Вернуться, чтобы вновь полюбить тебя

Проснувшись чуть раньше обычного, когда за окном ещё только-только вылезал огромный, пылающий шар, дабы осветить своей красотой этот мир. Только я успел протереть глаза, как в мою комнату влетел вихрь под названием Рон. — Дружище, ты уже встал? — с порога начал кричать он. — А по мне незаметно? И тебя стучаться не учили? Разве ты не знаешь о том, что это неприлично вот так врываться к людям? И что ты тут разорался, я не думаю, что все уже встали, но вот после твоих криков это им явно не грозит, — из-за недавнего подъема, и таким бессовестным проникновением в своё личное пространство, я был взбешён. — Да, чё ты сразу наезжаешь то? Я тебя не узнаю Гарри, мы ведь так долго не виделись, а ты не только пошёл ночевать в другую комнату, так ещё и сейчас прогоняешь. Я думал, ты вчера не захотел обсуждать все при Гермионе, ведь она же девчонка и не создана для таких серьезных разговоров… а ты и сейчас прогоняешь меня, — Рон от такого неожиданного поворота событий сразу потерял свой боевой настрой. — Во первых я тебя ещё пока не прогонял… — А ну тогда ладно, давай расска… —РОН! Спешу тебе напомнить что перебивать людей тоже не прилично! И если я тебя пока не выгнал, это не значит, что я этого не сделаю прямо сейчас! Поэтому пошёл вон! — во второй раз я не выдержал, и решил не мелочиться, прямо показав что такого поведения я не переношу. Я не стал повышать голос, но от этого мои слова не потеряли своего смысла и гнева. — Да пошёл ты… — я настолько ошарашил Уизли, что он напрочь потерял свою маску лучшего друга Избранного. Когда за ним захлопнулась дверь, я смог выдохнуть спокойно, но это продолжалось недолго, уже через две минуты ко мне ворвалась Гермиона. — Гарри! Как ты мог! Он же твой лучший друг! А ты его прогнал! — как всегда не разобравшись в ситуации, Грейнджер с порога начала вещать. — Стоп, стоп, стоп! Хватит! Неужели в этом доме никто не знает о том что нужно стучаться, а не просто вламываться в чужие комнаты?! И да я выгнал Рона, но только из-за того, что он начал наезжать на меня. Оказывается, я сразу же как только проснулся, должен был бежать и обсуждать возрождение Волан-де-морта! Кстати, он не только меня послал, Рон и о тебе не лучшего мнения. Он считал, что я не хотел говорить об этом при тебе. Потому что ты — девочка! — это утро становилось все хуже и хуже, я просто хотел сбежать ото всех, и запереться где-нибудь. — Ч…что? Рон не мог так говорить! Мы и так вдвоём, пока тебя не было обсуждали возвращение Того-Кого-Нельзя-Называть! И он сам мне сказал, что ты его послал, не дав и слова сказать! — видимо мои слова не произвели должного эффекта на упрямую Грейнджер. — Хорошо, смотри. Магией клянусь что Рон Уизли ворвался ко мне в комнату, и с порога начал орать, в том числе и то, что Гермиона девчонка и не создана для таких серьезных обсуждений как возрождение Волондеморта. Люмос*! Нокс! — огонёк на моей палочке мгновенно погас. — Чттто… Это ведь… Ты поклялся Магией! Но получается… Рон! Вот же рыжий и… ! — к счастью Гермионе не пришлось объяснять произошедшие действия, она прекрасно узнала и поняла их смысл. — Я не вру Гермиона, особенно по таким пустякам, за кого ты меня принимаешь? — по тихоньку мой гнев сходил на нет, и я начал прояснить подруге всю ситуацию. — Прости Гарри., а почему ты ещё в постели? А ой, извини, я такая дура, ты ведь ещё из кровати даже не вылез, а я тут ругаюсь на тебя. А Рон поступил не красиво, я сейчас же спущусь к нему и все ему выскажу! Как он мог! Он всё вывернул! — пока раздражённая Гермиона не пошла делать необдуманные поступки, я решил остановить ее. — Подожди, не надо сразу же бежать, ничего не обдумав. Дай мне пару минут, и мы вместе спустимся и поговорим с Уизли. Она согласно кивнула в ответ, поэтому я не теряя ни минуты, тут же помчался умываться и одеваться. ••• Рон нашёлся в гостиной, рядом с ним находилась его мать, о чём-то раздраженно, но шепотом, вещавшая ему прямо в ухо. Как только нас заметили, все разговоры стихли. — Гарри, сынок, ты уже проснулся, подожди секундочку, я быстро приготовлю завтрак, —затараторила миссис Уизли. — Ну что же Вы, я и сам в состоянии это сделать, но так же это в состоянии сделать домовик этого особняка, неужели вы забыли о его существовании? — меньше всего мне хотелось бы есть стряпню Молли, уверен мой защитный артефакт прожег бы мне запястье, от того количества зелий в еде. — Какой домовик? Ты имеешь в виду Кричера? Так он же никого не слушается, сидит где-нибудь в углу наверное и ворчит, — недоуменно сказал Рон. — Гарри! Мы вообще-то пришли сюда, для того чтобы обсудить произошедшее наверху… — видимо Гермиона не могла продержаться без замечаний и пары минут. — Так стоп! Давайте так. Все свои претензии к Рону, ты озвучишь ему, а не мне, — начинавшийся балаган не доставлял мне никакого удовольствия. — Какие ещё претензии ко мне? Что я то сделал Гермионе, а? Что ты про меня ей наплёл?! — Ничего он не плёл, Гарри просто пересказал ваш диалог. И я очень разочарована в тебе Рон Уизли! Как ты мог указать на принадлежность моего пола? Это низко! — под конец Гермиона перешла на крик. — Я просто сказал что ты девчонка, разве это не так? А ты Гарри, я думал мы друзья! А ты… А ты… — видимо словарный запас Уизли в конце полностью иссяк. — Не надо скидывать всю вину на меня Рон, — в моем голосе не осталось ни капли дружелюбия. — За свои поступки отвечай сам, поэтому если не хочешь ссориться, то я посоветовал бы тебе извиниться. — Да че вы все прилепись ко мне?! Мне не за что извиняться! — младший Уизли настолько сильно взбесился и так активно открывал и закрывал рот, что слюна из его рта летела во все стороны. Послушав пару секунд его ор, я просто развернулся и ушёл, мне стало откровенно скучно. Решив наконец таки позавтракать, я позвал Кричера. — Что пожелает Лорд Поттер-Блэк-Певерелл-Гриффиндор… — Стоп! Не смей называть всех моих фамилий! Только Поттер, и когда умрет Сириус добавишь Блэк. И ещё пока что для всех я только наследник, поэтому будешь обращаться ко мне хозяин, но ещё раз повторю: после смерти Сириуса! — Я понял наследник, Кричер будет обращаться так. Так как наследник ещё не завтракал, еда ожидает его в комнате. — Спасибо Кричер, ты ответственный домовик, — и ухом не поведший Кричер никак не отреагировал, но я чувствовал что ему приятно. — Разрешите задать вопрос? — Разрешаю. — Кричер хотел бы знать когда умрет неблагодарный сын благородной хозяйки дома Блэк. И ещё Кричер чувствует что хозяин не такой, как другие. Ему не пятнадцать лет, как грязнокровке и предателям рода, от него веет тяжелой магией смерти, Кричер это ощущает. — Я понял тебя Кричер, если тебе так интересно, то Сириус должен погибнуть в середине этого года, а со своей магией я сам разберусь, если понадобиться твой совет, я обязательно обращусь. А теперь иди к себе, и лучше не высовывайся, никто не должен узнать что дом принял меня. В общем все основные пункты я выполнил. Кричер умный домовик, и знает себе цену, этим он мне и нравиться. Не то что Добби, из-за которого проблем не оберешься, но уверен там тоже все непросто, ведь домовик древнего рода не может просто взять и бросить хозяина. Здесь все очень запутано… Единственное не представляю как, буду жить этот месяц, если рядом постоянно устраивают какие-то скандалы. Я могу спрятаться в родовой библиотеке, но придётся объяснять где я пропадаю все время. Хотя с этим я уже точно разберусь, не маленький. Дойдя до своей комнаты, я наконец-то спокойно смог побыть в одиночестве. Все же находиться среди знакомых лиц, и слушать то, как они «заботятся» было не привычно. На кровати уже лежал роскошный завтрак, вот может же Кричер когда хочет, чего только не было на подносе. И свежий хлеб, с хрустящей корочкой, и нежной мякотью так и тающей во рту. Множество фруктов, разными цветами, пестрящие на блюде. Обычная, тем не менее вкусная яичница, и мой любимый кофе… его терпкий, чуть горьковатый вкус, я не люблю сладкий, но и горечь не по мне. Чистое, бархатистое и продолжительное послевкусие напитка приятно обволакивает горло. О Кричер, будь ты единственным кто мог готовить такой кофе, я бы пал к твоим ногам, но к сожалению, этому не суждено случиться. После ещё одной дополнительной чашки напитка, я направился в библиотеку. И как это не странно, не встретил там Гермиону. Пройдя до конца дальней стены, я завернул за один непременный шкаф, приложив окровавленную ладонь с небольшим, но глубоким надрезом к стене. Тут же появилась дверь, открыв ее я оказался там, в книжном раю. Библиотека Блэков была такой же темной и старинной, как и их фамилия. Огромные стеллажи из чёрного эбенового дерева высились высоко вверх, почти упираясь в потолок. Между ними лабиринтом уходили вглубь узкие проходы. Книжные шкафы были забиты древними мануалами, трактатами и рукописями в ветхих переплетах. Где-то в провалах полок уместились пыльные склянки, лампады, перья и чернильницы. Куда не ступи, скрипел паркет. Пахло пылью, бумагой и недавно жженым ладаном. От каждой книги исходит своя магия, я чувствую ее каждой клеточкой своей кожи, она пронизывает меня. Обожаю это чувство. Магия присматривается ко мне, ведь эти книги не предназначены для неспособных совладать с искушением с головой погрузиться в знания. Везде надо знать меру, если вовремя не остановиться, тебя засосёт в эту чёрную мглу. Хоть за триста лет я прочитал и не одну такую библиотеку, но я сумею найти интересные книги даже для такого «всезнайки» как я. Мой внутренний голос тихонько посмеивался над последним определением своих знаний, но обновить их мне не помешает, тем более скоро учебный год, и я как прилежный ученик прочту учебники заранее. Новый пункт сходить в Косую Аллею за приобретением вышеупомянутых и не только учебниках, был добавлен в моей голове. Но этим я собирался заняться только через пару дней, а сейчас, расположившись в удобном кожаном, немного потертом кресле, я погрузился в чтение древнего трактата о некромантии. ••• Оставшиеся дни до отъезда в Хогвартс пролетели стремительнее ветра. По началу меня постоянно доставали вопросами — где я пропадаю и как себя чувствую. На ответ, что я целыми днями сижу в библиотеке, Рон только с удивлением посмотрел на меня из-под чуть слишком сильно распахнутых ресниц, при этом не задумываясь, покручивал пальцем рядом со своим виском, открыто намекая на то, что со мной точно не всё в порядке. А Гермиона первые несколько дней незаметно и ненавязчиво, как ей казалось, проверяла меня на нахождение на четвёртом этаже, обложным всевозможными книгами, при этом каждый раз уходила с недоверчиво поджатыми губами, не веря в то, что в моих руках находиться учебник. Несколько раз она осмелилась напрямую подойти и бесцеремонно заглянуть в свиток, который я изучал в тот момент, и не удержав разочарованный вздох, протереть глаза, не поверив в реальность. Не в моих принципах обманывать людей, но в том свитке на самом деле не было написано о чарах и их применениях в жизни, это был заколдованный пергамент, чтобы особо любопытные личности, не прознали, что интересующие меня темы совсем не входят в программу пятого курса. На ее дальнейшие попытки застать меня скучающе сидящим у окна, я реагировал так же спокойно, не проявляя особого интереса, тем самым только подогревая ее сомнения насчёт моих действий. Но уже через неделю она окончательно успокоилась, и я смог полностью расслабиться, в облюбовавшим для себя мягком кресле. Не только друзья заметили необычное для прошлого меня поведение, даже взрослые, в особенности Молли, пару раз в день, неустанно спрашивали меня прекрасно ли я себя чувствую, и чем меня так могла заинтересовать «обычная» библиотека. К сожалению или наоборот, в доме на Гриммо я оказался единственным по достоинству оценившим ее величие. Только Сириус, иногда встречавший мой взгляд по пути туда, ободряюще подмигивал, слегка кивая в знак одобрения моих действий. С матерью семейства Уизли я разобрался в одно не очень солнечное и прекрасное утро, когда позавтракав и собравшись в библиотеку, меня остановили мягким, но в то же время требовательным голосом. Как оказалось сердце Молли не выдерживает и кровью обливается от того, что я не общаюсь со своими лучшими друзьями, а целыми днями учусь. — Ведь так нельзя, Гарри. Нельзя замыкаться в себе. Ты мне, как сын! Я не могу спокойно смотреть на это всё, — прижимая руки к сердцу, и суетясь вокруг стола, убирая посуду и вытирая стол одновременно, при этом неоднократно успев погладить меня по голове, щебетала миссис Уизли. — Я же вижу, как ты страдаешь. Меня в этом плане не проведёшь, я вырастила не одного ребёнка, Гарри, и понимаю, что тебе неудобно делиться своими переживаниями, так как ты просто не привык к этому, но ты знай, я в любой момент готова выслушать тебя, и даже советом помогу, — так как настроение было в конец и безвозвратно испорчено, я не церемонясь, придержав за фартук, мою «новоявленную» мать, тем самым остановив ее, выдал ей прекрасную версию о том как события в конце года, подтолкнули меня к мыслям о том, как важно не растрачивать отведённое нам время в пустую, а проводить его с пользой. — Миссис Уизли, после встречи с Волан-де-мортом лицом к лицу, — естественно от имени Того-Кого-Нельзя-Называть, Молли мгновенно потеряла свой запал, прижав толстенькие ручки к открытому во вздохе ужаса рту, тем самым пытаясь подавить испуганный писк. Чуть приподняв уголок рта на такую ожидаемую мной реакцию, я продолжил: — Это событие открыло мне глаза на то, что к следующей встрече я должен быть максимально подготовлен, ведь полагаться на то, что родители вновь помогут мне — глупо и нерационально. Реддл не напрягаясь мог убить меня, и осознание такой быстрой и бестолковой смерти дало мне осознание, что мои силы против его — ничто. А я бы хотел дожить до своего двадцатилетия в полном здравии, поэтому если у Вас нет больше никаких вопросов ко мне, я пойду, — слегка поклонившись, как того позволяли приличия и оставив стоять миссис Уизли в полном оцепенении прямо посреди кухни, я без промедления взметнулся вверх по лестнице, на самый верхний этаж. Там я застал своего рыжего друга, сидящего в моем кресле и недовольно поглядывающего на меня. Его руки теребили кончик пера, который он взял со стола, стоящего рядом. — Как ты так можешь, Гарри? Ты очень сильно изменился, к тебе со всей душой, а ты так… Ай, да зачем я все это повторяю, я неоднократно говорил что ты, стал более жёстким. Вспомни, как мы раньше постоянно обсуждали квиддич или играли в шахматы, теперь же ты только и делаешь, что сидишь за своими книжками! Разве ты не видишь? Ты стал как Гермиона! А то и хуже, она и то больше времени мне уделяет, чем ты! — отложив перо, Рон вскочил с места и подлетев ко мне, схватил за плечи, при этом немного потряхивая, будто пытаясь привести меня в чувства. От такого резкого посягательства на личное пространство, я опешил. — Рон, отпусти меня, — я говорил не повышая голоса, но с отчётливо слышимыми ледяными нотками в голосе. В этот же момент, Уизли отскочил от меня, при этом отдергивая руки, как будто ошпарившись. — Вот видишь, я тебе об этом и толкую, к тебе уже просто подойти нельзя, сразу же отталкиваешь и шипишь как змея. Но знаешь что? Ну и ладно, сиди себе тут и учись, а я буду проживать свою молодость весело и беззаботно, веселясь с настоящими друзьями! — видя как слова не производят на меня никакого эффекта, Рон пустил как видимо самый сильный по его мнению аргумент, после которого, я должен был броситься развлекать его, но опять-таки ошибся. Я не нанимался ему в няньки, Уизли достаточно взрослый, чтобы занять себя делом. Поэтому обогнув его, я поудобнее устроился в кресле, взяв при этом начатую вчера вечером книгу. Взглянув из-под ресниц на все ещё продолжающего стоять Рона, я заметил как все его лицо медленно, но верно начало приобретать алый оттенок, а радужка глаз сузились, тем самым выдавая злость своего обладателя. Выгнув левую бровь и приподняв подбородок, я уже прямо посмотрел на собеседника. Но видимо младший Уизли не понимает намеков, поэтому выдохнув, я решил пояснить недалекому человеку своё поведение. — Что-то ещё? Если ты не заметил — я занят. И у меня нет ни времени, ни желания слушать твои истерики, ты способен сам занять себя чем-нибудь, — мне откровенно надоедала сложившаяся ситуация, и я как можно тактичнее пытался выпроводить посторонних людей из помещения. Видимо вновь закончившийся словарный запас и не придумавший ничего лучше, чем просто развернуться и быстро удалиться, Рон выбежал, а я, в конце концов, оставшись один, позволил себе, не думая ни о чем, погрузиться в чтение книг. ••• За два дня до отбытия поезда с платформы девять и три четверти, я решился на разговор с Сириусом, все же не каждый день говоришь своему крестному, что он должен погибнуть от руки его же сестры, пусть и двоюродной. Найдя вечером Блэка, сидящего на диване напротив камина, со стаканом плескающейся янтарной жидкости в нем — в последнее время крёстный все больше и больше запивал одиночество алкоголем. Я присел рядом. Не сразу, но он обратил своё внимание на меня. Вначале его глаза немного расфокусированно смотрели сквозь меня, но уже через несколько секунд понимание и даже небольшая радость появилась в радужках его глаз. — Привет, Сириус, прости что отвлекаю, но у меня есть серьёзный разговор, поэтому если ты не готов сейчас внимать моим словам, прошу сказать сразу же, иначе все это бессмысленно, — я сразу же перешел к делу. Не в моих правилах отступать перед страхом. — О, ну если все так серьезно, — увидев все решительность, что плескалась в моих глаз, он сразу же подобрался и даже отставил стакан подальше от себя. Ещё раз внимательно оглядев Блэка и удостоверившись в его более или менее трезвом рассудке и уме, я продолжил. — Тогда слушай, разговор будет долгим, — не пошевелив и пальцем, я наложил на гостиную ряд заглушающих чар, не желая быть подслушанным. Крёстный оценил мое мастерство уделанным и одобряющим посвистыванием. — Даже не буду спрашивать, когда ты этому научился. Что-то мне подсказывает, что ты и сам мне все объяснишь, — ободряющая улыбка придала мне сил продолжить разговор. — Сразу предупреждаю, моя история может повергнуть в шок, но клянусь магией, что все мои последующие слава окажутся правдивыми, — в это же мгновение несильный поток магии подкрепил мою клятву, тем самым давая понять, что за нарушение — последует магический откат. И я начал свою историю. Я рассказал и про прошлую жизнь, и про пребывание в гостях у Смерти, и про месть, и про второй шанс. Сириус слушал очень внимательно, не перебивая, на моменте своей смерти он даже ухом не повёл, скорее всего от шока. Через пару часов, закончив рассказывать, я сидел и вглядывался в лицо слушателя, пытаясь по малейшим деталям оценить ситуацию и продумать действия наперёд. В заднем кармане наготове находилась палочка, так как стирать память дело сложное и трудоемкое, и без проводника я этим заниматься ни в коем случае не хочу, все же склонностей к ментальным наукам у меня нет. Посидев так пару минут и не увидев никакой реакции на свой монолог, я решил выводить крёстного из оцепенения. — Кххм… Сириус? Ты как? Не молчи, пожалуйста, а то я могу пожалеть о своём выборе, и вместо ответов на вопросы просто стереть тебе память, — видимо страх забыть эти пару часов правильно подействовал, Сириус тотчас же отмер, и первым делом приманив стакан, залпом осушил его. Ещё через пару секунд открыв зажмурившиеся глаза, хоть и притупленным взглядом, но вполне осмысленно посмотрел на огонь в камине. Смотрящими на языки пламени, мы просидели в тишине ещё пару минут, Блэк первым прервал эту тишину. — Знаешь… я тебе верю. И это не из-за магической клятвы, ты бы не смог все это выдумать. Также твоё поведение отвечает за слова. Каждое твоё действие, взгляд, слово, в них отражается намного больше, чем может показаться сначала. Я хоть и не имею большой опыт, но чуть-чуть разбираюсь в этом. Если приглядеться, то становится заметна твоя старость. Да, да именно, в твоём возрасте мальчишки бегают, играют, дурачатся, даже беря во внимание все остальные факты — детство, пророчество… Значит я должен умереть… — Прости, Сириус, но это так, тебе придётся принять это, иначе история может пойти совсем не так как надо, и… — теперь я в полной мере ощутил те чувства которые испытывал Снейп, посылая семнадцатилетнего мальчишку на смерть. — Я все понимаю… Гарри, раз так должно быть, раз сама Смерть назначала мне этот день, я прибуду в Министерство и сражусь с Беллой. Это будет честь для меня, — лицо мужчины было спокойно. Мягкие, как шёлк тени обрамляли его лицо, делая его более резким, и ещё более усталым. В этот момент чувство восхищения захватило все мое нутро, не каждый человек способен добровольно пойти на смерть, и пусть даже я был одним из них, это только даёт больше возможностей полностью понять и прочувствовать, как на самом деле нелегко далось принять это решение. — Я даже не знаю что сказать. Это сильный поступок и очень много значит для меня, и… — я не мог подобрать слова, от волнения я начал теребить край темно-синей рубашки, надетой мной сегодня утром. — Знаешь, Гарри, мне не так уж и сложно умереть. Не пойми неправильно, но я двенадцать лет просидел в клетке оторванным от жизни. За это время все мои друзья погибли, я остался один. Мне больше нет места здесь, лучше уйти, надеясь на то, что встречу их всех там, на небе, — грусть затопила его хриплый голос, а огонь отражавшийся в его зрачках, обдавал холодом. Он откинулся на спинку дивана, чуть согнув до этого ровные плечи, от чего весь его вид кричал о душевной тоске. Мне не хотелось ещё больше огорчать его, говоря о том, что все души после смерти оказываться далеко не на небе, а идут на перерождение или навсегда остаются в заточении. Ещё раз взглянув на крёстного, я понял что на этом разговор наш закончился, поэтому тихо поднявшись с места, и стараясь лишний раз не скрипеть половицами пола, я отправился отдыхать.