сливочного пива. Малфой сидел в кресле и опустошал бутылку. Сливочное пиво было некрепким, тем более он выпил всего одну бутылку, поэтому сильного эффекта не было, но ему всё же полегчало. Вечер настал быстро, многие разошлись по спальням, и в Гостиной стало значительно меньше людей. Это было ему только на руку. Он свалился в кресло, Забини сидел в соседнем и посматривал на него с тревогой. Странно, но Блейз был его лучшим другом, хотя и не ходил с ним по всему Замку под видом охраны, как Крэбб и Гойл. Он не был тупым или тормозным, он всегда всё понимал с полуслова. И только ему Драко мог по-настоящему довериться. Разумеется, кроме НЕЁ. Кстати, снова о ней. Интересно, где она сейчас? Им срочно нужно встретиться. Бредовая идея, но можно попробовать. НУЖНО попробовать. Драко встал и направился к выходу. Блейз сразу вскочил и встал перед ним: — Ты куда? — Неважно. — А если подумать? — Отстань. — Драко, — он перегородил ему путь, — если ты забыл, кроме того, что тебе нельзя быть рядом с ней, тебе ещё нельзя выходить из Гостиной позже девяти вечера. А сейчас половина десятого. — Плевать. — Прошу тебя. — Я должен пойти, мне нужно к ней. — А если тебя поймают? — Не в первый раз. — То есть, тебе всё равно? — Абсолютно. — Ладно, иди. Но прикрывать твою наглую задницу я не буду. — Договорились. — Блейз отошёл вбок, и Драко вышел из Слизеринской гостиной, направляясь прямиком в башню Гриффиндора. Он знал, что будет, если его поймают. Но ничто не могло его остановить. Он не шёл, бежал. Вот и портретный проём. Но пароля он не знал. Да, он только сейчас это понял. Было не до него. Он думал о НЕЙ, вспомнишь тут о Полной Даме... Но что делать? Стоять и ждать? Не вариант. Его могут поймать. Постучать? Не услышат. Это как минимум тупо. Хотя, можно попробовать. Он подошёл к портрету и слегка постучал костяшками пальцев. Тишина. Он постучал громче. Тишина. Ещё громче. Послышался звук внутри. Он застучал очень громко. Послышались шаги. Они приближались. Картина отъехала в сторону, представляя его взору лицо, слегка закрытое волосами. — Драко?! — Тише! — Прости. Заходи скорее. Драко вошёл в гостиную Гриффиндора. Никого не было. Гермиона бросилась ему на плечи, он тоже обнял её крепко-крепко. — Ты одна? — Да. — Гермиона, я так по тебе соскучился... — Я тоже... — Я не представляю, как смог прожить без тебя эти дни... — Драко... Ты пил? — Что? А, это... Совсем немного. Буквально один глоток. Для храбрости. — Так, ладно, тебе нужно попить воды. Иди сядь в кресло, я сейчас вернусь. — она побежала в спальню. Драко подошёл к камину и сел в кресло. Да, они были гораздо удобнее тех, к которым он привык. Да и Гостиная смотрелась уютнее. Тут подошла Гермиона и села в кресло напротив. У неё в руках была бутылка воды и палочка. — На, попей. — Спасибо, — он взял бутылку и поднёс к губам. Вода была прохладной. — Я рад, что ты оказалась здесь. — Я тоже. И как ты сумел добраться сюда, чтобы тебя не заметила Амбридж? — Сам не знаю. Я так спешил к тебе... — Тебя могли поймать. — Ты не рада? — Драко... Я очень рада, просто... я беспокоюсь за тебя. Ты мне дорог. И я никогда не простила бы себе, если бы тебя поймали, когда ты шёл ко мне. Понимаешь? — Конечно. Именно за это я тебя и люблю. Прости, я... Было бы лучше, если бы я пришёл трезвым, но... Я не сдержался. Это всё так сложно. Я не могу без тебя. Мне очень не хватало тебя в эти дни. Я хочу снова почувствовать твоё тепло, увидеть взгляд твоих глаз, — он посмотрел ей в лицо, — поцеловать... твои губы, — наклонился вперёд, — и никогда тебя не отпускать, — она тоже подалась вперёд. Драко убрал бутылку из рук, Гермиона положила палочку. Их лица были близко... — Я не могу без тебя, не могу... — он дотронулся рукой др её щеки, — не могу... — губы мягко коснулись её губ, и она замерла. Он тоже. Да, это то, что будоражило чувства, заставляло забыться, прибавляло радости, делало их счастливыми... Это то, чего им так не хватало в последнее время. — Драко... Ты останешься здесь ночевать? — Я? Один? — он вытер губы кончиком пальца, — а если меня съедят? — Я могу остаться здесь. Тебе ведь не будет страшно? — С тобой? Никогда. — Ладно, сейчас я принесу тебе одеяло. Он сел в самое дальнее кресло, Гермиона принесла два одеяла. — Держи. — Спасибо. Садись сюда, — он указал на кресло напротив. — Хотя... Как тебе идея поставить их вместе? — Давай. Они подвинули кресла друг к другу и получилось что-то, похожее на диванчик. — Ты будешь спать в одежде? — Ах, да. Мне нужно переодеться, я сейчас. Она побежала в спальню, сняла галстук,распустила волосы, сняла туфли и колготки. Она одела на ноги тапочки и продолжила переодеваться. Сняла блузу, расстегнула пуговицу на юбке. Но тут дверь открылась, и зашёл Малфой. — МАЛФОЙ! — Эээ, прости... Я не подумал, просто... — ВЫЙДИ! — А, да, точно. Сейчас. Он вышел и закрыл дверь. — Придурок. Гермиона до конца разделась, натянула пижаму и спустилась вниз. Там стоял Малфой. Ну, не то, чтобы он был голый, но часть одежды находилась явно не на его теле. — Эээ, что это? — Я собираюсь спать. — Ммм, понятно... — Не знаю как ты, но я не привык спать в одежде. — Да, конечно... Просто это немного странно... Он ухмыльнулся и поправил волосы. Действительно, выглядело странно: он уже успел снять мантию, галстук, рубашку, туфли и носки. — Ты будешь спать в брюках? — Не, ну если ты хочешь, я могу их снять. — Нет, я не... Не надо... — Пхах, видела бы ты себя сейчас. Это тебя смущает? — Ну вообще-то да. — А что? Всё честно. Я увидел тебя почти не одетую, теперь твоя очередь. — он заржал, — ладно, я пошутил. Но зато мы теперь квиты. Кстати, меня это ни капельки не смущало. У тебя такая красивая... кхм, фигура. — Ууу, идиот. — Конечно, идиот. Был бы нормальным, ты бы меня не любила. — Ой, ой, ой. Не льсти себе. Был бы нормальным, не стал бы подглядывать. — Нужно было двери закрывать. — Я положилась на твою совесть. — Моя совесть подсказывает мне, что ты должна меня поцеловать. — Мне кажется, в прошлый раз совесть немного подвела тебя. — Ты не хочешь меня целовать? Ну тогда я сам это сделаю, — он взял её за талию и притянул к себе, — идёт? — и он коснулся её губ своими. — Малфой, ты действительно как будто пьяный, — она засмеялась, — ложись спать. — Ну... Только если ты ляжешь со мной. — Ладно. Но если ты не будешь пихаться. — Ну а тут ещё подумать надо. — Не знала, что ты умеешь. — Да я и не надеялся, что ты что-то знаешь. Да, я говорю это самой умной девочке Хогвартса. — Ну а я, пожалуй, скажу самому красивому мальчику Хогвартса: ложись спать. — Ой, кто бы говорил... Ладно, давай спать. Надеюсь, я проснусь раньше, чем какой-нибудь красно-жёлтый сюда спустится. Они улеглись на кресла и начали понемногу засыпать. Гермиона легла на его плечо, а он приобнял её за живот. Они уснули, забывая о тревогах и проблемах.