Heart of Dragon

***

Тело окутывает сладкая пелена спокойствия, из-за чего оно становится неподвижным и лёгким. Он пытается подняться, но невидимый груз придавливает к земле, и дышать становиться труднее. Накатывает незримое чувство опасности, поэтому кое-как поднимается на ноги, видит, что стоит посреди поля. Тишина заставляет постоянно оглядываться и прислушиваться. Хёнджин смотрит на небо, которое чёрным воском окрашено. Ни звука птиц, ни ветра даже, лишь тишина мёртвая. Хёнджин закрывает глаза, успокоить сердце пытается. Сейчас он проснётся, и всё будет хорошо. Открывает глаза, но всё по-прежнему. Только теперь впереди, в нескольких метров от него, виден силуэт человеческий. Хёнджин не раздумывает, сразу бежит к стоящей фигуре. Подбежав ближе, видит юную деву, что в алом платье стоит. Кто она, Хёнджин не знает. Впервые видит. Но дева красива, лёгкие и мягкие черты лица, пухлые цвета вишни губы, а глаза... Хёнджин вздрогнул, увидев глаза. Словно смерть смотрела на него, крича о скорой кончине. Чёрные омуты вместо глаз, как у самого дьявола. Хёнджин отступает на шаг назад, затем ещё один. Сердце начинает ускорять темп, дыхание становится глубже и быстрее. Дева в алом за каждым шагом следит, глаз не отводит, словно дикий зверь следит за жертвой своей. Неожиданный рёв дракона разносится громом по всему пространству и затихает где-то в глубинах леса. Хёнджин переводит взгляд с леса снова на девушку. Та смотрела на него с улыбкой, но улыбка показалась Хёнджину странной. Брови сомкнуты, их внутренние уголки опущены, губы растянуты, зубы обнажены. От отступил ещё на несколько шагов, уже собираясь развернуться и бежать подальше отсюда. Быстрое движение алых подолов платья девы, и в ее руке Хёнджин видит меч, блестящий от крови. Хёнджин начал бежать, быстро, не умедляя темп. Позади слышен рык девушки и очередной взмах меча. Хёнджин добежал до конца поля, и впереди теперь только лабиринт леса. Это шанс спрятаться от смерти кровавой. Он бежит дальше, назад не смотрит. Останавливается, когда позади не слышно стало девы. Оглядывается и никого не видит. Разносится снова рык дракона, только теперь уже ближе, следом сразу крик девушки и плач. Хёнджин ничего не понимает. Идёт аккуратно назад, прячась за деревьями. Видит деву, что стоит с мечом в руке. На правой руке видна большая царапина от когтей, но она словно и не замечает этого. Стоит и смеётся. Хёнджин переводит взгляд туда, куда смотрит девушка, и видит дракона белого, что в сетях запутался. Тот самый дракон. Встречается с ним взглядом и замирает. Те самые глаза. Под ногами хрустнула палка. Дева с улыбкой кровавой переводит взор на Хёнджина и сразу к нему идёт. Сердце замирает, и рёв дракона снова слышен. Хёнджин выходит из оцепенения, разворачивается и бежит вперёд, как можно быстрее, изо всех сил. Впереди сквозь стволов и ветвей деревьев проглядывается солнце, которое начинает слепить глаза. Этот свет даёт какую то надежду, что всё будет хорошо, и Хёнджин бежит к этому свету. Только вместо спасения и яркого солнца встречает обрыв со скалы. Он подходит ближе к краю обрыва и смотрит вниз. Если прыгнет, то это верная гибель, не выживет, но если останется, то погибнет от руки девы, что гонится за ним. Судьба его зависит от одного решения. И он выбирает его. С разбега прыгает вниз. Снова те ощущения, что были, когда он упал с горы. Всё, как наяву. Вместо страха приходит умиротворение и готовность отправиться в мир иной. Окутывает холодный поток ветра, как оболочка покоя. Воздух выбивает из лёгких, когда кто-то хватает его, резко, сильно, но в то же время бережно, как хрусталь. Хёнджин открывает зажмуреные глаза и видит своё спасение в облике дракона. Всё повторяется.

***

Хёнджин просыпается в холодном поту. Тело пробивает мелкая дрожь после насыщенного сна, а перед глазами до сих пор картина девы в алом платье с кровавым мечом и спасающего его дракона. Попытался привстать, но голова от резкого движения отдала глухой болью, словно со всей силы нанесли удар в висок. — Этот сон не предвещает ничего хорошего, — прошептал Хёнджин в тишину комнаты. Кто была та девушка и почему хотела его убить? Почему дракон снова спас его? Что, если приближается угроза, о которой он даже не знае, не замечает? Хёнджин осматривается, чтобы понять, где он находится, и понимает, что лежит в своей кровати. Воспоминания вчерашнего дня всплывают быстрыми кадрами падения с горы. — Я его ранил, — снова раздаётся шёпот в тишине комнаты. Хёнджин не помнит больше ничего после. Как он здесь очутился? Его нашли и принесли в деревню? Клубок мыслей и вопросов прервал тихий скрип двери и появившаяся макушка друга. Минхо, не заметив сразу пробуждение приятеля, аккуратно закрывает за собой дверь, держа при этом две чашки дымящегося чая. Минхо снова разворачивается к нему лицом и замирает, смотря на Хёнджина. Секундный ступор, а после Минхо быстрым движением ставит чашки на тумбу и садится рядом перед кроватью на табурет. — Скажи мне, что случилось? Почему тебя нашли в лесу без сознания? Минхо замолчал и стал ждать ответ. Смотрел серьёзно, прямо в глаза, но в них Хёнджин увидел тревогу и переживание. Сказать ли правду? Хёнджин сомневается. Ведь Минхо ему тоже солгал. Он ведь не к матушке вчера убегал. Но спросить насчёт этого Хёнджин боится. Знает, что Минхо будет отговариваться, что приведёт к ссоре. Хёнджин этого не хочет, не желает терять родного для себя человека. Если Минхо захочет, он расскажет ему сам, а Хёнджин тогда выслушает и поддержит. — Не помню, — Хёнджин выдыхает, и тянется к чашке, от которой исходит горячий пар и приятный запах шалфея. — А ты как себя чувствуешь? — спрашивает, старается тему перевести и на руку друга смотрит. — Ну уж нет, от темы ты так не убежишь. Мы ведь как братья, расскажи, что произошло. Хёнджин вздыхает. Берёт чашку в руки и отпивает небольшой глоток обжигающей жидкости. "Мы ведь как братья..." — снова пронеслось в голове Хёнджина, и на душе черти начали скрести. Душа больше не могла терпеть лжи близкому человеку. А ведь бабушка всегда учила не обманывать и любить ближнего своего. Шумно выдыхает, плечи вниз опускаются, и голова за ними. Минхо аккуратно кладёт ладонь на плечо друга и мягко улыбается. От этого становится ещё тяжелее на душе, совесть мучает до дрожи и боли в самом сердце. — Тот день, когда напали драконы и сожгли деревню, — неуверенность чувствовалась в голосе, но отступать было поздно. Нужно было сказать правду. — Я пошёл в лес и нашёл дракона. У меня был шанс! Хёнджин чуть не выронил чашку из рук, но Минхо, увидев это, забрал её из рук друга и тихонько поставил её на тумбочку. Хёнджин дышал часто и громко, пытался успокоиться. Минхо ничего не говорил, тем самым давая собраться с мыслями. — Я не смог, — Хёнджин поджал губу и с грустью в глазах посмотрел на товарища. — Он был у меня как на ладони. Одно действие, и я бы убил его. Но я не смог жизнь его забрать. Я трус и слабак. Минхо слушал внимательно, старался уловить смысл сказанного и понял. Хёнджин всё это время боялся насмешки и позора. Правила просты — убей монстра, или ты жалкий трус на всю жизнь. Он боялся остаться на всю жизнь с позором и слухами за спиной. Поэтому хранил тайну свою, но ему решил правду рассказать. Доверие. Доверять или не доверять человеку решает каждый сам из нас, но, выбрав человека, которому ты доверешься полностью, ты находишь свой лучик света в тёмном лесу, который будет помогать освещать этот путь до конца. — Спасибо, — Хёнджин вопросительно посмотрел на Минхо, не понимая, за что тот благодарен ему. — Спасибо, что правду открыл мне. Минхо улыбается мягко и поддаётся вперёд, обнимая Хёнджина. Тот утыкается в изгиб плеча и шеи и вдыхает слабый запах ели и коры дерева. — Спасибо ангелу, что ты рядом, — шёпотом говорит Хёнджин, и ему за последние дни по-настоящему становится спокойнее. Минхо отстраняется первым и хлопает друга по плечу, а потом несильно сжимает, даёт некий знак, что он всегда будет рядом. — Как бы грустно не было мне говорить это, но мне нужно идти. Матушка в гневе, утром к ней не явился. — Иди, конечно, не смею держать тебя, — Хёнджин кивает Минхо головой и для пущего эффекта машет рукой на прощание, стараясь сдержать смех. Минхо лишь глаза закатывает, но улыбается и выходит из комнаты, закрывая за собой скрипучую дверь. Хёнджин смотрит на закрытую дверь ещё несколько минут, обдумывая их разговор. Он сказал правду Минхо, и тот принял её без какого либо презрения в его сторону. И для Хёнджина эта поддержка многого стоит. С облегчённой душой Хёнджин поднимается с кровати и идёт вниз, собираясь прогуляться. Подходя к кухне, видит там бабушку, стоящую у печи. Хёнджин слегка поднимает уголки губ в улыбке и подходит ближе к женщине. Та, не замечая его, напевала какую то мелодию и помешивала в глиняном горшке суп. — Хёнджин, ты живой! — со стороны входа послышался детский голос, наполненный радостью. Лиён бросила свою корзинку на порожке, отчего та завалилась набок, и из неё прокатились ягоды голубики, и быстрыми шажками побежала к юноше, обнимая его. Хёнджин обнял сестру в ответ, чувствуя, как колотится её сердце. — Лиён, кто так ягоды на пол бросает? Давай быстрее собирай, — бабушка стояла, уперев руки в бока, и смотрела на детей своих. — Со мной всё хорошо, — Хёнджин отстранился от сестры и поцеловал в маленький лоб с чёлкой. — Лиён, давай быстрей ягоды собирай, бабушка ждёт. Девочка тяжело вздохнула, но всё же пошла собирать в корзину рассыпанные ягоды. — Хёнджин, кто ж тебя так? Ты белее снега был, — начала женщина, усаживая внука за стол. — Никто и ничего, — Хёнджин посмотрел бабушке в глаза и улыбнулся, чтобы она не беспокоилась. Незачем волновать сердце старое. — Неудачное падение с дерева, когда сеть натягивал. Женщина облегчённо вздохнула и на секунду прикрыла глаза. В открытых снова глазах Хёнджин встретил доброту и ласку, что всегда она ему давала. — Славу ангелу, я уже надумала себе. Хорошо. Я хотела с тобой поговорить серьёзно, — Хёнджин вопросительно посмотрел на женщину. — Ты мальчик уже большой, мужчина уже. Семью свою пора создать. — Бабушка, при всём моём уважении, только не начинай, — Хёнджин нахмурился и было собрался уйти, но женщина остановила его, придерживая за плечо. — Я обещала твоему отцу сегодня, что мы поговорим с тобой на эту тему. Я обещания свои держу, — спокойно проговорила женщина и села на стул напротив внука. — Столько девиц молодых, красивых. Почему бы тебе не жениться на одной из них. Ты у меня красавец и силён, любая девушка захочет в мужья такого. — Ты же понимаешь, каков мой ответ тебе будет? — спросил Хёнджин, с сомнением смотря на бабушку. — Ни одна дева в деревне мне не люба. Не тянет меня к ним, а от слова женитьба органы внутри сворачиваются. Что хочешь, говори, но мой ответ таков. Плечи у женщины поникли, и глаза, в которых до этого горела надежда, погрустнели. Хёнджин понимал, что бабушка желает ему лучшего, хочет невесту его увидеть и внуков дождаться. Он бы женился, но не тянет его к женским особам. За все года свои дев он немало повидал и ни разу не встретил ту, что в душу западёт. Либо с ним что-то не так, либо такова воля ангела. — Прости, что расстроил тебя, — Хёнджин поцеловал морщинистую руку женщины и, поднявшись со стула, пошёл на улицу. Женщина лишь взглядом печальным его проводила, и по щеке скатилась одинокая слеза горя и надежды.

***

Минхо обошёл чуть ли не всю опушку леса, но нашёл в итоге не более горстки голубики. Матушка же приказала наполнить всю корзину ягодами в знак наказания. Она переживает, дома сидит, ждёт, когда сын вернётся, а он не заглянул к ней, даже когда в деревню вернулся. Всю ночь пропадал где-то. Минхо не сложно, но бродить по лесу с корзиной в руках не так весело, как кажется на самом деле. Ветер дует слабый, но мороз с собой приносит, заставляет сильнее кутаться в меховую накидку. Минхо останавливается у небольшого ручейка, который движется тихим течением и уносит воды свои куда то в глубь леса. Юноша ставит корзину на берегу рядом с собой и присаживается на корточки у воды. Смотрит в отражение воды и прикрывает глаза. Снова открывает и смотрит на руку. Разматывает аккуратно, приготовился увидеть всё то же самое: чёрные толстые вены, что сеткой идут вверх к плечу, но замирает. Ничего не было. Абсолютно здоровая рука, как прежде, словно и не было ничего. Не было того проклятия, что навело на него то кольцо. — Быть такого не может, — вырвалось из уст в тишину леса. — Неужели он... Не успев что либо сказать, Минхо в страхе отпрыгнул от воды, увидев в отражении знакомую фигуру. По другую сторону берега стоял Джисон, внимательно наблюдая за Минхо. Сердце того быстро застучало, не ожидав такой встречи и так резко. Капюшон чёрной накидки скрывал лицо паренька, но Минхо был уверен, что перед ним стоит он. Глаза зелёным светились, как в самую первую их встречу. И в этот раз это была реальность, а не проделки фантазии. — Прости, не хотел напугать тебя, — Джисон слегка поклонился в знак приветствия, но в голосе Минхо услышал усмешку. — Решил жажду у реки утолить? — Решил подумать, как ты бесшумно передвигаешься. Джисон стянул капюшон, с ухмылкой смотря на сидящего перед ним на земле парня. — Годы практик, не более. — Что ты забыл в этой части леса, живёшь ты далековато отсюда, — Минхо поднялся с земли, отряхивая штаны и накидку от земли и веток ели. — Искал кое-что, — пожал плечами Джисон и, увидев собравшегося задать вопрос Минхо, перебил его. — Не спрашивай, что, не отвечу. Минхо кивнул только и поднял с земли корзину. Увидев, что Джисон развернулся и пошёл в противоположную сторону, Минхо перешёл реку по дереву и направился следом за ним. — Красивый, я думал у тебя есть более интересные дела, — с хитринкой в глазах проговорил Джисон, смотря на корзину в руке парня. — Я хотел спросить, — Джисон остановился и внимательно посмотрел в глаза Минхо, ожидая вопроса. — Как? Единственное, что он смог произвести, не в силах говорить дальше. Он до сих пор находился в неком трансе, смотря то на стоящего перед ним паренька, то на свою уже теперь здоровую руку. Джисон с начала, видимо, не понял, о чём он говорит, либо делал вид. — Красивый, тебе стоит научиться говорить более конкретнее. — Я говорю про это, — он поднял свою руку на уровне чуть ли не самых глаз. — Как? Одна ночь и я здоров. Что ты сделал? Как ты это сделал? Джисон поправил капюшон двумя руками, на которых были надеты чёрные, как сама накидка, перчатки и вздохнул. Было непривычно видеть руки, на которых в любой холод всегда до этого украшения сияли. — Считай, что такова воля ангела, — просто ответил Джисон и продолжил идти дальше, не оглядываясь. — Почему ты правду не можешь сказать? Что ты скрываешь от меня? — Минхо понимал, что никакого права не имел спрашивать такое у Джисона. Он ему никто. Тот спас его, а мог бы оставить на суд божий. Но Минхо нужно было знать всё, знать всё об этом странном пареньке, что живёт один в глуши леса. — Красивый мой, правда не всегда дело хорошее, иногда стоит что-то не знать, нежели мучиться от этой правды. Она бывает нужная, от неё всё на места свои становится и радость приносит. Есть же правда, что только горе принесёт и разочарование. Правда, которую сожжёт толпа людей на пепелище. Джисон замолчал и снова остановился. Минхо задумавшись, сразу не заметил, что тот остановился. — Не по пути нам, красивый, — Джисон помахал головой и улыбнулся странно. — Не тебе решать такое. — Ты прав, — Джисон усмехнулся. — Но жалеть будет поздно. Минхо стоял с корзиной в руке, наблюдая за удаляющимся силуэтом. К чему всё это сказал Джисон, он не понимал, но глаза того точно зелёным пламенем горели. Таких глаз у людей не бывает.

***

Хёнджин шел по громкой улочке деревни, где находился рынок. Хмурая женщина сидела на табурете, крича во всё горло, что её продукты самые свежие. Рядом же сидела другая старушка, но на лице у неё была улыбка, и говорила она не так громко, как предыдущая. Неподалёку стояли лавки с украшениями, следом шла лавка пряностей и сушёных трав. Жизнь кипела вовсю в деревне. Каждый знал своё место и роль. Только не Хёнджин. Кто он? Он не охотник. Не кузнец. Не плотник. Не вождь деревни. Это всё не его. Погрузившись в себя, он и не заметил, как подошёл к порогу таверны, откуда были слышны смех и громкие разговоры мужиков. Аромат хмельного пива доносился даже через закрытую дверь, заманивая внутрь помещения. — Салага, а вот тебя я не ожидал здесь увидеть, но, видимо, судьба, — донеслось сбоку, и Хёнджин сразу обернулся на источник голоса. Чанбин стоял с бутылкой в руке, слегка пошатываясь. Голос его при каждой попытке что-то сказать заплетался, и вместо внятной речи Хёнджин мог услышать только бубнёж или же мычание. — Ты из-за чего так напился? — Ты не представляешь, как я себя чувствую омерзительно, как свинья, которую сейчас к чертям зарубят прям на месте, — Чанбин попытался подойти ближе, и, если бы не подоспевший вовремя Хёнджин, тот бы точно отпечатал своё лицо на земле. — Ты представляешь, эти старцы утверждают, что я убил их дочь. Ты представляешь? — Конечно, а ещё я представляю, как тебе плохо будет после выпитой бутылки. — Ты не понимаешь, — отмахнулся Чанбин с размаху, отчего они чуть оба не повалились на землю. — Они бы лучше в своей могиле копались и искали грех, из-за которого их же дочь решила к дракону уйти. Я и виноват! Ты только представь! Будут они мне тут! Да я лучше знаю себя! На этой ноте Чанбин окончательно не выдержал и провалился в сон, повиснув полностью на Хёнджине. Можно было его бросить здесь, но совесть не позволила. Пришлось тащить Чанбина на себе до его дома. И зачем его понесло в эту часть деревни? Пока Хёнджин волок на себе тяжёлую ношу, он множество раз проклял алкоголь и Чанбина, что спокойно дремал у него на плече. Дойдя до нужного дома, Хёнджин с облегчением передал спящего парня его матушке, которая от вида сына лишь головой покачала сердито. Решив больше не пытать удачу, Хёнджин направился в лес, подальше от людской суеты и шума. В лесу его душе спокойнее, словно он находился в родном месте. Юноша поправил накидку, которая зацепилась за ветку дерева и перелез через упавшую сосну. Идя дальше, он размышлял о разговоре с бабушкой. Может, действительно остепениться и жениться? Рано или поздно, но придётся. Мысли его прервал начавшийся дождь, который усиливался с каждым шагом. Хёнджин было развернулся и пошёл обратно в деревню, но, заметив что-то впереди, остановился. Огляделся по сторонам и пошёл вперёд, убирая с глаз мокрые прилипшие от воды волосы. Возле ствола дерева лежал без сознания человек. Белые длинные волосы, как утренний снег, были рассыпаны по земле, а лицо юноши было аккуратное и неземное, созданное самим ангелом, украшенное поляной веснушек ярких на щеках. Хрупкое на первый взгляд тело отдавало аурой какой-то силы и превосходства. Аура вокруг была другой, появились тревожность и страх перед чем-то. Хёнджин стоял в ступоре, не зная, что делать. Опустил глаза ниже и заметил, что у парня неземного на боку рана, словно от меча или клинка. Холодные капли дождя стекали по оголённому телу, придавая этой картине больше небесной силы. Придя в себя, Хёнджин снова оглянулся по сторонам в поисках помощи, но тщетно. Только он и этот незнакомец, наедине с природой дождя. Хёнджин стянул с себя свою накидку меховую и, подойдя ближе к юноше, укутал его и поднял на руки. Его нужно было согреть и помочь. В этот момент внутри душа словно перестала существовать, обретя новый покой и идилию. Словно это именно то, что она искала всё время. Дождь усилился, заливая в глаза и мешая ровно идти по скользкой тропе из-за чего Хёнджин спотыкался не раз, но юноша, что на руках лежал, на разу не шелохнулся, словно неживой был. Хёнджин взглянул ещё раз на лицо, и сердце внутри груди сильно застучало. Неземная красота, данная самим ангелом. Но кто это юноша? Ещё и раненый. По пути, может, наткнулся на разбойников? Снова множество вопросов, на которые ответы надо искать. Кольцо на пальце резко начало жечь кожу, а следом и всю руку, из-за чего юноша едва не выпал из рук. Продолжалась эта боль для Хёнджина вечность. В уголках глаз скопилась влага, и слёзы покатились вперемешку с дождём вниз, а крик боли застрял где-то в внутри. Прежде, чем боль стихла, а руку перестало жечь адским пламенем, Хёнджин снова посмотрел на юношу. Он не знал, что он делает, что происходит. Но душа подсказывает — ангел так велит.