Heart of Dragon

Люди любят повторять, что перемены — это к лучшему… на самом деле это означает  — что с тобой произошло нечто, чего ты вовсе не желал… *** Куда ни кинь глазом, огонь. Безжалостный и ненасытный. Он всесилен, всё истребляющий и во всё проникающий. Всё в нём исчезает и ему покорно. В ласкающих объятиях и лобзаниях его — самопожирающий инстинкт бытия, желающего поглотить всё и, поглотивши, уничтожить себя, поглотившего. Дремучий лес, который объят огромным пожаром. Стихия зверствует над природой, языки пламени поднимаются выше деревьев, а клубы дыма, словно лапы ужасного голодного монстра, который собирается поглотить все небо. Когда-то давно человек приручил огонь, — он стал согревать жилище. Однако, какой страшной и опасной может быть эта непредсказуемая стихия. Именно таким, свободным и сильным представляет собой огонь. Он настолько огромен, что деревья по сравнению с ним кажутся кукольными. Пламя идет стеной, все сжигая на своем пути. Оно зловещее, красно-оранжевое. А слева еще стоят одинокие деревья, задыхаясь от дыма и ожидая своей неминуемой участи. Откуда же может взяться такая стихия в холодных местах?.. Драконы… Однако клубы дыма с языками пламени имеют и свою манящую опасную красоту. Они изменчивы и неповторимы, создают необычные образы и завораживают глаз. Манят и притягивают к себе; не зря ведь говорят, что на огонь можно смотреть вечно. Истлевшие деревни и поля преображаются в прах, скот, гулявший себе спокойно несколько часов назад, теперь съеден до последней овцы, плач маленьких детей, не понимающих, что происходит и почему. Злобный рёв, пронзающий до костей, звучит по всей империи. Именно от этого звука каждый человек прячется по укромным местам, дожидаясь, когда эти твари улетят и оставят их. Они улетят, но вернутся. Люди знают, что они вернутся. Суматоха, крики, грязь, огонь. Именно так жил, а, точнее, существовал народ. Каждый день просыпаться в страхе за свою жизнь, с мыслью, что это может оказаться последний твой день. Ведь так не могло продолжаться вечно. Правда же?.. Нужно было что-то решать с крылатой нечистью. Не оставить ни одного в живых. Шли месяца. Года… Столетия… Число крылатых ящериц сократилось. Да, были убиты не все, народ это прекрасно понимал, но теперь их никто не видел. Жизнь вернулась в своё русло и текла спокойным ручьём. Вместо страха, криков и огня, настали времена веселья, счастья, а главное, спокойствия. Хоть и жизнь наладилась, но люди всё же не унимались. Охотники, собравшиеся в небольшие группы, ходили по местным лесам в поисках последних чудищ. Каждый мужчина хотел убить дракона лично, ведь кто принесёт голову дракона, того будут уважать до конца дней… *** Хван Хёнджин проживал со своей младшей сестрой Лиён и пожилой бабушкой в небольшом домишке, на окраине деревни, рядом с лесом. Рос без матери, слишком рано она покинула этот свет. Лиён тогда был только год от роду, когда Хёнджину было уже почти семь лет. Поэтому воспитание полностью перешло на хрупкие плечи их бабушки.       Отец юноши — глава деревни и знатный охотник. Справедливый и рассудительный… Но воспитанием детей никогда не занимался.       В деревне, в которой жил Хёнджин, было небольшое население, поэтому брюнет знал каждого живущего здесь. Из друзей был только один верный друг, с которым Хёнджин не разлей вода. Сколько себя помнят, они всё время были вместе.       Каждое утро они встречались на опушке леса и уходили туда до самого вечера. Они надеялись найти хоть какие-нибудь следы драконов. Конечно, они понимали, что шансов у них мало, если опытные охотники возвращаются ни с чем, то куда уж двум молодым юношам. Вот уже несколько лет подряд они бродят по лесу, который уже как свои пять пальцев знают, и никаких результатов нет. — Надо возвращаться. Темнеет. — подал голос Минхо. Снова весь день проходили по лесу, но ничего так и не нашли. И вправду стало темнеть, а, значит, надо возвращаться, а то волноваться начнут. Шли обратно они недолго, иногда перекидываясь словами. Главным шутником был, конечно же, Минхо. Иногда Хёнджину казалось, что его друг, появившись на свет, сразу же начал шутить. Минхо был добрым и жизнерадостным человеком, но чересчур болтливым и энергичным. На месте и минуты постоять никогда не может, что-то да надо натворить. И сам Хёнджин пошутить любитель, обожает приключения на свою голову, но и между этим он с полным серьёзом относится к важным делам. Погода была замечательная - ни холодно, ни жарко. Свежий и прохладный ветер дул прерывисто, то легонько чуток поднимая вверх листья, то дул так сильно, что приходилось прикрывать лицо руками от большого потока воздуха. Небо окутала синяя пелена, начинали гореть звёзды, говоря что близится ночь. В последнее время природа была не очень благосклонна к жителям деревни. Раньше можно было спокойно идти на охоту и быть уверенным, что кабан или олень тебе обеспечены. Уже неделю подряд охотники возвращаются ни с чем. Мелкой дичью население не прокормить. Если так дело и дальше пойдёт, то половина населения точно не переживёт эти холодные дни. Обычно этот лес был переполнен разным зверьём. Теперь же остались одни зайцы и мелкие птицы. Куда вся крупная живность подевалась, никто не знает. Выйдя из леса, юноши пошагали по узкой тропинке, которая вела к их деревни. Днём там была полная суматоха. Женщины хозяйничали по своим домам, мужчины строили новые жилища, старушки сидели со своими внуками, рассказывали им сказки и легенды, а они с большим интересом сидели в кругу и слушали их. Когда-то Хёнджин и Минхо сидели точно так же. Самая любимая история брюнета была о том, как свирепый и грозный дракон украл девушку, которую потом хотел съесть, а вместо этого полюбил. Конечно, Хёнджин понимал, что это только сказочки, а в реальной жизни драконы, что ни на есть, настоящие злобные твари. Зайдя на территорию поселения, первое, что увидели молодые люди, так это паренька, который, скрестив руки на груди, сидел на поваленном бревне. Заприметив их, он встал и, поправив рубашку, направился к ним. Шёл он как-то странно, чуть притопывая, на лице вместо приветливой улыбочки было сердитое выражение, казалось вот он дойдёт до них и уничтожит всех разом. Минхо, усмехнувшись, толкнул Хёнджина. — Царь зверей идёт к нам, сейчас лекции начнёт читать. — прошептал Минхо. — Где вас носило? — спросил юноша, вставая напротив товарищей. — Что, на дозор посадили, как собаку сторожевую? — улыбаясь во все зубы, спросил Минхо. Ничего не ответив, он развернулся на месте и пошагал в глубь деревни. Хёнджин ещё раз убедился, что охотники они некудышные, когда несколько минут назад увидел в руке паренька пять зайцев, а у них ничего. Вздохнув, Хёнджин попрощался с другом и медленной, усталой походкой направился к себе домой. Чанбин всегда любил испортить настроение, а когда речь шла о охоте, то он тут как тут. Хёнджин не удивится, если он и убьёт дракона. Вот если бы выпал шанс, а то и удача встретить крылатое существо, то Хёнджин бы обзавёлся почётом, а Чанбин в сторонке локти от зависти грыз. Как говорится, мечтать не вредно, вредно не мечтать. Дойдя до своего дома, брюнет остановился перед дверью. Сейчас он тихонько зайдёт в жилище, его встретит бабушка, недовольная из-за того, что он так сильно задержался на охоте, а потом всё равно вкусно накормит. Лиён обычно спала уже в это время. Хоть Хёнджин и не особо помнит свою матушку, но точно знает, что его сестра её копия. Вдохнув побольше свежего воздуха, он открыл дверь и так же тихо за собой ее закрыл. К большому разочарованию, вместо бабушки его встретил отец. Он упорно стоял и ждал его, облокотившись об стенку и скрестив руки на широкой груди, которая медленно поднималась и опускалась. Хёнджин, не говоря ни слова, пошагал на кухню. Налив себе стакан воды, брюнет сел за стол и принялся маленькими глотками опустошать сосуд. Мужчина сел напротив сына и устремил свой взгляд на него. Вот чего юноша больше всего не любил, когда на него смотрят взглядом, который может испепелить на месте или, когда смотрят так, как будто он, что-то должен кому-то. — Как охота? — спросил мужчина. Ну, конечно, кто бы мог сомневаться. Как только Хёнджин приходит домой, первое что у него спрашивают, как охота. А как здоровье или личная жизнь не важно. — Не густо, — кратко ответил юноша. Сейчас Хёнджин мог поклясться, что внутри его отца уже всё кипит от разочарования. — Только не надо читать мне пламенные речи, какой я бездельник, что Чанбин молодец, аж несколько зайцев убил. Он так скоро всю оставшуюся живность переубивает, что нам не на кого будет охотиться. — Он хотя бы что-то делает, в отличии от тебя и твоего дружка. Вы только и умеете, что языками точить и на девок заглядывать. Бери с него пример! — как-то грубо и холодно ответил мужчина, хотя на большее он и не способен. Только Хёнджин хотел ответить на эти слова какую-нибудь колкость, только он настроился на очередную ссору, которая может протянуться на месяца, но передумал, резко встал из-за стола и направился в свою комнату. Ссориться с отцом совсем не было настроения. Единственное что сейчас хотелось это тишины. Только в тишине можно услышать как дышит живое, как поют птицы или услышать новые звуки, которых ты никогда не замечал… Зайдя в свою комнату, Хёнджин упал на кровать, закрывая глаза. Когда ты устаешь, ты нуждаешься в тишине… Ты абсолютно спокоен, тебя никто не раздражает… Юноша так сильно погрузился в свои мысли, что не услышал как скрипнула доска в полу, и как рядом прогнулась кровать. Хёнджин приоткрыл глаза и тут же наткнулся на личико своей сестры. Лиён слегка улыбалась, приобнимая свою старую, в местах портёпаную куклу. — Лиёни, ты почему не спишь? Уже поздно. — сказал юноша, приобнимая сестру одной рукой. — Мне никак не уснуть. Что-то не даёт. Предчувствие странное. — тихо проговорила девочка, сильнее обнимая куклу. Хёнджин ничего не ответил, только крепче обнял сестру, утыкаясь подбородком ей в макушку. — Хёнджин-и, а расскажи мне что нибудь. — Только с условием, что после отправишься спать.       Лиён согласно кивнула и, раслабляясь в объятиях брата, приготовилась слушать. — Когда-то высоко в горах, куда не ступала нога человека, в одной пещере жил дракон на куче сокровищ. Конечно, множество людей решались драться с драконом, пытаясь добыть себе сокровища, но никто не возвращался назад. И вот как-то раз, один молодой человек решил обмануть дракона, поднялся к нему на гору и зарезал его спящим. А когда он пересчитывал сокровища убитого дракона, на него вдруг напала жуткая усталость. Он повалился на гору сокровищ и уснул. А когда проснулся, обнаружил, что сам превратился в дракона. Спустя время на эту же гору уже лезет очередной искатель сокровищ, и история повторяется вновь, — закончил рассказ Хёнджин, поглаживая сестру по голове. Лиён неподвижно лежала, что-то раздумывая про себя. — Выходит, тот молодой человек сам виноват, — тихо заговорила девочка. — Зачем он пошёл брать то, что ему не принадлежит? — спросив это, она развернулась к брату и посмотрела на него вопросительным взглядом. — Понимаешь, некоторым людям свойственно брать то, что им не принадлежит, к себе в карман. Такова их природа. Поэтому, Лиён-и, нельзя брать то, что тебе не принадлежит. Поняла? Девочка кивнула несколько раз, пожелала брату добрых сновидений и пошагала к себе в спальню. ***       Ночь. В это время мир людей будто бы замирает, становится тихим, словно безмолвным. Наступает время чего-то необъятного и неизвестного… Таинственного.       Ночью небо становится таким желанным зрелищем. Но это зрелище длится недолго. Как и все прекрасное на свете.       Размерную тишину прерывает чей-то громкий крик, доносящийся с улицы. Хёнджин, сев в кровати, протёр заспанное лицо, не понимая что происходит. Аккуратно встав с кровати, юноша спустился на первый этаж, проходя на выход. Тишина. На улице никого, только сверчки иногда трещат. И холод. Хёнджин уже хотел направиться обратно домой спать, как услышал крик снова. Хотя криком это назвать сложно, скорее, визг. Отойдя немного от дома, он увидел Минхо, который нёсся сломя голову к его дому. Добежав, Минхо хватаясь руками за бок, начал глотать воздух, как рыба, то открывать, то закрывать рот, чуть ли не на земле валяясь от бега. Да, видимо, он давненько так не бегал. — Хёнджин, там такое! О господи, чтоб я ещё раз помечтал об этом! — прокричал Минхо. Хёнджин удивлённо посмотрел на друга, не понимая о чём идёт речь. Неужели всё-таки Минхо вечером неудачно пошутил над Чанбином, а тот пообещал ночью ему голову открутить, и он сейчас бежит за ним с мечом в руках. Но спустя несколько минут брюнет услышал крик. Крик не одного человека, а множества. А когда он увидел огонь, как он расползается по крышам домов, съедая своими языками пламени всё, что встречается на пути, у Хёнджина пропал дар речи. Что вообще здесь происходит? Откуда взялся огонь? И тут до светлого разума дошло, из-за чего так быстро бежал его друг, и это уж точно не от Чанбина. — Это то, о чём я думаю? — пытаясь скрыть страх и волнение, поинтересовался Хёнджин. Сон как рукой сняло. Когда-то он думал, что, встретясь с драконом, поведёт себя как настоящий герой, возьмёт в руки меч и покончит с огромным ящером. Но, он никогда не думал, что, увидев сквозь дым от огня тёмный силуэт, у него будут подкашиваться и трястись ноги. — Так, Хёнджин, возьми себя в руки, это же такой шанс поставить Чанбина на место. — Я, вот что думаю, раз уж мы столько лет шлялись по лесу, терпели Чанбина, и нам выпал такой шанс поднять наш грёбаный авторитет, то пойдём и сделаем это, — как всегда улыбаясь, проговорил Минхо. — Если тебя съедят, то оплакивать тебя я не стану, — сказал Хёнджин. После этих слов Минхо рванул вперёд, оставляя Хёнджина одного, который впервые жизни не мог решиться, что ему делать: убежать отсюда или наоборот, пойти и доказать отцу и всем, что он способен на что-то. Долго он размышлять не стал, поэтому, взяв в руки свой любимый арбалет, он побежал в самое пекло происходящего. Всюду огонь и плач детей, которых женщины уносили на руках из деревни. Прибежав на место, Хёнджин увидел Чанбина, который уже во всю пытался покончить с ящером. Минхо помогал старушкам и женщинам уйти из этого ада, а отец брюнета с другими охотниками сражались с другими тремя драконами. Только Хёнджин хотел присоединиться к ним, как услышал детский плач. Такой знакомый голос… Родной. Лиён. Рычание драконов, крики людей заслоняли плач. Хёнджин побежал к почти обвалившемуся дому, который во всю полыхал в ярких языках пламени. Дышать было очень трудно, дым проникал в лёгкие, от чего приходилось постоянно кашлять, глаза начинали слезиться. Где-то в глубине дома раздался громкий крик сестры. Юноша, пробираясь через горевшие доски, пошагал на звук. У стенки, сжавшись в клубок, сидела маленькая девочка и громко плакала. — Лиён, ты в порядке? — кашляя спросил юноша. Девочка, услышав голос брата, перестала кричать. Хёнджин, взяв на руки ребёнка, направился на выход, но этот путь обрушился горящими досками. Кашляя от дыма, брюнет начал нервно крутиться вокруг своей оси в поисках выхода. Дышать становилось всё сложнее, а кислорода не хватать. Из последних сил, Хёнджин вспомнил про запасной выход, поэтому, собрав последние силы, брюнет сильнее прижал девочку к себе и пошёл на предполагаемый выход. Выход и вправду оказался там, где он и предполагал. Юноша, чуть ли не падая, вышел из почти догоревшего дома и посадил ребёнка на землю, а сам лёг на землю животом вниз. Хёнджин уже не слышал, как его звала сестра, всё его внимание ушло на то, что он увидел. В метрах двадцати от него из леса выглядывала голова дракона, который смотрел именно на брюнета. Почувствовав не знамо откуда, прилив энергии, Хёнджин схватив свой арбалет, побежал на него. Дракон, быстро развернувшись, направился в глубь леса. Видать почувствовал опасность. Хёнджин бежал изо всех сил, даже не вспомнив, когда он так быстро бегал в последний раз. Ветки деревьев больно били по лицу, оставляя после себя ноющую боль, но Хёнджин не замечал этого. Сейчас его целью была летающая нечисть. Добежав в глубь леса, брюнет остановился, прислушиваясь к звукам. Гробовая тишина, слышен каждый шорох, не то, что сейчас в деревне. Медленно шагая, Хёнджин оглядывался по сторонам, разглядывая силуэт чудища, но он как будто сквозь землю провалился. Улетел, скорее всего. Шумно вздохнув, брюнет направился обратно в деревню. Огонь догорал на домах, превращая их в один сплошной пепел. Все жители собрались в одну кучку, посередине которой стоял отец Хёнджина. Пробравшись через толпы недовольных людей, брюнет встал рядом с Минхо. — Я прекрасно всё понимаю! Ситуация чрезвычайная! Несколько лет подряд мы жили спокойно, но сегодня эти твари снова появились! Поэтому я собираю всех мужчин, и мы с самого утра направимся на их поиски, чтобы покончить с оставшимися! — проговорил отец Хёнджина. На его слова все жители согласно кивали. Хёнджин не стал до конца слушать речи отца, поэтому, попрощавшись с другом, направился к себе домой. Он поставил себе цель найти завтра дракона и убить его. Ведь сегодня из-за этих чудищ чуть не погибла его Лиён… Что было бы, не услышь он её плач? Хёнджин громко выдохнул, пытаясь не думать об этом. *** Как Хёнджин себе и обещал, с самого утра он отправился в лес. В деревни все ещё спали, поэтому вокруг была тишина и запах дыма. Вот уже около часа брюнет бродил по лесу, но ни одного следа от дракона, как будто их и не было вчера. Растроившись, брюнет сел на поваленное дерево, крутя в руках небольшой клинок. Собравшись уходить обратно домой, Хёнджин услышал какой-то звук неподалёку. Обрадовавшись, юноша медленно и тихо начал шагать на звук. Если бы кто сказал, Хёнджин не поверил. Посередине маленькой полянки лежал небольшой белый силуэт. Протерев глаза руками, молодой человек выставил клинок вперёд, как будто он защитит его от всех бед, и аккуратными шажками направился к дракону. Видимо он попался в одну из ловушек, которые раставили охотники. Крылья и лапы связаны прочными верёвками, сто процентов, это была одна из ловушек Чанбина. Белая чешуя переливалась на первых лучах солнца, большие крылья сцеплены сетью, из-за чего существо не могло улететь. Брюнет подошёл вплотную к дракону и поднял свой клинок над головой. Дыхание участилось, а сердце бешено застучало, норовясь выскочить из тела, когда пара тёмных шоколадных глаз посмотрели на Хёнджина. Сосредоточившись, юноша сжал клинок в руках до такой степени, что костяшки пальцев побелели, а руки начали легонько трястись. Сглотнув, брюнет сделал ещё один шаг и приготовился к удару, который может оказаться роковым для белого зверя. Посмотрев на холодное оружие в руках парня, дракон обессиленно положил свою голову обратно на землю и прикрыл глаза, готовясь к смерти. Хёнджин собрал волю в кулак и, взглянув ещё раз на дракона, замахул клинок и… опустил его. Ну не может он этого сделать. Раньше он думал, что это проще простого, взять и убить, а сейчас стоя прямо перед этим существом, руки словно онемели. Не может он так поступить. Не может отобрать жизнь. Вздохнув, брюнет сел на корточки и посмотрел на чудовище. Зверь смотрел пристально, чуть прищурив глаза. Следил за каждым движением. Но взгляд. Он был осознанным, не как у животных, а как у человека…       Хёнджин быстро начал разрезать верёвки. Почувствовав, что сети слабеют, дракон напрягся, готовясь улететь из этого места. Покончив с последней верёвкой, Хёнджин отполз подальше от зверя, но тот с одного прыжка преодолел расстояние и навис над брюнетом, повалив того на влажную землю. Янтарные глаза смотрели прямо в душу, и брюнет зажмурился, сто раз проклиная себя за то, что выпустил зверя, за то, что не убил его. Прошло десять секунд, двадцать, но ничего не происходит. Тогда Хёнджин слегка приоткрыл один глаз, а потом второй. Дракон всё так же смотрел на брюнета своими красивыми глазами. Дальше Хёнджин, как он посчитал, сделал самую глупую и ненормальную вещь. Поднял правую руку и медленно стал подносить руку к морде дракона. Тот оскалившись, зарычал, открывая перед Хёнджином огромную пасть. От этого звука уши заложило, а в глазах потемнело. Последнее, что помнил Хёнджин, как зверь исчез в лесу, а дальше темнота…