Влюблённые в вечность

Аннотация: что действительно должно было произойти между Дженком и Джемре после их ссоры и вопроса "Посмотри на себя в зеркало и ответь: что ты чувствуешь к Недиму?" Джемре, которая наконец-то понимает свои настоящие чувства к Дженку и Дженк, сердце которого давно горит от тайной любви к своей жене... ----------------------------------------------------------------------------------------------- «Посмотри на себя в зеркало и ответь: что ты чувствуешь к Недиму?» Фраза, которая никак не шла из головы Джемре. Слова, что тревожно и так неожиданно ударили в самое сердце. Предложение, что мучило Джемре уже несколько дней, вызывая чувство бесконечной тревоги и странного напряжения при каждом её взгляде на Дженка. На её мужа. На мужа, который и бросил ей эту фразу прямо в лицо, заставляя сердце гореть от странной тоски и словно боли. На мужа, который почему-то кричал и в последнее время слишком часто нервничал каждый раз, когда речь заходила о Недиме и о том, что Джемре пытается того спасти. На мужа, который словно потерял покой и был странно-лихорадочно возбужденным, в то время как Джемре была не менее странно ошарашена и тревожно смущена данным вопросом. Что она чувствует к Недиму? Это был легкий вопрос для неё. Джемре полюбила Недима как брата и очень заботилась о нём. Каждый раз, когда его мучила Шениз или Джерен, каждый раз, когда Недиму было больно или он страдал, сердце самой Джемре разрывалось от боли и злости на этот несправедливый мир. Каждый раз, когда она пыталась его спасти и не получалось, Джемре горько плакала, потому что Недим не заслужил всей этой боли и страданий. Что она чувствовала к своему другу, о котором заботилась так сильно в последние недели?Любовь, заботу, нежность, желание помочь и спасти от всего зла в особняке Карачаев. Джемре признавалась себе в этих чувствах открыто и спокойно, потому что это не было какой-то тайной или чем-то страшным, странным или непристойным. Дженк прокричал ей этот вопрос, они почему-то рассорились, он был страшно зол и ушел, оставив Джемре в одиночестве. Потом и она ушла бродить на побережье в одиночестве, а когда вернулась, то он уже спал на своем кресле, кажется, немного пьяный. На следующий день она проснулась в спальне в одиночестве, мужа уже не было, но вопрос Дженка продолжал вертеться в голове Джемре. Хотя нет, не так. Не вопрос. Сцена. Джемре думала о том, что готова была дать Дженку ответ на заданный вопрос, но теперь муж избегал её. Джемре думала о том, что выражение лица Дженка почему-то было странным в тот миг, когда он кричал эти слова. Словно ему было неприятно произносить эти слова? Словно ему было больно произносить эти слова? Словно он был зол только при мысли о том, что Джемре может иметь романтические чувства к Недиму?! Словно он… От дальнейших мыслей почему-то становилось немного неловко, лицо краснело и Джемре знала, что смущена. Почему-то в голову приходила мысль о том, что Дженку не нравится мысль о романтических чувствах Джемре к Недиму по одной причине: он мог бы… ну… ревновать её. Ревновать. Странное словно, совершенно не знакомое Джемре. Никогда у неё раньше не было романтических отношений или парней, она никогда не влюблялась, и никто не любил её. Ревность всегда была совершенно незнакомым и непонятным, чуждым чувством, поэтому предположить такое… В настоящий момент Джемре сидела на кровати в спальне и пыталась взять себя в руки. Она ждала. Ждала Дженка, который был с отцом на фирме. Ждала его и их разговора, потому что то, что они не разговаривали между собой уже два дня странно тревожило её. Тревожило и вызывало чувство непонятной тоски, впивающейся острыми когтями куда-то в самое сердце. Они и раньше постоянно ссорились, и кричали друг на друга, они постоянно были не согласны друг с другом, но… В этот раз всё было иначе. Джемре сидела на кровати, подтянув колени к подбородку и просто смотрела вперед, через окно было хорошо видно залив и красивый вид на Стамбул. На город, который стал её домом за такое короткое время. На город, который так сильно изменил и её саму, и её семью. На город, который принёс новые встречи и подарил разные эмоции, на город, где она встретила Дженка и… Он поцеловал её. Поцелуй. Первый поцелуй в её жизни. Она прикрыла глаза, позволяя слабости проникнуть в разум. Джемре иногда вспоминала этот поцелуй, то, как ладони Дженка обхватили её лицо, то, как он притянул её к себе властно и быстро, как поцеловал горячо и уверенно. То, как это было… приятно и шокирующе тепло. То, как её сердце билось быстро-быстро, а мысли улетучились из головы, позволяя эмоциям взять верх над сердцем. То, как она влепила ему пощечину, шокированная такой наглостью. И то, как загорелись глаза Дженка, когда он после пощечины посмотрел ей в глаза… Почему-то после таких воспоминаний мысли о ревности Дженка не казались такими уже странными и глупыми. Может быть… Может быть, Дженк просто не хотел, чтобы она его опозорила? Была влюблена в другого парня, пока официально состояла в браке с Дженком? Может быть, Дженк был очень гордым и хотел развестись с ней? Может быть, Дженку уже надоел этот дурацкий фиктивный брак, и он хотел вернуться к своей прежней свободной и гулящей жизни? При такой мысли сердце словно как-то очень болезненно сжалось, а тревога сменилась горьким разочарованием. На этот раз мысль о разводе странно ударила по сознанию, Джемре почувствовала волнение, то, что не может больше сидеть на одном месте. Джемре нужно было увидеть Дженка. Прямо сейчас же. Нужно поговорить с ним. Рассказать. Объяснить. Нужно… Ей нужен Дженк. Как и всегда, правда? В своих раздумьях она совершенно не слышала, как открылась входная дверь и как Дженк влетел в комнату. И только когда Джемре услышала громкий стук закрытой двери, то поняла, что её муж влетел в комнату, захлопнул дверь, развернулся к кровати, кажется, с желанием, рухнуть на ту… А потом замер, увидев Джемре, сосредоточенно и так напряженно сидящую на кровати. Тишина. Они смотрели друг на друга некоторое время. Джемре могла буквально кожей чувствовать, что Дженк напряжен и даже немного взбешен. Она читала его эмоции легко и просто в этот миг, но сама словно оторопела. Она же ждала его, правда? Хотела поговорить, вот её шанс! — Женушка, — каждый раз, когда Дженк протягивал это слово таким нахальным и дерзким голосом, по коже пробегали мурашки. Но слово ласкало её слух и чувства. Слово было таким напряженно-острым, прожигающим всё в душе… — только не говори, что ждешь меня здесь? Своего мужа? — последние слова вновь произнесены нахальным тоном, развязным тоном, тоном, за которым Дженк всегда пытался что-то скрыть. — Именно так. Джемре устала. Один рывок вперед — и она встаёт с кровати, глядя мужу прямо в глаза. Стоит теперь прямо, гордо и спокойно, хотя внутри все горит от бури, что надвигается на них обоих. Стоит, подняв голову вверх, глядя прямо в глаза Дженка и пытаясь понять, как ей правильно сказать то, о чем она только что думала здесь в одиночестве. — Я удивлен, — Дженк не пасует. Наоборот, надвигается на неё и стоит теперь ещё ближе. Краешком сознания Джемре почему-то задумывается о том, что они часто так стоят — слишком близко друг к другу. Лицо Дженка нависает над её лицом, но никто и никогда не отодвигается. Вот и теперь — он близко, Джемре может чувствовать его дыхание на своём лице, а глаза её мужа горят от чувств. Только вот каких чувств? Он зол? Взбешен? Расстроен? Что с ним? — Это я удивлена, что ты сегодня вернулся с фирмы отца так рано и даже трезвый, — чуть язвит Джемре, не отступая, — я хочу поговорить с тобой. Уже второй день. Но ты… — О, моя дорогая жена! — Дженк моментально отходит от неё и теперь перед Джемре есть только пустота. Пустота и холод. А разум и чувства желают, чтобы Дженк вернулся на это место сейчас же, в то же мгновение! — искренне прошу прощения за то, что не настроен в очередной раз слушать долгие разговоры о Недиме и о том, как ты хочешь его спасти. Недим и Недим! У него теперь есть жена, отправляйся наверх и проведи беседу с ними двумя… — Дженк! — Джемре почему-то хватает его за локоть и тянет в свою сторону. Наверное, её голос все-таки немного сорвался и в нём отразились те чувства, которые Джемре обдумывала всё это время. Может быть, она растерялась или даже сказала его имя как-то очень расстроено или сломано. Или это было будто отчаяние? Но в любом случае, он резко развернулся к ней и впился своим взглядом. Дженк всегда смотрел на неё странно, словно хотел что-то сказать, но не мог. Или словно ждал чего-то от неё, но так и не мог дождаться… — Что случилось, Джемре? — на этот раз никакого паясничества или нахальства. Только усталость, смешанная с непонятной для неё обреченностью. — Я думала над вопросом, который ты мне задал. О Недиме. Джемре могла ничего не уточнять. Подсознательно мгновенно стало понятно: Дженк прекрасно и сразу же понял, какой именно вопрос и разговор имела ввиду Джемре только что. Он словно замер и всё тело парня, которого она так и держала за локоть, излучало сильнейшую напряженность и словно даже мелкую дрожь. Дженк замер. Он словно… застыл. Его чувства словно резко обострились… — Конечно, о Недиме, — вновь нахальство и расхлябанность, которыми Дженк всегда прикрывался, когда хотел что-то спрятать от окружающих его людей. Но Джемре на этот раз не позволит ему надеть эту маску и опять испортить разговор ссорой. Она скажет ему всё, о чем думала. Джемре просто… Совершенно не хочет быть в ссоре со своим фиктивным мужем. — О Недиме. — Соглашается Джемре немного севшим голосом. — Ты спросил меня в тот раз, и я думала. Но не могла ответить, потому что тебя не было… — Знаешь, тебе не обязательно… — начал Дженк и даже попытался вырвать свою руку из её ладоней. Но потом Джемре продолжила: — Я забочусь о нём! О Недиме. Я хочу спасти его от твоей матери и от несправедливости, что случилась с этим бедным мальчиком в детстве. Я хочу спасти Недима и чтобы он выздоровел! Я привязалась к нему, будто к младшему брату! Я люблю его и забочусь о Недиме! Он так одинок… Хочу помочь и спасти его! И вы бы с ним снова могли стать братьями и заботиться друг о друге! Недим заслужил это, ты так не считаешь? Дженк замер. На этот раз он застыл, словно статуя. Его взгляд был поначалу каким-то очень далеким, но потом медленно сфокусировался на лице Джемре. Сфокусировался и словно в них что-то зажглось. Быстро. Мгновенно. Ярко. Хаотично. Зажглось и заставило парня резко сделать шаг вперед, чтобы снова вернуться к их самой первой позе: стоя напротив друг друга и глядя глаза в глаза. — Я ответила тебе, Дженк, — закончила Джемре, твердо, не отводя взгляда, — я забочусь о Недиме, как о младшем брате. Я люблю его и хочу, чтобы он выздоровел. Она специально сказала про брата два раза. Она почему-то чувствовала что-то или словно хотела проверить. Джемре решила довериться своим чувствам и просто… — Джемре, — выдохнул Дженк, и на этот раз дрожать пришлось ей. От слова, которое буквально заставило её тело, разум, душу и сердце всколыхнуться и заволноваться так, как никогда раньше. От каких-то сырых и удушающе-сильных эмоций, с которыми Дженк произнес её имя. От того, какими горящими глазами он теперь смотрел прямо в её глаза, в её душу, в её сердце. От того, как его глаза расширились то ли от шока, то ли от разговора, то ли от их близости. От того, как она чувствовала себя рядом с ним: тело странно откликалось на близость и желало ещё. Ещё ближе. Они и так были так близко. — Я не хочу больше ссориться, — срывающимся голосом сказала она, дав слабину первой, — я хочу просто… — Прости, — выдохнул парень, но Джемре уже толком не слышала, а просто… чувствовала… Чувствовала, как он её обнял. Раз — и обнял, словно это было самым естественным и правильным в их жизни. Обнял жестко, крепко и будто бы отчаянно. Обнял, вцепившись в неё руками и прижав к своей груди. Не спрашивая разрешения и не ища одобрения, обнял, словно Джемре была его всем. Обнял, а она не сразу начала понимать, что это случилось. Обнял и уткнулся лицом в её шею, выдыхая нервно и напряженно, отрывисто, словно эмоции, настоящие эмоции наконец-то взяли над Дженком Карачаем верх, и он позволил им освободиться. Джемре, разумеется, не собиралась отстраняться. Когда осознание его объятий пришло, то пришло и чувство успокоение и облегчения. Ей было так хорошо и тепло в его объятиях. Близко. Интимно. Надежно. Крепко. Её руки нерешительно чуть обняли его в ответ, а сама Джемре закрыла глаза, расслабляясь в удовлетворении. Все хорошо. Он услышал её. Они помирились. Они больше не будут ссориться с Дженком, а будут опять одной командой пытаться решить проблемы и спасти Недима. Они теперь опять… Её муж. Муж. Джемре думает об этом слове и о том, что ей очень сильно нравится обнимать своего мужа. Обнимать его и быть немного слабой в этих сильный мужских руках, которые закрывают её от внешнего мира и спасают. Думает о Дженке, который стал для неё чем-то намного большим, чем просто союзником и фиктивным мужем. Теперь она заботится о нем и… — Джемре, прошу прощения за свои слова, — его голос где-то в районе её левого уха, — я идиот. Не хотел расстраивать тебя. Я просто… Джемре… Резкий стук распахнувшейся двери заставляет обоих вздрогнуть. Но не отпрянуть друг от друга. Несмотря на то, что их прервали, Джемре сразу же поняла, что инстинктивно встала чуть позади Дженка. Она хотела быть за ним. Чтобы он закрыл её. Спас её. Чтобы он её защищал, и чтобы она чувствовала вот это самое восхитительное чувство: она не одна и Дженк заботится о ней. Они вместе. — Прошу прощения за то, что нарушила семейную идиллию, — судя по яду в голосе Шениз, она нисколько не жалела об этом, — но Агях и Джерен скандалят внизу. Милая невестка, угомони свою сестру, чтобы мы спокойно поужинали. Шениз развернулась и быстро покинула их поле зрения. — Надо идти вниз, — начала говорить Джемре, но потом снова была оглушена. На этот раз Дженк поцеловал её в щеку. Наклонился и поцеловал. Медленно. Неторопливо. Держал свои губы на её коже совершенно точно дольше положенного обычного поцелуя. Джемре даже ничего не успела осознать толком, только прислушаться к чувству удивительной теплоты и легкости от этого очередного слишком близкого прикосновения своего фиктивного мужа, как он не менее медленно отстранился. — Я заглажу свою вину, жена, — на этот раз последнее слово было произнесено низким и глубоким голосом, отчего внутри Джемре что-то перевернулось и сладко заныло, — я клянусь. Давай поужинаем сегодня вне дома… Пойдем куда-нибудь? Если ты меня простила. Джемре. — Я возьму пальто, — мягко ответила она, снова глядя прямо в его глаза. Глядя и понимая, что в его глазах словно загораются странные огоньки счастья и непонятного огня. Дженк смотрел на неё так, словно наконец-то разгадал или понял? Кажется, она что-то чувствует к своему фиктивному мужу.