Your Daddy Knows (You're A Flame)

Суббота, 5 июня 2005 года

— С Днем Рождения тебя, — пропел Гарри, а Айседора села к нему на колени. Наконец наступило утро дня рождения Драко. На кухонном столе между ними стояла маленькая блестящая коробочка. Его официальная вечеринка должна начаться только через несколько часов, но Драко любит растягивать свои подарки на весь день, а Гарри любил потакать ему. Его муж ничего так не любил, как подарки и немного суеты. — Ты стареешь, это правда! Но мы безмерно тебя любим! С Днем Рождения тебя! — Следующим будешь ты, — предупредил Драко, смеясь. Гарри подумал, что он выглядит немного лучше, и больше не было никаких приступов тошноты. — Еще два месяца, и ты последуешь за мной в старческое слабоумие. Я старый, Поттер! Двадцать пять — и уже отец. — Драко протянул руку и взял первый из множества подарков, которые Гарри принес ему. — Время идет слишком быстро. — Драко сорвал оберточную бумагу. — А Хори Хори нож! — С резким вздохом удовольствия сказал Драко. Он повертел в руке японский нож с острым лезвием. — Именно это я и хотел. Похоже, мои постоянные намеки принесли свои плоды, Гарри! Спасибо, любимый. Я не могу дождаться, когда он будет испачкан в нашем саду. — Ну и каково это — быть двадцатипятилетним? — спросил Гарри, усаживая Изу в ее высокое кресло. — Ох, малышка Иза, — пробормотал Гарри, схватив дочь за руку. Их маленькая девочка очень увлечена глянцевой бумагой, покрывающей их стол, и она продолжала тянуться к ней, ее внимание полностью поглощено блестящей бумагой. — Это же бумага, Иза. Это не для еды. Маленькие ведьмочки должны нормально завтракать, — сказал Гарри, беря со стола ее тарелку с банановым пюре. Он ловко зачерпнул еду маленькой ложечкой и просунул меж ее губ. Их малышка больше не нуждалась в помощи, и Гарри знал, что скоро она сможет сделать первый неуверенный глоток. С каждым днем Айседора становилась все более самостоятельной. — Не так уж сильно отличается от двадцати четырех, — ответил Драко, положив острый садовый инструмент высоко на полку и заклинанием перенеся оберточную бумагу в мусорное ведро. Айседора была не в восторге от того, что та исчезла. Она нахмурилась, бормоча свое раздражение своим папам. — Сегодня у тебя будут другие развлечения, ma petite cherie, — ласково сказал Драко, протягивая Гарри ее подогретую бутылочку молока. Это взбодрило ее, и Иза с энтузиазмом проглотила его. Хотя уже съела большую часть своего бананового пюре. Драко радостно посмотрел на мужа. — А потом, когда наступит сентябрь, у этой малышки тоже будет день рождения. — Драко пощекотал Изу прямо под ухом. — Ты станешь именинницей, моя дорогая. Нам придется устроить ей большую вечеринку, Гарри. Вечеринка в саду, как было у меня, когда я был маленькой. Гарри улыбнулся, забавляясь предложением Драко. — В Сентябре? Будет слишком холодно. Меня бросает в дрожь при одной мысли об этом, — Гарри наклонил ложечку чтобы Изе было удобней. Аппетит у нее все время рос. Гарри посмотрел на мужа, насмешливо приподняв бровь. — И я никогда особенно не доверял тем павлинам, что расхаживают вокруг твоего поместья. — Он поскреб ложкой по краю миски и отправил последний кусочек банана в рот Айзы. — Неужели прошел почти целый год? — громко удивился Драко, собирая тарелки. Он положил их в раковину и наложил заклинание, чтобы вымыть и высушить их. — Мерлин. Кажется, что с тех пор, как она родилась, прошло совсем немного времени. — И все же это был лучший день в моей жизни, — вспомнил Гарри. Их дочь опоздала на несколько дней, и их маги-акушерки подняли шум по поводу индукции и кесарева сечения, хотя Драко этого не хотел. В конце концов, День Рождения Айседоры начался с того, что раздраженный, несчастный Драко отправил Гарри на работу только для того, чтобы позвать его через три часа. Драко проводил все время в саду в поместье, пытаясь подрезать их старое Виггентри, и был поднят на цыпочки, пытаясь срезать упрямую ветку, когда у него внезапно отошли воды. Однако Драко намочил свою одежду, напугав бедную эльфийку — которую Нарцисса послала шпионить за ним — до потери сознания, и уже через десять минут у него начались сильные схватки. Айседора родилась в тот же день в акушерском отделении больницы Святого Мунго. Их малышка была липкой и громко кричала, оскорбленная тем, что ее выселяют из ее очень уютного дома, но ни одна из этих вещей не имела никакого значения. И он, и Драко рыдали, когда ее положили в ожидающие объятия Драко, и Гарри обнаружил, что не может оторвать от нее взгляд. Даже сейчас воспоминание было сильным, живым и все еще заставляло все его тело дрожать от волнения. — И мой тоже, — согласился Драко. Он наклонился и поцеловал кудрявую голову Изы. — Ну, по большей части это было довольно унизительно и определенно болезненно, но когда она наконец решила появиться, она стала всем, что я хотел пусть и не знал. Гарри играл с ободком своей кружки. На ней его любимая фотография: Драко на пляже в Брайтоне, его светлые волосы все еще коротко острижены, когда была сделана фотография. Драко на кружке снова и снова подмигивал своему Гарри, капризный и милый. Возможно, именно в этот момент Драко расскажет ему о своей беременности и признается, что уже несколько дней водит Гарри за нос, притворяясь, что ничего не замечает. Но Драко ни словом не обмолвился о своей беременности. Все, что он сделал, это забрал Айседору с ее высокого стула и посадил к себе на бедро, потирая ей спину, чтобы заставить отрыгнуть. — Так-то лучше, — сказал Драко, прежде чем перевести взгляд на Гарри. — Нашему маленькому пушистику нужно сменить подгузник. — Драко, сморщив нос и направляется к двери. — Я собираюсь вымыть ее и переодеть, дорогой. Я не задержусь надолго. И не важно, что Драко все еще ничего не замечал. К концу сегодняшнего дня, когда Драко исполнилось двадцать пять, Гарри собирается сообщить своему мужу об их будущем ребенке. Как только он убедился, что белокурый волшебник наверху, Гарри бросился к своей Аврорской сумке. Он собрал три дополнительных подарка на День рождения, которые купил на Диагон во время ужина накануне. Взмахом волшебной палочки они были возвращены в натуральную величину, Гарри быстро спрятал их за спинку дивана, где Драко не увидит их. Если эти особые подарки не помогли Драко увидеть правду о новом маленьком человеке, растущем в его животе, то Гарри не уверен, что поможет. Наверное, только поход в чертов кабинет ведьмы-медика и положительный тест в руке. Гарри только надеялся, что Драко будет так же рад их ребенку, как и он, и что он не игнорирует симптомы, потому что на самом деле не хочет в них верить. Гарри подумал, что его мужа, возможно, даже забавляет то, какой он наивный. Гарри улыбнулся этой идее. Их друзья любили дразнить Гарри по поводу его рассеянности, но это бестолковость на совершенно другом уровне. Гарри планировал дразнить Драко из-за пропущенной беременности до конца их жизни.

~*~*~

Часы дня рождения Драко пролетали так же быстро, как и любой другой выходной, и казалось, что совсем не прошло времени, прежде чем Гарри сотворил заклинание Темпуса и в панике осознал, что уже почти полдень. Драко деловито жарил картошку, шинковал зеленую фасоль и проверял, работают ли на кухне заклинания которые он установил. Он выгнал Гарри, заявив, что тот-гигантский болван, который сделал своей жизненной миссией стоять там, где больше всего мешал Драко. Однако Гарри не возражал против нрава Драко. Ему нравилось играть с Айседорой и следить, чтобы она не слишком растрепалась перед приходом гостей. Их лучшие друзья привели своих детей, чтобы отпраздновать День Рождения Драко, и они также ожидали Андромеду, Тедди и Нарциссу. Это необычно для семьи Поттер-Малфой, принимать так много людей сразу, и поэтому Гарри пришлось магически расширить их столовую до смешных размеров. Гарри поменял топ Айзы на первый из особых подарков Драко. Хлопковый мягкий джемпер, который он заметил в магазине Глэдрагс, и Гарри рад видеть, что он идеально подходит к ее миниатюрной фигуре. Подол украшен кольцами для квиддича, а также вышитая надпись гласила: «старшая сестра-хранительница». Это драгоценная вещь, которую Драко счел бы сентиментальной и маггловской, но Гарри не мог себе представить, как послание не дошло бы до его мужа. Он очень надеялся, что джемпер Айседоры наконец-то сделает свое дело. Иза знала, что сегодня особенный день, и ее настроение было восхитительным. Она подняла глаза, одарила Гарри улыбкой, и он подтолкнул к ней маленькую модель Хогвартс-Экспресса. Однако маленькая ведьма не слишком интересовалась своим игрушечным паровозиком. Она хотела своего второго папу и торопливо ползла к двери, ее сильные маленькие руки и ноги двигались в тандеме, чтобы как можно скорее прийти к Драко. Гарри колебался, пораженный ее решимостью. Он совершенно не знал, остановить ее или отпустить и посмотреть, как быстро она доберется до места назначения. Время от времени она кричала «Папа» во весь голос, пока ползла, так что у Гарри не оставалось сомнений, кто ей нужен. Он втайне думал, что их девочка непременно попадет в Гриффиндор. Айседора, без сомнения, самое решительноемаленькое создание, которое когда-либо жило. — Ах ты проказница! — крикнул Гарри, догоняя ее, чтобы пощекотать. — Я догоню тебя, малышка-Иза, — Гарри выскочил в коридор, задержавшись, чтобы посмотреть, как Иза поднялась держась за край шкафа для метел. Маленькая ведьма зашаркала на своих толстеньких ножках. Сердце Гарри подпрыгнуло к горлу, когда он понял, что произошло важное событие. Их маленькая дочь собиралась сделать свой самый первый шаг. — Драко, — крикнул Гарри достаточно громко, чтобы блондин его услышал из-за шума готовящегося ужина. — Давай скорее, любимый! Ты должен это увидеть! Драко высунул голову из дверного проема в самый нужный момент. Айседора вытянула ногу и сделала один дрожащий и очень шаткий шаг. Она ахнула от счастья и тут же упала, весьма удивленная криками и радостными возгласами своих отцов. Драко резко поднял ее с пола и поцеловал. Непрошеные слезы потекли по лицу блондина, и Гарри повел Драко к дивану в гостиной, все еще держа Айседору на руках. — Не плачь, милый, — сказал Гарри, присаживаясь рядом. Эмоции Драко часто были очень бурными, когда он беременен, и Гарри знал, что он плакал над пролитыми ингредиентами зелья или совиной открыткой, полученной от одного из их друзей. Айседора подняла глаза со своего места на коленях Драко, пытаясь понять, что же она сделала не так. Ее зеленовато-серые глаза широко раскрыты, и она похлопала его по груди, пытаясь утешить. Драко вытер глаза тыльной стороной ладони и шмыгнул носом, прежде чем заговорить. — Она взрослеет, — сказал он, делая неглубокий вдох. — В это же время в следующем году она будет бегать. Иса больше не наш ребенок. — Но, конечно, это так! — улыбнулся Гарри. Он обнял свою семью и поцеловал Драко в щеку, смахивая слезы. — Ты действительно говоришь глупости, Малфой. — Он наклонился и поцеловал Изу в макушку, обращаясь к ней, но на самом деле обращаясь к своему мужу. — Ты можешь быть большой девочкой, но ты всегда будешь нашим ребенком. Драко, казалось, успокоился от слов Гарри. Он смахнул последнюю слезинку с уголка глаза и прижал маленькое тельце Айседоры к своей груди. — Наш очень умный ребенок. Делаешь свой первый шаг в мой день рождения, ma petite cherie? Это очень умно. Это твой подарок мне на день рождения? Мне не терпится рассказать об этом твоей бабушке. Она будет счастлива… — Годрик, — прервал его Гарри, и в его мозгу внезапно вспыхнула яркая мысль. Он точно знал, что подарить Драко в следующий раз. — Тебе вовсе не обязательно говорить об этом Циссе, дорогой! Не тогда, когда ты мог бы показать ей. — Гарри взял Айседору из рук Драко. — Ты проскальзываешь обратно на кухню и останавливаешь ужин. У меня есть еще один подарок на твой день рождения, когда ты вернешься. Драко выглядел немного настороженным, но он сделал то, что ему было сказано, и Гарри достал подарок на день рождения Драко из тайника за диваном. Это был гораздо более сложный и более крупный подарок, чем маленький джемпер Изы, и Гарри пришлось съездить в Гринготтс, чтобы забрать небольшую сумку с галеонами. Но оно того стоило, и Гарри почувствовал, как внутри у него все сжалось, пока он ждал возвращения Драко. Айседора взволнована прикосновением папиной магии к ее коже и видом атласной серебряной бумаги, а маленькая девочка хлопала в ладоши, бормоча и крича, когда Драко вернулся через дверь. — С Днем рождения, Драко, — сказал Гарри, кивнув на подарок, лежавший на боковом столике. — Это что-то особенное, дорогой. Это для всех нас. Драко ухмыльнулся и без дальнейших церемоний развернул подарок. Он оторвал полоску тонкой бумаги ручной работы и протянул ее Гарри. Айседору гораздо больше интересовал звук, с которым Гарри комкал бумагу, чем серебряный Омут памяти, который спрятан внутри. Драко выглядел совершенно ошеломленным подарком. Он открыл было рот, но тут же закрыл его, лишь покачав головой. — Тебе нравится? — спросил Гарри. — Я увидел это и не мог не купить, дорогой. Я хочу наполнить его всеми нашими чудесными моментами, — сказал он, торопливо выговаривая слова. Гарри осторожно положил Айседору на ковер и обнял Драко за плечи. Он мог сказать, что Драко немного шокирован подарком, но не мог винить его. Гарри сам себе удивился. Конечно, они с Драко всегда бережно хранили все свои воспоминания, но единственным место, где они могли их увидеть — поместье. Поттер-Малфои всегда использовали думосвод, который был в семье Драко на протяжении дюжины поколений. В один прекрасный день он был бы в их распоряжение, но, надеялись, это произойдет не раньше, чем через много лет. К тому времени их дети уже давно окончат Хогвартс. — Я знаю, это много, любимый, — сказал Гарри, — но эта идея пришла мне в голову, и я не смог устоять! Я не пытался заменить твою семью, любимый… Я просто хотел, чтобы мы могли смотреть воспоминания, когда нам захочется. Как и первый шаг Исы. — Гарри позволил своей руке скользнуть вниз, чтобы обхватить маленький выпуклый живот Драко. — И если я не ошибаюсь, у нас будет возможность добавить еще несколько замечательных воспоминаний к ним в течение следующего года, Драко. Я думаю, что есть кое-что, о чем мы должны поговорить… Гарри мог бы тогда рассказать Драко все — слова вертелись у него на кончике языка, но Айседора решила, что именно в этот момент ей нужно попробовать съесть кусочек серебряной бумаги, усеявшей их пол. У Драко было шестое чувство на уловки их маленькой дочери, и через полсекунды он вырвался из рук Гарри и поднял Изу с пола. Он осторожно вынул листок бумаги из ее рук и уничтожил его магией. — Это плохо для твоего животика, — предупредил Драко, целуя ее в лоб. Он посадил ее себе на бедра и снова посмотрел мягкими серыми глазами на Гарри. — Посмотри, что нам принес твой папа, малышка. Омут памяти! Когда ты немного подрастешь, я покажу тебе, как им пользоваться. Ты сможешь увидеть себя, когда впервые пришла в этот мир. — Голос Драко слегка дрогнул в конце, и он закашлялся, прежде чем снова заговорить. Он был явно переполнен эмоциями. — Это просто замечательно, Гарри. Это должно было стоить тебе половину твоего хранилища. — Оно того стоило, — сказал Гарри. Он как раз собирался заговорить снова, когда Драко рассмеялся, держа Изу и рассматривая ее джемпер. Он покосился на надпись, и в замешательстве нахмурился. Потом снова рассмеялся. — Старшая сестра-хранительница? — спросил Драко, притягивая малышку к груди и покачивая ее. — Гарри, я так люблю тебя, но я подозреваю, что ты понятия не имел, что написано на этом джемпере, когда купил его? — Он широко улыбнулся и добродушно закатил глаза. — Типичный Поттер. Прыгаешь вперед не раздумывая. Может быть, тебе нужно еще раз проверить свои великолепные глаза. Ты увидел кольца для квиддича и просто взял ее, а? Тело Гарри ощущалось так же, как в тот раз, когда он был пойман Петрифекус Тоталус во время рейда. Ему хотелось крикнуть Драко, рассказать об их ребенке и заставить его увидеть то, от чего он отказывается. Эти слова так и вертелись у Гарри на языке, но, хоть убей, никак не могли вырваться из его горла. Вот и все. Он больше не будет пытаться. Драко не показывал и не рассказывал, и даже самые очевидные намеки не проникали в его толстый аристократический череп. Блондин, конечно же, ничего не знал о внутреннем кризисе Гарри. Драко слишком занят, танцуя с Айседорой, нашептывая ей на ухо о ее глупом, замечательном папочке Гарри, говоря, как он близорук, и что бабушка Цисси скоро будет здесь. Гарри находил всю эту ситуацию невероятно неприятной. Даже когда улика прямо перед его лицом, Драко отказывается смотреть. К тому времени, когда Гарри наконец обрел дар речи, было уже слишком поздно что-либо говорить. Их каминн зазвенел. Пришли Рон, Гермиона и Роза, стряхивающие пепел с плеч и сжимающие подарки для Драко. Не прошло и нескольких минут, как их дом был до краев заполнен всеми теми людьми в их жизни, которые имели самое большое значение для Гарри и Драко. Момент упущен, и их короткий разговор о джемпере Изы забыт Драко. Едва выйдя из камина, Нарцисса протянула к ней руки, и лицо ее засияло от радости, как только она увидела свою внучку. Иза счастливо извивалась, угощая всех громким «Баба-ба», что заставило компанию рассмеяться. — Боюсь, я не могу предложить вам ничего даже наполовину приличного выпить, — объяснил Драко, приветствуя Нарциссу объятием и поцелуем. — Я проверил винную полку и обнаружил, к моему крайнему удивлению, что Поттер убрал все бутылки. Сегодня у нас только сливочное пиво и сок. — За последние несколько недель в Аврорате было много дней рождения, — соврал Гарри, смущенно пожав плечами. — Ты же знаешь, как это бывает. Я все время брал бутылки с собой на работу и забывал их заменить.

~*~*~

Даже с помощью магии приготовить ужин для двенадцати человек оказалось не самой легкой задачей. Гарри установил нагревательные чары на все блюда, и они с Драко работали вместе, следя за тем, чтобы у всех взрослых было одинаковое количество овощей, мяса и соуса на тарелках. Сервировка ужина для Айседоры, Мейв и Розы — работа Драко, и их тарелки в данный момент стояли охлажденными в стороне, их маленькие порции мягких овощей были гораздо более управляемыми. — Мерлинова задница, — прошипел Драко, зацепив большим пальцем сковородку с жареной картошкой. — Я не стал бы магглом и за все галеоны в моем чертовом хранилище. Как они обходятся без магии, я понятия не имею. Даже Гарри, ветеран дюжины званых обедов Дурслей еще до того, как узнал, что владеет магией, мог посочувствовать удивлению Драко. Его муж немного ошеломлен множеством приготовленных блюд, поэтому Гарри кивнул на тарелки детей. — Ты можешь сделать для них пюре из детской еды? — спросил Гарри у Драко. — Но оставь кусочки побольше для Розы. Ты же знаешь, как она иногда суетится. Гарри наложил заклятие на разделочный нож, и тот стал отрезать тонкие ломтики говядины. Пахло вкусно, и у Гарри заурчало в животе. Прошло уже несколько часов с момента завтрака, и ни один из них много не ел от волнения. — Типичная маленькая Грейнджер-Уизли, — пошутил Драко, давя морковь и пастернак в пюре. Он положил ложку на мягкую картофелину и добавил еще немного подливки. — Интересно, она уже привыкла к мысли, что будет старшей сестрой? Пять галлеонов на то что она скажет это маме и Тедди за ужином. — Это точно, — согласился Гарри. Он наложил заклинание левитации на обеды и взмахом палочки заставил все тарелки аккуратно проскользнуть в столовую. Драко последовал за ним, держа в руках детские тарелки. Прошло совсем немного времени, прежде чем два волшебника поставили тарелки каждого на отведенное им место за столом. Гарри трансформировал шезлонг во второй стульчик для кормления для Мэв и поставил его рядом с Айседорой. Конечно, им придется купить новый стульчик для кормления новорожденного, а затем снабдить его обычными защитными чарами. Эта мысль заставила грудь Гарри выпячиваться от счастья. Он представил себе, как они вчетвером сидят за чаем, они с Драко обмениваются сплетнями о прошедшем дне, а Айседора играет с новорожденной, блестящая старшая сестра, которой, как знал Гарри, она и станет. Драко окликнул их гостей, и они прошли в столовую, полные комплиментов по поводу праздника, который Драко так усердно готовил. — Все обеды одинаковы, — сообщил Гарри их семье и друзьям. — Так что, пожалуйста, наслаждайтесь. Вы все желанные гости. Когда они приступили к еде, Драко посмотрел на Тедди Люпина. — Но не волнуйся, Тедс, я пропустил зеленые бобы на твоей. Я знаю, что ты не очень-то его любишь. Признаюсь, я тоже ничего не положил на свой ужин, — сказал Драко своему кузену. — Я должен признаться, что использовала амулет, когда готовила их. В их запахе было что-то такое, что не слишком хорошо влияло у меня в животе. — Это тот самый маггловский грипп, на который ты жалуешься уже почти месяц? — спросила Нарцисса, усаживая Айседору на высокий стул. Она наложила на одежду маленькой ведьмы отталкивающие еду чары, прежде чем одарить Драко очень недоверчивым взглядом. — Я не могу поверить, что ты до сих пор не ходил в Святое Мунго, Драко, дорогой. Кажется, в Лондоне почти не осталось продуктов, от которых в последние недели не выворачивало бы желудок, дорогой. Даже с заклинанием расширения Гарри было довольно тесно за столом. Пэнси сидела слева от дочери, восторженно расхваливая стряпню Драко. — Обычно она такая чудачка, — призналась Пэнси, разминая кусочек своей картошки, чтобы дать Мейв второе блюдо. — Но мне кажется, что у тебя волшебный нюх. Айседора тоже быстро расправлялась со своим ужином, и Гарри почувствовал умиротворение при виде этого зрелища. С того момента, как Драко узнал, что беременен, он поклялся, что приготовит для Айседоры столько еды, сколько сможет. Нарцисса хотела, чтобы они взяли одного из эльфов Малфоев, но Драко отказался и от их помощи. — Когда я рос, я ничего не понимал в еде, — сокрушенно признался Драко. — Мне было лет шесть и я даже не заметил, что в поместье есть кухня. — Гарри знал, что вся тяжелая работа Драко того стоила. Их маленькая дочь цвела, и он не сомневался, что их будущий ребенок тоже будет счастлив. Драко был в своей стихии со своей дочерью, воплощение настоящего отца. Все непринужденно болтали за едой, и Рон рассказывал всем последние сплетни ДМП о братстве истинно магии. — Робардс был прав, как всегда, — объяснил Рон сидящим за столом. — Он чертовски умный мерзавец. Ничто не проходит мимо него. Этот профессор зелий провел всего одну ночь в Азкабане, прежде чем был готов пролить котел на каждого в своей банде… Не то чтобы мы действительно нуждались в признаниях. У этого проклятого придурка был список контрабандных ингредиентов, пока его палочка была заперта в его лаборатории зельеварения в Шармбатоне. — Он сделал паузу, делая глоток сливочного пива. — Жаль только, что нам пришлось передать это дело в Департамент магии и правосудия. Не знаю, как насчет Гарри, но мне бы хотелось довести дело до конца. Драко рассказал друзьям и родственникам о том, что Гарри принес для их семьи, о том, как Иза делает свои первые шаги, и о состоянии различных растений, цветущих в его саду. Гермиона взволнованно показала всему столу крошечный снимок, сделанный в Маги-акушерском отделении Святого Мунгоса. Похоже, Гарри уже проиграл пари. Роза рассказала всем о своей младшей сестре еще до того, как начался праздничный ужин. Вскоре еда, которую Драко любовно готовил часами, была съедена. Все были полны комплиментов для шеф-повара, и Драко принял их все изящно. Айседора радостно хлопала ладонями по спинке высокого стула, улыбалась всем тем, кого любила, и посылала им воздушные поцелуи. Весь ужин был теплым и искренним, как и все, что Гарри хотел получить на особенный день рождения своего мужа. Он обошел вокруг стола, снял Айседору с ее высокого стула и взмахом волшебной палочки убрал отталкивающее еду чары. Гарри усадил Изу к себе на колени, превратив горшочек с перцем в игрушечную лягушку, чтобы развлечь ее и дать Драко немного передохнуть. — Надеюсь, все оставили немного свободного места, — объявила Нарцисса, когда Драко вернулся, убирая использованные тарелки. — Потому что я привезла из поместья трехслойный шоколадно-марципановый торт. Это был самый любимый торт Драко, когда он был маленьким. По щелчку ее изящных пальцев посреди стола материализовался гигантский десерт, и даже Гарри почувствовал некоторое благоговение при его виде. Покрытый толстым слоем роскошного шоколадного соуса, и, пока он смотрел на нее, его теща достала из глубины сумочки набор тарелок. — Помнишь прошлый день рождения? — спросил Драко у Гарри, улыбаясь мужу и нежно сжимая его колено. — Мама велела эльфам приготовить мне шоколад и марципан? Но я был беременн Айседорой? А марципан оказался просто отвратительным. — Он откинулся на спинку стула и щедро набил вилку сладким лакомством. — Я рад, что в этом году получу удовольствие от своего праздничного торта! Я съем несколько кусочков, Поттер… Может быть, даже трикусочка. Наверстаю упущенное за прошлый год. Без дальнейших церемоний Драко съел большой кусок. Он поморщился, его кожа побелела прямо на глазах. Он заставил себя сглотнуть и сделал большой глоток воды, прежде чем закашляться. — Это отвратительно! — прошипел он шепотом. — Чертовы мамины эльфы! Это как тот чертов чизкейк… На вкус почти так же плохо, как и раньше? Когда я был беременн Изой и не мог… не мог… О… Мерлин, Моргана и все божества! — Серые глаза Драко комично округлились, челюсть отвисла, и в его сознании сложилась дюжина тонких и не очень тонких намеков и знаков. — Старшая сестра-хранительница? Цирцея, Поттер! Я чертовски беременн! Я беременн, и ты прекрасно это знаешь. — Ну наконец-то! — рассмеялся Гарри. Айсидора чувствовала, что происходит что-то волнующее, и подпрыгивала от возбуждения, размахивая своей игрушечной лягушкой в сторону Драко и крича во весь голос: «Да-да!» — Я знал любимый, — признался Гарри. — Неделю. Пару раз я пытался тебе сказать, но ты, похоже, не желал меня слушать. Для такого непревзойденного слизеринца ты был восхитительно невежественн во всем. Я знаю, что это сюрприз, но я думаю, что это блестящая новость, Драко. К этому времени остальная часть стола погрузилась в молчание, все их друзья и родственники бесстыдно подслушивали их разговор. Нарцисса встала, забрала Айседору из рук Гарри. Их маленькая девочка нервничала, не понимая, почему взрослые вокруг нее притихли. — Спасибо Мерлину за маленькие милости, — сказала Нарцисса, наклоняясь, чтобы поцеловать белокурую макушку сына. — Я уже несколько дней жду, когда ты позвонишь и скажешь, что снова в положение. Это было совершенно очевидно с тех пор, как ты чуть не потерял сознание от запаха сандвичей с креветками бедняжки Элси. Бедняжка была совершенно безутешна. — И я пыталась сказать тебе об этом почти две недели назад, дорогой, — засмеялась Пэнси, успокаивающе положив руку на плечо своего лучшего друга и на мгновение отведя встревоженный взгляд Драко от Гарри. — Ты был гораздо более эмоциональным, чем обычно, — продолжила она, ее мягкий голос успокаивал Драко и выводил его из паники. — Плакал над фотографиями. Даже плакал при виде наших детей, играющих вместе. Должна признаться, я подумал, что эти признаки довольно безошибочны. По правде говоря, я была так же близка, как крыло феи, чтобы сказать на барбекю, дорогой… Я могла бы, я бы так и сделала, если бы Поттер нас не потревожил. — Ох уж эта сраная борода Годрика, — вздохнул Драко. Он убрал руку из-под руки Пэнси и потер свое лицо, шок, волнение и тревога боролись за то, чтобы стать заметнее. Он покачал головой, бросив на стол печальный, измученный взгляд. — Вы все мерзавцы, что ничего мне не говорили. Я с трудом могу поверить в это, но все же это было прямо передо мной все это чертово время. — Он посмотрел вниз и нерешительно обхватил ладонью небольшой выпуклый живот. — Буквально передо мной! Я едва могу смириться с тем, что ничего не заметил. Затем Гарри встал, отодвинув свой стул назад. Он не мог вынести еще одной секунды, не взяв на руки своего замечательного, смущенного, беременного мужа. Он поднял Драко на ноги и обнял его, не обращая внимания на то, что все смотрят на них. — Все так же, как и раньше… Те же самые отвращения к еде, те же самые боли и страдания, — Гарри опустил руку и положил ее на поясницу Драко. — Засыпаешь от одного взмаха палочки… И всегда бегал в туалет. Я понял это только на прошлой неделе, — признался Гарри. — Когда я нашел тебя дремлющем на диване. — Боги, — выдавил Драко едва слышным шепотом. — У нас действительно будет еще один ребенок. Изе еще нет и года. Мерлин. Это будет нелегко… И она будет очень занята, бегая вокруг, а я стану очень большим и… — слезы наполнили его глаза, и Гарри почувствовал, что тело его мужа дрожит. — А мы действительно справимся? Я знаю, что это то, чего мы хотели, но все произошло так быстро. — Да! — ответил Гарри, наклоняясь, чтобы поцеловать обе покрасневшие щеки Драко. — Конечно, мы справимся. Я постараюсь сократить свое рабочее время и побольше бывать дома. Айседора — самая яркая звезда в нашем небе, любимый. Это как я уже говорил раньше: любовь расширяется, и я уже очень люблю нашего нового ребенка. — Гарри прижал к себе тело Драко. — А этот ребенок? Он — часть тебя, Драко. — Он положил другую руку на талию своего возлюбленного. — Как же я мог не знать? Драко повернул своего мужа к семье и друзьям, которые окружили их, все их глаза были направлены на пару волшебников. — И мы здесь не одни. У них будет самая лучшая бабушка… — А еще тетушки, дядюшки и кузены! — вмешалась Пэнси. — Ты же не один, Драко! Тебя любят гораздо больше, чем ты думаешь. — Поздравляю! — крикнул Тедди сбоку от Энди, и его волосы стали ярко-оранжевыми от радости. — Почему все плачут?! Разве это не самая блестящая новость? Это просто означает, что я получу еще одного племянника которого смогу испортить! Драко разразился потоком слез, уткнувшись лицом в шею Гарри, и комната просто взорвалась восторгом, все обнимались, пожимали руки и целовались. Мейв и Айседора начали всхлипывать, встревоженные и расстроенные шумом и внезапной спешкой. Однако Нарцисса взяла ее на руки, тихонько шепча слова утешения в крохотное ушко Изы. Гарри знал, как много для нее значит семья, и знал, что на свете нет другой бабушки, которая любила бы его детей так, как она. — Скажи мне, если ты не счастлив, — прошептал Гарри, изо всех сил держась за своего мужа. — Я знаю, что это шок, дорогой. Я не хотел, чтобы ты узнал об этом, и я… Ну, я знаю, что должен был сказать тебе сразу… Прости, Драко. Я собирался сказать тебе об этом в тот же день, но потом это дело о контрабанде… Ты заслужил знать первым, и мне очень жаль. Я не дал тебе достаточного выбора. — Сейчас все это не имеет значения, — ответил Драко, пока Гарри помог ему сесть обратно. Он все еще немного дрожал и шокирован, и последнее, что Гарри хотел, чтобы он упал в обморок. Гарри сел рядом, и они переплели пальцы. Сегодня он казался немного более явным, как будто их будущий малыш хотел заявить о себе на День рождения Драко. — Это действительно происходит, — усмехнулся Драко, его щеки вспыхнули румянцем. — У меня будет еще один ребенок. У тебя будет ребенок, Поттер. Это лучший подарок на день рождения, который я мог бы попросить. — Я люблю тебя, — сказал Гарри, наклонившись, чтобы запечатлеть нежный поцелуй на губах Драко. — Я люблю тебя всем своим существом. Ты, Айседора и наша новая малышка. Эта жизнь, которую я разделяю с тобой? Это все, что мне когда-либо было нужно.

~*~*~

Гарри закрыл за собой дверь гостиной. После грязного и очень сладкого куска шоколадного и марципанового торта, слишком много игры и поддразнивания со стороны дяди Тедди и слишком много событый, Иза с трудом уснула. Для этого потребовалась вся изобретательность Гарри, его самые теплые объятия и все традиционные колыбельные, которые Драко знал с детства. В конце концов их малышка успокоилась, ее крошечные ресницы затрепетали. — Она наконец заснула, — сказал Гарри. — Значит, у нас наконец есть несколько минут наедине. Гарри ушел предварительно установив на детскую чары охлаждения и защиты. Он легко спустился по лестнице, благодаря тренировкам в Аврорате он смог уйти тихо и бесшумно. Он скользнул на диван рядом с Драко и обнял мужа за плечи. Все в их комнате казалось безопасным и знакомым: сумерки, надвигающиеся из сада, и нежный свет волшебной палочки, освещающий десятки фотографий. Была только одна вещь, которая отличалась. Рука Драко теперь лежала на его маленьком округлом животе. Он не мог перестать прикасаться к нему с самого обеда, его прекрасное лицо было изумленным и почти ошеломленным. Оглядываясь назад, казалось, что маггловский грипп имел гораздо более стойкие последствия на всю жизнь, чем Драко предполагал. — Хороший день рождения? — спросил Гарри, позволив своей руке скользнуть к руке мужа. — Тебе понравились подарки? Ты крутой волшебник, чтобы купить его, любовь Драко. Ничто никогда не кажется мне вполне правильным. — Я думаю, что запомню это, — ответил Драко, зевая. — Мастерок и Омут памяти… Первый шаг Айседоры. О, и второй ребенок. Я не уверен, что может быть лучше, Поттер. — Вообще-то у меня есть еще один подарок, — сказал Гарри. — Я хотел подарить тебе это, когда мы будем одни. — Он убрал руку с плеча Драко и достал из-за дивана последний подарок. Она с шорохом приземлилась на колени Драко, вся в блестящей фиолетовой бумаге и ленте. Драко бросил на Гарри недоуменный взгляд, прежде чем оторвать бумагу. Внутри лежал альбом с фотографиями, переплетенный в имитацию драконьей шкуры. — Так эти фотографии будут в безопасности. Даже если случится пожар, эти фотографии не пострадают, — Драко нежно улыбнулся этому чувству, и они вместе принялись листать страницы. Гарри вставил в альбом фотографии с самых ранних их встреч. Там были кадры игр в Квиддич, министерских встреч и солнечных дней на пляже. Были фотографии окончания университета Драко и повышения Гарри до заместителя главного Аврора. Гарри добавил фотографии с их помолвки и свадьбы, они оба были великолепны в одинаковых костюмах и с улыбками, освещавшими комнату. На последних страницах были разные фотографии Айседоры, которая за несколько месяцев выросла из крошечной бьющейся точки до вполне сформировавшегося ребенка. Были там и фотографии беременного Драко: волшебник, выглядевший очень усталым и выжидающим, сидел на корточках в траве рядом с кустом Алихоцци в саду за домом Гриммо. На последней фотографии была изображена новорожденная Айседора. Она была очень розовая, заплаканная и, на взгляд Гарри, совершенно идеальная. — Вот как я собирался тебе рассказать, — объяснил Гарри, показывая Драко десятки чистых страниц, которые следовали за фотографией Айзы. Его пальцы скользнули по толстому пустому пергаменту. — наша совместная жизнь была благословением, которого я никогда не мог себе представить. Все эти страницы будут наполнены счастливыми воспоминаниями. — Гарри нежно поцеловал волосы Драко. — Мы сделали еще одного ребенка, Драко. Спасибо. Я люблю тебя. Вас обоих. — Мы это сделали, — прошептал Драко, его усталые глаза начали закрываться. — Еще один маленький ребенок, созданный из нашей любви и крохотной толики магии.

~*~*~КОНЕЦ~*~*~