Переплетениями судьбы

Море теплое, тихое, размеренно бьется волнами о берег, смывая с него песок и переживания — с души Минхо. Джисон сидит на причале, оперевшись на руки и свесив ноги вниз. До воды еще прилично — несколько метров, наверное, но Минхо так лень растрачивать себя на мелочи, что он с легкостью отпускает эту мысль. Он подходит ближе, ступая бесшумно, — сланцы покачиваются в руке — но Джисон все равно слышит и оборачивается. — Мы здесь не были два года, да, хен? — негромко говорит он, принимая из рук старшего стаканчик с молочным коктейлем — рядом маленькое нешумное кафе. — А как будто совсем… совсем недавно все было. — Я думал о том же самом еще года полтора назад, — кивает Минхо, пристраиваясь рядом. — Кажется, в день, когда ты встал на костыли. — Ой, не напоминай, — со смешком отмахивается. Джисон льнет под бок, и Минхо не отказывает себе в удовольствии уткнуться ему в макушку, чтобы вдохнуть соленый морской запах — они купались в полдень и так и не сходили в душ, не вернулись домой. У моря дышится куда лучше, чем в комнате, где Джисон провел худший год своей жизни. — Все началось здесь и здесь же заканчивается, — продолжает задумчиво он. — Мы встретились, ты вырос, я тоже жил какое-то время. А в гугл-картах этого городка и нет. — Нам же лучше — больше достанется, — фыркает Минхо и перебирает высветленные пряди — чтобы не пугать бабушку, Джисон перешел на более спокойный цвет, хотя успел попробовать серый, черный и даже рыжий. — И вообще, почему заканчивается? Все продолжается. — Мм, — кивает Джисон. — Да, точно. Ты прав. — Потанцуешь со мной? Минхо отставляет напитки подальше от края причала и тянет в шутку сопротивляющегося Джисона на себя. Они оказываются прижаты друг к другу близко-близко, смотрят глаза в глаза и улыбаются. Минхо начинает двигаться, ведя их в каком-то неправильном вальсе. — Я отдавлю тебе ноги, — предупреждает Джисон и тянется за поцелуем. Минхо отвечает, медленно останавливаясь — даже танцам он не хочет отдавать то внимание, которым безраздельно владеет Джисон. Они отрываются друг от друга и продолжают, неспешно вальсируя куда-то от начала причала к его концу. — А помнишь, два года назад, — вдруг задумывается Джисон, и Минхо широко улыбается — он ждал этого вопроса, — ты пообещал мне рассказать секрет, когда я встану на ноги? — Помню, — почти урчит он. — Тогда чего ждешь? Минхо прикрывает глаза на мгновение и снова останавливает их. Кажется, увлекшись, они сошли на песок и дотанцевали до кромки воды, потому что теперь море ласково лижет пальцы. Он целует Джисона в губы. Целует в одну щеку, в другую, в смешно сморщившийся нос и зажмурившиеся глаза. Джисон пихается, ворчит, что Минхо слюнявый. — Я люблю тебя, — говорит Минхо наконец. — Вот и весь секрет. Джисон обреченно стонет. — И я опять его знаю, хен, — возмущается он. — Признавайся, ты просто выдумал мне его тогда как стимул? И сейчас сказал первое, что в голову пришло? — Неправда! Хотя тогда это и было первое, что пришло. Кажется, в тот момент я понял, что влюбился в тебя. — Тогда? Я ревел в три ручья и был опухшим, как после нескольких бутылок соджу. — Но я же знал, что у тебя не было соджу, — смеется Минхо. Джисон закатывает глаза и тянет старшего на себя. Они почти падают в воду, но все-таки сохраняют равновесие и мочат только кромку шорт; заходящее солнце красиво подсвечивает джисоновы волосы, создавая вокруг него подобие нимба. Минхо озвучивает это и получает сначала по голове, а потом поцелуй. Пожалуй, им стоит еще погулять, потому что с такими красными губами Джисона не пустят домой. — Я люблю тебя, — повторяет Минхо. — А я тебя — секрет, — фыркает Джисон, но смотрит нежно-нежно. Они дожидаются ночи, плюя на вечерний холод, и долго смотрят на небо, выискивая созвездия. Почти в полночь Йеджи присылает фотографию из студии, где девочки впятером корчат смешные, но усталые лица — после полутора лет стажировки в агентстве они наконец-то получают шанс на дебют, поэтому теперь изматывают себя тренировками. Минхо отправляет им по-отечески строгое наставление идти спать и отключает звук, переплетая с Джисоном пальцы. Он вдруг вспоминает кое-что забавное. — Знаешь, два года назад я ехал сюда, полный решимости завести отношения, когда вернусь в Сеул, — делится он. — Почему-то так всегда получалось, что каждый раз, когда я ездил домой, в моей жизни начинался новый виток чего-то… хорошего. Вот я и подумал — почему бы и не поставить себе такую цель. — Кажется, оно сработало, — с легким налетом удивления произносит Джисон. Потом, помолчав, добавляет: — Думаешь, когда мы вернемся, что-то тоже изменится? — Может быть, — пожимает плечами Минхо. — Но я как-то не волнуюсь. Самое главное я все-таки нашел. — И что же? — Тебя.