Вернуться, чтобы вновь полюбить тебя

Ровно через три недели в дом ворвались члены ордена Феникса. Произошло это поздно ночью, так как днём мы бы привлекли больше излишнего внимания. В чем проблема была просто выйти из дома и аппарировать до Блэк-Хауса, я не знаю. Но это ещё не все, помимо того, что они перепугали всю семью, так они даже не потрудились объяснить толком происходящее. Видимо слов: — Сейчас мы переправим тебя в дом твоего дяди, должно было быть достаточно. Через несколько мгновений оказавшись в старинном особняке, меня уже крепко прижимали к себе, при этом крича на весь дом: — Гарри! Гарри! Как мы тебя ждали! Все так по тебе скучали! — это была Молли, мать семейства Уизли. Не успев и шагу ступить, я оказался зажат в объятиях ее веснушчатых рук. — Ой, а что это у тебя с волосами? Не ожидав такого напора, я чуть было не пустил в неё Силенцио, настолько невыносимо было слушать ее визжащий голос. Выпутавшись из объятий и поднявшись наверх, я встретил Гермиону с Роном. После стольких лет я, успевший подзабыть их лица, сейчас с интересом вглядывался в детали. Раньше я не замечал каким количеством веснушек было обляпано лицо моего бывшего друга, при чем это именно уродовало его, потому что они были хаотично разбросаны по всему лицу, так же как и его брови, которые он постоянно дергал то вверх, то вниз. Гермиона же наоборот выглядела слишком по взрослому, я и раньше видел что она развита не по годам, но относил это только к знаниям, теперь же я начал замечать что для своих пятнадцати, ее тело выглядело на все семнадцать. Хотя чему тут удивляться если вспомнить третий курс, то есть год, который Грэйнджер пользовалась маховиком времени, не ознакомившись заранее с правилами и особенностями его использования, отматывая время назад, она не останавливала физическое развитие ее тела, так же при этом совсем не думая о том, что организму, тратившему в три раза больше энергии, и отдыха понадобиться больше. Видимо они уже собирались спуститься вниз, но застав меня чуть раньше не растерялись, и наперебой начали тараторить о том как же они соскучились, и что Дамболдор не разрешал им посылать даже маленькой записки. — Стоп! — через какое-то время, когда их голоса смешались в один комок, я решил прекратить их вещание. — Я прекрасно понял, что все это время Дамболдор запрещал посылать мне какую либо информацию. — Ну так это правда! — возмутился Рон, взметнувшись, от непонимания и не ожидания моих слов, он застыл с чуть приоткрытым ртом, а его рыжие брови были приподняты. — Я так и сказал. Если вдруг ты не понял, мог просто переспросить. Зачем было сразу наезжать? — я конечно знал, что Рон не отличается особым умом, но чтоб настолько… это и вправду удивило меня, хотя я не могу отрицать то, что в моих словах была крупица сарказма. Но он вряд ли мог расслышать ее. — Гарри, Рон, не ссорьтесь. Гарри мы так ждали твоего приезда, давайте пройдём в комнату и поговорим. Нам надо много чего обсудить. Особенно… — руки Герми в примирительном жесте застыли между мной и Роном, а она сама подступила к нам чуть ближе, дабы лучше контролировать возможный конфликт. Но это было бессмысленно, ведь я не собирался устраивать разборки на ровном месте, и никакой вспыльчивый характер Уизли не изменил бы ситуации. — Прости Гермиона, но как видишь сейчас не утро, а глубокая ночь, поэтому я собираюсь продолжить то, что успел начать. Спать. Всем до завтра, — отвыкший от такого напора и количества людей за один вечер, я быстро развернулся, и размеренным шагом отправился к себе. К счастью мне выделили отдельную комнату. Она оказалась достаточно большой. Массивная деревянная кровать, с резными ножками и спинкой, застеленная темно-синим бельём, с такими же иссиня-чёрным пологом, нависающим со всех сторон непроглядной пеленой, находилась прямо возле окна. Небольшой, аккуратный и светлый рабочий стол, так же украшенный всевозможными резными узорами прямо по дереву, примыкал к окну. Разбросанные перья и небольшой слой пыли, выдавал незнакомца писавшего за ним что-то. С другой стороны кровати стоял темный, широкий шкаф, дверцы которого при открытии или закрытии издавали не очень приятный, скрипучий звук. Так как я заранее знал что этой ночью мне придётся покинуть мою комнату, поэтому еще утром собрал вещи, иначе пяти минут мне не хватило бы ни на что. Быстро разложив все вещи, я лёг спать. Но вот заснуть сразу почему-то не получалось, хотя почему, этому есть логичное объяснение. Я думал. Да, по истечении трёхсот лет я наконец-то научился это делать. Все мысли витали около того, что я не знал говорить ли крестному о его скорой кончине или нет? Это был очень важный вопрос, так как при первом варианте, мне пришлось бы рассказать ему всю правду, естественно он может не поверить, но на такой расклад у меня есть прекрасный и проверенный Обливейт. Если же я промолчу, развития событий могут пойти не так как мне нужно, и в июне, в зале пророчеств моего крёстного может и не быть, а это важное и значительное событие в нашей истории, которое приводит к нужным мне последствиям. Не подумайте, я не желаю смерти Сириусу, но и со смертью играть не собираюсь, ему отмерено времени до лета, и это уже было решено. Порешив на том, что перед началом учебного года обязательно проведу разговор с Сириусом, сон поглотил моё сознание до следующего утра.